ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А21-1172/2022

03 июня 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     20 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 июня 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Воробьевой А.С. 

при участии:  

от ООО «Зоомаг» - представитель ФИО1 (по доверенности от 16.06.2023), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-6433/2024) общества с ограниченной ответственностью «ЗООМАГ»

на определение Арбитражного суда  Калининградской области от 24.01.2024 по делу №А21-1172-8/2022 (судья Шанько О.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий ее  недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Балтийский шоколад»

 

об удовлетворении заявления,

установил:

Федеральная налоговая служба России в лице Управления  Федеральной налоговой службы России по Калининградской области (далее - уполномоченный орган) 10.02.2022 через электронную систему подачи документов «Мой арбитр» обратилась в Арбитражный суд Калининградской области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Балтийский шоколад» (далее – ООО «Балтийский шоколад», должник) несостоятельным (банкротом)  по упрощенной процедуре отсутствующего должника

Определением суда первой инстанции от 23.03.2022 заявление уполномоченного органа принято к производству, в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Решением арбитражного суда от 18.04.2022, резолютивная часть которого объявлена 13.04.2022, ООО «Балтийский шоколад» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий».

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 23.04.2022 №72(7273) и на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве 18.04.2022 (сообщение №8627964).

В арбитражный суд через электронную систему подачи документов «Мой арбитр» 31.07.2023 от конкурсного управляющего ООО «Балтийский шоколад» ФИО2 поступило заявление о признании недействительной сделки по перечислению ООО «Балтийский шоколад» в период с 22.01.2021 по 05.03.2021 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗООМАГ» (далее – ООО «ЗООМАГ», ответчик) 10 000 000,00 руб. и применении последствий ее недействительности в виде взыскания указанной суммы с ООО «ЗООМАГ» в пользу ООО «Балтийский шоколад».

Определением суда первой инстанции от 24.01.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с определением арбитражного суда от 24.01.2024, ООО «ЗООМАГ» обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Податель жалобы указывает, что судом первой инстанции не дана оценка довода ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленному требованию, поскольку с даты открытия конкурсного производства до даты подачи заявления об оспаривании сделки должника прошел 1 год 3 месяца 18 дней.

Кроме того, апеллянт ссылается на то, что обжалуемый судебный акт противоречит иному вступившему в законную силу судебному акту, принятому по спору между должником и ответчиком, а именно решению Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2023 по делу № А40-110034/23-47-873, оставленному без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.10.2023, которыми установлены факт надлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору поставки от 12.01.2021 в пользу АО «Купеческий дом» и отсутствие аффилированности между ответчиком, должником и АО «Купеческий дом» на момент заключения соглашения об уступке и соглашения о зачете встречных однородных требований, в связи с чем в удовлетворении иска ООО «Балийский шоколад» к ООО «ЗООМАГ» о взыскании долга по договору займа в размере 10 000 000,00 руб. отказано.

Податель жалобы полагает, что судом первой инстанции неверно применены последствия признания сделки недействительной, поскольку долг ответчика перед ООО «Балтийский шоколад» уступлен АО «Купеческий дом», обязательства по договору займа были прекращены в связи с подписанием акта зачета взаимных требований между ответчиком и АО «Купеческий дом».

В этой связи, по мнению апеллянта, восстановление права требования должника к ответчику является невозможным даже в случае признания соглашения об уступке права требований недействительным, так как ответчик совершил надлежащее исполнение в пользу кредитора АО «Купеческий дом».

В Тринадцатый арбитражный апелляционный суд от конкурсного управляющего должника поступила позиция, в которой просит обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы ООО «ЗООМАГ» его представитель поддержал изложенные в ней доводы.

Иные лица, участвующие в деле о несостоятельности (банкротстве), надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

В силу положений, содержащихся в статье 223 АПК РФ, пункте 1 статьи 6, пункте 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 129, статьей 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий наделен правом по своей инициативе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, заключенных или исполненных должником, а также о применении последствий их недействительности.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве к сделкам, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, относятся действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, до возбуждения дела о банкротстве ООО «Балтийский шоколад» в период с  22.01.2021 по 05.03.2021 с расчетного счета ООО «Балтийский шоколад», открытого в ПАО Банк «ФК Открытие», в пользу ООО «ЗООМАГ» перечислено 10 000 000 руб. с назначением платежа «оплата по договору процентного займа (7,5%) б/н от 20.01.2021г».

Поскольку в период осуществления указанных перечислений ООО «Балтийский шоколад» фактически прекратило свою деятельность, реализовало свое имущество, сведения о возврате заемных средств в банковских выписках не фигурировали, конкурсный управляющий ООО «Балтийский шоколад» обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании денежных средств.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2023 по делу №А40-110034Э2023 конкурсному управляющему отказано в удовлетворении иска.

В ходе рассмотрения указанного искового заявления ООО «ЗООМАГ» предоставило суду подписанное бывшим генеральным директором ООО «Балтийский шоколад» ФИО3 соглашение об уступке права требования (цессии) от 10.02.2021 (далее – Соглашение от 10.01.2021), заключенное между ООО «Балтийский шоколад» и АО «Купеческий дом», по условиям которого ООО «Балтийский шоколад» за плату в сумме 10 000 000,00 руб. передает АО «Купеческий дом» право требования долга к ООО «ЗООМАГ». 

Кроме того, ООО «ЗООМАГ» в суд представлены договор поставки от 12.01.2021 №ДПост-1/2021 (далее – Договор поставки от 12.01.2021), заключенный между ООО «ЗООМАГ» и АО «Купеческий дом», а также акт зачета встречных однородных требований от 25.02.2021, согласно которому стороны признали прекратившимися обязательства, возникшие из Соглашения от 10.02.2021 и Договора поставки от 12.01.2021.

Полагая, что спорные платежи в пользу ООО «ЗООМАГ» совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий инициировал настоящее заявление в арбитражный суд, сославшись на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее был причине вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно пункту 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.03.2023 № 307-ЭС22-22343(3) по делу № А56-97714/2019 , обязательным признаком недействительности подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является причинение вреда должнику-банкроту, которое выражается в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к нему, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац тридцать второй статьи 2 Закона о банкротстве, пункт 5 Постановления № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Обязательным условием недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является также осведомленность лица, в пользу которого совершена сделка, о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторам должника.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2).

Указанные обстоятельства являются лишь презумпцией, при этом существование противоправной цели должника может быть установлено из иных фактов, сопровождающих действия должника при совершении сделки.

Датой принятия заявления о признании должника банкротом считается дата вынесения определения об этом; датой возбуждения дела о банкротстве является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного кодекса Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», абзац третий пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Поскольку заявление о признании ООО «Балтийский шоколад» несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом к производству 23.03.2022, спорные платежи, осуществленные с  22.01.2021 по 05.03.2021, подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что в рассматриваемом случае имеет место аффилированность ООО «Балтийский шоколад», ООО «ЗООМАГ» и АО «Купеческий дом» через их участников (учредителей).

ФИО4 являлся руководителем ООО «Балтийский шоколад» в период с 07.02.2019 по 08.10.2020, а также его учредителем в период с 10.12.2018 по 20.08.2020.

ФИО3 являлась руководителем ООО «Балтийский шоколад» с 09.10.2020 по 13.04.2022 и является его учредителем с 20.08.2020.

Учредителями ООО «ЗООМАГ» являются ФИО5 и ФИО6.

Учредителями АО «Купеческий дом» (прекратил свою деятельность 15.09.2022) являлись ФИО7, то есть супруг ФИО3, руководителя ООО «Балтийский шоколад» - 60% доли в учредительном капитале; ФИО8 - 35% доли в учредительном капитале; ФИО9 - 5% доли в учредительном капитале. 

При этом, исполнительный директор ООО «Балтийский шоколад» ФИО10 являлся директором ООО «Навигатор-строй» (ИНН 

<

***>, деятельность прекращена 29.03.2021), где учредителем был ФИО9, соучредитель АО «Купеческий дом».

Соучредитель ООО «ЗООМАГ» ФИО6 являлся учредителем ООО «Гаммапласт» (деятельность прекращена 08.11.2013), где руководителем являлся бывший директор ООО «Балтийский шоколад» ФИО4.

В этой связи суд первой инстанции пришел к выводу, что контролирующие указанные организации лица, фактически осуществляют предпринимательскую деятельность, при которой используют подконтрольные им организации, в том числе и для вывода денежных средств из их активов, данные организации являются взаимозависимыми.

Оценив представленные ответчиком доказательства, суд первой инстанции посчитал, что взаиморасчеты между ООО «Балтийский шоколад», ООО «ЗООМАГ» и АО «Купеческий дом» носят условный характер, отсутствие претензий к АО «Купеческий дом» со стороны взаимозависимой организации ООО «Балтийский шоколад» указывает на формальный подход к сделке. Кроме того, последующее погашение задолженности ООО «ЗООМАГ» к АО «Купеческий дом» путем взаимозачета указывает на согласованность действий всех участников сделок.

После вынесения Арбитражным судом города Москвы решения по делу А40-110034/2023 к конкурсному управляющему на электронную почту поступило письмо бывшего руководителя ООО «Балтийский шоколад» ФИО3, в котором она сообщила, что у нее имеется оригинал договора дарения акций от ее супруга ФИО10 от 17.02.2022. Так же у нее есть информация о том, что ФИО10 оставлял заявку на регистрацию в ФГИС «ВетИС» и на основании которой ему был предоставлен доступ к его компонентам-системам ВетИС. Паспорт, Меркурий, Цербер. Ему был присвоен логин kupeckij_sn_200717. Заявка была принята и закреплена за хозяйствующим субъектом АО «Купеческий дом».  По мнению ФИО3 доступ к счетам АО «Купеческий дом» принадлежал также Купецкому С.Н. (к данному письму приложены документы в подтверждение указанной информации).

Из представленных ФИО3 документов следует, что 17.02.2022 между ее супругом ФИО7 и исполнительным директором ООО «Балтийский шоколад» ФИО10 заключен договор дарения, по условиям которого последнему подарены 300 шт. обыкновенных акций АО «Купеческий Дом». При этом копия данного договора дарения заверена генеральным директором АО «Купеческий дом» ФИО10

Из представленных ФИО3 копий заявок АО «Купеческий Дом» следует, что исполнительный директор ООО «Балтийский шоколад» ФИО10 являлся одновременно и исполнительным директором АО «Купеческий дом».

Приняв во внимание указанные обстоятельства, подтверждающие аффилированность ООО «Балтийский шоколад», ООО «ЗООМАГ» и АО «Купеческий Дом», суд первой инстанции пришел к выводу о ничтожности заключенного между должником и АО «Купеческий дом» Соглашения от 10.02.2021 и акта зачета встречных однородных требований от 25.02.2021 на основании статьи 10, пункта 1 статьи 170 ГК РФ как мнимых сделок с целью создания искусственного документооборота.

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 25.12.2020 по делу № А21-10883/2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2021, с ООО «Балтийский шоколад» в пользу ООО «Фабрика шоколадных масс» взыскана задолженность по договору поставки от 01.10.2018 №1/10 в размере 29 276 444,00 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 169 382 руб., подтверждается

Таким образом, ООО «Балтийский шоколад» при наличии задолженности перед ООО «Фабрика шоколадных масс» не только не принял меры по ее погашению, но и вывел денежные средства в сумме 10 000 000,00 руб. из своих активов в пользу ООО «ЗООМАГ».

Анализ банковских выписок по счету должника дает основания полагать, что в период перечисления спорных выплат ООО «Балтийский шоколад» фактически прекратило свою деятельность, осуществляло реализацию своего имущества, необходимого для осуществления производства.

По мнению апелляционной коллегии, исходя из изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности спорных платежей, совершенных в пользу ООО ЗООМАГ» без какого-либо встречного предоставления, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы отсутствие в обжалуемом определения оценки довода ответчика о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности не влечет за собой безусловную отмену судебного акта.

Пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, с учетом разъяснений, приведенных в абзаце первом пункта 10  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны, сделанному до вынесения судом решения, и на указанную сторону в силу положений статьи 65 АПК РФ возлагается  бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

Из правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 28.09.2016 по делу № 203-ПЭК16, следует, что обстоятельства, с наступлением которых связывается начало течения срока исковой давности, устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций исходя из норм, регулирующих конкретные правоотношения между сторонами, а также из имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2023 по делу № А40-72542/2021, суд апелляционной инстанции оценивает довод о пропуске срока исковой давности при отсутствии такой оценки в судебном акте первой инстанции.

В рамках настоящего обособленного спора ответчиком заявлено о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности, предусмотренного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Сделки, указанные в статьях 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется для конкурсного управляющего с момента, когда он узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки должника, предусмотренных Законом о банкротстве.

В пункте 32 Постановления № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

По мнению суда апелляционной инстанции, реальная возможность узнать о спорных платежах и о нарушении прав кредиторов должника появилась у конкурсного управляющего не ранее получения информации о движении денежных средств по расчетным счетам должника (02.03.2023), в связи с чем с учетом времени, необходимого для анализа данной информации и подготовки заявления в арбитражный суд об оспаривании подозрительных перечислений, срок исковой давности по заявленному требованию конкурсным управляющим не пропущен.

Довод апелляционной жалобы о преюдициальном значении решения Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2023 по делу № А40-110034/23-47-873 применительно к настоящему обособленному спору, что исключает удовлетворение заявленных конкурсным управляющим требований, судом апелляционной инстанции отклоняется.

В соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

При этом в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 АПК РФ основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 АПК РФ означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Разрешение же на основании данного положения вопросов о том, имеют ли те или иные обстоятельства значение для принятия судебного акта, а также обладают ли они свойством преюдициальности, связано с исследованием фактических обстоятельств конкретного дела и является прерогативой арбитражных судов.

Следует отметить, что Арбитражным судом города Москвы при разрешении спора по иску конкурсного управляющего о взыскании с ООО «ЗООМАГ» задолженности по договору займа не приняты уточнения требований в порядке статьи 49 АК РФ о мнимости Соглашения от 10.02.2021, заключенного между должником и АО «Купеческий дом», в связи с чем данная сделка судом не оценивалась.

При этом, судом отмечено, что конкурсный управляющий не лишен права обратиться с самостоятельным иском, избрав надлежащий способ защиты нарушенного права, сформулировав свои исковые требования со ссылкой на нормы материального права, подлежащие применению, и в последующем обратиться с заявлением о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в порядке ст. 312 АПК РФ.

Оценивая реальность Договора поставки от 12.01.2021 между ООО «ЗООМАГ» и АО «Купеческий дом», суд принял во внимание первичные документы (УПД, счета-фактуры), подтверждающие факт поставки в адрес АО «Купеческий дом» товаров на сумму 10 000 000 руб., то есть применил обычный стандарт доказывания в общеисковом производстве. 

Довод конкурсного управляющего об аффилированности участников спорных правоотношений отклонен судом со ссылкой презумпцию добросовестности участников гражданского оборота и отсутствие относимых и допустимых доказательств аффилированности на момент заключения Соглашения от 10.02.2021 при том, что в рамках настоящего обособленного спора такие доказательства конкурсным управляющим представлены.

Следовательно, вопреки доводам апелляционной жалобы факт надлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору поставки от 12.01.2021 в пользу АО «Купеческий дом» не может считаться установленным применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора с учетом аффилированности должника, ответчика и АО «Купеческий дом».

Таким образом, установленные при разрешении дела № А40-110034/23-47-873 обстоятельства и факты не имеют правового значения для разрешения настоящего обособленного спора, предметом которого является оценка действий должника и ответчика на предмет их соответствия требования Закона о банкротстве. Правовые же выводы арбитражного суда по упомянутому делу, предметом которого является взыскание долга по договору займа, не могут рассматриваться в качестве преюдициальных.

Поскольку в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют доказательства получения должником денежных средств за уступленное право, в результате спорных перечислений в пользу аффилированного должник лишился ликвидного имущества не получив встречного предоставления в период неплатежеспособности, чем причинен вред имущественным интересам должника и его кредиторов, что является основанием для признания сделки недействительной в силу части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам апелляционной жалобы судом первой инстанции правильно применены последствия недействительности спорных платежей в виде возврата в конкурсную массу должника 10 000 000,00 руб., безосновательно перечисленных в пользу ООО «ЗООМАГ», поскольку исходя из пункта 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона банкротстве последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки. 

Апелляционный суд считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, основания для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 АПК РФ, отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем апелляционный суд не усматривает оснований к отмене либо изменению определения суда первой инстанции.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

постановил:

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 24.01.2024 по делу №А21-1172-8/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия. 

 

Председательствующий

 

А.Ю. Сереброва

 

Судьи

 

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова