1603/2017-248791(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН  

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-23891/2017  

Дата принятия решения – 29 ноября 2017 года. 

Дата объявления резолютивной части – 22 ноября 2017 года.  

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Крылова Д.К., при ведении  протокола судебного заседания и аудиопротоколирования секретарем судебного заседания  ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального  предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 316167300053844; ИНН  

<

***>) к публичному акционерному обществу "Татфондбанк" (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) к государственной корпорации "Агентство по  страхованию вкладов" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании обоснованным  и подлежащим включению в реестр обязательств по выплате страхового возмещения по  расчетному счету истца в размере 1 350 000 рублей, о взыскании страхового возмещения в  размере 1 350 000 рублей, с участием:  

от истца – ФИО3, представитель по доверенности от 21.07.2017 года; 

от двух ответчиков – ФИО4, представитель по доверенности № 885 от 05.06.2017  года (до перерыва), после перерыва не явились, извещены;  

от третьего лица – ФИО3, представитель по доверенности от 26.06.2017 года, 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в  Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к публичному акционерному  обществу "Татфондбанк" и к государственной корпорации "Агентство по страхованию  вкладов" о признании обоснованным и подлежащим включению в реестр обязательств по  выплате страхового возмещения по расчетному счету истца в размере 1 350 000 рублей, о  взыскании страхового возмещения в размере 1 350 000 рублей.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.08.2017 года к  участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  

относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью  «Альтаир-1».  

Представитель истца и третьего лица исковые требования поддержали по мотивам,  изложенным в исковом заявлении.  

Представитель ответчиков исковые требования не признал по мотивам, изложенным в  отзыве на исковое заявление.  

Представители сторон сообщили суду о том, что в материалы дела представлены  исчерпывающие доказательства, заявлены исчерпывающие ходатайства, которые судом  были рассмотрены.  

В судебном заседании 16.11.2017 года был объявлен перерыв до 22.11.2017 года до 12  час. 40 мин. Информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного  суда Республики Татарстан в сети Интернет. После перерыва судебное заседание  продолжено в том же составе арбитражного суда в отсутствие представителей ответчиков.  

Ответчики надлежащим образом извещенные о времени и месте продолжения  судебного разбирательства после перерыва, в судебное заседание после перерыва не явились.  В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд  определил продолжить судебное заседание в отсутствие ответчиков.  

Заявлений, ходатайств не поступило. 

Исследовав материалы настоящего дела, заслушав представителей лиц, участвующих в  деле, в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ,  арбитражный суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска.  

Как следует из материалов дела, между истцом (перевозчик) и третьим лицом (клиент)  был подписан договор перевозки грузов № 1 от 04.05.2016 года, по условиям которого  перевозчик обязался принимать, а клиент предоставлять к перевозке грузы на основании  утвержденного плана перевозок (пункт 1.1 договора).  

Для выполнения перевозок с оплатой по сдельным (или повременным) тарифам  перевозчик выделяет клиенту автомобиль КАМАЗ с прицепом с общей массой  грузоподъемности 20 тонн (пункт 1.2 договора).  

Согласно пункту 3.1 договора размер оплаты за перевозку за выполнение перевозчиком  связанных с перевозкой операций и услуг определяются по согласованию из договорной  цены перевозчика и клиента в 1 400 рублей за один час работы автомобиля с прицепом.  Окончательный расчет по платежам за перевозку грузов производится клиентом на  основании счета перевозчика. Основанием для выписки счета служат акты выполненных  работ, данные путевых листов, заверенные клиентом (пункт 3.3 договора).  

Указанный договор действует с 04.05.2016 года по 31.12.2016 года (пункт 5.1  договора).  

В последующем между публичным акционерным обществом «Татфонбанк»  (банк) и истцом (клиент) заключен договор банковского счета (расчетного счета  индивидуального предпринимателя РФ) № 482012296 от 28.06.2016 года, по условиям  которого, Банк обязуется принимать и начислять поступающие на открытый клиенту  расчетный счет индивидуального предпринимателя Российской Федерации денежные  средства, осуществлять переводы денежных средств в соответствии с действующим  законодательством Российской Федерации и «Положением о переводах денежных средств  Клиентов «Татфонбанк» на территории Российской Федерации на основании распоряжений  о переводе денежных средств, составляемых отправителями распоряжений, в рамках  применяемых форм безналичных расчетов и проводить другие операции по счету, а клиент  ознакомлен с положением, разработанным банком, и обязуется соблюдать установленный  действующим законодательством Российской Федерации и банковскими правилами порядок  ведения безналичных и наличных расчетов (пункт 1.1 договора).  

Во исполнение условия договора на основании заявления клиента был открыт счет  расчетный счет № 

<

***>.  

На основании путевых листов от 01-30.06.2016 года, от 01-29.07.2016 года, от 01- 31.08.2016 года, от 01-30.09.2016 года, от 03.29.10.2016 года, от 01-30.11.2016 года, от 01- 30.12.2016 года, составленных истцом и заверенных третьим лицом, между истцом и  третьим лицом был составлен акт № 11/1 от 02.12.2016 года.  

Согласно указанному акту, он составлен во исполнение договора перевозки грузов № 1  от 04.05.2016 года, и на сумму 1 969 800 рублей, которая рассчитана исходя их 1 407 часов  стоимостью 1 400 рублей.  

В последующем истцом был выставлен третьему лицу счет № 16 от 12.12.2016 года на  оплату 1 969 800 рублей.  

По состоянию на 13.12.2016 года на счете, принадлежащем истцу и открытом в  публичном акционерном обществе «Татфондбанк», содержались денежные средства в  размере 33 375 рублей.  

По состоянию на 13.12.2016 года на счете, принадлежащем третьему лицу, и открытом  в публичном акционерном обществе «Татфондбанк», содержались денежные средства в  размере 9 934 779 рублей 72 копейки.  

Платежным поручением № 599 от 13.12.2016 года третье лицо поручило публичному  акционерному обществу «Татфондбанк» перечислить денежные средства в размере 1 350 000  рублей со счета третьего лица на счет истца № 

<

***>.  

В качестве основания платежа третьим лицом было указано по счету № 16 от  12.12.2016 года, аванс за выполненные работы, без НДС.  

Как следует из материалов дела, в этот же день третье лицо поручило публичному  акционерному обществу «Татфондбанк» платежным поручением № 599 от 13.12.2016 года  перечислить денежные средства по 1 350 000 рублей еще шести индивидуальным  предпринимателям, при этом в каждом из данных случаев в назначении платежей также  было указано «по счету № 16 от 12.12.2016 года, аванс за выполненные работы, без НДС».  

Таким образом, в один день третьим лицом было выдано публичному акционерному  обществу «Татфондбанк» поручений на перечисление индивидуальным предпринимателям,  в том числе и истцу, денежных средств в общей сумме 9 450 000 рублей.  

В связи с указанными действиями на счете, принадлежащем истцу, остаток денежных  средств увеличился на 1 350 000 рублей до 1 383 375 рублей.  

В свою очередь в связи с указанными действиями на счете, принадлежащем третьему  лицу, остаток денежных средств уменьшился на 9 450 000 рублей до 484 779 рублей 72  копейки.  

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 15.12.2016 года № ОД-4537 с  15.12.2016 года введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов кредитной  организации публичного акционерного общества «Татфондбанк» на срок три месяца.  

В связи с указанным обстоятельством истец заявил о наступлении страхового случая и  обратился публичное акционерное общество «Татфондбанк» с заявлением об установлении  состава и размера страхового возмещения и включения в реестр обязательств банка перед  истцом.  

Согласно сведениям из реестра обязательств банка размер таких обязательств, который  был принят банком, составил 33 375 рублей, в а сумме 1 350 000 рублей обязательство не  было установлено и в реестр обязательств банка не включен.  

Письмом от 07.01.2017 года публичное акционерное общество «Татфондбанк»  сообщило истцу о том, что в случае несогласия с размером возмещения, следует обращаться  в государственную корпорацию "Агентство по страхованию вкладов" с приложением  подтверждающих документов.  

03.03.2017 года Банком России принято решение об отзыве у публичного акционерного  общества «Татфондбанк» лицензии на осуществление банковских операций и прекращении  действия моратория.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 года по делу №  А65-5821/2017 публичное акционерное общество «Татфондбанк» было признано  несостоятельным (банкротом) и в отношении его имущества открыто конкурсное  производство.  

Письмом от 17.04.2017 года № 44-235 70 70, направленным государственной  корпорацией "Агентство по страхованию вкладов" истцу на его заявление № ВА-1195224 от  

30.03.2017 года, сообщил о том, что по состоянию на 13.12.2016 года, когда  владельцы счетов уже не имели возможности использовать денежные средства для  безналичных расчетов, были проведены спорные технические записи о якобы имеющем  место перечислении денежных средств на счет истца, указав, что такие действия носили явно  незаконный характер и создавали видимость проведения банковских операций в  противоправных целях. В связи с чем, в выплате в качестве страхового возмещения суммы  1 350 000 рублей было истцу отказано.  

Ссылаясь на незаконное неустановление состава и размера страхового возмещения в  размере 1 350 000 рублей и невключение в реестр обязательств банка перед истцом как  владельцем счета, истец обратился в суд с настоящим иском.  

Возражая против удовлетворения иска, ответчиком указано на утрату банком  платежеспособности на момент поступления платежных поручений от 13.12.2016 года и на  фиктивный характер отношений, положенных в основание платежа.  

Арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168  Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом обстоятельств, приведенных в  обоснование иска, самостоятельно определяет характер спорного правоотношения,  возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие  применению (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 ноября 2010 года № 8467/10).  

Из содержания искового заявления усматривается, что исковые требования истца  представляет собой требование о выплате страхового возмещения в объеме спорной суммы  в размере 1 350 000 рублей, отраженной на счете истца, открытым в публичном акционерном  обществе «Татфондбанк».  

Принимая во внимание изложенное, спорные отношения регулируются глава 45  Гражданского кодекса РФ, Федеральным законом от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и  банковской деятельности», Федеральным законом от 23.12.2003 № 177-ФЗ «О страховании  вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».  

Согласно статьям 8-11 Федерального закона «О страховании вкладов физических лиц в  банках Российской Федерации» отзыв (аннулирование) у банка лицензии Банка России на  осуществление банковских операций признается страховым случаем, влекущим  возникновение у вкладчиков и владельцев счетов – физических лиц – права на получение  страхового возмещения по вкладам (счетам), исходя из суммы обязательства банка по  вкладам (счетам), но не более 1 400 000 рублей.  

Выплата возмещения по вкладам производится Агентством по страхованию вкладов в  соответствии с реестром обязательств банка перед вкладчиками, формируемым банком. При  несогласии с размером подлежащего выплате возмещения по вкладам вкладчик в  

соответствии с законодательством Российской Федерации вправе обратиться в  суд с иском об установлении состава и размера соответствующих требований, а также  подлежащего выплате возмещения по вкладам (пункты 4, 10 статьи 12 указанного закона).  

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 15.12.2016 года № ОД-4537 с  15.12.2016 года введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов кредитной  организации публичного акционерного общества «Татфондбанк» на срок три месяца.  

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2017 года по делу №  А65-5821/2017 публичное акционерное общество «Татфондбанк» было признано  несостоятельным (банкротом) и в отношении его имущества открыто конкурсное  производство.  

Таким образом, указанные обстоятельства применительно к статьям 8-11  Федерального закона «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской  Федерации» свидетельствуют о наступлении страхового случая, в результате которого  возникло обязательство на стороне государственной корпорации "Агентство по страхованию  вкладов" по выплате страхового возмещения в пределах и в порядке, установленном  законом.  

Заявленное истцом требование (1 350 000 рублей) не превышает лимита, определенного  законом в сумме 1 400 000 рублей.  

Как усматривается из материалов дела, спорные денежные средства были учтены  публичным акционерным обществом «Татфондбанк» 13.12.2016 года на счете, открытым  указанным банком на основании договора банковского счета (расчетного счета  индивидуального предпринимателя РФ) № 482012296 от 28.06.2016 года, заключенного с  истцом.  

При этом под вкладом в смысле Федерального закона «О страховании вкладов  физических лиц в банках Российской Федерации» понимаются денежные средства в валюте  Российской Федерации или иностранной валюте, размещаемые физическими лицами или в  их пользу в банке на территории Российской Федерации на основании договора банковского  вклада или договора банковского счета, включая капитализированные (причисленные)  проценты на сумму вклада (пункт 2 статьи 2 закона).  

Таким образом, поскольку истец является физическим лицом и имеет учтенные  денежные средства банка на счете на момент наступления страхового случая, открытом на  основании договора банковского счета, в пределах установленного законом лимита, то истец  вправе обратиться в порядке, предусмотренном Федерального закона «О страховании  вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» с заявлением о наступлении  страхового случая.  

При несогласии с размером подлежащего выплате возмещения по  вкладам, вкладчик в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе  обратиться в суд с иском об установлении состава и размера соответствующих требований, а  также подлежащего выплате возмещения по вкладам (часть 10 статьи 12 Федерального  закона «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации»).  

Следовательно, состав и размер обязательств публичного акционерного общества  «Татфондбанк» перед вкладчиком устанавливается по требованию вкладчика в общеисковом  порядке, несмотря на открытие в отношении данного банка процедуры банкротства.  

Вместе с тем, само по себе наступление страхового случая и учет на банковском счете  истца суммы, подпадающей под установленный законом размер страхового возмещения по  вкладам, не является безусловным основанием для установления данной суммы в реестр  обязательств банка при рассмотрении спора в судебном порядке.  

В соответствии с правилами статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ  стороны спора обязаны доказать обоснованность своих требований и возражений друг к  другу с представлением суду соответствующих надлежащих доказательств в их  подтверждение.  

В основание исковых требований истцом положены получение денежных средств от  третьего лица в связи с исполнением истцом договора перевозки грузов № 1 от 04.05.2016  года.  

Согласно пунктам 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от  23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения  дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных  обязательств» при рассмотрении дела арбитражный суд определяет круг обстоятельств,  имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся  обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора  независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск  

Таким образом, с учетом указанных выше положений Гражданского кодекса РФ, а  также разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ в предмет судебного  исследования по настоящему делу подлежит изучению, в том числе вопрос о  действительности (недействительности) обязательства, во исполнение которого третьим  лицом были перечислены истцу спорные денежные средства.  

При этом в ходе рассмотрения дела ответчиком было заявлено о злоупотреблении  истцом и третьим лицом правами, поскольку указанные действия сторон были направлены  на изменение правового статуса денежных средств путем создания условий для их  трансформации в страховое возмещение.  

Действительно, в соответствии со статьей 134 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» при банкротстве кредитной организации требования  вкладчиков и владельцев счетов - юридических лиц - к банку подлежат удовлетворению в  составе третьей очереди за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований  предыдущих очередей.  

В тоже время физические лица в силу Федерального закона «О страховании вкладов  физических лиц в банках Российской Федерации» вправе получить страховое возмещение по  вкладам (счетам), исходя из суммы обязательства банка по вкладам (счетам), но не более  1 400 000 рублей.  

Таким образом, при отзыве лицензии у кредитной организации и признании ее  банкротом владельцы счетов – физические лица – находятся в более выгодных условиях, чем  владельцы счетов – юридические лица.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная  лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая  сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников  гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения  заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их  внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, возвращение  кредитором денежных средств, содержащихся в неплатежеспособном банке, вопреки  порядку, установленному Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»,  путем формирования условий, благодаря которым денежные средства обеспечиваются  Федеральным законом «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской  Федерации».  

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не  требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на  возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно  порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как  ничтожной.  

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.  Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать  реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с  волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих  реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие  требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не  

вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального  кодекса РФ)  

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость  сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств,  которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.  

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, применительно к  рассматриваемому спору при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов,  подтверждающих основания для перечисления денежных средств, суд не должен  ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом  формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы  первичного учета, а также иные доказательства.  

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее  формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от  23.06.2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса РФ").  

Из материалов дела усматривается, что, обосновывая получение спорных денежных  средств, истец и третье лицо ссылаются на подписанный между истцом (перевозчик) и  третьим лицом (клиент) договор перевозки грузов № 1 от 04.05.2016 года.  

Для выполнения перевозок с оплатой по сдельным (или повременным) тарифам  перевозчик выделяет клиенту автомобиль КАМАЗ с прицепом с общей массой  грузоподъемности 20 тонн (пункт 1.2 договора).  

Указанный договор был заключен на период с 04.05.2016 года по 31.12.2016 года. 

В качестве доказательств реальности указанных отношений истцом и третьим лицом  представлены путевые листы в количестве семи штук, согласно которым по каждому  путевому листу были оказаны услуги в количестве от 170 до 180 часов.  

В тоже время указанные документы составлены истцом и третьим лицом. При этом как  пояснила в судебном заседании представитель истца и третьего лица, указанные услуги были  необходимы для производства работ в Дрожжановском районе Республики Татарстан,  выполняемых третьим лицом по заказу иного лица.  

Однако из содержания указанных документов каких-либо отметок о дате и времени  прибытия на строительную площадку, сделанных работником, контролирующим  производство работ на объекте, не усматривается. В материалы дела таких доказательств в  нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ не содержат.  

Кроме того, содержания указанных документов следует, что транспортные услуги были  связаны с перемещением грунта, перевозкой строительного песка и железобетонных колец,  однако доказательств прибытия в место отгрузки и выгрузки, с отметками лица,  

ответственного за выдачу строительных материалов, в частности,  товаротранспортные накладные (иные документы, свидетельствующие о прибытии истца  получения им к перевозке груза, и прибытие к в пункт выгрузки с вручением перевезенного  груза, в том числе показания прибора учета рабочего времени (тахограф), в материалы дела  не представлено.  

Согласно правовой позиции истца, указанные услуги им были оказаны на  транспортном средстве, который ему не принадлежит, что следует из представленного  истцом и третьим лицом паспорта транспортного средства.  

Однако истцом в материалы дела не представлено доказательств несения расходов,  связанных с использованием чужого транспортного средства, а равно расходов, связанных с  обслуживанием указанного транспортного средства, в том числе на приобретение расходных  материалов, горюче-смазочных материалов.  

Причем согласно представленным третьим лицом сведениям по его основным  средствам, во владении третьего лица по состоянию на 31.12.2016 года имелись КАМАЗ  тягач 2016 года выпуска, автомобиль самосвал КАМАЗ 2014 года выпуска, полуприцеп- самосвал в количестве двух единиц 2008 года и 2011 года выпуска.  

Так же материалы дела не содержат сведения об учете используемого транспортного  средства истцом, а также расходов на его содержание и спорных денежных средств в  бухгалтерском учете и налоговой отчетности при осуществлении им предпринимательской  деятельности в порядке, предусмотренном законом, в спорный период. Представленная  истцом отчетность не носит публичного характера (не представлялась в орган публичной  власти), а является внутренней (то есть ведется истцом для собственных целей) и содержит  лишь сведения о спорных денежных средствах.  

При этом арбитражный суд принял во внимание и действия положения договора и  действия сторон по составлению акта выполненных работ единовременно в целях  установления срока оплаты услуг накопительным итогом в спорный период согласно  содержанию назначения платежа, произведенного третьим лицом в пользу истца («по счету   № 16 от 12.12.2016 года, аванс за выполненные работы, без НДС»).  

Кроме того, в материалы дела не представлен реестр счетов, учитывая, что иным  операциям, проведенным третьим лицом в этот день в назначении платежей также было  указано «по счету № 16 от 12.12.2016 года, аванс за выполненные работы, без НДС».  

Более того, арбитражный суд учитывает, что в материалах дела отсутствуют  доказательства оказания истцом аналогичных услуг иным заказчикам в период до  возникновения спорных отношений.  

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ  представленные в материалы дела доказательства и объяснения лиц, участвующих в деле, в  

их совокупности и взаимной связи, с учетом объема указанных выше обстоятельств,  имевших место, арбитражный суд приходит к выводу о том, что в данном случае  представленный истцом договор, путевые листы и акт сами по себе не могут быть приняты  судом в качестве безусловного подтверждения реальности сделки, положенной в основание  спорного платежа.  

Иных доказательств в материалы дела не представлено, с учетом указанных  обстоятельств, свидетельствующих о наличии признаков мнимости сделки и ее  направленности на изменение правового статуса спорных денежных средств путем создания  условий для их трансформации в страховое возмещение.  

В тоже время определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.08.2017  года и от 18.10.2017 года арбитражный суд предложил указанным лицам представить в  материалы дела иные доказательства, подтверждающие реальность рассматриваемых  отношений.  

Вместе с тем в судебном заседании представитель истца и третьего лица сообщили  суду о том, что в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства.  

Кроме того, в гражданском обороте лица должны действовать добросовестно, разумно  и справедливо, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения (пункт 3 статьи 1, пункт 2 статьи 6, статья 10 Гражданского  кодекса РФ)  

Таким образом, гражданское законодательство РФ основывается на необходимости  беспрепятственного осуществления гражданских прав, а также добросовестности участников  гражданских правоотношений при осуществлении гражданских прав и исполнении  гражданских обязанностей. Закон запрещает кому-либо извлечение преимущества из своего  незаконного или недобросовестного поведения. Следовательно, указанные нормы  Гражданского кодекса РФ не только определяют границы осуществления гражданских прав  и исполнения обязанностей, но и характер совершенных действий (бездействия) при  осуществлении прав и исполнения обязанностей с точки зрения правомерности.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным и по инициативе  суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота  от добросовестного поведения (абзац 4 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда  РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части  первой Гражданского кодекса РФ").  

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе  в получении необходимой информации (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума  

Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ").  

Как следует из материалов дела, предписанием Банка России от 30.09.2016 года № 10- 2-10/29892ДСП, с 01.10.2016 года введены ограничения на открытие текущих и расчетных  счетов по вкладам физических лиц и индивидуальных предпринимателей, не являющихся  акционерами Банка, операции ограничиваются количеством счетов на дату ограничения;  привлечение денежных средств на банковские счета физических лиц и индивидуальных  предпринимателей, не являющихся акционерами банка, операции ограничиваются объемом  остатков денежных средств; привлечение денежных средств физических лиц и  индивидуальных предпринимателей во вклады (до востребования и на определенный срок),  за исключением акционеров банка, операции ограничиваются объемом остатков денежных  средств.  

С 05.12.2016 года банк перестал исполнять в полном объеме свои обязательства перед  кредиторами по предъявленным ими платежным поручениям и другим денежным  требованиям, в том числе о выдаче вкладов.  

При этом как следует из материалов дела, платежные поручения от 07.12.2016 года  третьего лица к публичному акционерному обществу «Татфондбанк» о перечислении  обязательных платежей (ФОМС, ПФР, ФНС) не были исполнены банком с помещением в  картотеку.  

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, арбитражный суд отклоняет довод  третьего лица о том, что ему не было известно о неплатежеспособности банка, поскольку по  состоянию на 07.12.2016 года третье лицо уже располагало такими сведениями, учитывая  неисполнение банком поручений третьего лица.  

Вместе с тем, согласно выписке по операциям на счете третьего лица, по состоянию на  13.12.2016 года остаток денежных средств на счете третьего лица, открытом в публичном  акционерном обществе «Татфондбанк» составлял 9 934 779 рублей 72 копейки.  

При этом из указанного документа следует, что 13.12.2016 года третье лицо поручило  публичному акционерному обществу «Татфондбанк» платежными поручениями  перечислить денежные средства по 1 350 000 рублей семи индивидуальным  предпринимателям, в том числе и истцу, при этом в каждом из данных случаев в назначении  платежей также было указано «по счету № 16 от 12.12.2016 года, аванс за выполненные  работы, без НДС».  

То есть назначение платежа было указано единой формулировкой для каждого  получателя.  

В связи с указанными действиями на счете, принадлежащем третьему лицу, остаток  денежных средств уменьшился на 9 450 000 рублей до 484 779 рублей 72 копейки.  

Таким образом, такие действия третьего лица привели к переводу практически всех  денежных средств (более 95 %), имеющихся на счете третьего лица на счета  индивидуальных предпринимателей с единой формулировкой платежа и в пределах лимита  страхового возмещения, предусмотренного Федеральным законом «О страховании вкладов  физических лиц в банках Российской Федерации».  

При этом из судебных актов, а также материалов дела, содержащихся в сети интернет в  информационной системе "Картотека арбитражных дел", размещенной на сайте  http://kad.arbitr.ru/, индивидуальные предприниматели, в том числе и истец по настоящему  делу, инициировали арбитражные разбирательства (А65-23896/2017, А65-23917/2017, А65- 23904/2017 и другие).  

При изложенных обстоятельствах, а также принимая во внимание факты,  установленные судом, свидетельствующие о наличии признаков мнимости сделки,  арбитражный суд приходит к выводу о том, что указанные действия истца и третьего лица  направлены лишь на обход положений Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» и получения преимуществ, предусмотренных Федеральным законом «О  страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» и не могут  рассматриваться в качестве стандартного поведения разумного участника гражданского  оборота.  

В связи с указанными обстоятельствами, арбитражный суд в ходе рассмотрения дела в  судебном заседании вынес на обсуждение указанные обстоятельства, явно  свидетельствующие о недобросовестном поведении участников спорных отношений (абзац 4  пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О  применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  РФ").  

Как следует из смысла правовой позиции, содержащегося в определениях Верховного  Суда РФ от 25.07.2016 года № 305-ЭС16-2411, от 17.05.2016 года № 305- ЭС16-1045, от  15.12.2014 года № 309-ЭС14-923, а также в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда РФ от 18.10.2012 года № 7204/12, если поведение участников оборота  выходит за рамки стандартного поведения как разумного участника гражданского оборота,  то бремя доказывания своей добросовестности переносится на этих участников. Презумпция  добросовестности в этом случае судом применяться не должна.  

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ ни  истец, ни третье лицо не представили в арбитражный суд надлежащие и допустимые  доказательства того, что при изложенных обстоятельствах такие действия были обусловлены  разумными причинами.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в силу статьей 10,  168, 170 Гражданского кодекса РФ составленные между истцом и ответчиком договор и  документы, связанные с его исполнением, являются мнимой, поскольку судом установлено,  что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение  гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой и такие действия  сторон в условиях фактической утраты Банком платежеспособности были направлены лишь  на изменение правового статуса спорных денежных средств путем создания условий для их  трансформации в страховое возмещение путем обхода положений Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)» и получения преимуществ, предусмотренных  Федеральным законом «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской  Федерации» и имели целью немедленное удовлетворение требований в полном объеме за  счет средств государственного фонда страхования вкладов.  

Кроме того, арбитражный суд принимает во внимание, что по состоянию на 07.12.2016  года сумма неоплаченных расчетно-денежных документов, учитываемых на счетах № 47418,  составила 4 140 629 045 рублей 66 копеек, сумма незавершенных платежей, учтенных на  балансовом счете 30223, составила 112 152 677 рублей 48 копеек. При этом остаток  денежных средств на корреспондентском счете Банка составлял 111 166 058 рублей 29  копеек, то есть существенно превышал суммарный объем неудовлетворенных требований  кредиторов.  

Согласно представленной в материалы дела проверочной ведомости остатков на  13.12.2016 на счетах № 47418 (первые пять цифр двадцатизначных номеров счетов  предназначенных для учета средств клиентов, списанных с их счетов, но не проведенных  через корреспондентский счет из-за недостаточности средств на нем), задолженность перед  кредиторами составила 8 295 891 779 рублей 19 копеек, тогда как согласно проверочной  ведомости остатков по счетам 30102 (корреспондентский счет), сумма денежных средств  составляла 118 883 363 рублей 64 копейки.  

Таким образом, по состоянию на 13.12.2016 года банк был неплатежеспособен, а его  клиенты, включая истца, не могли свободно распоряжаться денежными средствами,  находящимися на их счетах в банке. Указанные денежные средства не могли быть ими  свободно перечислены на счета в иные кредитные организации или свободно получены  наличными. Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в  Определении от 28.06.2011 года № 89-ВП-З, в условиях недостаточности денежных средств  на корреспондентском счете кредитная организация не только не в состоянии выполнять  поручения клиентов о перечислении денежных средств с их счетов, но и не вправе их  выполнять. Следовательно, средства на счетах таких клиентов не могут быть свободно  использованы ими для приобретения товаров или оплаты услуг, при зачислении они  

утрачивают способность быть средством платежа. Таким образом, по смыслу статьи  140 Гражданского кодекса РФ технические записи по счетам клиентов в банке, совершенные  в условиях его неплатежеспособности, нельзя считать деньгами (денежными средствами).  

Данная позиция Верховного Суда РФ нашла соответствующее продолжение в  Определении Высшего Арбитражного РФ от 26.12.2012 года № ВАС-2144/12, а также в  Определениях Верховного Суда РФ от 19.03.2015 года № 310-ЭС15-778, от 07.07.2015 года,  24.06.2015 года, 19.06.2015 года № 305-ЭС15-5815, в которых суд, руководствуясь  положениями статей 10, 168 ГК РФ, указал на фиктивность совершенных операций по  переводу денежных средств со счетов одних лиц на счета других лиц, а также операций о  выдаче денежных средств через кассу, в неплатежеспособном банке.  

В соответствии с нормами действующего законодательства, а также с учетом пункта 2  Определения Конституционного Суда ОФ от 25 июля 2001 года № 138-0, отношения банка и  его клиента, вытекающие из договора банковского счета и основанные на принципе  разумности и добросовестности действий его участников, являются гражданскими  правоотношениями, в рамках которых исполнение банком обязательств по зачислению  поступающих на счет клиента денежных средств и их перечислению со счета, а также  распоряжение клиентом, находящимися на его счете денежными средствами, зачисленными  банком, в том числе при исполнении им собственных обязательств перед клиентом, могут  осуществляться лишь при наличии на корреспондентском счете банка необходимых  денежных средств. При их отсутствии внутрибанковские проводки являются не более чем  техническими действиями по изменению числовых значений на счетах клиентов банка.  

Следовательно, при недостаточности денежных средств на корреспондентском счете  Банка, что было обусловлено отсутствием возможности свободно распоряжаться  находящимися там средствами, реализация прав и обязанностей по договору банковского  счета невозможна.  

Принимая во внимание, что все операции проводились по корреспондентскому счету  публичного акционерного общества «Татфондбанк» (то есть внутри банка) без вывода  (перевода) реальных денежных средств на счет третьего лица в других кредитных  организациях, можно сделать вывод о том, что спорное перечисление денежных средств на  счет истца совершенное путем внутрибанковских проводок представляет собой только  технические операции по счетам, которые не связаны с фактическим исполнением  договорных обязательств пополнения счета, поскольку для исполнения поручений своих  клиентов в спорный период у банка не было денежных средств для их исполнения.  

В силу изложенного, арбитражный суд считает необоснованным иск по заявленным  

удовлетворении исковых требований также выступает в настоящем деле как последствие  злоупотреблением правом.  

Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства,  установленным статьей 1 Гражданского кодекса РФ, а именно: равенству участников  регулируемых Кодексом отношений; неприкосновенности собственности; обеспечению  восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу  о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах;  принципу справедливости.  

Истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка по уплате государственной  пошлины. В силу положений статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ  судебные расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца, и  подлежат взысканию с него в доход федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса  РФ, Арбитражный суд Республики Татарстан  

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2  (ОГРНИП 316167300053844; ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 32 500  (тридцать две тысячи пятьсот) рублей государственной пошлины.  

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу. 

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.  

Судья Д.К. Крылов