Арбитражный суд Республики Адыгея

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А01-7/2021

г. Майкоп

9 сентября 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 07.09.2021г.

Решение изготовлено в полном объеме   09.09.2021г.

Арбитражный суд Республики Адыгея в составе судьи Мусифулиной Н.Г., при ведении протокола помощником судьи Мачуковым М.О., рассмотрев в судебном заседании иск индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности по договору аренды от 29.12.2018 № 4 в размере 55 000 рублей, неустойки в размере 55 000 рублей, и встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании договора аренды от 29.12.2018 № 4 и акта приема-передачи от 29.12.2018 недействительными,

от предпринимателя  - ФИО2 (доверенность от 17.09.2021);

от общества - ФИО3 (доверенность от 21.07.2020),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Адыгея поступило исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее - предприниматель) к обществу с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" (далее – общество) о взыскании задолженности по договору аренды от 29.12.2018 №4 в размере 55 000 рублей, неустойки в размере 55 000 рублей.

Заявленные требования мотивированы неисполнением арендатором обязанности по внесению платы за пользование недвижимым имуществом, расположенным по адресу:               

<

...>, за период с 01.11.2019г. по 30.09.2020г.

Определением суда от 19.02.2021 приняты встречные требования общества с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании договора аренды от 29.12.2018 № 4 и акта приема-передачи от 29.12.2018 недействительными (незаключенными). 

Встречные требования основаны на несогласованности существенных условий договора и его недействительности по признакам мнимости.

В ходе рассмотрения дела ответчиком по первоначальному иску было заявлено о фальсификации доказательств: договора аренды от 29.12.2018 № 4 и акта приема-передачи от 29.12.2018 к указанному договору, мотивированное тем, что подпись в вышеуказанных документах генеральному директору ФИО4 не принадлежит.

Заявление о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации было принято судом к рассмотрению, ввиду отказа истца на исключение договора аренды от 29.12.2018 № 4 и акта приема-передачи от 29.12.2018 из числа доказательств по делу.

На основании определения Арбитражного суда Республики Адыгея от 28.05.2021 Федеральным бюджетным учреждением «Краснодарская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» была проведена судебная почерковедческая экспертиза.

В соответствии экспертным заключением от 05.07.2021 №02117/4-3/1.1 установлено: подпись от имени директора ООО "Кубаньгипротранс" ФИО4 на  договоре аренды от 29.12.2018 № 4 и акте приема-передачи нежилого помещения от 29.12.2018 выполнена не ФИО4, а другим лицом (т.2, л.д.50-55). 

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 13.07.2021 производство по делу было возобновлено, рассмотрение спора назначено на 01 сентября 2021г. Судебное разбирательство проведено с перерывом до 15 час 00 мин. 07 сентября 2021г. Информация о перерыве в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, была размещена в информационной системе «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru/ и доведена до участников процесса непосредственно в заседании суда.

В ходе судебного разбирательства предприниматель представил суду заявление об изменении исковых требований, просил взыскать с ответчика в пользу истца задолженность по договору аренды от 01.05.2018 в размере 55 000 рублей, неустойку в размере 55 000 рублей.

Суд, признав данное распорядительное действие не соответствующим положениям статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказал в принятии  измененных исковых требований.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержала иск, пояснив суду, что все оспариваемые ответчиком документы были подготовлены истцом и переданы на подписание ответчику. После подписания они были возращены арендодателю с подписью и печатью арендатора, и, истец не знает, кто проставлял подпись в графе «арендатор». Вместе с тем, общество арендовало это помещение с 2017г., договоры за более ранние периоды были подписаны и исполнены без взаимных претензий сторон. Обратила внимание суда на то, что адрес арендуемого помещения является и адресом государственной регистрации общества-ответчика. Встречные исковые требования не признала, указывая на то, что при фактическом исполнении договора, сторона не вправе ссылаться на его недействительность и незаключенность. Принимая во внимание арендные платежи, принятые за 2019г., просила отклонить встречный иск.

Представитель общества в заседании суда до перерыва настаивал на встречном иске и поддерживал доводы отзыва на первоначальный иск, указывал на отсутствие доказательств по приемке помещения ответчиком, несогласованность условия о предмете аренды, неподписание документов генеральным директором. Относительно совпадения юридического адреса пояснил, что уполномоченным органом было принято решение о ликвидации ООО "Кубаньгипротранс", ввиду чего полагал нецелесообразным внесение изменений в ЕГРЮЛ.

Исследовав материалы дела, суд находит первоначальные исковые требования подлежащими удовлетворению, встречные требования – отклонению, по следующим основаниям.

29 декабря 2018г. между ИП ФИО1 (арендодатель) и ООО "Кубаньгипротранс" в лице генерального директора ФИО4 (арендатор) заключен договор № 4 аренды офисного помещения (т.1, л.д. 98-101).

Согласно пункту 1.1 договора, предметом аренды выступало помещение №13, площадью 8 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>.

В силу пункта 1.3 договора срок аренды был установлен с 01.01.2019г. по 01.12.2019г.

Плата за пользование помещением составляла 5 000 рублей ежемесячно и подлежала внесению до 5 числа каждого месяца (пункты 2.2.1, 2.2.2 договора).

Пунктом 5.2 договора стороны предусмотрели возможность разрешения споров по договору по месту нахождения арендодателя.

29.12.2018г. сторонами подписан передаточный акт (т.1, л.д. 102).

Платежными поручениями от 24.05.2019 № 47 и от 12.08.2019 № 93 общество произвело платежи за аренду офисного помещения в сумме 50 000 рублей, указав в назначении платежа: «оплата за аренду офисного помещения по адресу: 

<

...>, по договору аренды от 01.05.2018» (т.1 л.д. 56 – 57).

Указанные платежи зачтены предпринимателем за период с 01.01.2019г. по 30.10.2019г. 

В связи с продолжением арендных отношений, наличием задолженности по оплате пользования имуществом, предприниматель обратился с уведомлением от 07.10.2020, предлагая обществу в добровольном порядке оплатить долг по договору от 29.12.2018 в размере 55 000 рублей (т.1, л.д. 10).

Оставление требования без удовлетворения стало основанием к обращению предпринимателя в суд с настоящим исковым заявлением.

В свою очередь, общество, заявляя встречный иск, указало отсутствие права у предпринимателя на спорное имущество, несогласованность предмета договора, ввиду невозможности индивидуализации объекта, недобросовестное поведение арендодателя, намеренно не заявлявшего о расторжении договора в целях увеличения суммы долга и мнимости сделки, заключенной лишь для присвоения юридического адреса ООО "Кубаньгипротранс".

Разрешая спор, суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В соответствии со статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В силу пункта 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды заключается на срок, определенный договором.

Согласно пункту 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Таким образом, исполнение арендатором обязательства по внесению арендной платы обусловлено исполнением арендодателем встречного обязательства по передаче имущества во владение и пользование арендатору (пункт 1 статьи 328 Кодекса).

Проверяя действительность сделки, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд, следует принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по аренде. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора. 

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 86 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки мнимой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 указано, что сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В данном случае договор от 29.12.2018 сторонами исполнен (по расчетам - в части), при этом фактические отношения по аренде между сторонами имели место с 2017г., помещение передано в пользование арендатору, оплата производилась. 

Из представленных письменных доказательств следует, что арендодатель передал нежилое помещение - офис при заключении договора аренды от 27.07.2017 (т.2, л.д. 4-8), что подтверждается подписанным сторонами передаточным актом. Срок аренды по указанному договору составлял с 27.07.2017г. до 26.06.2018г. 

То обстоятельство, что помещение фактически передано в пользование на основании ранее заключенного договора не свидетельствует о мнимости спорного договора.

Впоследствии, 01.05.2018г. сторонами был заключен договор о пользовании спорным нежилым помещением на период до 31.12.2018г. (т.2, л.д. 9-13).

Имеющиеся в деле акты о предоставлении услуг аренды за март-август 2018г., акты сверки за 2017г. и 2018г. подписаны сторонами без возражений.

Доказательств того, что указанные действия носили мнимый характер, и составление акта передачи имущества не являлось результатом фактических действий сторон, в дело  не представлено. Напротив, общество было заинтересовано в арендных отношениях по месту его юридической регистрации, в том числе и в целях ведения хозяйственной деятельности с контрагентами, сохранения членства в саморегулируемой организации, подготовке и сдаче отчетности  и т.д.

Согласно пункту 2 статьи 54 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 2 статьи 4 Закона № 14-ФЗ место нахождения юридического лица определяется местом его государственной регистрации и указывается в его учредительных документах. Государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения его постоянно действующего исполнительного органа, а в случае отсутствия постоянно действующего исполнительного органа - иного органа или лица, имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности.

По смыслу названных правовых норм, адрес юридического лица, указанный в документах, представляемых на государственную регистрацию, должен совпадать с фактическим местом нахождения его постоянно действующего исполнительного органа.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что даже случае заключения обществом оспариваемой сделки по мотиву сохранения права нахождения по юридическому адресу, без намерения арендатором использовать помещение, не свидетельствует о пороках воли на совершение сделки со стороны арендодателя. В этой связи, суд не усматривает наличия признаков мнимости оспариваемой сделки и совершения её в обход закона, с противоправной целью и без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Возражая на иск, ответчик указал на фальсификацию доказательств, а именно принадлежность подписей неустановленному лицу. 

Арбитражный суд на основе исследования предоставленных доказательств установил, что на договоре от 29.12.2018, передаточном акте от 29.12.2018 стоит оригинальная печать ООО "Кубаньгипротранс", при этом подпись на указанных документах не принадлежит генеральному директору общества.

На основании пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии с пунктом 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Исходя из этого, суд считает необходимым отметить следующее. Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами (статья 53 ГК РФ).

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» (разъяснено, что при рассмотрении арбитражными судами исков к представляемому (в частности, об исполнении обязательства, о применении ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства), основанных на сделке, заключенной неуполномоченным лицом, следует принимать во внимание, что установление в судебном заседании факта заключения упомянутой сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункт 2 статьи 183 ГК РФ).

Пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации применяется независимо от того, знала ли другая сторона о том, что представитель действует с превышением полномочий или при отсутствии таковых (пункт 4 информационного письма № 57).

Согласно абзацу 3 пункта 5 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» действия работников представляемого по исполнению обязательства исходя из конкретных обстоятельств дела могут свидетельствовать об одобрении при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей или основывались на доверенности либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Кодекса).

В статье 402 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В оспариваемых обществом документах помимо подписей, имеется печать ответчика.

Одним из способов выражения воли участника гражданского оборота на приобретение гражданских прав и обязанностей является подписание документа, а также скрепление его официальным реквизитом (печатью организации). Печать является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте.

Правовое значение круглой печати юридического лица заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи (подписей) лица (лиц), управомоченного представлять организацию во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенной коммерческой организации как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота.

Передача лицу, подписавшему договор, печати организации может указывать на передачу ему полномочий на совершение действий от его имени. Сведения о том, что передача печати имела иные цели, отсутствуют. Доказательства выбытия печати из владения ответчика в материалы дела не представлены.

Из имеющихся материалов следует, что с расчетного счета общества в 2019г. были проведены платежи за аренду спорного нежилого помещения, адресом государственной регистрации общества является адрес спорного нежилого помещения, в этой связи суд  считает, что арендатором признан факт пользования имуществом истца и подтверждена обязанность к его оплате.

В соответствии с пунктом 5 Информационного письма Высшего арбитражного суда РФ от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения. Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение. Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае, последующее одобрение сделки снимает вопрос о ее действительности ввиду подписания договора неустановленным лицом.

Отклоняя доводы встречного иска о незаключенности договора ввиду невозможности идентификации имущества, суд обращает внимание на представленные документы технической инвентаризации объекта, где в поэтажном плане четвертого этажа указано помещение № 13, площадью 8 кв.м. Принадлежность указанного объекта предпринимателю подтверждена выпиской о правах данного лица на спорный объект.

По смыслу пункта 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации вопрос о незаключенности договора по причине несогласованности существенных условий можно обсуждать только до начала его исполнения, если хотя бы одна из сторон начала исполнение, то такой договор признавать незаключенным нельзя.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», следует, что по смыслу пункта 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме. В пункте 6 названного постановления также указано, что если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется.

Добросовестность предполагает собой модель поведения участников в рамках сложившихся обязательственных правоотношений, когда от каждой стороны ожидается определенная последовательность действий.

Законодателем также закреплен принцип эстоппеля в пунктах 2 и. 5 статьи 166, пункте 2 ст. 431.1, пункте 3 статтьи 432, пункте 5 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Эстоппель - принцип, в соответствии с которым лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства, например на недействительность или незаключенность договора. Это связано с тем, что такое поведение нарушает принцип добросовестности.

Применительно сложившимся правоотношениям сторон, вопреки доводам общества, поведение предпринимателя не свидетельствует о его недобросовестности. Напротив, поведение самого ответчика по первоначальному иску направлено на уклонение от исполнения обязанности по оплате пользования имуществом в отсутствие относимых, допустимых и достаточных доказательств возврата помещения (прекращения фактического пользования), что лишает его права ссылаться на недействительность либо незаключенность договора при подтверждении факта его частичного исполнения.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. 

При таких условиях, суд приходит к выводу о том, что отношения сторон по пользованию недвижимым имуществом, расположенным по адресу: 

<

...>, опосредованы договором от 29.12.2018 № 4, частично исполненным арендатором.

Как указывалось ранее, указанный договор имел срочный характер – до 01.012.2019г.

Согласно пункту 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок (статья 610 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае каждая из сторон вправе в любое время отказаться от договора, предупредив об этом другую сторону при аренде недвижимого имущества за три месяца (второй абзац пункта 2 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что арендатор после окончания срока действия договора аренды от 29.12.2018 № 4, при отсутствии возражений со стороны арендодателя продолжал пользоваться арендуемым помещением, в связи с чем спорный договор аренды был возобновлен на неопределенный срок.

В силу стать 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Арендатором не представлено доказательств, свидетельствующих о внесении платежей за период с 01.11.2019г. по 30.09.2020г. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ответчик оплату договора в необходимые сроки не произвел, тем самым нарушив действующие нормы права, а также существующие требования делового оборота. В связи с этим суд признает установленным, что на дату вынесения решения задолженность ответчика перед истцом составила                 55 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании санкций за неисправное поведение за период с 01.10.2020г. по 18.12.2020г. в размере 55 000 рублей, суд руководствуется следующим. 

По правилам статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание неустойки является одним из способов обеспечения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств.

Начисленная неустойка является мерой гражданско-правовой ответственности при неправомерном удержании, уклонении от оплаты денежных средств.

Начисление пени прекращается с момента исполнения арендатором обязательства по внесению арендной платы.

При заключении договора, пунктом 4.2 была сторонами согласована ответственность за просрочку платежа в виде уплаты неустойки 3 % от суммы просроченного платежа. Аналогичные условия были установлены и договором от 01.05.2018.

Как указывалось ранее, договор от 29.12.2018 № 4, несмотря на его подписание неуполномоченным лицом, является действительным, следовательно,  в рассматриваемом споре подлежат применению меры ответственности, предусмотренные соглашением сторон в виде неустойки. 

Проверив расчет истца, суд признает его арифметически верным.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Аналогичное положение содержится в пункте 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 22.04.2004 № 154-О и от 21.12.2000 № 263-О, при применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела в соответствии с требованиями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 73 постановления Пленума № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В отзыве на иск обществом заявлено о снижении меры ответственности, ввиду чрезмерности размера неустойки по отношению к неисполненному обязательству.

Суд, учитывая компенсационный характер неустойки, принятые ответчиком меры по погашению задолженности, на основании ходатайства ответчика и статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и считает возможным снизить подлежащую взысканию неустойку до 10 000 рублей.

В силу требований статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, пропорционально размеру удовлетворенных требований (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При обращении с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд при цене иска 110 000 рублей предпринимателем была уплачена государственная пошлина в размере 4 300 рублей, что подтверждается платежным поручением № 95 от 18.12.2020 (т.1, л.д.6).

При рассмотрении вопроса о взыскании государственной пошлины суд учитывает разъяснения, изложенные в абзаца третьем пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», из которых следует, что при снижении арбитражным судом размера неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Принимая во внимание изложенное, судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска в данном части возлагаются на ответчика в полном объеме и определяются из размера исковых требований заявленных к взысканию без учета их снижения.

Одновременно с этим, расходы, понесенные обществом, с учетом результатов рассмотрения встречного иска, суд оставляет на этой стороне.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности и неустойки по договору аренды удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, г. Краснодар) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, п. Энем, Тахтамукайского района) задолженность по договору аренды нежилого помещения от 29.12.2018 №4 за период с 01.11.2019г. по 30.09.2020г. в размере 55 000 рублей, неустойку за период с 01.10.2020г. по 18.12.2020г. в размере 10 000 рублей, в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 4 300 рублей, а всего             69 300 рублей.

Встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "Кубаньгипротранс" к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о признании договора аренды от 29.12.2018 № 4 и акта приема-передачи от 29.12.2018 недействительными (незаключенными) оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу, если это решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции. Жалоба подается  через суд, вынесший решение.

Судья                                                                                                               Н.Г. Мусифулина