СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная  реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город  Томск                                                                                    Дело № А45-42079/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 05 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2022 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кудряшевой Е.В.,

судей Иващенко А.П., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарями судебного заседания Мизиной Е.Б., Татаренко В.А., с использованием аудиозаписи, в режиме веб-конференции, рассмотрел апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-5086/20 (46)) на определение от 21.01.2022 Арбитражного суда Новосибирской области (судья – Гофман Н.В.) по делу № А45-42079/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ноэма-Инвест» (630005, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по заявлению конкурсного кредитора ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ФИО2.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий имуществом ФИО2.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 08.06.2020.

Рева Д.Н.: лично.

Суд

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 22.06.2020 общество с ограниченной ответственностью «Ноэма-Инвест» (далее – ООО «Ноэма-Инвест», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5

13.07.2021 принято к производству заявление кредитора ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 47 568 760,67 рублей.

Определением от 21.01.2022 (резолютивная часть от 11.01.2022) Арбитражный суд Новосибирской области признал доказанными основания для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «Ноэма-Инвест» Ревы Д.Н.; приостановил производство по рассмотрению заявления кредитора ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности Ревы Д.Н. до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным определением, Рева Д.Н. просит его отменить, ссылаясь  на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального и процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что не мог явиться в судебное заседание из-за болезни. Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на дату судебного заседания, отсутствовал финансовый управляющий имуществом Ревы Д.Н. По убеждению заявителя, представленные ФИО3 документы не являются достоверными. Согласно заключению экспертов № 12/2021, сметная стоимость строительства увеличивалась с 2013 года по 2018 год. Указывает на наличие второго участника общества (ФИО6). Считает, что отсутствуют основания для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Кроме того, заявляет ходатайство о приобщении к материалам дела ряда документов: - копия проектной декларации, - копия заключения комиссии экспертов № 12/2021 от 13.01.2022, - копия сведений с федресурса о результатах аудита, - копии заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Квадратный метр», ООО «Ноэма-Инвест»).

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ФИО3 возражает против её удовлетворения.

29.03.2022 в судебном заседании объявлен перерыв до 05.04.2022, после перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

В судебном заседании Рева Д.Н. поддержал доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО3, допущенный к участию в судебном заседании в режиме веб-конференции, просил оставить судебный акт  без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи  с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство о приобщении дополнительных документов со стороны Ревы Д.Н., поступивших с апелляционной жалобой и до начала судебного заседания, суд апелляционной инстанции признает его подлежащим удовлетворению, поскольку указанные доказательства необходимы для полного и всестороннего исследования обстоятельств, входящих в предмет спора.

Ходатайство об отложении судебного заседания в связи с болезнью Ревы Д.Н., ответчиком после перерыва не было поддержано, в связи с чем не рассматривается апелляционным судом.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на них, заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции,  суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, на момент открытия процедуры конкурсного производства у должника имелись обязательства перед кредиторами, включенные в реестр, на общую сумму 14 897 291,36 рубль.

По состоянию на декабрь 2021 года в конкурсную массу включены кредиторы с общим размером требований 35 627 204,03 рубля.

Кредитор ФИО3, обращаясь в суд с заявлением о привлечении Ревы Д.Н. к субсидиарной ответственности, указала в качестве оснований статью 61.11 Федерального закона от 26.10.2020 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). В обоснование заявленных требований кредитор указала на то, что должником ООО «Ноэма-Инвест» в пользу своего аффилированного лица ООО «Квадратный метр» переведены денежные средства на общую сумму 124 401 260,12 рублей без законных на то оснований. Кроме того, с расчетного счета должника перечислены аффилированному лицу ООО «Энергострой» денежные средства на сумму 227 720 283 рубля, и дополнительно совершена оплата имуществом в виде квартир, парковок и колясочных на общую сумму 101 440 200 рублей, при этом доказательств подтверждающих правомерность перечисления указанных денежных средств кредиторам должника не представлено. Рева Д.Н. не передал конкурсному управляющему документы ООО «Ноэма-Инвест», в силу чего затруднено формирование конкурсной массы должника, и невозможен надлежащий анализ сделок должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление ФИО3, исходил из наличия оснований для привлечения Ревы Д.Н. к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, пункту 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

1) Закон подлежащий применению.

Совокупность юридически значимых действий, с которым закон связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, то есть вменяемые им в качестве доведения должника до банкротства, совершены в период с 2016 по 2019 годы.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции федерального закона, действовавшей до принятия Закона № 266-ФЗ, так и после, а в части не передачи документации должника - в редакции Закона № 266-ФЗ.

Следовательно, учитывая то, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3).

Применение положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ соответствует общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Вместе с тем, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11  Закона о банкротстве установлено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из пункта 23 Постановления № 53 следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В силу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве вышеназванные положения Закона применяются независимо от того, были ли предусмотренные вышеуказанным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: 

- заявление о признании сделки недействительной не подавалось; 

- заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;

- судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно- следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В то же время, в пункте 19 Постановления № 53 указано, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

2) Статус лиц, контролирующих должника.

С 22.08.2016 Рева Д.Н. является участником должника - ООО «Ноэма-Инвест» (25 % доли) совместно с супругой Рева Ю.А. (25 % доли), при этом 50 % доли в уставном капитале принадлежат обществу с 27.09.2018. С момента образования юридического лица (14.03.2013), до введения процедуры конкурсного производства Рева Д.Н. исполнял обязанности единоличного исполнительного органа ООО «Ноэма-Инвест». 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией подпунктов 1, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым лицо предполагается контролирующим, если оно: 

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ).

Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.) (пункт 7 Постановления № 53).

3) Основания для привлечения к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Несостоятельность должника является не только юридической, но и экономической категорией. Поэтому права кредитора несостоятельного лица на наиболее полное удовлетворение его требования за счет имущества предприятия-банкрота находятся в зависимости со значительным количеством обстоятельств (объем имущества должника, размер его активов, спрос на покупку этих активов, их действительная стоимость и другие).

При этом успешность хозяйственной деятельности юридического лица, его имущественный комплекс, размер впоследствии предъявленных к предприятию требований и, как правило, их количество, напрямую связано со своевременным, добросовестным, эффективным осуществлением руководителями юридического лица контроля за его деятельностью, предполагающей недопущение наступления экономического кризиса субъекта коммерческой деятельности (объективного банкротства).

В ситуации наступления у предприятия банкротства в его экономическом смысле действия контролирующих лиц противопоставляются стандартам добросовестного поведения, заключающимся в должной степени осмотрительности руководителей и принятии ими управленческих решений, направленных на вывод предприятия из состояния дестабилизации хозяйственной деятельности (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Когда осуществление контролирующими лицами управления не отвечают интересам подконтрольного им общества (статья 53 ГК РФ) либо преследует противоправные цели (статья 10 ГК РФ) на них могут быть возложены негативные последствия их деятельности, в том числе приведшие к несостоятельности подконтрольного им юридического лица (невозможность полного удовлетворения предъявленных требований) (статьи 10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве).

Тяжесть таких последствий в каждом конкретном случае определяется исходя из существа совершенных ими деликтов, применительно к редакциям Закона о банкротстве, действующим в период их совершения, такое правовое регулирование объясняется гражданско-правовой природой института привлечения фактических руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия-банкрота.

Законом о банкротстве (статьи 10, 61.11), а также общими положениями о гражданско-правовой ответственности (статья 401 ГК РФ) в целях защиты прав и интересов кредиторов установлены презумпции виновности лица, не исполнившего обязанность по передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, а также совершившего одну или несколько сделок причинивших вред существенный вред имущественным правам кредиторов.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2016 № 308-ЭС16-6886, от 21.10.2016 № 306-ЭС16-8660) (далее - первый критерий).

Под существенной убыточностью сделки понимается сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4), от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3)) (далее - второй критерий).

Применительно к первому критерию суд, из материалов дела следует, что бывший руководитель должника Рева Д.Н. не передал в полном объеме документы ООО «Ноэма-Инвест» конкурсному управляющему, в связи с чем, судом было удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО7 об истребовании документов.

При этом в ходе проведения процедуры наблюдения временным управляющим были выявлены признаки преднамеренного банкротства должника ООО «Ноэма-Инвест», заключение о признаках преднамеренного банкротства ответчиком ФИО2 не оспаривалось.

Отсутствие первичной документации не позволяет проверить достоверность сведений, отраженных в бухгалтерских балансах должника, проанализировать совершенные должником сделок на предмет их оспаривания, что в целом препятствует формированию конкурсной массы.

Довод Ревы Д.Н. о не отражении факта наличия дебиторской задолженности в заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства арбитражного управляющего ООО «Ноэма-Инвест» ФИО8 подлежит отклонению, поскольку действия арбитражного управляющего ФИО8 по осуществлению анализа финансового-хозяйственной деятельности Должника были признаны незаконными в части:

- непринятия мер к получению информации и документов, касающихся деятельности общества с ограниченной ответственностью «Ноэма-Инвест» и необходимых для проведения анализа финансового состояния должника;

- проведения анализа финансового состояния общества с ограниченной ответственностью «Ноэма-Инвест» с нарушением требований Правил проведения финансового анализа, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367;

- непредставления кредиторам документов, на основании которых проведен анализ финансового состояния должника;

- не привлечения аудитора для проведения анализа финансового состояния должника.

При этом, в постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2021, указано, что помимо проведения анализа временным управляющим вместо аудитора, сам анализ также не может быть признан достоверным, поскольку должен проводиться на основании документов бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности должника за 2017 – 2019 годы, в то время как отчетность ООО «Ноэма-Инвест» за 2019 год у временного управляющего отсутствовала и не была передана аудитору для проверки.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника. 

Законом о банкротстве, а также общими положениями о гражданско-правовой ответственности (статья 401 ГК РФ) установлена презумпция виновности лица, не исполнившего обязанность по передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, в целях защиты прав и интересов кредиторов.

Данные презумпции являются опровержимыми, они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями привлекаемого к ответственности лица. Непредставление таким лицом доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого ссылается процессуальный оппонент.

Обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника возложена на руководителя общества Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» в силу наделения руководителя общества его полномочиями.

По правилам части 1 статьи 7 Закона о бухучете, ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, то есть лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о бухучете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, на основании которых формируются регистры бухгалтерского учета. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 Постановления № 53, в силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

В материалах дела отсутствуют доказательства добросовестности и разумности действий бывшего руководителя должника Ревы Д.Н., а также доказательства, обосновывающие объективную невозможность предоставления конкурсному управляющему документации либо утрату указанных документов по причинам, не зависящим от деятельности вышеуказанного лица.

Довод Ревы Д.Н. в судебном заседании апелляционной инстанции о том, что документация конкурсному управляющему была передана в достаточном количестве, противоречит установленным обстоятельствам. Само по себе отсутствие претензий со конкурсного управляющего относительно полноты переданной документации, не исключат возможность привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и не освобождает данное лицо от надлежащего исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что выбытие имущества без подтверждающих документов на подконтрольные юридические лица, создало дополнительные трудности для выполнения должником деятельности и привело к невозможности выполнять обязательства перед кредиторами; привело к прекращению осуществления какой-либо деятельности со стороны должника, а также не включению этого имущества в конкурсную массу должника в целях удовлетворения требований кредиторов. 

В конечном счете, выбытие имущества привело к невозможности для должника восстановить свою платежеспособность. 

В результате данных действий причинен существенный вред кредиторам в виде невозможности погашения их требований, что влечет привлечение Ревы Д.Н. к субсидиарной ответственности по обязательства должника по данному основанию.

Применительно ко второму критерию установлены следующие обстоятельства.

Согласно проектной декларации генеральным подрядчиком строительства МКД по адресу: 

<

...> с 2013 по июль 2016 года являлось ООО «Квадратный метр». Между сторонами заключены 2 договора:

- договор № 1 на выполнение функций заказчика от 10.04.2013, действовавший до момента утверждения проектной декларации и начала строительства МКД;

- договор подряда №2 от 10.03.2014, действовавший непосредственно с начала строительства МКД до июля 2016.

ООО «Квадратный метр» создано в 2003 году, доля участия Ревы Д.Н. была 14%, с 2006 - 33%, с 2010 - 50%, с 2013 - 100%. С 2006 года до 18.07.2016  единоличным исполнительным органом являлся также Рева Д.Н. Дело о банкротстве ООО «Квадратный метр», как генерального подрядчика, возбуждено 11.07.2016 по заявлению кредитора - ООО «Индексстрой».

Кредиторская задолженность перед заявителем по делу о банкротстве возникла по договору подряда, по которому должник, как генеральный подрядчик, не оплатил выполненные подрядчиком работы; подтверждена решением суда от 11.02.2016 по делу №А45-15340/2015. С исковым заявлением ООО «Индексстрой» обратилось 27.07.2015. 

В июле 2017 года ООО «Квадратный метр» признан банкротом. 

В связи с неисполнением обязательств в полном объёме и утвержденные сроки, ООО «Ноэма-Инвест» подало заявление о включении в реестр требований кредиторов неустойки по Договору подряда № 2 от 10.03.2014. В реестр требований было включено требование неустойки в размере 3 412 054,78 рубля.

ООО «Ноэма-Инвест», осуществляя предпринимательскую деятельность, являлось заказчиком, при заключении договора подряда выразило согласие на строительство дома с помощью привлечения третьих лиц.

Во исполнение договора, должник, как генеральный подрядчик, привлек для исполнения подрядчика - кредитора, заявителя по делу о банкротстве.

Лицами, участвующими в подписании справок выполненных работ со стороны ООО «Ноэма-Инвест» и ООО «Квадратный метр» по договору № 2 от 10.03.2014 был Рева Д.Н.

Информация о наличии спора между генеральным подрядчиком и подрядчиком, заказчику - ООО «Ноэма-Инвест» была известна с 05.08.2015, что следует из официального сайта суда, поскольку заказчик обратился в суд с заявлением об ознакомлении с делом подрядчика.

Как следует из судебных актов по делу А45-15340/2015 письмом № 250/15 от 27.05.2015 подрядчик уведомил генерального подрядчика о приостановлении работ на объекте с 28.05.2015. В связи с отказом генерального подрядчика подписать дополнительное соглашение, подрядчик уведомил должника о расторжении договора подряда в одностороннем порядке с 02.06.2015.

Доказательств того, что строительство осуществлялось с помощью иного подрядчика, средствами должника, представлено не было. Договор подряда № 2 на строительство дома от 10.03.2014, заключенный должником с ООО «Ноэма-Инвест», был расторгнут с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору только 11.07.2016 (с учетом изменений, внесенных дополнительным соглашением от 18.07.2016), после публикации решения суда от 11.02.2016, подачи заявления подрядчика о признании генподрядчика банкротом (08.07.2016).

Зная о наличии спора генерального подрядчика, приостановлении работ и отказа привлеченного генеральным подрядчиком заявителя по делу о банкротстве от исполнения договора в одностороннем порядке, договор расторгнут в день возбуждения дела о банкротстве - 11.07.2016.

При этом, по расчету ООО «Ноэма-Инвест», на момент расторжения договора должник выполнил работы всего на сумму 161 672 787 рублей (определение от 27.12.2016 по делу А45-13960/2016).

Согласно выпискам с расчетного счета ООО «Ноэма-Инвест» в адрес ООО «Квадратный метр» в период строительства МКД осуществлялись следующие платежи: 

- с мая 2014 по июль 2014 года с назначением платежа «Договор № 1 на выполнение функций заказчика от 10.04.2013г в сумме 33 893 000 рублей»;

- с июля 2014 по июль 2016 года с назначением платежа «Договор подряда № 2 от 10.03.2014» в сумме 189 806 000 рублей.

Таким образом, перечислено на расчетный счет 

<

***> рублей.

Помимо оплаты с расчетного счета, в счет оплаты выполненных работ ООО «Ноэма-Инвест» было передано имущество по договору ДДУ 10 от 27.05.2014 стоимостью 32 750 000 рублей.

Как было установлено в постановлении апелляционного суда от 04.07.2016 по делу А45-15340/2015 - «21.05.2014 общество «Индексстрой (подрядчик), общество «Квадратный метр» (генеральный подрядчик - заказчик) и ООО «Ноэма-Инвест» (застройщик) заключили трехстороннее соглашение, установив следующее:

- «1.1. Между застройщиком и генеральным подрядчиком заключен договор генерального подряда на сумму 500 000 000 рублей на строительство генеральным подрядчиком объекта.

- 1.2. Между генеральным подрядчиком и подрядчиком заключен договор подряда № 21/05/14 от 21.05.2014 на возведение подрядчиком монолитного каркаса жилого дома с кирпичным заполнением и подземной автостоянкой на сумму 183 770 564, 91 рублей. Перечень работ по договору подряда и график их выполнения указан в приложениях 1 -4. 

- 1.3. Между застройщиком и подрядчиком должен быть договор долевого участия в строительстве объекта на сумму 149 384 300 рублей. Предметом договора долевого участия являются: все квартиры, расположенные на 4, 8, 9, 13 этажах объекта и двухкомнатная квартира типа 2Б, расположенная на 12 этаже объекта, общей площадью всех квартир 2277,7 стоимостью 59 000 рублей за 1 кв.м. и 15 парковочных мест. Перечень подлежащих передаче по договору долевого участия квартир и парковочных мест указан в приложении 5. 

Расчеты между сторонами должны производиться в соответствии с п.2.1-2.3., 5 соглашения от 21.05.2014 в следующем порядке: 

«П. 2.1. Застройщик в счет оплаты стоимости выполненных генеральным подрядчиком по договору генерального подряда работ на сумму 149 384 300 рублей, передает собственные векселя со сроком платежа «до востребования». 

Вексель /векселя выдаются ежемесячно в счет оплаты выполненных работ. Сумма указанная в векселе(ях) должна соответствовать стоимости работ выполненных подрядчиком по договору подряда. 

Пункт 2.2. Генеральный подрядчик в счет оплаты стоимости выполненных работ подрядчиком по договору подряда на сумму 149 384 300 рублей, передает подрядчику вексель/векселя застройщика на сумму выполненных работ. Сумма, указанная в векселях, должна соответствовать стоимости работ выполненных подрядчиком по договору подряда. 

Пункт 2.3. Подрядчик в счет оплаты стоимости подлежащих передаче ему по договору долевого участия квартир и парковочных мест на сумму 149 384 300 рублей, передает застройщику ООО «Ноэма-Инвест» вексель/векселя. После чего, в связи с совпадением векселедателя и векселедержателя, вексель гасится. 

Оставшаяся часть работ по договору подряда оплачивается генеральным подрядчиком денежными средствами. По соглашению сторон в счет оплаты оставшейся стоимости работ подрядчику могут быть переданы квартиры в объекте из расчета стоимости 1 к.в.м. 59 000 рублей.

Данная цена является фиксированной и изменению не подлежит.». 

В целях исполнения обязательств по оплате в соответствии с пунктом 1.3. Соглашения от 21.05.2014 между ООО «Индексстрой» и ООО «Ноэма-Инвест» заключен договор участия в долевом строительстве № 10 от 27.05.2014. Ответчик обязательства по оплате работ по договору подряда № 21/05/14 от 21.05.2014 выполнил на сумму 36 021 033,85 рубля, из них путем передачи векселей ООО «Ноэма-Инвест» на сумму 32 750 000 рублей и перечисления денежных средств на сумму 3 271 033,85 рубля, что подтверждается актами приема-передачи векселя, платежными поручениями.

При анализе договора подряда № 2 от 10.03.2014 между должником и ООО «Квадратный метр» кредитором было установлено, что заказчик вправе по согласованию с Подрядчиком в счет цены строительства приобретать необходимое оборудование и материалы. При этом цена работ, подлежащая уплате Подрядчику, уменьшается на стоимость приобретенного оборудования и материалов (пункт 4.2. договора).

Согласно акту приема-передачи документов от бывшего руководителя Ревы Д.Н. должник передавал Подрядчику материалы на давальческой основе на сумму 29 628 047,12 рублей.

При этом документы об удержании данной суммы из цены работ, отсутствуют.

Судом первой инстанции установлено значительное превышение перечислений денежных средств и имущества в адрес ООО «Квадратный метр» без законного основания, сумма вывода денежных средств составила 124 401 260,12 рублей.

Указанные обстоятельства не опровергнуты ФИО2 в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, являясь руководителем ООО «Ноэма-Инвест» и ООО «Квадратный метр» Рева Д.Н. не инициировал взыскание денежных средств с ООО «Квадратный метр» в течение длительного периода времени (с 2016 по 2019 годы), тем самым, скрыв факт наличия дебиторской задолженности аффилированного лица.

Ссылка на то, что банкротство вызвано объективными экономическими факторами и не являлось следствием неправомерных действий Ревы Д.Н., подлежит отклонению, как не опровергающая совершение ответчиком намеренных действий, приведших к утрате должником имущества, за счет реализации которого независимые кредиторы должника могли рассчитывать на погашение своих требований.

Указанные неправомерные действия Ревы Д.Н. имели «отложенный» эффект, так как не привели к «незамедлительному» банкротству, однако объективно повлияли на возникновении несостоятельности (банкротства) в будущем.

Должник осуществлял единственный вид хозяйственной деятельности - строительство МКД, объект состоял из 180 квартир, 7 нежилых помещений, подземной парковки из 99 машино-места и индивидуальных колясочных в количестве 54 единиц.

При этом, образовавшийся на конец 2016 года кассовый разрыв в результате вывода денежных средств в ООО «Квадратный метр» закрывался поступлениями денежных средств Дольщиков по заключаемым ДДУ. На момент ввода МКД в эксплуатацию, нереализованных помещений в МКД не осталось, иной деятельности Должник не вел, соответственно поступления от реализации товаров (работ, услуг) прекратились, гасить образовавшуюся кредиторскую задолженность стало нечем.

Кроме того, перечисленные денежные средства в ООО «Квадратный метр» перечислялись дальше на счета аффилированных организаций.

Так, при анализе выписок с расчетного счета ООО «Квадратный метр» выявлено, что в течение 2014-2016 года осуществляются платежи в адрес ООО «Основа», ИНН 

<

***>, единоличным исполнительным органом которого является Рева Д.Н., который также являлся участником данного Общества с 2013 по 2014 год с долей 50%, с 2014 года по 2020 год с долей участия 100%.

Всего в адрес ООО «Основа» в 2013-2016 годы было перечислено 2 333 000 рублей.

При анализе выписок с расчетного счета ООО «Квадратный метр» выявлено, что в течение 2014-2016 годов осуществлялись платежи в адрес как ИП Рева Д.Н., ИНН 

<

***>, так и на лицевой счет физического лица Ревы Д.Н. 

Всего в адрес ИП Рева Д.Н. в 2013-2016 годы было перечислено 3 705 600 рублей; в адрес Рева Д.Н. , как физического лица, в тот же период было перечислено 2 391 000 рублей.

Помимо данных перечислений, конкурсным управляющим ООО «Квадратный метр» было выявлено необоснованное снятие наличных денежных средств с корпоративной карты должника, что явилось основанием для привлечения Ревы Д.Н. к убыткам в размере 17 909 360,23 рублей (определение от 14.06.2017 по делу № А45-13960/2016).

При анализе выписок с расчетного счета ООО «Квадратный метр» выявлено,что в течение 2013-2016 годов осуществлялись платежи в адрес ООО «Остров», ИНН 

<

***>, единоличным исполнительным органом которого является Рева Д.Н., который также являлся участником данного Общества с долей участия 100%. Всего в адрес ООО «Остров» в 2013-2016 годах было перечислено 79 000 рублей. Данное юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности ЕГРЮЛ 02.11.2018, отчетность за 2018 год не сдана, выручка от реализации за 2014-2017 год отсутствует.

Следовательно, конечным бенефициаром - ФИО2 была создана подконтрольная группа лиц по родственному признаку, поскольку фактический оборот денежных средств имел «транзитный» круговой характер, то есть, вовлекая денежные средства через одно лицо, они фактически возвращались через подконтрольные юридические лица Реве Д.Н.

При анализе выписок с расчетного счета ООО «Энергострой» выявлено, что в течение 2017-2018 годы осуществлялись платежи в адрес ООО «Основа», ИНН 

<

***>, единоличным исполнительным органом которого является Рева Д.Н., который также являлся участником данного Общества с 2013 по 2014 годы с долей 50%, с 2014 года по 2020 год с долей участия 100%. Всего в адрес ООО «Основа» в 2017-2018 годах было перечислено 4 487 500 рублей. При этом выручка ООО «Основа» согласно бухгалтерской отчетности за аналогичный период отсутствует.

При анализе выписок с расчетного счета ООО «Энергострой» выявлено, что в течение 2018 года осуществляются платежи в адрес ООО «ГОТТЛИБ ЗИГЛЕ 7», ИНН 

<

***>, единоличным исполнительным органом которого является Рева Д.Н., который также являлся участником данного Общества с долей участия 7 %. Всего в адрес ООО «ГОТТЛИБ ЗИГЛЕ 7» в 2018 году было перечислено 52 000 рублей. Данное юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

С расчетного счета Должника перечислено ООО «Энергострой» 227 720 283 рублей. Дополнительно было предоставлено имущество в виде квартир, парковок, колясочных и нежилых помещений путем заключения договоров участия в долевом строительстве непосредственно с ООО «Энергострой»:

- договор ДДУ № 116 от 21.03.2018 на сумму 12 516 400 рублей;

- договор ДДУ № 124 от 23.07.2018 на сумму 5 376 600 рублей;

- договор ДДУ № Н - 6 от 23.04.2018 на сумму 13 983 800 рублей;

- договор ДДУ № П-27 от 23.04.2018 на сумму 15 900 000 рублей;

- договор ДДУ № К-12 от 22.03.18 на сумму 2 490 000 рублей.

В счет оплаты выполненных работ, ООО «Энергострой» получило векселя должника, которые впоследствии были оплачены имуществом по следующим договорам, заключенным с третьими лицами:

- договор ДДУ № 80 от 02.12.2016 г. на сумму 6 050 000 рублей;

- договор ДДУ № 89 от 27.04.2017 г. на сумму 5 900 000 рублей;

- договор ДДУ № 71 от 08 июля 2016 г на сумму 12 335 000 рублей;

- договор ДДУ № 109 от 19 декабря 2017 г. на сумму 2 852 000 рублей;

- договор ДДУ № 117 от 30 марта 2018г. на сумму 15 861 400 рублей;

- договор ДДУ № П-25 от 12 марта 2018г. на сумму 1 080 000 рублей;

- договор ДДУ № П - 26 от 12 марта 2018г. на сумму 1 080 000 рублей;

- договор ДДУ № П-7 от 08.07. 2016 года на сумму 1 000 000 рублей;

- договор ДДУ № П-8 от 08.07. 2016 года на сумму 1 000 000 рублей;

- договор ДДУ № 118 от 12 апреля 2018г. на сумму 4 015 000 рублей.

Таким образом, оплата имуществом составила еще 101 440 200 рублей, что значительно превышает объём выполненных ООО «Энергострой» подрядных работ.

В ходе судебного разбирательства указанные обстоятельства ответчиком документально не опровергнуты. 

Тот факт, что контролирующее должника лицо также находится в процедуре банкротства, не меняет правовую природу субсидиарной ответственности.

Ссылка Ревы Д.Н. на заключение комиссии экспертов № 12/2021 о повышении сметной стоимости строительства за период с 2016-2018 годы также подлежит отклонению, так как данное экспертное исследование носит декларативный характер о повышении индексов и расценок на строительство, проведено инициативе лица, сведения о котором содержатся в договоре № 12ЕП-21 от 09.12.2021, и не были раскрыты. Заключение составлено по инициативе и за счет неустановленного лица вне рамок судебного процесса в период с 09.12.2021 по 13.01.2022 и по существу является не экспертным исследованием, а субъективным мнением специалистов, которые не предупреждались об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения. 

При этом, в распоряжение экспертов для исследования представлены: сводный сметный расчет НМЦК; новый сводный сметный расчет в формате программы ГрандСмета, пояснительная записка, содержание которых ни перед судом первой инстанции, ни перед судом апелляционной инстанций, не раскрывалось. 

При таких обстоятельствах данное исследование не может быть принято судом в качестве допустимого и достоверного доказательства.

Ссылка Ревы Д.Н. в апелляционной жалобе на то, что судом первой инстанции не дана оценка доводам и доказательствам подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки при принятии оспариваемого определения, все подлежащие выяснению обстоятельства судом были установлены и получили надлежащую оценку.

Довод Ревы Д.Н. о невозможности его участия в суде первой инстанции проверен судом апелляционной инстанции и отклоняется, так как в силу требований части 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда лица, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в его отсутствие.

Между тем, Рева Д.Н. не раскрыл о каких конкретно обстоятельствах намерен был дать пояснения в судебном заседании, не доказал, какие к тому были препятствия. Кроме того, не раскрыл причины, по которым он не обеспечил участие представителя по доверенности, не заявил через систему «Мой Арбитр» ходатайство об участии в режиме веб-конференции, учитывая подачу им документов с использованием указанной системы.

Невозможность участия в судебном заседании конкретного лица не является препятствием к реализации стороной по делу ее процессуальных прав, поэтому судом первой инстанции не допущено процессуальных нарушений.

Довод Ревы Д.Н. о проведении судебного заседания в отсутствие его финансового управляющего, противоречит материалам. Несмотря на длительность рассмотрения спора финансовым управляющим имуществом Ревы Д.Н. ФИО5, не представлялась какая либо позиция. При этом резолютивная часть обжалуемого судебного акта объявлена 11.01.2022, в тот же день, то есть 11.01.2022  Седьмым арбитражным апелляционным судом объявлена резолютивная часть постановления по делу № А45-3615/2018 об отказе в утверждении ФИО5 финансовым управляющим имуществом должника Ревы Д.Н.  

Поскольку конкурсная масса до настоящего времени не сформирована, многочисленные заявления кредиторов и конкурсного управляющего о признании сделок недействительными и взыскании убытков не рассмотрены, суд первой инстанции пришел к выводу, что размер субсидиарной ответственности в настоящее время определить невозможно.

С учетом изложенного, производство по делу правомерно приостановлено на основании пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Несогласие Ревы Д.Н. с выводами суда первой инстанции, основанными на установленных фактических обстоятельствах дела и оценке доказательств, не свидетельствует о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 21.01.2022 Арбитражного суда Новосибирской по делу № А45-42079/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

  Председательствующий Е.В. Кудряшева 

 Судьи А.П. Иващенко

ФИО1