ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-44439/21-118-320

г. Москва

04 сентября 2023 года

Резолютивная часть решения объявлена 29 августа 2023 года

Полный текст решения изготовлен 04 сентября 2023 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи  А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Р.Г. Гусейхановым,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «РЕСО-Лизинг»

к ООО «СЕРВИС-АВТО»

третье лицо: ООО «Авто-Сейл»

о взыскании неосновательного обогащения по договору № 11614ДМО4-СЕР/01/2017 в размере 3 262 448,58 руб.

при участии:

от  истца: ФИО1 по дов. № 905/2022 от 21.12.2022 (диплом),

от ответчика: ФИО2 по дов. от 16.05.2022 г. (удостоверение адвоката),

от третьего лица: ФИО3 по дов. № 58ДОВ-211227-3 от 27.12.2021 (диплом),

УСТАНОВИЛ:

ООО «РЕСО-Лизинг» обратилось с иском о взыскании с ООО «СЕРВИС-АВТО» неосновательного обогащения по договору № 11614ДМО4-СЕР/01/2017 в размере 3 262 448,58 руб.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2021 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.03.2022 решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Отменяя решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.06.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2021, суд кассационной инстанции указал, что, рассматривая вопрос взыскания с ответчика суммы ранее предоставленной скидки, суды применительно к положениям статей 453 и 1102-1103 ГК РФ не исследовали обстоятельства наличия обязанности истца возвратить субсидию в случае расторжения каждого лизингового договора, а также фактического ее перечисления истцом. Признавая правильным расчет истца в части начисления платы за предоставление финансирования по день фактического отчуждения предмета лизинга 20.01.2020, а также цены отчуждения, суды нижестоящих инстанций в нарушение положений статей 15, 71, 168 и 170 АПК РФ с учетом постановления Пленума от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» в принятых судебных актах не изложили мотивы признания разумным срок реализации истцом предмета лизинга, превышающий 2 года с даты прекращения договора, что повлекло необоснованное отклонение представленного ответчиком заключение о рыночной стоимости предмета лизинга.

В силу ч. 2 ст. 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В судебном заседании 30.05.2022 истцом заявлено ходатайство об увеличении суммы заявленных требований до 3 758 763,40 руб. и конкретизации предмета заявленных требований как убытки. Указанное ходатайство истца удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

В судебном заседании 16.11.2022 истцом представлено ходатайство об увеличении суммы убытков до 3 895 063,40 руб., которое удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

В судебном заседании 26.01.2023 истцом представлено ходатайство об увеличении суммы убытков до 4 969 063,40 руб., которое удовлетворено судом в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 06.07.2017 между ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «СЕРВИС-АВТО» (лизингополучатель) заключен договор лизинга №11614ДМО4-СЕР/01/2017, в соответствии с которым лизингодатель приобрел и передал ответчику во временное владение и пользование имущество.

Ответчик ненадлежащим образом исполнял обязанности по оплате лизинговых платежей, допуская просрочки в оплате, чем нарушил условия договоров лизинга, п. 5 ст. 15 Федерального закона РФ «О финансовой аренде (лизинге)» от 29.10.1998 № 164-ФЗ, ст. 309, 614 Гражданского кодекса РФ.

Согласно п. 9.2. приложения №4 к договору лизинга, лизингодатель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору и расторгнуть его в одностороннем внесудебном порядке без возврата лизингополучателю всех полученных от него денежных средств и/или без возмещения лизингополучателю каких-либо убытков, вызванных этим расторжением и потребовать возмещение убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае если лизингополучатель в течение срока действия договора два раза или более уплатил лизингодателю лизинговые платежи с нарушением сроков, установленных договором, или уплатил лизинговые платежи не полностью.

Задолженность по оплате лизинговых платежей по договору лизинга составила 300 660 руб. за период с ноября 2017 по декабрь 2017, а также 8 153,50 руб. пени за просрочку внесения лизинговых платежей.

В связи с неисполнением ответчиком обязанностей по внесению лизинговых платежей, истцом в адрес ответчика направлено уведомление-требование о расторжении договора лизинга №И-01/10265-17 от 20.12.2017.

В соответствии с п.9.2. договора лизинга договор считается расторгнутым по истечении 10 дней с момента отправки уведомления о расторжении договора. Уведомление направлено 22.12.2017. Таким образом, договор лизинга расторгнут 02.01.2018.

Предмет лизинга возвращен 20.01.2020 и реализован по договору купли-продажи №11614ДМО4-СЕР/01/2021 за 1 450 000 руб.

Согласно постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", расторжение договора, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

Расторжение договора порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон, совершенные до момента расторжения (сальдо встречных обязательств), определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Указанная в пунктах 3.2 и 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга - при возврате предмета лизинга лизингодателю исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А - сумма аванса по договору лизинга;

Ф - размер финансирования;

С/дн - срок договора лизинга в днях.

Из представленного истцом расчета сальдо встречных обязательств по договору лизинга следует, что цена приобретения имущества составляет 4 470 000 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 1 341 000 руб.

Затраты на страхование составили 96 337,56 руб.

Сумма финансирования составляет 3 225 337,56 руб.

Общая сумма договора лизинга составляет 6 775 222 руб.

Плата за финансирование составляет 22,28% годовых.

Срок договора лизинга составляет 1 122 дней.

Срок фактического пользования финансированием составляет 1 296 дней.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 2 531 751,68 руб.

Сумма потерь, подлежащих компенсации (субсидия), составляет 447 000 руб.

Проценты по ст.395 ГК РФ составили 906,16 руб.

Прочие расходы составили 100 900 руб.

Арендная плата за время просрочки возврата ТС составляет 1 210 300 руб.

Платежи по договору лизинга составили 2 438 132 руб.

Цена реализованного имущества составила 1 450 000 руб.

Разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 4 969 063 руб. 40 коп. и является убытком лизингодателя.

Истец не получил по данному договору то, на что рассчитывал в связи с неисполнением ответчиком условий договора лизинга, поставлен в худшее положение, чем в случае, если бы ответчик надлежащим образом исполнял свои обязательства по договору лизинга.

Между тем, представленный истцом расчет сальдо встречных представлений является неверным по следующим основаниям.

Сумма потерь, подлежащих компенсации (субсидия), в размере 447 000 руб. подлежит исключению из графы «расходы» лизингодателя.

Включая данную сумму в свои расчеты, истец указывает, что с учетом положений договора лизинга, лизингополучатель обязан оплатить истцу денежную сумму предоставленной скидки в размере 447 000 руб.

Согласно п.15 постановления Правительства РФ от 27.12.2019 N 1908 (ред. от 30.12.2020) "Об утверждении Правил предоставления субсидий из федерального бюджета на стимулирование спроса и повышение конкурентоспособности Российской промышленной продукции и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации", субсидия предоставляется на основании соглашения о предоставлении субсидии, заключенного с соблюдением требований о защите государственной тайны в форме электронного документа с использованием государственной интегрированной информационной системы управления общественными финансами "Электронный бюджет" и подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью лиц, имеющих право действовать от имени каждой из сторон.

В соответствии с п.17 указанного постановления, для получения субсидии организация, с которой заключено соглашение о предоставлении субсидии, не чаще одного раза в квартал и не позднее 30 ноября текущего года, представляет в Министерство промышленности и торговли Российской Федерации заявление о предоставлении субсидии (в произвольной форме), подписанное руководителем организации.

Согласно п. 1.4 приложения 6 к договору лизинга, в случае выкупа имущества или досрочного расторжения договора до истечения 12-ти месячного срока с даты передачи имущества в лизинг, лизингополучатель обязуется в дату выкупа или в течении 10 календарных дней с даты расторжения договора оплатить денежную сумму предоставленной скидки в размере 447 000 руб.

Предмет лизинга передан ответчику 12.07.2017, договор лизинга расторгнут 02.01.2018.

Истец подтвердил, что до настоящего времени не вернул полученную субсидию. При этом лизингодатель указывает, что Министерство промышленности и торговли Российской Федерации может в любое время направить требование о возврате субсидии.

Данные доводы истца не обоснованы.

Как указал суд кассационной инстанции, отменяя решение по настоящему делу, в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 08.05.2015 № 451 «О предоставлении субсидий из федерального бюджета на возмещение потерь в доходах российских лизинговых организаций при предоставлении лизингополучателю скидки по уплате авансового платежа по договорам лизинга колесных транспортных средств, заключенным в 2017 году» спорная субсидия предоставляется на основании заключенного по типовой форме с Министерством промышленности и торговли Российской Федерации и российской лизинговой организацией договора за счет средств бюджета с целью возмещения потерь в доходах российских лизинговых компаний при предоставлении лизингополучателям скидки по уплате авансового платежа в размере до 10 % цены приобретения лизинговой компанией колесного транспортного средства, но не более 500 000 руб. на один предмет лизинга.

Возврат указанной суммы субсидии осуществляется по выставленному по итогам проверки требованию Министерства промышленности и торговли Российской Федерации и(или) уполномоченного органа государственного финансового контроля в случае, если будет установлены факты нарушения условий, целей и порядка предоставления субсидии и (или) неисполнения или ненадлежащего исполнения принятых обязательств по достижению показателя результативности использования субсидии.

Подобный же порядок предоставления и оснований возврата субсидий лизинговым компаниям в настоящее время установлен постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2019 № 1908 «Об утверждении Правил предоставления субсидий из федерального бюджета на стимулирование спроса и повышение конкурентоспособности российской промышленной продукции и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации».

Таким образом, и как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2019 № 305-ЭС19-14147, полученная лизингодателем сумма субсидии не может считаться представлением в рамках договора лизинга, вследствие чего при определении финансового результата сделки такая сумма подлежит исключению.

С момента расторжения договора лизинга и до настоящего времени к истцу не предъявлено требований о возврате субсидии, следовательно, истец полученную из бюджета субсидию в размере 447 000 руб. в бюджет не возвращал.

С учетом изложенного, субсидия в размере 447 000 руб. подлежит исключению из расчета сальдо встречных предоставлений из графы «расходы» лизингодателя.

Стоимость возвращенного предмета лизинга подлежит определению на основании отчета об оценке от 19.05.2021 №153/2021 по состоянию на 11.01.2021 в размере 3 826 000 руб.

В соответствии с изложенными в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Как указано в пунктах 17 и 18 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27 октября 2021 г.), момент возврата финансирования определяется по дню заключения договора купли-продажи или иных сделок, направленных на реализацию изъятого предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого на реализацию предмета лизинга (восстановление и оценку предмета лизинга, организацию его продажи лизингодателем), а в случае непринятия лизингодателем разумных мер для скорейшей реализации предмета лизинга – до даты истечения разумного срока организации продажи предмета лизинга.

Между истцом и ответчиком имеются разногласия относительно того, в какой комплектации лизингополучатель вернул лизингодателю предмет лизинга: с КМУ или без КМУ.

Истцом осуществлена реализация предмета лизинга по договору купли-продажи №11614ДМО4-СЕР/01/2021 от 11.01.2021, в соответствии с которым истец передал, а покупатель принял и оплатил сортиментовоз с КМУ.

Как следует из акта приема-передачи товара от 27.01.2021 к договору купли-продажи от 11.01.2021, продавец передал, а покупатель принял сортиментовоз с КМУ. Покупатель также отметил в акте, что не имеет претензий к продавцу по качеству, количеству и комплектности товара.

В платежном поручении №132 от 21.01.2021 покупатель указал, что производит оплату по договору за ТС МОД.670460 - сортиментовоз с краном манипулятором (КМУ).

Кроме того, вызванный в судебное заседание по ходатайству ответчика в качестве свидетеля ФИО4, являющийся генеральным директором ООО «Авто-Сейл», которое приобрело спорное транспортное средство, также пояснил, что приобрел сортиментовоз с КМУ.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства подтверждают факт, что предмет лизинга продан в комплекте с краном манипулятором (КМУ), без каких либо оговорок со стороны покупателя.

Акт изъятия предмета лизинга от 20.01.2020, на который ссылается истец, является недопустимым доказательством по делу, поскольку составлен в одностороннем порядке. В акте не указано, где конкретно изъято имущество (улица, дом, стоянка, дорога, гараж и т.д.), не указано время изъятия (день, ночь и т.д.), каким образом производился осмотр имущества, были ли сделаны фотографии объекта изъятия. Фотофиксации осмотра при изъятии имущества не проводилось.

Истец при продаже предмета лизинга действовал не добросовестно и не разумно при организации продажи предмета лизинга, т.к. не принял меры, необходимые для получения наибольшей выручки от его продажи и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества.

Истец не проводил открытые торги предмета лизинга.

ООО «РЕСО-Лизинг» указывает, что реализовал предмет лизинга ООО «Авто-Сейл» на торгах в порядке ч.4 ст.447 ГК РФ (проведение торгов в иной форме) на платформе X-Assist.

При этом, из отчета по торгам от 21.11.2022 следует, что портал предназначен для оценки транспортных средств, а не для совершения сделок по купле-продаже с реальными покупателями, задатком и увеличением цены.

В судебном заседании 29.08.2023 представитель истца и свидетель ФИО4 также подтвердили, что на платформе X-Assist производилась оценка предмета лизинга, с последующим заключением прямого договора купли-продажи.

Вопреки доводам истца, под иной формой торгов подразумеваются торги по продаже имущества посредством публичного предложения, используемые в конкурсном производстве (п.4 ст.139 Закона о банкротстве), а также в деятельности ломбардов (ч.2 ст.13 Закона о ломбардах).

Таким образом, предмет лизинга реализован истцом не на торгах, в связи с чем, стоимость возвращенного предмета лизинга подлежит определению на основании отчета об оценке от 19.05.2021 №153/2021 по состоянию на 11.01.2021 в размере 3 826 000 руб.

Включение истцом в качестве убытков лизингодателя (упущенной выгоды) арендной платы за время просрочки возврата ТС составляет 1 210 300 руб. не правомерно, в связи с наличием в действиях лизингодателя признаков злоупотребления права.

Согласно ч.1 ст.404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Как указывалось выше, уведомление о расторжении договора лизинга в адрес ответчика направлено 22.12.2017. Договор лизинга расторгнут истцом 02.01.2018.

В связи с неисполнением лизингополучателем обязанности по возврату транспортного средства, 06.05.2019 ООО «РЕСО-Лизинг» обратилось с иском к ООО «СЕРВИС-АВТО» об изъятии предмета лизинга договору № 11614ДМО4-СЕР/01/2017 (дело №А40-112913/19-118-40).

Решением суда от 03.06.2019, оставленным в силе постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019, исковые требования ООО «РЕСО-Лизинг» к ООО «СЕРВИС-АВТО» об изъятии предмета лизинга договору № 11614ДМО4-СЕР/01/2017 удовлетворены.

С заявлением о выдаче исполнительного листа на изъятие предмета лизинга по делу №А40-112913/19-118-40 ООО «РЕСО-Лизинг» обратилось 19.12.2019.

Предмет лизинга изъят 20.01.2020 собственными силами лизинговой компании.

Таким образом, лизингодатель на протяжении длительного времени (с 02.01.2018 по 06.05.2019) не обращался в суд с требованием о возврате своего имущества, имея возможность самостоятельного изъятия техники (что следует из акта возврата), без возбуждения исполнительного производства, искусственно начислил лизингополучателю арендную плату в порядке ст.622 ГК РФ после расторжения договора лизинга.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм права, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этил лиц с позиции возможным негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны - пункт 2 статьи 10 ГК РФ.

С учетом изложенного, арендная плата за время просрочки возврата ТС в размере 1 210 300 руб. подлежит исключению из расчета сальдо встречных представлений.

Кроме того, истец неверно определяет период фактического пользования финансированием, т.к. предмет лизинга реализован лизингодателем за пределами разумного срока.

Предмет лизинга реализован по истечении 1 года.

Процесс реализации объекта лизинга не зависит от воли лизингополучателя, а зависит исключительно от воли лизингодателя. В ситуации, когда с соответствующим иском о взыскании разницы встречных предоставлений и определении завершающей обязанности по договору лизинга обращается лизингодатель, бремя доказывания принятия мер к реализации по максимально возможной цене в максимально короткие сроки лежит именно на лизингодателе.

Истец не предпринял все меры - достаточные и возможные - для реализации предмета лизинга. ООО «РЕСО-Лизинг» не представило в суд доказательств надлежащего принятия лизингодателем мер по реализации предмета лизинга.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, учитывая обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что разумный срок реализации предмета лизинга составляет 6 месяцев, то есть – 20.07.2020 (дата изъятия + 6 месяцев).

Таким образом, срок финансирования подлежит перерасчету, и составляет срок с 06.07.2017 по 20.07.2020 или 1111 дней.

С учетом определения фактического срока финансирования в 1111 дней, сумма платы за финансирование составляет 1 744 611,06 руб.

При этом плата за финансирование составляет 18,32% годовых.

Расходы на хранение истцом документально подтверждены, при этом они также подлежат перерасчету до 20.07.2020 (разумного срока реализации ТС) и составляют, исходя из представленных доказательств и стоимости хранения ТС за период с 20.01.2020 по 20.07.2020 сумму в размере 55 815 руб.

Судом произведен перерасчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга, из которого следует, что цена приобретения имущества составляет 4 470 000 руб.

Сумма аванса по договору лизинга составляет 1 341 000 руб.

Затраты на страхование составили 96 337,56 руб.

Сумма финансирования составляет 3 225 337,56 руб.

Общая сумма договора лизинга составляет 6 382 222 руб.

Плата за финансирование составляет 18,32% годовых.

Срок договора лизинга составляет 1 122 дней.

Срок фактического пользования финансированием составляет 1 111 дней.

Плата за финансирование за период пользования финансированием составляет 1 798 081,65 руб.

Проценты по ст.395 ГК РФ составили 906,16 руб.

Расходы на хранение составили 55 815 руб.

Оценка изъятого имущества составила 10 000 руб.

Прочие расходы (мойка, регистрация, шиномонтаж) составили 1 250 руб.

Платежи по договору лизинга составили 2 438 132 руб.

Стоимость возвращенного имущества составила согласно отчету об оценке 3 826 000 руб.

Таким образом, финансовый результат составляет 1 172 741,63 руб. и является неосновательным обогащением ООО «РЕСО-Лизинг».

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, заявленные исковые требования являются незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

На основании ст.ст. 15, 309, 310, 395, 404, 614, 619, 622, 665 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Отказать ООО «РЕСО-Лизинг» в удовлетворении исковых требований.

Взыскать с ООО «РЕСО-Лизинг» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 8 533 руб.

 

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

 

Судья                                                                                                  А.Г. Антипова