ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-9051/2024

Дело № А40-24675/21

г. Москва

05 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 апреля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей Ю.Л. Головачевой, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 по делу № А40-24675/21, об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о разрешении разногласий, по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Лан Технолоджи»,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2020 принято к производству заявление ООО «Сервокомплект» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Лан Технолоджи», возбуждено производству по делу. 

Решением суда от 08.12.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» №236 от 25.12.2021. 

Определением суда от 20.04.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Лан Технолоджи». 

Определением суда от 22.06.2022 конкурсным управляющим ООО «Лан Технолоджи» утверждён ФИО4 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО2 о разрешении разногласий между конкурсным управляющим ООО «Лан Технолоджи» ФИО4 и ФИО2 относительно включения в реестр текущих обязательств ООО «Лан Технолоджи» требований ФИО2 в размере 3.006.123,29 рублей. 

Конкурсным управляющим ООО «Лан Технолоджи» ФИО4 заявлены возражения против удовлетворения заявления по доводам отзыва.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 г. в удовлетворении заявления ФИО2 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 г. отменить, принять новый судебный акт. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из доводов заявителя следует, что им осуществлялись платежи по возвратам займа по счёту должника, № 40702810138120013574, открытому в ПАО «Сбербанк», где по договорам займа ФИО2 возвратил должнику денежные средства в размере 3.006.123,29 рублей, которые по мнению заявителя являются неосновательным обогащением ООО «Лан Технолоджи» и подлежат включению в реестр текущих платежей. 

Из материалов дела следует, что Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-41257/2022, № 09АП-41259/2022 от 19.07.2022 по Делу № А40-24675/21, оставленного без изменения постановлением арбитражного суда Московского округа от 17.10.2022, письмом заместителя Председателя ВС РФ от 03.03.2023, отменено определение Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2022 по делу А40-24675/21. 

Признаны недействительными сделки по перечислению должником в пользу ФИО2 денежных средств в общем размере 23.976.580 рублей. 

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «ЛАН ТЕХНОЛОДЖИ» денежных средств в общем размере 23.976.580 рублей. 

Как следует из Постановления от 19.07.2022, ФИО2 являлся участником ООО «Лан Технолоджи», то есть в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве аффилированным лицом по отношению к должнику, передача денежных средств по договорам займа контролирующему должника лицу – ФИО2 производилась в условиях, когда у ООО «Лан Технолоджи» уже имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами, а также когда у должника не было чистой прибыли в соответствующем размере: доказательства обратного в материалы дела не представлены. 

Таким образом, как следует из буквального толкования Постановления, судом были признаны незаконными платежи на сумму 23.976.580 рублей, при этом сами договора займов недействительными признаны не были, в частности, не были признаны недействительными зачисление денежных средств, который заявитель требует о включении в реестр. 

Поэтому указание заявителя о том, что зачисление денежных средств в общей сумме 3.006.123,29 рублей, были признаны недействительными, не соответствует действительности и не указано в постановлении от 19.07.2022. 

В тоже время, зачисление денежных средств в сумме 3.006.123,29 рублей лицом, контролирующим должника под видом займов, являлось капиталозамещающим финансированием, в ситуации, когда должник отвечал признакам неплатёжеспособности. 

Поэтому требование о возврате денежных средств приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны контролирующих должника лиц. 

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения спорных перечислений у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, включённым в реестр кредиторов, что подтверждено судебными актами. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 наличие у должника на определенную дату просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в такой период. 

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта). 

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). 

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. 

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом. 

При этом, если контролирующие должника лица вкладывают свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. 

В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). 

Когда же контролирующие должника лица осуществляют вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. 

При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе. 

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

Поэтому в ситуации, когда план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких контролирующих должника лиц относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. 

Именно эти контролирующие должника лица ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования. 

Изъятие вложенного названными контролирующими должника лицами не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны контролирующих должника лиц. 

Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом. 

Такой правовой подход подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5). 

Сама по себе оспоримость осуществлённых платежей не осуществлялась, а требование о взыскании сумм, как последствие недействительных сделок, заявителем не подавалось. 

Таким образом, сами по себе платежи, поименованные в заявлении в общей сумме 3.006.123,29 рублей, недействительными не признавались, а были перечислены заинтересованным лицом в качестве капиталозамещающего финансирования, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами. 

Срок на подачу заявления пропущен, а заявление подлежит оставлению без удовлетворения так же в этой части, а именно. 

В соответствии со ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. 

В соответствии со ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В соответствии с п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). 

В соответствии с п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. 

Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. 

В соответствии с ч.2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. 

В соответствии с п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). 

Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Поскольку уважительных причин пропуска срока у заявителя не имелось, заявитель имел возможность обратиться в суд в течение установленного срока, поскольку о нарушении своего права истцу стало известно с момента осуществления платежей, с 15.08.2018 - 06.03.2020, о чем свидетельствуют сведения, указанные в заявлении. 

Ссылка заявителя на положения абз. 2 п. 1 ст. 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», по которой, возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими, не подлежит применению в данном случает, т.к. произведённые оплаты заявителем осуществлялись за период охватываемый 15.08.2018 - 06.03.2020, то есть до возбуждения производства по делу несостоятельным (банкротом) ООО «Лан Технолоджи». 

С учетом изложенных обстоятельств, суд не усмотрел оснований для удовлетворения заявления ФИО2 о разрешении разногласий между конкурсным управляющим ООО «Лан Технолоджи» ФИО4 и ФИО2 относительно включения в реестр текущих обязательств ООО «Лан Технолоджи» требований ФИО2 в размере 3.006.123,29 рублей. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ФИО2 о разрешении разногласий. 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся участником ООО «Лан Технолоджи», то есть в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве аффилированным лицом по отношению к должнику.

Передача денежных средств по договорам займа контролирующему должника лицу – ФИО2 производилась в условиях, когда у ООО «Лан Технолоджи» уже имелись неисполненные обязательства перед независимыми кредиторами, а также когда у должника не было чистой прибыли в соответствующем размере.

Кроме того, судом были признаны незаконными платежи на сумму 23.976.580 рублей, при этом сами договора займов недействительными признаны не были, в частности, не были признаны недействительными зачисления денежных средств, которые заявитель просил включить в реестр.

Таким образом, платежи в общей сумме 3.006.123,29 рублей недействительными не признавались, а были перечислены заинтересованным лицом в качестве капиталозамещающего финансирования, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами. 

Согласно пункту 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - обзор по субординации), утвержденного Президиумом ВС РФ 29.01.2020, требование о возврате компенсационного финансирования, оформленного договором займа, не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов.

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства в связи с чем, оснований для иной оценки выводов суда у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2024 по делу № А40-24675/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:                                                     А.А. Комаров

Судьи:                                                                                                           Ю.Л. Головачева

                                                                                                           Ж.Ц. Бальжинимаева