ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-2738/2020

Дело № А41-68069/15

23 июня 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 июня 2020 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Мизяк В.П., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от публичного акционерного общества акционерный коммерческий банк «Урал ФД»: ФИО2 по доверенности № 055 от 24.01.19,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Евро-Форест» Левакова Сергея Валерьевича на определение Арбитражного суда Московской области от 20 января 2020 года по делу №А41-68069/15, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Евро-Форест» Левакова Сергея Валерьевича о привлечении Кулиевой Жанны Михайловны к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Евро-Форест» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО «Евро-Форест» ФИО4 в размере 47 668 454 рубля 93 копейки по обязательствам должника (т. 1, л.д. 3-12, 63-65).

Заявление подано на основании статей 61.10, 61.11 Федерального закона № 127ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением Арбитражного суда Московской области от 20 января 2020 года в удовлетворении заявленных требований было отказано (т. 4, л.д. 12-15).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Евро-Форест» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 4, л.д. 17-20).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ПАО АКБ «Урал ФД», участвующего в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО «Евро-Форест» было зарегистрировано в качестве юридического лица 12.09.12, его учредителем с долей в размере 50% уставного капитала Общества (с 08.10.14 – единственным участником) и генеральным директором являлась ФИО4 (т. 1, л.д. 38-40).

Определением Арбитражного суда Московской области от 08 сентября 2015 года было возбуждено производство по делу о признании ООО "Евро-Форест" несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Московской области от 18 ноября 2016 года ООО «Евро-Форест» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

По состоянию на 09.11.17 в реестр требований кредиторов должника были включены требования кредиторов в общем размере 47 668 454 рубля 92 копейки.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21 мая 2018 года арбитражный управляющий ФИО5 была освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Евро-Форест».

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 сентября 2019 года конкурсным управляющим ООО «Евро-Форест» был назначен ФИО3

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указал, что в результате совершения ООО «Евро-Форест» сделок в пользу ФИО4, а именно: выдачи беспроцентных займов в общей сумме 1 750 000 рублей, снятия последней денежных средств в сумме 1 866 000 рублей с расчетного счета Общества, выплаты ФИО4 160 000 рублей в качестве премии по итогу 1 квартала 2015 года, должник стал отвечать признакам несостоятельности, а непередача ФИО4 конкурсному управляющему должника транспортного средства NISSAN MURANO 2013 г.в. привела к невозможности погашения требований кредиторов должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции указал, что материалами спора опровергается довод конкурсного управляющего, что ФИО4 осуществлены действия, направленные на существенный вред имущественным правам кредиторов, доказательств совершения контролирующим должника лицом виновных действий, имеющих причинно-следственную связь с наступлением банкротства должника, не представлено.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.17 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.17 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Заявление конкурсного управляющего было подано в Арбитражный суд Московской области 14.11.17 (т. 1, л.д. 3), то есть в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

При этом, в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО «Евро-Форест» сослался на совершение ФИО4 в 2015-2018 годах действий, приведших к невозможности погашения требований кредиторов должника.

С учетом изложенного апелляционный суд полагает возможным рассмотреть настоящее заявление с применением Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии (пп. 2 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно части 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ООО «ЕвроФорест» ссылается на то, что бывшим генеральным директором должника ФИО4 осуществлялось неправомерное снятие денежных средств со счетов должника, а также совершены действия по сокрытию имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 17 названого Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Конкурсный управляющий ООО «Евро-Форест» указывает, что с расчетного счета должника в пользу ФИО4 были перечислены следующие денежные средства:

30.10.13 - 500 000 рублей в качестве беспроцентного займа по договору № 1 от 30.10.13,

06.02.14 - 250 000 рублей в качестве беспроцентного займа по договору № 2 от 03.02.14,

29.07.14 - 1 000 000 рублей в качестве беспроцентного займа по договору № 2 от 29.07.14,

17.06.15 - 160 000 рублей в качестве премии по итогу первого квартала 2015 года.

Также должнику АО "Альфа-Банк" была выпущена банковская карта № 4777142010660424, держателем которой являлась ФИО4. С указанной карты в период с 14.05.15 по 14.07.15 было снято 1 866 000 рублей наличными денежными средствами из банкоматов.

По мнению заявителя, указанные обстоятельства свидетельствуют об использовании ФИО4 денежных средств должника в целях, отличных от осуществления операций в рамках финансово-хозяйственной деятельности должника, и являются причиной целенаправленного доведения должника до состояния неплатежеспособности.

Между тем, вступившим в законную силу постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19 ноября 2019 года по настоящему делу было установлено, что  из снятых ФИО4 с корпоративной карты денежных средств в сумме 1 866 000 рублей, на счет ООО «Евро-Форест» было возвращено 1 667 000 рублей. В отношении денежных средств в сумме 199 000 рублей ФИО4 доказательств их возврата, равно как и доказательств правомерности получения не представлено, в связи с чем суд признал недействительными сделки по получению ФИО4 денежных средств в сумме 199 000 рублей (т. 3, л.д. 140-151).

Из названного судебного акта также следует, что определением Арбитражного суда Московской области от 22 декабря 2017 года по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Евро-Форест» о признании недействительными сделок ООО «Евро-Форест» по перечислению денежных средств с расчетного счета должника на расчетный счет ФИО4 в размере 160 000 (премия по итогу 1 квартала 2015 года), 1 750 000 рублей (по договорам беспроцентного займа), денежных средств в размере 1 866 000 рублей (посредством банковской карты) и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 и возврата в конкурсную массу должника денежных средств в общем размере 3 776 000 рублей было отказано в полном объеме. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 марта 2018 года определение Арбитражного суда Московской области от 22 декабря 2017 года было отменено в части, признано недействительным перечисление денежных средств с расчетного счета ООО «Евро-Форест» № 40702810502780000726, открытом в АО «Альфа-банк», на счет ФИО4 в размере 160 000 рублей, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 и возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 160 000 рублей, в остальной части определение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23 июля 2018 года определение Арбитражного суда Московской области от 22 декабря 2017 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 марта 2018 года были отменены в части отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок должника по перечислению с расчетного счета должника на расчетный счет ФИО4 денежных средств в размере 1 750 000 рублей по договорам беспроцентного займа и денежных средств в размере 1 866 000 рублей посредством банковской карты и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО4 и возврата в конкурсную массу названных денежных средств, в отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области, в остальной части обжалуемые судебные акты оставлены без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу была установлена неправомерность перечисления ФИО4 160 000 рублей в качестве премии и 199 000 рублей наличными.

При этом согласно данным бухгалтерского баланса основные средства ООО «Евро-Форест» за 2014 год составляли 11 162 000 рублей, а за 2015 год - 8 396 000 рублей. Дебиторская задолженность составляла за 2015 год - 58 756 000 рублей, запасы по материалам на 2015 год - 6 131 000 рублей (т. 3, л.д. 88-108).

Исходя из ведомостей банковского контроля по следующим контрагентам:  ФИО6 (Узбекистан), ООО «ММ.Орбита ЛТД» (Азербайджан), INTRANS SERVICE GROUP» и «SIMTRANS LTD», следует, что в адрес указанных предприятий и физического лица была поставлена продукция - пиломатериал обрезной хвойных пород на общую сумму более 200 000 000 рублей (т. 2, л.д. 1-29, т. 3, л.д. 7-33).

Факт вывозки пиломатериалов за рубеж подтверждаются таможенными декларациями, предоставленными Пермской таможней. 

Согласно ведомостям банковского контроля денежные средства от указанных предприятий в полном объеме на расчетный счет ООО «Евро-Форест» не поступили. Задолженность составила 58 756 000 рублей.

Следовательно, дебиторская задолженность сложилась из-за непоступления платежей со стороны иностранных контрагентов по поставленным за рубеж товарам. 

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что указанными обстоятельствами опровергается довод о том, что в результате перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Евро-Форест» на счет ФИО4 должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Конкурсный управляющий ООО «Евро-Форест» также указал, что ООО «ЕвроФорест» без каких-либо оснований перечислило со своего счета № 40702810500000005453, открытого в ПАО АКБ «Урал ФД», в период 01.03.13 по 04.09.15 на расчетный счет ООО «Стивидор» денежные средства в сумме 81 658 000 рублей, а также 3 925 320 рублей с расчетного счета № 

<

***>, открытого в Московском филиале ПАО АКБ «Урал ФД», на счет ООО «Стивидор».

В качестве основания названных платежей указана оплата по договору об оказании услуг № П-037 от 01.11.12.

Заявителем сделан вывод о том, что указанные перечисления денежных средств являются неосновательным обогащением ООО «Стивидор».

Однако, обстоятельства, на которые указывает заявитель, явились предметом рассмотрения искового заявления к ООО «Стивидор» о взыскании неосновательного обогащения в рамках дела № А50-40728/2017. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 28 марта 2018 года по делу № А50-40728/17 в удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего ООО «Евро-Форест» к ООО «Стивидор» было отказано (т. 3, л.д. 124-127).

Так, судом установлено, что ООО «Стивидор» оказывает услуги по погрузке и выгрузке лесопродукции, деятельность осуществляет с 2009 года. ООО «Евро-Форест», в свою очередь, осуществляло реализацию товара на экспорт. Одним из необходимых условий отправки товара является погрузка пиломатериала. Поскольку собственной базой погрузки-разгрузки ООО «Евро-Форест» не располагает, а отгрузка должна была осуществляться из г. Соликамска Пермского края. 01.11.12 между ООО «Евро-Форест» и ООО «Стивидор» был заключен договор на оказание услуг по погрузке и выгрузке пиломатериала № П-037, по условиям которого ООО «Стивидор» оказывало услуги ООО «Евро-Форест» по погрузке пиломатериала, в свою очередь ООО «Евро-Форест» оплачивало стоимость оказанных услуг. Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу об отсутствии неосновательного обогащения на стороне ООО «Стивидор», поскольку представленные данным лицом документы в совокупности с представленными истцом сведениями о совершенных платежах, подтвердили наличие между сторонами правоотношений на основании договора № П037 об оказании услуг от 01.11.12, договора транспортной экспедиции № П-037 от 01.11.12.

Таким образом, оснований полагать причинения вреда имущественным правам кредиторов должника по причине необоснованного перечисления контролирующим лицом денежных средств в адрес ООО «Стивидор» не имеется.

В отношении денежных средств в сумме 570 000 рублей, перечисленных ООО «Евро-Форест» ООО «Стивидор», вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 22 декабря 2017 года по настоящему делу установлено, что денежные средства перечислены в рамках исполнения обязательств по договору об оказании услуг № С-03 от 09.01.14, услуги по которому должнику были оказаны в полном объеме, доказательств, что сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, в результате ее совершения должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности не представлено.

Также конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований указал, что определением Арбитражного суда Московской области от 23 августа 2019 года по настоящему делу был признан недействительным договор купли-продажи № 24 от 02.07.15, заключенный между ООО «Евро-Форест» и ООО «Стивидор», применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Стивидор» возвратить башенный кран КБМ-40Ш-41, заводской номер 426, в конкурсную массу должника ООО «Евро-Форест». Судом установлено, что в результате заключения оспариваемого договора из конкурсной массы выбыло ликвидное имущество должника, за счет реализации которого возможно было бы погашение требование залогового кредитора и иных кредиторов, чьи требования включены в реестр требований кредиторов. При этом доказательств оплаты по договору в материалы спора не представлено. По мнению конкурсного управляющего, указанное свидетельствует о совершении ФИО4 сделки, направленной на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Поскольку изъятое имущество было возвращено в конкурсную массу должника, оснований полагать причинение вреда имущественным правам кредиторов должника при отчуждении имущества не имеется, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Также вопреки доводам заявителя ООО «Евро-Форест» предоставило бухгалтерские и иные документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность Общества, арбитражному управляющему ФИО7 по ее требованию, что подтверждается почтовой квитанцией от 15.10.16, а также описью почтового отправления в адрес арбитражного управляющего (т. 1, л.д. 126-129). 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии документального подтверждения того, что оспариваемые действия бывшего руководителя должника повлияли на результаты производственной деятельности должника в сторону ухудшения и убыточности хозяйственного процесса, полностью исключили возможность осуществления должником своих уставных задач и привели его к банкротству, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на заключение конкурсного управляющего ФИО5 о наличии/отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства от 13.06.17 не может быть принята во внимание, поскольку из него не усматривается совершение ФИО4 виновных действий, приведших к банкротству ООО «Евро-Форест».

Также в суде первой инстанции конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, указав, что непередача ФИО4 конкурсному управляющему должника транспортного средства NISSAN MURANO 2013 г.в. привела к невозможности погашения требований кредиторов должника, что является основанием для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности (т. 1, л.д. 63-65).

Действительно, по данным ГИБДД за ООО «Евро-Форест» зарегистрирован на праве собственности автомобиль NISSAN MURANO 2013 г.в., VIN 

<

***>, государственный регистрационный знак 

<

***> на который наложены ограничения регистрационных действий (т. 1, л.д. 69-70).

Доказательств передачи названного автомобиля в конкурную массу не представлено. Однако, указанное обстоятельство само по себе не является основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Евро-Форест».

Как указывалось выше, по смыслу разъяснений, данных в пунктах 16, 17, 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности возможно, если совершение таким лицом действий от имени должника привело к банкротству последнего либо данным лицом после наступления объективного банкротства должника совершена сделка, которая существенно ухудшила финансовое положение должника, в результате совершенной контролирующим должника лицом сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств наличия названных оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Евро-Форест», в том числе в связи с непередачей вышеназванного автомобиля, не имеется.

Непередача ФИО4 данного имущества не препятствует проведению процедуры банкротства и погашению требований кредиторов должника. Доказательств обратного не представлено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, поскольку были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую оценку. Выводы суда первой инстанции надлежащими доказательствами не опровергнуты.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 20 января 2020 года по делу № А41-68069/15 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

В.П. Мизяк

В.А. Мурина