АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-32760/2017

г. Краснодар

18 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 18 марта 2022 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Конопатова В.В. и Соловьева Е.Г., при участии в судебном заседании от ответчика – общества с ограниченной ответственностью СК «Кубань Инвест» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1 (доверенность                       от 22.11.2021), в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Кубань Инвест» (ИНН 

<

***>) – ФИО2, ответчиков: общества с ограниченной ответственностью «Строй Технология» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Догма-Строй»                       (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Догма»                                    (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Специализированный Застройщик ''Догма-Инвест''»  (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Специализированный Застройщик ''ГК Догма''» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Специализированный Застройщик ''Догма''» (ИНН 

<

***>), кредитора: акционерного общества «Коммерческий банк "Росэнергобанк"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»                   (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Коммерческий банк "Росэнергобанк"» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 по делу № А32-32760/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кубань Инвест» (далее – должник) АО «Коммерческий банк "Росэнергобанк"» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно ООО СК «Кубань Инвест», ООО «Строй Технология», ООО «Догма-Строй», ООО «Догма», ООО Специализированный Застройщик «Догма-Инвест», ООО Специализированный Застройщик «ГК Догма», ООО Специализированный Застройщик «Догма» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением от 15.09.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 24.01.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы отсутствием оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Обстоятельства дела свидетельствуют о невозможности корпоративного контроля над должником со стороны ответчиков.

В кассационной жалобе банк просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, заключение специалиста ООО «Эксперт» не соответствует критериям относимости, допустимости и достоверности, предусмотренным частью 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заключение сделок являлось действиями одной группы лиц (семьи), контролирующих должника и ответчиков. ООО СК «Кубань Инвест» является компанией-двойником должника.

В отзывах на кассационную жалобу ООО Специализированный Застройщик «ГК Догма», ООО СК «Кубань Инвест» просят судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит удовлетворить.

Как видно из материалов дела, решением суда от 01.11.2017 ООО «Кубань-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Определением от 20.07.2018 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

Банк обратился в суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности. ООО СК «Кубань Инвест» зарегистрировано в качестве юридического лица 24.03.2016, руководитель и один из учредителей – ФИО4 ООО «Строй Технология» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.11.2017, руководитель ФИО4, учредители ФИО4 и ООО СК «Кубань Инвест». ООО «Догма-Строй» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.01.2020, руководитель и учредитель ФИО4; ООО «Догма» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.05.2016, руководитель ФИО4, учредители: ФИО4 и ООО СК «Кубань Инвест». ООО Специализированный застройщик «Догма-Инвест» зарегистрировано в качестве юридического лица 14.08.2019, учредитель и руководитель ФИО4 ООО Специализированный застройщик «ГК «Догма» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.10.2018, учредители ФИО4 и ООО СК «Кубань Инвест». ООО Специализированный застройщик «Догма» зарегистрировано 20.11.2018, руководитель ФИО4, учредители: ФИО4 и ООО СК «Кубань Инвест». В обоснование заявления банк указал, что данные взаимосвязанные компании созданы в преддверии банкротства должника. В пользу указанных юридических лиц предположительно выведены активы должника, что сделало невозможным погашение требований кредиторов в ходе процедуры банкротства. Руководителем и учредителем указанных лиц (ответчиков) является ФИО4, который одновременно в период с 16.09.2015 по 29.06.2017 находился в должности руководителя ООО «Кубань Инвест», а также с 01.12.2014 являлся единственным учредителем общества. По мнению банка, ответчики активно способствовали совершению сделок, направленных на вывод активов должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона.

В статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве установлены основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное – банкротное – состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделки); 3) ответчик является инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

С учетом того, что предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, исходя из чего применению подлежат разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  (далее – постановление № 53).

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены главой III.2 Закона о банкротстве.

Из положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве следует, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 3 постановления № 53 разъяснено, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 – 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, суды указали на то, что сделки, которые повлекли банкротство ООО «Кубань Инвест»,  совершены должником в период с 2015 по 2016 гг., т. е. до момента создания организаций, указанных в качестве ответчиков, за исключением двух организаций, которые созданы 24.03.2016 – ООО СК «Кубань Инвест» и 12.05.2016 – ООО «Догма». Указанные обстоятельства свидетельствуют о невозможности корпоративного контроля над должником со стороны ответчиков. Допущенные должником нарушения, повлекшие впоследствии его несостоятельность, изначально находились вне пределов полномочий ответчиков. Из представленных в материалы дела документов установлено, что                  ФИО5 (контролирующее должника лицо) приходится сыном ФИО4 (учредитель и (или) руководитель организаций – ответчиков). Указанное обстоятельство само по себе не является основанием для вывода об осуществлении ФИО4 корпоративного контроля над ООО «Кубань Инвест». Суду не представлены доказательства, свидетельствующие о получении организациями-ответчиками каких-либо существенных активов должника. В рассматриваемом случае отсутствует информация о том, что кто-либо, помимо ФИО5, осуществлял фактическое руководство                   ООО «Кубань-Инвест». Какие-либо доказательства совершения сделок по выводу активов должника на расчетные счета организаций – ответчиков отсутствуют. Все организации, в пользу которых перечислялись средства должника, имели в качестве руководителей и учредителей иных лиц. Суду не представлены доказательства, что организации, на счета которых выведены денежные средства, фактически или юридически аффилированы по отношению к должнику или ответчикам. Доводы заявителя о переводе активов ООО «Кубань Инвест» путем совершения сделок с аффилированными лицами не нашли документального подтверждения. ФИО4 не являлся и не является в настоящее время бенефициаром ООО СК «Кубань Инвест» (ввиду несущественности его доли – менее 0,1% в уставном капитале). Суду не представлены доказательства того, что организации, которые получили денежные средства от должника, заключали какие-либо договоры и соглашения с ООО СК «Кубань Инвест», либо передавали ООО СК «Кубань Инвест» (его учредителям и/или руководителям) денежные средства каким-либо иным образом. Заявитель не доказал наличие причинно-следственной связи между факторами, повлекшими банкротство ООО «Кубань Инвест», и созданием ООО СК «Кубань Инвест».

Между тем, как показала проверка материалов дела, суды не учли следующего.

Банк указывал на то, что ООО СК «Кубань Инвест» является компанией-двойником должника – ООО «Кубань Инвест». Общества зарегистрированы в                                 

<

...> (офис 1, 4, 5) и корпус 2 (офис 11). Финансовые показатели должника и ООО СК «Кубань Инвест» имеют обратную пропорциональность (снижение и увеличение активов в один период времени).                  ФИО4 являлся директором ООО «Кубань Инвест» с 08.12.2011 по 17.06.2014, участником ООО «Кубань Инвест» с 21.11.2011 по 01.12.2014, директором ООО СК «Кубань Инвест» с 20.06.2017 по настоящее время. ФИО5 являлся директором ООО «Кубань Инвест» с 16.09.2015 по 29.06.2017, участником ООО «Кубань Инвест» с 01.12.2014 по настоящее время. ФИО5 являлась участником сделок, заключенных с ООО «Кубань Инвест» и ООО СК «Кубань Инвест», в частности, договоров инвестирования и договоров уступки прав по договорам инвестирования.

Кроме того, ФИО4 является отцом ФИО5, а ФИО5 и  ФИО5 являются мужем и женой. Заключение сделок являлось действиями одной группы лиц (семьи), контролирующих должника и ответчиков по передаче активов                      от должника к ООО СК «Кубань Инвест».

Анализ финансовой деятельности должника, а также численность и перевод сотрудников, состав участников компаний свидетельствуют о том, что ООО «Кубань Инвест» совместно с ООО СК «Кубань Инвест» создана схема уклонения от выполнения обязательств по погашению кредиторской задолженности путем создания нового юридического лица с аналогичным названием и основным видом деятельности, что является необходимым условием перевода всей договорной базы с компании-банкрота на новую компанию, на деятельность которой впоследствии переориентируется вся хозяйственно-финансовая деятельность должника и работа с клиентской базой. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, суды                       не проверили обстоятельства, на которые ссылался банк в обоснование своих доводов,                не выяснили, на какие цели были истрачены должником полученные кредитные средства, каким образом должник проверял своих контрагентов, перечисляя им денежные средства. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Таким образом, в случае выводов об отсутствии причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов вследствие совершения руководителем от имени должника сделок либо о том, что причиненный вред не является существенным, судам надлежит проверить, допустило ли контролирующее должника лицо действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника. Кроме того, с учетом разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 20 постановления № 53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности, на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В этой связи судам надлежало исследовать, какое значение для последующей деятельности должника имела схема организации бизнеса, на которую ссылался банк; оценить существенность ее негативного воздействия на деятельность должника; установить, как сильно изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели его экономические показатели. Установление перечисленных обстоятельств в соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции, изложенными в пункте 20 постановления № 53, имеет существенное значение для правильного определения вида и размера ответственности, подлежащей применению к контролирующему должника лицу.

Суды также не учли, что постановлением от 19.08.2020 апелляционный суд привлек ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КубаньИнвест». Суд установил, что должник в счет поставки товаров вывел на расчетные счета сторонних организаций в общей сложности 1 011 238 147 рублей                        63 копейки, полученных от АО «Росэнергобанк» по кредитным договорам. Договоры поставки являются мнимыми, заключены без намерения поставщиков осуществить поставку товара и без намерения должника получить товар. Каким образом должник проверял своих контрагентов на предмет реальности поставок, осуществления ими реальной хозяйственной деятельности, суды также не выясняли.

В случае, если организация фактически контролирует деятельность должника и использует его имущество в собственных целях, не имея намерения распределять полученную от использования имущества прибыль, данное поведение выходит за пределы добросовестного осуществления прав всеми участниками гражданского оборота и имеет в себе признаки злоупотребления этими правами. Значение имеет сам факт доведения должника до банкротства, а не получение прибыли от использования указанной организации схемы ведения бизнеса. При таких обстоятельствах полное освобождение ответчиков от ответственности надлежит признать ошибочным, а выводы в этой части – не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. 

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения спора, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 28 и 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13                «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции». В связи с этим допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела.

В связи с неполным выяснением существенных для дела обстоятельств определение суда первой инстанции от 15.09.2021 и постановление апелляционного суда от 24.01.2022 подлежат отмене, обособленный спор – передаче на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть вышеизложенное и судебную практику по спорам с аналогичными обстоятельствами (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 14.10.2021 по делу № А65-3602/2020, постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.10.2021 по делу № А40-55532/2017), устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, исходя из предмета и оснований заявленных требований дать оценку всем доводам банка и лиц, участвующих в деле, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.09.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2022 по делу № А32-32760/2017 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                                В.В. Конопатов

Е.Г. Соловьев