АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

12.02.2024 Дело № А40-19749/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 07 февраля 2024 года 

Полный текст постановления изготовлен 12 февраля 2024 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего - судьи Голобородько В.Я. судей Паньковой Н.М., Савиной О.Н. при участии в заседании: 

от фин. управляющего ФИО1 по дов от 07.09.2023  иные-не явились  

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу  финансового управляющего ФИО2 – ФИО3  

на определение от 16.08.2023 Арбитражного суда города Москвы на постановление от 07.12.2023 Девятого арбитражного апелляционного суда об отказе финансовому управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника, ответчик - ФИО4, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 04.02.2021 поступило заявление ПАО  СКБ Приморья «Примсоцбанк» о признании должника-гражданина ИП  ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Тирасполь  Молдавской ССР, ИНН 

<

***>, ОГРНИП 319774600691000)  несостоятельным (банкротом). Определением суда от 10.02.2021 заявление  принято и возбуждено производство по делу.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.12.2021 в  отношении должника-гражданина ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.,  место рождения г. Тирасполь Молдавской ССР, ИНН, ОГРНИП  319774600691000) введена процедура реструктуризации долгов гражданина,  финансовым управляющим утвержден ФИО5, члена  САУ Авангард.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.08.2022 в отношении  ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения г. Тирасполь  Молдавской ССР, ИНН, ОГРНИП 319774600691000) введена процедура  реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден  ФИО3 (ИНН 

<

***>).  

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете  «Коммерсантъ» от 10.09.2022.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2023,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 07.12.2023, отказано в удовлетворении заявленных  требований.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый  управляющий ФИО2 – ФИО3 обратился в Арбитражный суд  Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение  суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить,  

принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявление  финансового управляющего.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что  судами нарушена правильность применения норм материального и  процессуального права, выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела,  утверждая, что должник и ответчик являются аффилированными лицами; на  

дату совершения спорных платежей должник обладал признаками  неплатежеспособности; в результате совершения спорных сделок из конкурсной  массы выбыло ликвидное имущество - денежные средства в размере 1 014 980  руб.; у финансового управляющего отсутствуют документы подтверждающие  равноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки; и со  стороны заинтересованного лица и со стороны должника при совершении  сделки имеет место злоупотребление правом, поскольку, заключая  оспариваемую сделку на подобных условиях, стороны не могли не понимать, что  безвозмездная передача денежных средств не может быть отнесено к обычной  деловой практике.  

Представитель финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал.  

Обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав  объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное  заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и  процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в  обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной  инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 23.08.201822.04.2019 со счета должника на счет ответчика перечислены денежные средства в  размере 1 014 980 руб.  

Следовательно, оспариваемые платежи совершены в пределах срока  подозрительности установленного п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве относительно  даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника (10.02.2021).  

Финансовый управляющий полагает, что оспариваемые платежи совершены  безвозмездно в при непогашенной задолженности перед ООО «БМПК Капитал,  ПАО Совкомбанк, ПАО Банк ВТБ в целях причинения вреда имущественным  правам кредиторов при злоупотреблении правом должником и ответчиком,  принявшим платежи, в связи с чем является недействительным на основании п.2  ст. 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве), ст.ст. 10, 168 ГК РФ.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции,  руководствуясь положениям статей 2, 19, 61.2, 61.3Закона о банкротстве, позицией,   изложенной в пунктах 5-10, 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №  63, исходил из недоказанности оснований для признаний оспариваемой сделки  (перечислений денежных средств в пользу ответчика) недействительной.  

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд. 

В соответствии с п. 1 ст. 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом  или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным  судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств  другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные  условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным  исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача  имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  

исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств.  

Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 8 и 9 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010г. № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки при  неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не  требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки,  поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может  устанавливаться исходя из условий сделки.  

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве  неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет  место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на  момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются  от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки.  

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать  как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на  которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.  

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть  оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное  встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно,  что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для  осуществления им встречного исполнения.  

В силу п. 9 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если  подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  

заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для  признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств,  определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности  контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным  встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее  чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть  признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6  настоящего Постановления).  

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие  обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве.  

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным  правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной,  если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона  знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2  ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику)  должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо  совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в  

результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества  либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более  процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место  жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно  перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество,  либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы  бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых  предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абз. 2 п. 2  ст. 61.2 Закона о банкротстве).  

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской  Федерации от 23.12.2010 года № 63 разъясняется, что для признания сделки  недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее  сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка  была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в  результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного  из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по  данному основанию.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 5 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 при  определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в  силу абз. 32 и абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  

имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества. Согласно абз. 33 и абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве для целей данного  закона под недостаточностью имущества понимается превышение размера  денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей  должника над стоимостью имущества (активов) должника; под  неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей,  вызванное недостаточностью денежных средств.  

Для целей применения содержащихся в абз. 2 - абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки  признаков банкротства, указанных в ст. 6 Закона, не является достаточным  доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности  имущества. Установление законодателем презумпции неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника призвано оградить интересы гражданского  оборота и его участников от недобросовестных действий отдельных субъектов, а  также обеспечить стабильность гражданского оборота.  

В п. 7 поименованного Постановления Пленума Высшего Арбитражного  суда Российской Федерации разъяснено, что в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о  банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Следовательно, обязательным условием возможности оспаривания  подозрительной сделки по субъективному критерию является наличие достаточных  доказательств того, что другая сторона по сделке знала о совершении должником  данной сделки в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов.  Безусловным доказательством наличия соответствующей информации у другой  

стороны по сделке является отнесение ее участников к категории  заинтересованных лиц в соответствии с Законом о банкротстве, перечень которых  определен в ст. 19 поименованного Закона.  

Финансовый управляющий указывает, что поскольку у него отсутствуют  документы, подтверждающие основание перечисления денежных средств,  ответчиком такие документы не представлены, указанные обстоятельства  свидетельствуют об отсутствии исполнения или намерении исполнить  обязательства в отношении должника.  

Вместе с тем, как верно указали суды, сам по себе факт отсутствия у  финансового управляющего документов, подтверждающих основания совершения  оспариваемых сделок, не доказывает недействительность такой сделки и не  освобождает финансового управляющего от обязанности доказывания своей  правовой позиции (ч. 1 ст. 65 АПК РФ).  

В силу ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по  отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным  законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну  группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом  должника.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому  лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет  директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или  иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том  числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до  момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения  временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая  дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного  периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с  физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в  отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые  заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с  гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.  

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину  признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии,  сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и  братья супруга.  

Согласно абз. 25 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции  и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»  аффилированными лицами признаются физические и юридические лица,  способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических  лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 года № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве  факта общности экономических интересов допустимо не только через  подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность  лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.  Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от  22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической  деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности  даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления  искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако  сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения  предпринимательской деятельности.  

Бремя доказывания обстоятельств, противоположных заявленным  управляющим, подлежит возложению на ответчика по данному обособленному  спору при наличии признаков аффилированности ответчика и должника  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18- 413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992 (3), от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от  23.08.2018 N 305-ЭС18-3533, от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063(2), N 305-ЭС18- 17063(3), N 305-ЭС18-17063(4), от 21.02.2019 N 308-ЭС18-16740, от 08.05.2019 N  305-ЭС18-25788(2), однако, поскольку доказательств аффилированности  заявителем представлено не было, опровержение доводов управляющего не может  быть возложено на ответчика.  

Кроме того, как верно указали суды, не передача какой-либо документации  управляющему, а также совершение банковских операций при наличии  неисполненных обязательств перед контрагентами не может служить основанием  для возложения на ответчика соответствующей ответственности.  

Отсутствие у управляющего информации о наличии или отсутствии  встречного исполнения по платежам должника не снимает с него бремя  доказывания факта неравноценности спорной сделки.  

В силу п. 2 ст. 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и  принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной  деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании  пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена  имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам,  или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент  стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской  отчетности должника за последний отчетный период.  

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2023 N 305-ЭС20-19905(13,14)  по делу N А40-216654/2019 положения пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве  носят универсальный характер и направлены на защиту стабильности оборота. Они  подлежат применению ко всем должникам ввиду отсутствия соответствующей  специальной нормы в статье 213.32 Закона о банкротстве, регулирующей  особенности оспаривания сделок граждан. При применении пункта 2 статьи 61.4  Закона о банкротстве следует учитывать специфику осуществления экономической  деятельности гражданами, особенности расчета стоимости их активов.  

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных  с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)",  бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой  стороне сделки; бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент  от стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.  

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной  хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является  сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от  аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение  продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех  обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам  (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной  арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи  за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).  

Суды установили, что в материалы обособленного спора не представлены  доказательства того, что действия должника выходили за пределы обычной  деятельности гражданина.  

При этом финансовый управляющий не доказал, что сумма платежа  превысила один процент от стоимости всех активов должника.  

Суды также учли, что сделки совершены до даты введения процедуры  банкротства, когда ограничений на распоряжение денежными средствами у  должника не имелось.  

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами,  должник обязан учитывать интересы кредиторов, срок исполнения обязательств  перед которыми наступил и срок погашения перед которыми наступит  непосредственно после совершения сделок. Однако, это не означает, что должник  не может быть участником гражданского оборота, в т.ч. совершать какие-либо  сделки в отношении принадлежащего ему имущества.  

Финансовым управляющим не представлено доказательств раскрытия  должником перед ответчиком наличия обязательств, соотношения активов и  обязательств должника, а также безвозмездности платежей и направленности  действий ответчика именно на причинение вреда имущественным правам  кредиторов.  

Следовательно, финансовым управляющим должника не доказана  совокупность установленных ст.ст. 61.2 Законом о банкротстве условий для  признания сделки по перечислению денежных средств недействительной.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по  делу № А32 -26991/09, абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, пункта  10 постановления от 30.04.2009 № 32, наличие в законодательстве о банкротстве  специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду  квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление  правом, как ничтожную (статьи 10 и 170 ГК РФ).  

Нормы действующего законодательства пресекают возможность извлечения  сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного  поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам  составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же  обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи  61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 170 ГК РФ.  

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение  его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки  (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки,  является разновидностью сделки, совершённой со злоупотреблением правом  (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).  

В условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица,  оспаривающие сделки с причинением вреда кредиторам по основаниям,  предусмотренным ГК РФ, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят  за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 170 ГК РФ по тем  же основаниям, что и в п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность  для обхода сокращённого срока исковой давности, установленного для оспоримых  сделок, периода подозрительности, и позволяет лицу, не оспорившему  подозрительную сделку, обходить правила о возможности заявления возражений о  недействительности оспоримой сделки только на основании вступившего в  законную силу судебного акта о признании её недействительной, что недопустимо  

(определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17- 4886 (1) но делу № А41-20524/2016).  

Суд первой инстанции обоснованно сослался на то, что в рассматриваемом  случае финансовый управляющий не указал, чем, в условиях конкуренции норм о  действительности сделки, обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за  пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а бездоказательно  сослался на ст. 10 ГК РФ, что само по себе не имеет правового значения,  поскольку бремя доказывания пороков сделки, выходящих за пределы дефектов  сделок с предпочтением или подозрительных сделок в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ  лежит на лице, оспаривающем сделку.  

Применение ст. ст. 10, 170 ГК РФ должно носить резервный и субсидиарный  характер. Этот состав недействительности должен применяться только в тех  случаях, когда у суда не обнаруживается того или иного специального механизма  для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.  

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о  злоупотреблении правом.  

Между тем, заявителем в материалы дела не представлены какие-либо  доказательства или аргументы в пользу того, что нарушения, допущенные при  совершении оспариваемой сделки, выходят за пределы диспозиции п. 1 и п. 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами  судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их  переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы,  соответствуют нормам права.  

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная  жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо  доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая  оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.  

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов  соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем,  

полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в  апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана  надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на  переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше  обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий  арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть  положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи  286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,  регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют  суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь  правильность применения нижестоящими судами норм материального и  процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать  доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.  

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и  второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают  доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе  принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного  разбирательства, что недопустимо.  

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств  отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.  

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.  

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции  не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие  

заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном  применении судом норм материального и процессуального права и не может  служить достаточным основанием для его отмены.  

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые  суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать  решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное  свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном  нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов  лиц, участвующих в деле.  

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически  свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции  судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном  истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о  банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по  фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке  судебных актов в кассационном порядке.  

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду  кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать  фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,  давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или  считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в  определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или  апелляционной инстанции.  

Между тем, судебная коллегия полагает необходимым отметить, что доводы  кассационной жалобы, вопреки положениям статей 4 и 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, своего документарного  подкрепления не нашли.  

Изложенные в кассационной жалобе возражения свидетельствуют о  несогласии с установленными судами обстоятельствами и оценкой  доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.  

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится  за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной  инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, также не нарушены.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2023,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 по  делу № А40-19749/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий - судья В.Я. Голобородько Судьи: Н.М. Панькова 

О.Н. Савина