Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-35277/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 10 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Куклевой Е.А.,

судей                                                                  Атрасевой А.О.,

ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.09.2024 (судья Стрункин А.Д.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Сбитнев А.Ю.) по делу № А45-35277/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Клиника НПЦ НМТ» (ОГРН 

<

***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной.

Третьи лица: ФИО4, финансовый управляющий имуществом ФИО4 ФИО5, ФИО2, финансовый управляющий имуществом ФИО2 ФИО6.

В судебном заседании в здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие до перерыва: конкурсный управляющий ФИО3 и его представитель ФИО7 по доверенности от 09.0.2025, представитель индивидуального предпринимателя ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 26.06.2023, после перерыв: представитель ФИО2 – ФИО10 по доверенности от 18.09.2023, индивидуального предпринимателя ФИО8 - ФИО9 по доверенности от 26.06.2023, конкурсного управляющего ФИО3 - ФИО7 по доверенности от 09.02.2025.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Клиника НПЦ НМТ» (далее – общество «Клиника НПЦ НМТ», должник) его конкурсный управляющий ФИО3 (далее – управляющий) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании недействительным договора подряда от 25.06.2018 № 25/06/18-НСК (далее – договор подряда), заключённого между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Клиника НМТ» (далее – общество «Клиника НМТ», ответчик), актов о приемке работ от: 31.07.2018 № 1, 30.08.2018 № 2, 30.09.2018 № 3, 31.10.2018 № 4, 30.11.2018 № 5, 23.12.2018 № 6 (далее совместно – акты).

В обоснование требования управляющий ссылается на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.09.2024, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025, заявление удовлетворено.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 (далее – ФИО2) обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование кассационной жалобы указаны следующие доводы: судами не учтено, что сделка совершена за пределами трёхлетнего периода подозрительности при отсутствии у должника признаков неплатёжеспособности, являлась реальной, в обоснование её исполнения представлены достаточные доказательства, обстоятельства выполнения работ рассматриваются в рамках дела № А45-26225/2022 по иску о взыскании их стоимости (постановлением суда округа от 19.06.2023 дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции), по существу заявленные требования направлены на исключение возможности удовлетворения иска общества «Клиника НМТ» в рамках данного дела, свидетельствуют о злоупотребление индивидуальным предпринимателем ФИО8 (далее – ИП ФИО8) своими правами; не доказано причинение вреда имущественным правам кредиторов, умысла на причинение вреда и совокупность условий для признания сделки недействительной (не заявлено о применении последствий недействительности сделки, не установлено обстоятельств уменьшения конкурсной массы), нарушен принцип правовой определённости; судами допущена двойная квалификация недействительности договора подряда на основании положений статей 10, 168, 170 ГК РФ и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказано наличие пороков сделки, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, управляющим при подаче заявления пропущен срок исковой давности.

ИП ФИО8, управляющий, конкурсный управляющий обществом «Клиника НМТ» ФИО11 в отзывах возражают против доводов кассационной жалобы, считают обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, указывают на неисполнение бывшими руководителями должника ФИО4 и ответчика ФИО2 обязанности по передаче документации относительно хозяйственной деятельности указанных лиц, в том числе в рамках спорного договора.

Определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 02.07.2025.

От ИП ФИО8, управляющего, конкурсного управляющего обществом «Клиника НМТ» ФИО11 поступили дополнения к отзыву, от кассатора – возражения на указанные дополнения. Поступившие документы приобщены к делу.

В судебном заседании стороны поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на неё с учётом представленных дополнений.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Из материалов дела следует и установлено судами, что участником должника и его бывшим руководителем является ФИО4, одновременно участником и руководителем ответчика – его супруга ФИО2

Основным видом деятельности общества «Клиника НПЦ НМТ» является общая врачебная практика (ОКВЭД 86.21).

Между обществами «Клиника НМТ» и «Клиника НПЦ НМТ» 25.06.2018 подписан договор подряда, по условиям которого должник обязался выполнить работы своими инструментами на сумму 109 682 224,22 руб.

В рамах указанного договора сторонами подписаны: локальный сметный расчёт, акты.

Дело о банкротстве должника возбуждено на основании заявления ИП ФИО8 определением суда от 29.11.2023, процедура наблюдения введена 17.01.2024, временным управляющим утверждён ФИО12

Решением суда от 30.05.2024 должник признан банкротом, открыто конкурное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО3

Ссылаясь на обстоятельства аффилированности сторон, мнимость правоотношений сторон управляющий обратился в суд с указанным заявлением.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из установленных обстоятельств аффилированности сторон, мнимости договора подряда в связи с отсутствием у должника ресурсов для выполнения подрядных работ (активов, документального подтверждения несения затрат на закупку и транспортировку материалов, а также в штате специалистов для проведения работ по капитальному ремонту помещения, специальных разрешений (прав) на выполнение строительно-монтажных работ), отметив, что основным  видом деятельности должника является общая врачебная практика, фактически спорные работы должником не выполнялись, что также было подтверждено представителем обществом «Клиника НМТ».

Суд принял во внимание, что ФИО4, являясь единственным участником и руководителем должника, уклоняется от передачи оригиналов документов управляющему, в том числе по оспариваемому договору.

Признавая необоснованными возражения ответчика, суд исходил из того, что неоспаривание договора подряда порождает правовую неопределенность и позволяет на него ссылаться заинтересованным лицам в иных спорах, что недопустимо,  кроме того договор подряда может уменьшить конкурсную массу должника, как то доначислением обязательных платежей и санкций, выставлением пеней и штрафов за ненадлежащее выполнение его условий, а также предъявлением требований об устранении выявленных недостатков в ходе эксплуатации объекта.

Отклоняя доводы ФИО4 о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции указал на то, что дело о банкротстве возбуждено 29.11.2023, управляющий утверждён 28.05.2024 (резолютивная часть решения о признании должника банкротом), с заявлением об оспаривании сделки обратился 15.07.2024, то есть в пределах срока исковой давности.

Седьмой Арбитражный апелляционный суд, проанализировав дополнительно представленные ответчиком доказательства (копии документов из томов № 7, 9, 11 дела № А45-26225/2022), поддержал выводы суда первой инстанции.

Признавая представленные ответчиком дополнительные доказательства недостоверными, как не отвечающие признакам относимости и допустимости, апелляционный суд исходил из следующих обстоятельств:

- стороны отказались от назначения по спору судебной экспертизы относительно времени составления договора подряда, вместе с тем в тексте указанного договора имеются реквизиты Банка (14.11.2018), которые появились позднее даты его подписания, что подтверждается выпиской из Банка;

- приобщённые письменные документы в томах заверены подписью представителя ФИО2 - ФИО10, которая ранее представляла интересы как общества «Клиника НМТ», так ФИО4, ФИО2, подлинники документов отсутствуют;

- рабочая документация по электротехническим решениям, выполненная обществом с ограниченной ответственностью ПМГ «СИБЭЛ» не содержит подписи исполнителя, отсутствует дата составления документации, что не позволяет установить её соответствия договору подряда (договор заключен 25.06.2018, весь объем строительных работ выполнен и принят заказчиком 23.12.2018),

- рабочий проект по установке пожарной сигнализации и системы оповещения не относится к предмету договора подряда, а являлся частью комплекса работ по другой сделке должника - договору подряда от 18.12.2018 № 18/12-НСК, что подтверждается материалами дела № А45-26225/2022, в ходе рассмотрения которого общество «Клиника НМТ» представило суду уточнения в части размера исковых требований, исключив из основания иска требования по возмещению затрат, связанных с выполнением работ по монтажу пожарной сигнализации и системы оповещения, кроме того договор подряда от 18.12.2018 г. № 18/12-НСК в настоящее время оспаривается в деле о банкротстве ответчика № А45-25582/2023;

- коммерческое предложение, содержащее графические изображения внешнего и внутреннего состояния здания, не свидетельствует о действительности договора подряда, не содержит отсылок к спорному договору;

- из сопоставления договора подряда от 23.08.2018 № 01-23/08-П, его предмета и актов приемки выполненных работ (от 11.09.2018, 09.11.2018, 18.03.2019) с актами приёмки работ по спорному договору подряда следует, что электромонтажные работы были выполнены и приняты ответчиком у должника по актам по форме КС-2 за период с 25.06.2018 г. по 30.08.2018, то есть хронологически до приемки работ должником у субподрядчика;

- работы по разделу «Электрооборудование» производились в период с 01.12.2018 по 23.12.2018 (акт КС-2 от 23.12.2018), однако их содержание (монтаж светильников и розеток) не входит в предмет договора подряда от 23.08.2018 № 01-23/08-П, кроме того, один из актов приемки выполненных работ по договору подряда от 23.08.2018 N 01-23/08-П датирован 18.03.2019, то есть позднее окончания и приёмки работ по спорному договору подряда;

- договор поставки от 09.10.2018 № 7541118, подписанный между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ГК СтройДизайн» не содержит адреса доставки строительных материалов, шесть из одиннадцати универсальных передаточных документов (далее - УПД) представленные во исполнение указанного договора датированы позднее срока окончания и приемки работ по спорному договору подряда, остальные УПД с номерами 519, 550, 561, 569, датированные в период исполнения договора подряда, не подписаны уполномоченным лицом получателя (должника), на них отсутствует печать организации.

-  в представленных транспортных накладных отсутствует подпись уполномоченного лица, получателя и печать;

- представленные договоры: подряда от 31.10.2018 № 14, от 02.12.2019 № 02-12/2019 заключены обществом с ограниченной ответственностью «СОЛИД-СТРОЙ» (исполнитель) не с должником, а с ответчиком, последний договор подписан после заявленного периода выполнения подрядных работ (не соотносимы с договором подряда),

поставки от 23.10.2018 № 2509/274, заключённый с обществом с ограниченной ответственностью «ГЕКТОР», не содержит сведений об адресе доставки строительных материалов, подряда на поставку оборудования и выполнение строительно-монтажных работ от 13.12.2018 № 3-12/18, заключенный между должником (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО13 (исполнитель) не подписан исполнителем;

- не раскрыта исполнительная документация о приёмке работ по договорам, представленная переписка из мобильного телефона касается бытовых отношений её сторон, никаких доказательств реальности хозяйственных отношений должника и ответчика по договору подряда не содержит.

Суд округа с учётом установленных по спору обстоятельств считает, что судами приняты правильные судебные акты.

Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из её сторон. Мнимая сделка не порождает правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений её исполнять либо требовать её исполнения.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Из пунктов 6 и 7 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, следует, что на основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершённые в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путём, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершённые лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости сделок, содержится в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишён права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

В условиях наличия обстоятельств, очевидно указывающих на аффилированность сторон и мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702, статьями 706 и 740 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать её результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Принимая во внимание, что выполнение работ по договору подряда подразумевает наличие активов, рабочей силы, средств, техники, необходимости приобретения материалов, расчётов с кредиторами и прочее, на ответчика возлагалась обязанность в порядке статьи 65 АПК РФ соответствующие обстоятельства доказать, устранить тем самым любые сомнения в реальности правоотношений сторон.

Исследовав и оценив представленные доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также достаточность и их взаимную связь в совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, проанализировав условия договоров подряда, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводуо том, что реальность правоотношений должника и ответчика не подтверждается, подрядные работы в рамках договора подряда должником фактически не выполнялись, общество «Клиника НПЦ НМТ» не располагало производственными, финансовыми и трудовыми ресурсами, необходимыми для выполнения подрядных работ, отсутствуют относимые доказательства закупки, хранения, транспортировки материалов и товаров, согласования рабочей документации и исполнительной документации о приёмке работ.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в договорах подряда в качестве предмета договоров указано на выполнение работы без конкретизации, на этапе заключения договоров стороны не определили объём и наименование выполняемых работ, а также расположение объекта, на котором должны выполняться работы, представленные документы не конкретизируют виды работ (услуг), их объём, сложность; содержащаяся в актах и договорах формулировка носит неопределенный общий характер, что не позволяет определить какие конкретно работы (услуги), предусмотренные договорами подряда были выполнены, а также наличие результата, на достижение которого была направлена воля сторон при заключении договора.

В рассматриваемом случае суды правильно распределили бремя доказывания с учетом рекомендаций, данных в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, по смыслу которых если лицо, оспаривающее сделку, совершенную должником и конкурсным кредитором, обосновало существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков недействительности у данной сделки, на другую сторону сделки возлагается бремя доказывания действительности таковой.

Поскольку при рассмотрении настоящего спора не опровергнуты разумные сомнения в реальности договора подряда, доводы ответчика совокупностью объективных доказательств не подтверждены суды пришли к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления управляющего.

Доводы ответчика о том, что сделка совершена за пределами периода подозрительности, пропуске срока исковой давности правомерно отклонены судами, поскольку сделка признана недействительной по общегражданским основаниям, а не по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Вопреки утверждениям кассатора статья 170 ГК РФ не поглощается статьёй 61.2 Закона о банкротстве. Данный правовой подход поддержан в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2021 № 304-ЭС18-4037(9).

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трёхлетний, а не годичный срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

По правилам пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных названным законом.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 309-ЭС15-1959).

Как верно отмечено судами, дело о банкротстве возбуждено в 2023 году, управляющий утверждён 28.05.2024 (дата оглашения резолютивной части решения о признании должника банкротом), с заявлением об оспаривании сделки управляющий обратился 15.07.2024, в связи с чем срок исковой давности для признания сделки недействительной управляющим не пропущен.

Наличие либо отсутствие у должника на момент совершения спорной сделки признаков неплатёжеспособности (недостаточности имущества) не имеет правового значения для применения положений статей 10, 170 ГК РФ, поскольку отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания таких сделок недействительными.

В связи с тем, что мнимые сделки не порождают никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать её исполнения, основания для применения последствий недействительности в виде реституции, отсутствуют.

Судами учтены пояснения управляющего о том, что в случае признания доказанности реальности правоотношений сторон, спорный договор подряда послужит основанием для принятия управляющим, как руководителем должника, мер по исполнению обязанности по подаче в налоговый орган в порядке статьи 81 Налогового кодекса Российской Федерации уточнённой декларации по доходам должника за 2018 год в сумме цены договора подряда 109 682 224 руб. и повлечёт необоснованное несение должником налогового бремени в виде доначислений, в том числе в виде пени и штрафов (сроки подачи декларации не истекли, данная сделка не отражалась в бухгалтерском учете должника, соответствующая документация управляющему ФИО4 не передавалась), что в свою очередь повлечёт обращение уполномоченного органа с заявлением о включении в реестр текущих требований кредиторов должника доначисленных налогов и санкций.

Таким образом, предъявленные управляющим требования призваны оградить имущество должника (конкурсную массу) от возможности необоснованного несения бремени налоговых обязательств в условиях мнимости подрядных отношений (распределение между сторонами таким образом рисков хозяйственной деятельности не опровергнуто).

Утверждение кассатора о наличии оснований для применения положений статьи 69 АПК РФ и ссылки на наличие вступившего в законную силу судебный акт по делу № А45-26225/2022, являлся предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонён, поскольку спор в рамках указанного дела по существу не рассмотрен, производство по данному иску приостановлено определением суда от 16.12.2024.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды дали оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в споре, с указанием мотивов, по которым они приняты или отклонены, надлежащим образом исследовали имеющиеся в материалах дела доказательства.

Суд округа полагает, что выводы судов являются обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам спора, изложенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов. Иная оценка подателем кассационной жалобы обстоятельств спора не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Вопрос относимости, допустимости и достаточности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств дела и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства (статьи 286, 287 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений судами норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, не установлено.

С учётом предоставленной кассатору отсрочки уплаты государственной пошлины в федеральный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 20 000 руб.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 20.09.2024 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2025 по делу № А45-35277/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                                         Е.А. Куклева

Судьи                                                                                                       А.О. Атрасева

ФИО1