СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-659/2021(8)-АК

Дело №А60-24996/2020

19 июля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 июля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июля 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:      

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей   Т.В. Макарова, Л.В. Саликовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,    

при участии в судебном заседании:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от конкурсного управляющего должника ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 23.12.2021, 

в Семнадцатом арбитражном апелляционном суде:

от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 – ФИО4, паспорт, доверенность от 16.12.2021, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника акционерного общества «Строительно-монтажное управление №3» ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 28 апреля 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными договора купли-продажи от 14.02.2018 №12нж, заключенного между должником и ФИО7, в отношении недвижимого имущества - нежилого помещения площадью 16,0 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, машино-место №12, договора купли-продажи 16.09.2021, заключенного между ФИО7 и ФИО5, применении последствий их недействительности,

вынесенное судьей А.С. Чиниловым 

в рамках дела  №А60-24996/2020

о признании акционерного общества «Строительно-монтажное управление №3» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчиков ФИО7, ФИО5,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора,  Управление Росреестра по Свердловской области, ФИО6,

установил:

26.05.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью Строительная компания «Стройинвест» (далее – ООО СК «Стройинвест» (ИНН 

<

***>) о признании акционерного общества «Строительно-монтажное управление №3» (далее – должник, АО «СМУ-3») (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением от 29.05.2020 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.07.2020 произведено процессуальное правопреемство, заявитель ООО Строительная компания «Стройинвест» заменен на ООО «Компания Симплекс». Производство по заявлению ООО «Компания Симплекс» о признании АО «СМУ-3» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) прекращено.

25.06.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление АО «Альфа-Банк» (ИНН 

<

***>) о признании АО «СМУ-3» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 03.07.2020 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.07.2020 (резолютивная часть от 15.07.2020) заявление АО «Альфа-Банк» признано обоснованным, в отношении АО «СМУ-3» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждён ФИО2 (далее – ФИО2), член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №136 от 01.08.2020, стр.156. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.10.2020 (резолютивная часть от 16.10.2020) АО «СМУ-3» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО2, член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №196 от 24.10.2020, стр.176.

14.10.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 о признании недействительными: 

1. договора купли-продажи № 12нж от 14.02.2018, заключенного между ЗАО «СМУ-3» и ФИО7 (далее – ФИО7), в отношении следующего недвижимого имущества - нежилого помещения площадью 16.0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенного по адресу: 

<

...>, машино-место №12; 

2. применении последствий его недействительности в виде взыскания с ФИО7 рыночной стоимости отчужденного имущества в размере 738 000,00 рублей;

3. договора купли-продажи 16.09.2021, заключенного между ФИО7 и ФИО5 (далее – ФИО5), в отношении следующего недвижимого имущества - нежилого помещения площадью 16.0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенного по адресу: 

<

...>, машино-место № 12;

4. в порядке применения последствий недействительности сделки или в порядке виндикации обязании ФИО5 возвратить в собственность АО «СМУ-3» нежилое помещение площадью 16.0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...>, машино-место №12 (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.10.2021 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика привлечена ФИО7, в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2022 ФИО5 привлечен к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица с правами ответчика, исключив его из числа третьих лиц; в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 (далее – ФИО6). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.04.2022 (резолютивная часть от 07.04.2022) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Не согласившись с судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 28.04.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Заявитель жалобы указывает на то, что судом неправомерно отвергнут довод конкурсного управляющего о существенном превышении рыночной стоимости спорного имущества по сравнению со встречным предоставлением по сделке со стороны ФИО7 Поскольку оспариваемая сделка заключена по цене 150 000,00 рублей, в то время как рыночная стоимость отчужденного объекта недвижимости согласно имеющегося в материалах дела отчета №127/2021 от 30.09.2021, выполненного ООО «Региональная компания-Профит», составляет 738 000,00 рублей, что применение критерия кратности цены в качестве подтверждения наличия у сделки признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является оправданным. Судом первой инстанции не было учтено, что техническое заключение №2103-2022, составленное ИП ФИО8 и зафиксировавшее наличие короба и высоту от уровня пола до плоскости короба, выполнено на текущую дату, в связи с чем, не подтверждает, что объект исследования имел на дату заключения сделки отклонение по высоте от уровня пола до низа короба (со слов ответчиков после совершения сделки производилась заливка пола, что могло изменить высоту потолков); выводы суда о том, что наличие короба системы вентиляции могло негативно повлиять на размер рыночной стоимости спорного машино-места вплоть до снижения стоимости в пять раз по сравнению с рыночными ценами на иные машино-места, не основаны на доказательствах, представленных в материалы дела. Принятый судом во внимание отчет №034оц-22 от 17.02.2022, выполненный ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия» имеет следующие недостатки: допущено не корректное описание поправки на отделку (техническое состояние) помещений (на странице 46 отчета оценщик указывает, что применяет к аналогам 3 и 4 правку на отделку в размере -18%, при этом, на странице 43 оценщиком применяется поправка не -18% к аналогу 3, а -25% ко всем аналогам); документально не обосновано применение поправки -27% на стр.44 отчета к аналогу 3 в связи с отсутствием данных о наличии отопления в паркинге по адресу Крауля 44 (наличие систем отопления в паркинге по адресу Крауля 44 не подтверждено документально, применение поправки - 27% не обосновано); оценщик из рыночной выборки использует в расчете минимальные значения, хотя в выборке есть аналоги, расположенные по адресу ФИО9, 27 и Токарей, 27 (стр.30 отчета), а это жилые дома, расположенные в непосредственной близости с объектом оценки. При этом, несмотря на намеренное занижение стоимости объекта оценки в отчете №034оц-22 от 17.02.2022, рыночная стоимость, полученная оценщиком,                   (276 000,00 рублей) существенно (практически в два раза) превышает цену оспариваемой сделки (150 000,00 рублей). Суд необоснованно отклонил возражения конкурсного управляющего относительно недостоверности отчета №034оц-22 от 17.02.2022, а так же не принял во внимание тот факт, что даже если при определении рыночной стоимости спорного имущества руководствоваться отчетом об оценке №034оц-22 от 17.02.2022, оспариваемая сделка совершена по цене, не просто отличающейся от рыночной в меньшую сторону, но заниженной по отношению к рыночной кратно (в два раза), что само по себе является достаточным свидетельством осведомленности покупателя (ФИО7) о заключении сделки с целью причинения вреда кредиторам. Выводы суда о том, что ФИО7 не могла знать о каких-либо финансовых проблемах, возникших в группе компаний СМУ-3, не основаны на обстоятельствах по делу и представленных доказательствах. Конкурсный управляющий указывал на наличие признаков заинтересованности (аффилированности) ФИО7 по отношению к должнику, наличии давних деловых связей у ФИО7 и группы компаний СМУ-3, что дает основания предполагать наличие у покупателя осведомленности о финансовом состоянии должника и наличии у него признаков неплатежеспособности. Выводы суда о реальности сделки и отсутствии у ее сторон умысла ущемить права кредиторов только на том основании, что предметом сделки выступает машино-место с недостатком в виде короба на потолке, не соответствуют обстоятельствам по делу и представленным доказательствам. Материалами дела не подтверждается, что наличие вентиляционного короба над парковочным местом делает спорное имущество не ликвидным или существенно отличающимся по стоимости от иных парковочных мест. Полагает, что суд не применил нормы права, подлежащие применению. ФИО7 и ФИО5 являются аффилированными лицами (ФИО5 и ФИО7 являются участниками (совладельцами) ООО «Специализированный Застройщик «Эксперт» (ИНН 

<

***>), доля участия в данной обществе ФИО7 составляет 33,4% уставного капитала, доля участия ФИО5 - 33,3%; генеральным директором является ФИО7); договор купли-продажи от 16.09.2021 заключен в условиях действия обеспечительных мер на нежилое помещение площадью 16.0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...>, машино-место №12; в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие экономический или иной смысл совершения спорной сделки по приобретению ФИО5 недвижимого имущества. 10.11.2021, то есть через 9 дней после принятия судом обеспечительных мер, в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области поступили заявления о государственной регистрации перехода права собственности на спорный объект недвижимости от ФИО7 ФИО5 на основании договора купли-продажи от 16.09.2021, переход права собственности был зарегистрирован 12.11.2021. Совершая сделку с ФИО5 (регистрация сделки и действия, направленные на регистрацию), ФИО7 знала о принятии судом к производству заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки по приобретению ею спорного имущества, равно как и о принятии судом обеспечительных мер в отношении машино-места; указанная информация должна была быть известна ответчику как из определений суда, которые направлялись в адрес ФИО7, так и из соответствующей публикаций конкурсного управляющего на сайте ЕФРСБ. ФИО5, являясь профессиональным участником правоотношений в сфере недвижимости и лицом, аффилированным по отношению к ФИО7, не мог не знать о наличии настоящего спора и наложенных судом обеспечительных мерах, что свидетельствует о недобросовестности покупателя и его действиях в условиях сговора с продавцом, с единой целью – вывод имущества для воспрепятствования возвращения этого имущества в конкурсную массу в порядке применения реституции. В условиях корпоративной заинтересованности между ФИО7 и ФИО5, совершение сделки с ФИО5 (как подписание договора купли-продажи, так и обращение за регистрацией перехода права собственности) было обусловлено не экономической необходимостью, а процессуальными действиями конкурсного управляющего по оспариванию договора, ставшего основанием для перехода прав собственности от должника к ФИО7  Применительно к договору купли-продажи от 16.09.2021, имеются основания для признания указанной сделки недействительной по признаку ее ничтожности, исходя из положений статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и статьи 10 ГК РФ, однако, указанные нормы материального права судом применены не были.

При подаче апелляционной жалобы конкурсным управляющим должника  ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей, в подтверждение чего представлен чек-ордер от 15.05.2022 (операция 4965), приобщенный к материалам дела.

До начала судебного заседания от заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что материалами дела подтверждено, что размер встречного предоставления по оспариваемой сделке – стоимость приобретения спорного имущества – соответствует его рыночной стоимости с учетом  длительного срока экспозиции данного объекта (срока, в течение которого его пытались, но не могли реализовать) в течение почти 9-ти лет, конструктивных недостатков парковочного места (малая полезная площадь, угловое расположение, вентиляционные короба), отсутствия иных претендентов на его покупку, оплаты покупателем немедленно всей суммы наличными, задолженности по коммунальным платежам. ФИО7 полностью раскрыты суду и подтверждены письменными доказательствами фактические обстоятельства приобретения объекта по спорной цене. На дату покупки спорного места задолженность по коммунальным платежам составляла 48 345,74 рубля,  что повлияло на цену покупки. Оспариваемые сделки существенно отдалены друг от друга по дате их совершения. На дату совершения спорной сделки (14.02.2018) ФИО7 уже почти год как не осуществляла трудовую деятельность в ГК СМУ-3, т.к. уволилась оттуда с должности начальника отдела продаж еще 14.04.2017. Оспариваемые сделки были реальными, а признаки целенаправленного вывода имущества через некую схему сделок отсутствуют. Спорное машино-место является уникальным, нестандартным объектом, с присущими только ему существенными, индивидуальными недостатками, об этом свидетельствует техническое заключение ИП ФИО8 №2103-2022 от 21.03.2022 (сертификат соответствия судебного эксперта № PS001636 выдан ООО «Палата судебных экспертов»). Не соответствует действительности утверждение конкурсного управляющего о том, что согласно СНиП 21-02-99 высота данной парковки должна была быть не менее 2,0 метра. В действительности, спорное место не соответствует требованиям нормативной технической документации в строительстве, и на нем возможно хранение только транспортных средств высотой не более 1,723 м. Нельзя признавать достоверным доказательством представленный конкурсным управляющим отчет об оценке № 127/21 от 30.09.2021 уже хотя бы потому, что специалист подготовил его находясь в городе Волгограде, без выезда на место расположения парковки и без его фото-фиксации. Указанный отчет не может быть принят в качестве доказательства по делу, т.к. содержит в себе фундаментальные пороки и противоречия. Конкурсным управляющим не представлено доказательств аффилированности ФИО7 и должника. Сделка ФИО7 с ФИО5 реальна, законна, полностью оплачена; сам ФИО5 является добросовестным приобретателем, имеет документально подтвержденный интерес в покупке и использовании спорного объекта. Сделка с ФИО5 заключена и зарегистрирована в ЕГРП до внесения в Росреестр сведений об ограничении прав на спорное машино-место. ФИО5 полностью раскрыт и документально подтвержден реальный интерес в приобретении спорного машино-места. Формальная аффилированность ФИО7 и ФИО5 в связи с их участием в одном предприятии (ООО «Специализированный застройщик «Эксперт») не повлияла и не могла повлиять на условия оспариваемой сделки. На дату совершения спорной сделки признаки неплатежеспособности должника отсутствовали. ФИО7 полностью раскрыты и подтверждены документально источники финансирования покупки спорного машино-места.

От заинтересованного лица с правами ответчика ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что является добросовестным приобретателем спорного машино-места. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала, просила определение отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Представитель заинтересованного лица с правами ответчика ФИО7 с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению жалобы в их отсутствие.

От заинтересованного лица с правами ответчика ФИО5 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО7 с 29.09.2014 является жильцом дома, где находится спорное парковочное машино-место, расположенное по адресу: 

<

...>.

14.02.2018 между должником в лице директора ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи №12нж, по условиям которого продавец обязуется передать покупателю в частную собственность нежилое помещение площадью 16,0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...> дом №6, машино-место №12, далее по тексту - «отчуждаемое нежилое помещение», а покупатель обязуется на условиях настоящего договора принять отчуждаемое нежилое помещение в собственность и уплатить за него цену 150 000,00 рублей, в т.ч. НДС 18%.

Согласно пункту 2 договора отчуждаемое нежилое помещение принадлежит продавцу на праве собственности на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию №КЦ 66302000-631 от 24.11.2010, орган выдачи: администрация города Екатеринбурга.

В соответствии с пунктом 3 договора отчуждаемое нежилое помещение продано за сумму 150 000,00 рублей, в т.ч. НДС 18%. Покупатель производит оплату продавцу в течение 5 (пяти) банковских дней с момента подписания настоящего договора путем внесения наличных денежных средств в кассу  продавца. 

Согласно справке исх. №26/12 от 14.02.2018, выданной ЗАО «СМУ-3», должник подтвердил, что ФИО7 произведена оплата в размере 150 000,00 рублей согласно договору купли-продажи №12нж от 14.02.2018. 

Право собственности на указанный объект зарегистрировано за ФИО7 16.02.2018.

16.09.2021 между ФИО7 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю нежилое помещение площадью 16,0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...>, машино-место №12, а покупатель обязуется принять его в собственность и уплатить за него цену в размере 290 000,00 рублей. 

В соответствии с пунктом 3 договора отчуждаемое нежилое помещение продано за сумму 290 000,00 рублей. Покупатель производит оплату продавцу в следующие сроки: 14 000,00 рублей – 23.09.2021, 8 000,00 рублей – 23.10.2021, 117 000,00 рублей – 02.11.2021, 151 000,00 рублей – 10.11.2021.

Денежные средства в размере 290 000,00 рублей в счет оплаты стоимости спорного машино-места переданы ФИО7, что подтверждается распиской от 10.11.2021.

Право собственности на указанный объект зарегистрировано за ФИО5 12.11.2021.

Ссылаясь на то, что сделка должника с ФИО7 совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника путем вывода имущества из конкурсной массы по заниженной стоимости, ФИО7 и ФИО5 являются аффилированными лицами, договор купли-продажи от 16.09.2021 заключен в период действия принятых судом обеспечительных мер в отношении спорного машино-места, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие экономический смысл совершения спорной сделки по приобретению ФИО5 недвижимого имущества, равно как и доказательства использования парковочного места после его приобретения, обстоятельства совершения сделок свидетельствуют о недобросовестности ФИО7, ФИО5, ФИО5, являясь профессиональным участником правоотношений в сфере недвижимости и лицом, аффилированным по отношению к ФИО7, не мог не знать о наличии настоящего спора и наложенных судом обеспечительных мерах, что свидетельствует о недобросовестности покупателя и его действиях в условиях сговора с продавцом, с единой целью – вывод имущества для воспрепятствования возвращения этого имущества в конкурсную массу в порядке применения реституции, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи №12нж от 14.02.2018, заключенного между ЗАО «СМУ-3» и ФИО7, применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168 ГК РФ, признании недействительным договора купли-продажи 16.09.2021, заключенного между ФИО7 и ФИО5 применительно к положениям статьей 10, 168, 170 ГК РФ, применении последствий недействительности указанных сделок. 

Заинтересованным лицом с правами ответчика ФИО7 заявлено о пропуске конкурсным управляющим должника ФИО2 срока давности для обращения в суд с заявлением о признании сделок недействительными.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что доводы о неравноценности встречного предоставления по сделкам не подтверждены материалами дела, сделка с ФИО5 заключена и зарегистрирована в ЕГРП до внесения в Росреестр сведений об ограничении прав на спорный объект, ФИО7 не могла знать о каких-либо финансовых проблемах, возникших в группе компаний СМУ-3 в феврале 2018 года, не знала и не должна была знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника к моменту совершения сделки, последующее отчуждение машино-места ФИО7 произошло спустя более чем 3,5 года после приобретения, что не может указывать на цели по выводу имущества из конкурсной массы должника, конкурсным управляющим не доказана в совокупность условий, необходимых для признания сделки должника недействительной. При этом, суд признал, что срок исковой давности для обращения в суд с заявлением о признании сделок недействительными конкурсным управляющим должника не пропущен. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 29.05.2020, оспариваемый договор купли-продажи заключен 14.02.2018, переход права собственности на машино-место зарегистрирован в Управлении Росреестра 16.02.2018.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В частности, конкурсный управляющий должника указывает, что на момент заключения оспариваемого договора (14.02.2018) у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед следующими контрагентами (включенные на текущий момент в реестр требований кредиторов):

№

Наименование

кредитора

Дата/период

возникновения

обязательств

Сумма долга

Основание

возникновения

обязательств

Реквизиты определения о включении в реестр требований кредиторов

1

ООО МК

«У ралСантехСервис» (ИНН: 

<

***>)

2016 год

311 266, 79 руб. основного долга, 86 738, 75 руб. договорной неустойки и 10 960 руб. расходов на государственную пошлину.

договор № 265 от 28.01.2016, решение от 02.10.2019г. по делу А60- 45786/2019

06 октября 2020 года

2

ООО «Институт местных видов топлива - У ралгипроторф» (ИНН: 

<

***>)

2016-2018 год

637 548 руб., в том числе, 598 100 руб. неустойка; 39 448 - расходы по оплате государственной пошлины

договор от 30.07.2014 N° 333, акт

Решение по делу №А60- 64704/2019

06 октября 2020 года

3

Администрации г. Екатеринбурга в лице Земельного комитета

с сентября 2016 по 2020 год

28 593 893,98 рубля, из них: 14 996 028,34 рублей основного долга; 13 597 865,64 рублей пени.

договор аренды земельного участка № 5-914 от 23.09.2004

07 октября 2020 года

4

ООО «СП Екатеринбургсанте хмонтаж» (ИНН 

<

***>)

2016-2017

6 369 006 рублей 80 копеек, в том числе 5146808, 06 руб. - основной долг, 1222198,73 руб.- неустойка

Договор строительного подряда № 210 от 01.09.2016 года, Договору строительного подряда № 210 от 01.09.2016,

Договору строительного подряда № 39 от 05.04.2016 года

22 октября 2020 года

5

ФИО10 (ИНН 

<

***>)

С 30 марта 2017г

370892,95 руб., в том числе: 325 000 руб. долга, 45 892,95 руб. проценты

договор № 98 от 30.03.2018, договор № 98 от 01.04.2009, акты выполненных работ

30 ноября 2020 года

6

АО «Свердловский научноисследовательский институт химического машиностроения» (ИНН 

<

***>)

2017-2018

786734 руб. 90 коп

определение от 30.01.2019 по делу №А60-57427/2018

30 ноября 2020 года

7

ООО «Компания Симплекс» (ИНН 

<

***>)

2017-2019

1385478 руб. 43 коп

договор строительного подряда №01-10/17 от 10.10.2017 м

решение от 09.04.2019 по делу А60-8515/2019

26 января 2021 года

8

ФИО11

2017

5454716 руб. 48 коп., из которых: 5138731 руб. 49 коп. - основной долг, 261626 руб. 99 коп. - проценты, 54358 руб. 00 коп. - расходы по оплате государственной пошлины

Договор займа, решение от 02.12.2019 по делу №А60- 17310/2019

26 января 2021 года

Должник, начиная с 2016 года, перестал исполнять обязательства перед кредиторами. На дату совершения оспариваемых сделок у должника имелись не исполненные обязательства с истекшим сроком исполнения. 

Наличие кредиторской задолженности подтверждается и бухгалтерским балансом должника на 31.12.2018, согласно которому размер кредиторской задолженности должника составлял 181 299 000,00 рублей. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись имущество и денежные средства в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами, в материалы дела не представлены.

Таким образом, на момент совершения спорных сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности.

Вместе с тем, наличие признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки не является безусловным основанием для признания ее недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Для признания сделки недействительной по заявленным основаниям требуется доказать причинение вреда кредиторам должника оспариваемой сделкой, а также установить совокупность условий, для квалификации сделки в качестве недействительной, причинившей вред имущественным правам кредиторов должника и осведомленности стороны сделки о цели совершения указанной сделки.

В соответствии с пунктом 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Пунктом 1 статьи 385 ГК РФ установлено, что покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Как следует из материалов дела, ФИО7 с 29.09.2014 является жильцом дома, где находится спорное парковочное машино-место, расположенное по адресу: 

<

...>.

Как пояснила ФИО7, в январе 2018 года ФИО7 получила от сотрудницы агентства недвижимости Центр Недвижимости «Вознесенский», как от представителя группы компаний СМУ-3, предложение о приобретении свободных парковочных машино-мест №12 и №15 по цене 150 000,00-200 000,00 рублей. После звонка ФИО12 ФИО7 связалась по телефону с ФИО6 и сообщила о готовности приобрести машино-место по цене 150 000,00 рублей. 

14.02.2018 между должником (продавец) в лице генерального директора ФИО6 и ФИО7 (покупатель) был заключен договор №12нж купли-продажи, по условиям которого продавец обязался передать покупателю в частную собственность нежилое помещение площадью 16,0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...> дом №6, машино-место №12, а покупатель обязался на условиях договора принять отчуждаемое нежилое помещение в собственность и уплатить за него цену 150 000,00 рублей, в т.ч. НДС 18%.

Пунктом 3 договора установлено, что отчуждаемое нежилое помещение продано за сумму 150 000,00 рублей, в т.ч. НДС 18%. Покупатель производит оплату продавцу в течение 5 банковских дней с момента подписания настоящего договора путём внесения наличных денежных средств в кассу продавца.

Факт оплаты ФИО7 денежных средств в размере 150 000,00 рублей подтвержден справкой об оплате №26/12 от 14.02.2018.

Согласно пояснениям ФИО7 передача денежных средств и подписание договора купли-продажи №12нж от 14.02.2018 состоялось в этот же день в кабинете у ФИО6 Туда же бухгалтер доставил приходно-кассовый ордер №50 от 14.02.2018 и справку об оплате №26/12 от 14.02.2018.

Право собственности на указанный объект зарегистрировано за ФИО7 16.02.2018.

Относительно наличия у ФИО7 финансовой возможности приобрести спорное имущество, ответчик пояснила, что, начиная с мая 2017 года и в 2018 году ФИО7 осуществляла деятельность в сфере кадастровых работ и технической инвентаризации в качестве директора последовательно ООО «Центр недвижимости и кадастровой деятельности» и затем ООО «БТИ №1». Доход, согласно официальным справкам 2-НДФЛ за 2017 год составил 99 704,41 рубля, за 2018 год по двум местам работы в сумме – 154 705,00 рублей. В феврале 2018 года, когда ФИО7 получила предложение по покупке парковочного места №12, она заняла всю необходимую сумму денежных средств у матери ФИО13 (далее – ФИО13). Денежные средства она получила от матери наличными. Являясь близкими родственниками, письменно данный заем в виде отдельного документа не оформляли. С марта 2012 года по июнь 2016 года, ФИО13 занимала ответственную должность заместителя управляющего Уральского банка ПАО «Сбербанк России». Соответственно, она имела существенный постоянный доход по основному месту работы. Согласно прилагаемым справкам о доходах, в 2016 году доход ФИО13 составил 4 084 091,41 рубля, в 2017 году 190 380,00 рубля, в 2018 году 191 880,00 рубля. Помимо названного выше дохода, наличие у ФИО13 денежных средств, достаточных для финансирования займа в размере 150 000,00 рублей, также подтверждается в частности наличием вклада в ВТБ банке на сумму 1 068 179,55 рубля и операциями по нему. В период, предшествующий сделке (14.02.2018), ФИО13, начиная с августа 2017 года, периодически производила снятие денег в банкомате с целью формирования небольшого личного резерва в виде наличных денежных средств. А именно, согласно выписке по счету дебетовой карты за период 03.07.2017 по 31.12.2017, снято наличных в банкомате на сумму 364 000,00 рублей. Именно из этого фонда наличных ФИО13 и был выдан заем своей дочери ФИО7 на покупку спорного машино-места в размере полной его стоимости в 150 000,00 рублей с обещанием начать погашение займа не ранее, чем через год после его выдачи, и с погашением частями, по мере финансовых возможностей. Возврат суммы займа производился ФИО7 в адрес матери согласно устной договоренности частями, по мере финансовых возможностей, в период с 20.02.2019 по конец 2019 года. Погашение производилось безналичным перечислением средств на карту ФИО13, что подтверждается индивидуальной выпиской по счету ФИО7 в Сбербанке за период с 15.02.2019 по 15.02.2020 о перечислениях денежных средств от ФИО7 в адрес ФИО13 в общей сумме 163 000,00 рублей.

Приведенные ФИО7 обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела доказательствами. 

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие у ФИО7 финансовой возможности приобрести имущество (машино-место) по оспариваемому договору.   

В последующем 16.09.2021 между ФИО7 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю нежилое помещение площадью 16,0 кв.м, кадастровый номер 66:41:0303062:393, расположенное по адресу: 

<

...> д. №6, машино-место №12, а покупатель обязуется принять его в собственность и уплатить за него цену в размере 290 000,00 рублей. 

В соответствии с пунктом 3 договора отчуждаемое нежилое помещение продано за сумму 290 000,00 рублей. Покупатель производит оплату продавцу в следующие сроки: 14 000,00 рублей – 23.09.2021, 8 000,00 рублей – 23.10.2021, 117 000,00 рублей – 02.11.2021, 151 000,00 рублей – 10.11.2021.

В подтверждение факта оплаты ФИО5 стоимости спорного машино-места в материалы дела представлена расписка от 10.11.2021 на сумму 290 000,00 рублей.

Согласно пояснениям ФИО5, последний является владельцем нежилых помещений, с кадастровыми номерами 66:41:0303062:340 (площадью 66,6 кв.м) и 66:41:030362:349 (площадью 145 кв.м), расположенных по адресу: 

<

...>, на 2 этаже. В указанных помещениях расположены организации, в которых у него работает несколько десятков сотрудников. Часть сотрудников имеет личный автотранспорт и испытывает проблемы с парковкой около вышеуказанного дома в рабочее время. 

Таким образом, спорное парковочное место приобретено для парковки автомобиля сотрудниками ФИО5

Вопреки доводам апеллянта, оспариваемый договор купли-продажи от заключен 16.09.2021 и зарегистрирован в ЕГРП 12.11.2021, то есть до внесения регистрирующим органом сведений об ограничении прав на спорный объект на основании определения о принятии обеспечительных мер (дата государственной регистрации ограничения 17.11.2021).

Конкурсный управляющий должника ссылался на то, что оспариваемая сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств.

В частности, указывает на то, что в соответствии с отчетом №127/2021 от 30.09.2021, выполненным ООО «Региональная компания-Профит», по состоянию на 14.02.2018 рыночная стоимость нежилого помещения, кадастровый номер 66:41:0303062:393, площадью 16,0 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> д. №6, машино-место №12, составляет 738 000,00 рублей (л.д.57-62 т.1).

В пункте 13 отчета №127/2021 от 30.09.2021 указано, что оценщиком выбран сравнительный метод исследования, при этом, осмотр объектов оценки не производился в связи с определением стоимости на ретроспективную дату. 

К данному отчету не приложено фотографий спорного машино-места.

Вместе с тем, как следует из технического заключения №2103-2022, составленного ИП ФИО8, являющимся инженером по специальности «Промышленное и гражданское строительство», про проведении осмотра технического состояния объекта, сопровождающегося фотографированием, специалистом установлено, что вход в помещение ограничен П-образным порталом, образованным несущими конструкциями здания (колонны, ригель). Помимо данных ограничений в центральной части над входом в помещение проложены инженерные коммуникации, а именно трубопроводы прямоугольного сечения общедомовой системы вентиляции. Наличие данного недостатка ограничивает возможность использования объекта недвижимости по назначению, то есть автотранспортное средство/прицеп, подлежащее хранению в данном помещении должно иметь габаритную высоту не более 1923 – 200 мм = 1723 мм. Высота от уровня пола до плоскости короба системы вентиляции составляет 1941 мм (л.д.16-53 т.2). 

Указанные недостатки (наличие вентиляционного короба шахты, находящейся на потолке машино-места), затрудняющего использование объекта, либо доставляющего неудобства при его использовании, не были учтены оценщиком при подготовке расчета стоимости спорного объекта и составлении отчета №127/2021 от 30.09.2021, представленного конкурсным исправляющим должника. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, машино-место имеющее коммуникации в виде вентиляционных коробов, труб ливневой канализации, будут меньше пользоваться спросом у потенциальных покупателей, нежели ничем не ограниченные, не обремененные машино-места.

Согласно пояснениям ФИО7, что на парковке под ее домом имеется аналогичное парковочное место №15 с вентиляционным коробом, никому не реализованное. 

С учетом указанного, судом первой инстанции правомерно не принят во внимание представленный конкурсным управляющим должника отчет №127/2021 от 30.09.2021 в качестве надлежащего доказательства, определяющего рыночную стоимость спорного машино-места.

Представленное ФИО7 заключение ООО Уральский аналитический центр независимой оценки собственности», определившее рыночную стоимость машино-места в размере 172 496,00 рублей, также не принято судом первой инстанции в качестве надлежащего доказательства, поскольку 4 аналога использованных для определения стоимости объекта, территориально находятся в других районах города Екатеринбурга (ЖБИ, УРАЛМАШ), а не в районе ВИЗ. Кроме того объекты, указанные в аналогах находятся на надземной части, а не подземной как у спорного объекта.

В соответствии с отчетом 034оц-22 от 17.02.2022, выполненным ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия», представленным ФИО5 в материалы дела, рыночная стоимость машино-места, кадастровый номер 66:41:0303062:393, площадью 16,0 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>, машино-место №12, составляет 276 000,00 рублей и может находиться в интервале от 228 000,00 рублей до 324 000,00 рублей (л.д.54-118 т.2).

В отчете №034оц-22 от 17.02.2022 при определении стоимости спорного объекта оценщиком учтено наличие вентиляционного короба, который, как указывает оценщик, снижает высоту машино-места, то есть для высоких машин объект оценки не пригоден. При использовании сравнительного метода оценки оценщиком использованы аналоги, находящиеся в одном административной районе ВИЗ г. Екатеринбурга вблизи спорного машино-места.

Доказательства иной рыночной стоимости машино-места с учетом его состояния и технических характеристик, конкурсным управляющим должника не представлены (статья 65 АПК РФ).

Суд первой инстанции неоднократно в определениях от 03.02.2022, от 27.02.2022, от 23.03.2022 предлагал лицам, участвующим в деле, рассмотреть возможность проведения судебной экспертизы по определению рыночной стоимости машино-места. 

Однако, ходатайство о назначении судебной экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ при рассмотрении настоящего обособленного спора заявлено не было. 

В связи с чем, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции при определении стоимости спорного машино-места правомерно руководствовался отчетом 034оц-22 от 17.02.2022, выполненным ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия».

Таким образом, довод конкурсного управляющего должника об отсутствии встречного предоставления не подтвержден материалами дела.

При изложенных обстоятельствах, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом неправомерно отвергнут довод конкурсного управляющего о существенном превышении рыночной стоимости спорного имущества по сравнению со встречным предоставлением по сделке со стороны ФИО7; поскольку оспариваемая сделка заключена по цене 150 000,00 рублей, в то время как рыночная стоимость отчужденного объекта недвижимости согласно имеющегося в материалах дела отчета №127/2021 от 30.09.2021, выполненного ООО «Региональная компания-Профит», составляет 738 000,00 рублей, применение критерия кратности цены в качестве подтверждения наличия у сделки признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является оправданным, отклоняются, как необоснованные. 

Доводы апеллянта о том, что техническое заключение №2103-2022, составленное ИП ФИО8 и зафиксировавшее наличие короба и высоту от уровня пола до плоскости короба, выполнено на текущую дату, в связи с чем, не подтверждает, что объект исследования имел на дату заключения сделки отклонение по высоте от уровня пола до низа короба (со слов ответчиков после совершения сделки производилась заливка пола, что могло изменить высоту потолков); выводы суда о том, что наличие короба системы вентиляции могло негативно повлиять на размер рыночной стоимости спорного машино-места вплоть до снижения стоимости в пять раз по сравнению с рыночными ценами на иные машино-места, не основаны на доказательствах, представленных в материалы дела; принятый судом во внимание отчет №034оц-22 от 17.02.2022, выполненный ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия» имеет следующие недостатки: допущено не корректное описание поправки на отделку (техническое состояние) помещений (на странице 46 отчета оценщик указывает, что применяет к аналогам 3 и 4 правку на отделку в размере -18%, при этом, на странице 43 оценщиком применяется поправка не -18% к аналогу 3, а -25% ко всем аналогам); документально не обосновано применение поправки -27% на стр.44 отчета к аналогу 3 в связи с отсутствием данных о наличии отопления в паркинге по адресу Крауля 44 (наличие систем отопления в паркинге по адресу Крауля 44 не подтверждено документально, применение поправки - 27% не обосновано); оценщик из рыночной выборки использует в расчете минимальные значения, хотя в выборке есть аналоги, расположенные по адресу ФИО9, 27 и Токарей, 27 (стр.30 отчета), а это жилые дома, расположенные в непосредственной близости с объектом оценки; при этом, несмотря на намеренное занижение стоимости объекта оценки в отчете №034оц-22 от 17.02.2022, рыночная стоимость, полученная оценщиком, (276 000,00 рублей) существенно (практически в два раза) превышает цену оспариваемой сделки (150 000,00 рублей); суд необоснованно отклонил возражения конкурсного управляющего относительно недостоверности отчета №034оц-22 от 17.02.2022, отклоняются.

 Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио - и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 АПК РФ).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценочная деятельность осуществляется на территории Российской Федерации на основании Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон № 135-ФЗ).

В силу абзаца 1 статьи 20 Закона № 135-ФЗ требования к порядку и проведению оценки и осуществлению оценочной деятельности определяются стандартами оценочной деятельности.

Общие требования к содержанию отчета об оценке объекта оценки установлены статьей 11 Закона №135-ФЗ, а критерии оценки имущества закреплены в Федеральных стандартах оценки «Общие понятия оценки, подходы к оценки и требования к проведению оценки» (ФСО № 1), «Цель оценки и виды стоимости» (ФСО №2), «Требования к отчету об оценке» (ФСО № 3), утвержденных Приказами Минэкономразвития Российской Федерации от 20.05.2015 № 297, 298, 299.

Пунктом 1 статьи 12 Закона №135-ФЗ предусмотрено, что итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены данным Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Как указывалось ранее, в отчете №127/2021 от 30.09.2021, выполненным ООО «Региональная компания-Профит», согласно которому по состоянию на 14.02.2018 рыночная стоимость спорного машино-места составляет 738 000,00 рублей, оценщиком выбран сравнительный метод исследования, при этом, осмотр объектов оценки не производился в связи с определением стоимости на ретроспективную дату, не были учтены, недостатки (наличие вентиляционного короба шахты, находящейся на потолке машино-места), затрудняющие использование объекта, либо доставляющего неудобства при его использовании.

К данному отчету не приложено фотографий спорного машино-места.

Вопреки доводам конкурсного управляющего, учитывая, что техническое заключение №2103-2022, составленное ИП ФИО8, оформлено в соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 АПК РФ, не содержит противоречий в выводах специалиста, составлено последовательно и логично, содержит ответы на поставленные вопросы в полном объеме, выполнено с учетом фактического осмотра и фотографирования, составлено при наличии у специалиста соответствующей компетенции, суд первой инстанции обоснованно принял указанное заключение в качестве надлежащего доказательства и оценил его в совокупности с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

В отчете №034оц-22 от 17.02.2022, выполненном ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия», согласно которому рыночная стоимость спорного машино-места составляет 276 000,00 рублей и может находиться в интервале от 228 000,00 рублей до 324 000,00 рублей, при определении стоимости спорного объекта оценщиком учтено наличие вентиляционного короба, который, как указывает оценщик, снижает высоту машино-места, то есть для высоких машин объект оценки не пригоден. При использовании сравнительного метода оценки оценщиком использованы аналоги, находящиеся в одном административной районе ВИЗ г. Екатеринбурга вблизи спорного машино-места.

Доказательства иной рыночной стоимости машино-места с учетом его состояния и технических характеристик, в материалах дела отсутствуют. 

Ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ не заявлялось. 

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно принял отчет №034оц-22 от 17.02.2022, выполненный ЗАО «Региональный центр оценки и управления стоимостью предприятия» в качестве надлежащего доказательства стоимости машино-места и оценил наряду с иными доказательствами, представленными в материалы дела.

В обоснование заявленных требований конкурный управляющий должника ссылался на наличие о заинтересованности ФИО7 по отношению к должнику через знакомство бывшего директора ФИО6, а также участие ФИО7 в ООО «СМУ-3 ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>) с долей участия 2 500,00 рублей (25%), вторым учредителем которого являлся ФИО6; ФИО7 в прошлом являлась директором по продажам ЗАО «СМУ-3»; с 13.02.2018 и по настоящее время ФИО7 является руководителем ООО «БТИ №1» (ИНН 

<

***>). ООО БТИ №1 является деловым партнером группы компаний СМУ-3, которыми руководил ФИО6, что подтверждается сведения с сайта ООО «БТИ №1», где в качестве проектов данной организации указаны паркинг ЖК «Аристократ» и ЖК «Вивальди», застройщиками которых выступали организации группы компаний ФИО6 Кроме того, на сайте ООО «БТИ №1» имеется отзыв ФИО6, где он указывает, что много лет работает с БТИ №1 и имеет только положительный опыт работы с данной организацией. Указанное, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о наличии давних деловых связей между ФИО7 и группой компаний СМУ-3 (при этом деловое сотрудничество осуществлялось именно в сфере основной деятельности должника и группы компаний – строительства и продажи недвижимого имущества), что дает основания предполагать наличие у покупателя  осведомленности о финансовом состоянии должника и наличии у него признаков неплатежеспособности.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 разъяснено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаётся лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Судом установлено, что ООО «СМУ-3 ИНВЕСТ» (ИНН 

<

***>) было создано 29.11.2006, и ликвидировано 20.08.2009. Общество было создано для организации продаж, его функционал – агентство недвижимости при группе компаний СМУ-3. Общество было ликвидировано в 2009 году, т.е. за 11 лет до банкротства должника АО «СМУ-3».

Согласно пояснениям ФИО7 всю свою трудовую деятельность в группе компаний СМУ-3 она провела в качестве наемного работника, с выплатой ей заработной платы, т.е. в рамках трудовых отношений. На дату совершения спорной сделки (14.02.2018) ФИО7 уже почти год как не осуществляла трудовую деятельность в ГК СМУ-3, т.к. уволилась оттуда с должности начальника отдела продаж еще 14.04.2017, т.е. за 10 месяцев до заключения оспариваемого договора. Никакого влияния на ФИО6, а значит и на условия спорной сделки, ни до, ни после увольнения ФИО7 не имела и иметь не могла, тем более, что расторгнутые в апреле 2017 года трудовые отношения предполагали отношения власти-подчинения, где ФИО7 по должности была подчиненной ФИО6 На момент сделки и эти отношения прекратились, и ФИО6 и ФИО7 остались независимыми друг от друга участниками гражданского оборота. Информация, размещенная на сайте ООО «БТИ №1» имеет рекламный характер. В маркетинговых целях при создании сайта ФИО7 обратилась с просьбой к ФИО6, как к заслуженному строителю России, оставить положительный отзыв. Это нормальная и общеупотребимая практика для работника, который за несколько лет заслужил у работодателя положительное мнение о себе. В 2018 году у группы компаний СМУ-3 была железная репутация и, на тот момент, это привлекло бы других застройщиков. Размещение ФИО7 в 2018-м году на сайте отзыва ФИО6 для целей собственной рекламы и продвижения свидетельствует о том, что ФИО7 в 2018 году ни о каких признаках банкротства СМУ-3 сведений не имела. В противном случае она не стала бы размещать на сайте информацию, хоть как-то ассоциирующую ее с несостоятельным застройщиком. Наоборот, это в 2018 году ФИО7 полностью доверяла репутации СМУ-3 в целом и ФИО6 в частности.

Как пояснила ФИО7, ее организация проводила в паркинге ЖК «Аристократ» кадастровые работы исключительно для собственников машино-мест, и по соглашению с ними, а не со СМУ-3. В соответствии со статьей 6 Закона №315-ФЗ от 13.07.2015, организация ФИО7 ООО «Центр недвижимости и кадастровой деятельности» по договорам с физическими лицами, а не со СМУ-3, провела кадастровые работы по переоформлению общедолевой собственности физических лиц в виде ее выдела в индивидуальные машино-места, что подтверждается соглашением от 14.07.2017 физических лиц – собственников помещений в подвале о выделении их парковок в натуре. Никакого отношения к группе компаний СМУ-3 этот вид кадастровых работ не имел. Упоминание этой информации на сайте ФИО7 также носит исключительно рекламный характер.

Таким образом, ФИО7 не могла знать о каких-либо финансовых проблемах, возникших в группе компаний СМУ-3 в феврале 2018 года. 

Указанные пояснения ФИО7 правомерно приняты судом во внимание и оценены в совокупности с иными доказательствами, имеющимися в материалах дела. 

При этом наличие признаков аффилированности между сторонами сделки само по себе не свидетельствует о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также об отсутствии реального экономического интереса в совершении сделки.

Соответственно, конкурсным управляющим не доказана, а судом не установлена осведомленность стороны по сделке о совершении сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Последующее отчуждение машино-места ФИО7 произошло спустя более чем 3,5 года после приобретения, что не может указывать на цели по выводу имущества из конкурсной массы должника.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки вред имущественным правам кредиторов должника не был причинен. 

Поскольку совокупность необходимых обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной не доказана, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований о признании договора купли-продажи от 14.02.2018, заключенного между должником и ФИО7, недействительной сделкой применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

С учетом вышеуказанного, доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что выводы суда о том, что ФИО7 не могла знать о каких-либо финансовых проблемах, возникших в группе компаний СМУ-3, не основаны на обстоятельствах по делу и представленных доказательствах, конкурсный управляющий указывал на наличие признаков заинтересованности (аффилированности) ФИО7 по отношению к должнику, наличии давних деловых связей у ФИО7 и группы компаний СМУ-3, что дает основания предполагать наличие у покупателя осведомленности о финансовом состоянии должника и наличии у него признаков неплатежеспособности; ФИО7 и ФИО5 являются аффилированными лицами; совершая сделку с ФИО5 (регистрация сделки и действия, направленные на регистрацию), ФИО7 знала о принятии судом к производству заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки по приобретению ею спорного имущества, равно как и о принятии судом обеспечительных мер в отношении машино-места; указанная информация должна была быть известна ответчику как из определений суда, которые направлялись в адрес ФИО7, так и из соответствующей публикаций конкурсного управляющего на сайте ЕФРСБ; ФИО5, являясь профессиональным участником правоотношений в сфере недвижимости и лицом, аффилированным по отношению к ФИО7, не мог не знать о наличии настоящего спора и наложенных судом обеспечительных мерах, что свидетельствует о недобросовестности покупателя и его действиях в условиях сговора с продавцом, с единой целью – вывод имущества для воспрепятствования возвращения этого имущества в конкурсную массу в порядке применения реституции; в условиях корпоративной заинтересованности между ФИО7 и ФИО5, совершение сделки с ФИО5 (как подписание договора купли-продажи, так и обращение за регистрацией перехода права собственности) было обусловлено не экономической необходимостью, а процессуальными действиями конкурсного управляющего по оспариванию договора, ставшего основанием для перехода прав собственности от должника к ФИО7, отклоняются, как необоснованные. 

Кроме того, конкурсным управляющим должника указанные сделки оспорены по общегражданским основаниям. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления ВАС РФ от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что  сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФЯ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В рассматриваемом случае, с учетом установленных судом обстоятельств дела, оснований полагать, что оспариваемые сделки были совершены для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, волеизъявление сторон сделок не соответствовало их внутренней воле, являлись мнимыми, не имеется.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при осуществлении оспариваемых сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также о мнимости спорных сделок, совершения их без намерения создать соответствующие правовые последствия, в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание недоказанность того, что взаимоотношения между сторонами носили формальный характер, причинения совершением оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов, намерения сторон причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемых сделок, мнимости правоотношений, оснований для признания сделок недействительными применительно к положениям статей 10, 168, 170 ГК РФ судом не установлено, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим должника требований.

Выводы суда первой инстанции, сделанные по результатам рассмотрения обособленного спора, основаны на правильном определении юридически значимых обстоятельств, которым дана надлежащая правовая оценка.

С учетом вышеуказанного доводы апеллянта о том, что применительно к договору купли-продажи от 16.09.2021, имеются основания для признания указанной сделки недействительной по признаку ее ничтожности, исходя из положений статьи 170 ГК РФ и статьи 10 ГК РФ, однако, указанные нормы материального права судом применены не были, подлежат отклонению.  

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с принятым судебным актом и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ, поскольку в удовлетворении жалобы отказано. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 28 апреля 2022 года по делу №А60-24996/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина 

 

Судьи

Т.В. Макаров 

 

Л.В. Саликова