АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-12289/13 

Екатеринбург

06 мая 2022 г.

Дело № А07-20136/2012

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 мая 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В., 

судей Сушковой С.А., Столяренко Г.М. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.10.2021 по делу № А07-20136/2012 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от15.02.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.11.2012 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «УГС-Финанс» (далее – общество «УГС-Финанс») и возбуждено производство по делу о банкротстве открытого акционерного общества «Трест Уфагражданстрой» (далее – общество «Трест УГС», должник).

Определением суда от 11.02.2013 заявление общества «УГС-Финанс» признано обоснованным, в отношении должника общества «Трест УГС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением суда от 03.10.2013 в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 08.11.2013 утвержден конкурсный управляющий ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.08.2014 на основании ходатайства некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих», в связи с дисквалификацией, ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «Трест УГС».

Определением суда от 04.09.2014 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.09.2015 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «Трест УГС»; конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2015 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.08.2015 в части утверждения конкурсным управляющим должника ФИО4 отменено, вопрос об утверждении конкурсного управляющего должника направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции, на ФИО4 возложено исполнение обязанностей конкурсного управляющего общества «Трест УГС» до утверждения судом конкурсного управляющего должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.12.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2016 определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.12.2015 отменено, конкурсным управляющим общества «Трест УГС» утвержден ФИО5.

Определением суда от 16.09.2019 арбитражный управляющий ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества «Трест УГС», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление уполномоченного органа о признании действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО5 незаконными и уменьшения его вознаграждения.

Определением суда от 11.03.2020 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Арбитражный Объединенный Консалтинговый Центр» (далее – общество «АОКЦ»).

Определением суда от 07.12.2020 года к участию в рамках обособленного спора в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.10.2021, оставленным без изменения постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от15.02.2022, требования уполномоченного органа удовлетворены частично: признаны незаконными действия (бездействие) управляющего ФИО5, выразившиеся:

– в необоснованном привлечении специалистов (продолжении привлечения, нерасторжении договоров), в том числе с возложением на них своих прямых обязанностей при отсутствии доказательств невозможности выполнения возложенных работ самостоятельно;

– в осуществлении необоснованных расходов на привлеченных специалистов;

– в необоснованном затягивании процедуры конкурсного производства в отношении общества «Трест УГС».

Кроме того, уменьшено выплаченное вознаграждение арбитражного управляющего ФИО5 до 500 000 рублей.

В кассационной жалобе управляющий ФИО5 просит указанные судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Заявитель жалобы не согласен с выводами судов о затягивании процедуры банкротства, указывая, что процедура реализации имущества, проведение которой вменяется ФИО8 как недобросовестное затягивание процедуры банкротства, совпадает с иными действиями управляющего, не оспариваемыми кредиторами; судам следовало оценить всю совокупность деятельности управляющего, чего сделано не было.

Кроме того, управляющий оспаривает выводы судов о необоснованном привлечении специалистов, указывая, что все финансовые операции в отношении общества «АОКЦ» были проверены вступившими в законную силу судебными актами; судебные акты не содержат расчета необоснованно выплаченных сумм; оспариваемые действия не повлекли реального уменьшения конкурсной массы ввиду отказа в удовлетворении требований общества «АОКЦ»; споры по формированию и обоснованности данной задолженности также не повлекли затягивания процедуры банкротства, поскольку должник вел и другие процессы и мероприятия конкурсного производства.

Заявитель жалобы также не согласен с выводами судов о соблюдении срока исковой давности, полагая, что начало течения срока исковой давности, исходя из пояснений уполномоченного органа, следует определять с 26.03.2016 – даты первого необоснованного продления процедуры конкурсного производства; при таких обстоятельствах срок исковой давности истек 26.03.2019. 

Возражая против выводов судов о затягивании процедуры банкротства, выражающемся в заключении договора с организатором торгов – обществом «АОКЦ», проведении торгов по завышенной цене и в значительный срок, заявитель жалобы указывает, что цена реализации имущества и привлечение организатора торгов установлены решением комитета кредиторов, которое вместе с тем уполномоченным органом не оспаривается; управляющий предпринял все действия по ознакомлению кредиторов с результатами своей деятельности, поэтому уполномоченный орган должен был узнать об утверждении Положения о порядке реализации имущества должника не позднее 17.12.2016, с указанной даты начал течь срок исковой давности, который истек 18.12.2019, в то время как заявитель обратился в суд 31.01.2020. 

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Как было указано ранее, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.02.2016 конкурсным управляющим общества «Трест УГС» утвержден ФИО5, который освобожден от исполнения своих обязанностей определением суда от 16.09.2019.

Уполномоченный орган обратился с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5, выразившиеся: в необоснованном привлечении специалистов (продолжении привлечения, не расторжения договоров), в том числе с возложением на них своих прямых обязанностей при отсутствии доказательств невозможности выполнения возложенных работ самостоятельно; в осуществлении необоснованных расходов на привлеченных специалистов; в необоснованном затягивании процедуры конкурсного производства в отношении общества «Трест УГС».

Основанием для обращения с данными требованиями послужили обстоятельства, установленные определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2019 в рамках обособленного спора об увеличении лимита размера оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения своей деятельности.

Удовлетворяя требования уполномоченного органа о признании незаконными действий (бездействия) управляющего ФИО5, выразившиеся в необоснованном привлечении специалистов (продолжении привлечения, нерасторжении договоров), в том числе с возложением на них своих прямых обязанностей при отсутствии доказательств невозможности выполнения возложенных работ самостоятельно; в осуществлении необоснованных расходов на привлеченных специалистов; в необоснованном затягивании процедуры конкурсного производства в отношении общества «Трест УГС», суды исходили из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

В силу пункта 3 статьи 60 Закона о банкротстве в порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 настоящей статьи, рассматриваются жалобы гражданина, представителя учредителей (участников) должника, представителя собственника имущества должника – унитарного предприятия, иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также лиц, участвующих в процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, решения собрания кредиторов или комитета кредиторов, нарушающие права и (или) законные интересы гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в процессе по делу о банкротстве. 

Из содержания указанной правовой нормы следует, что правовым основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является одновременное установление факта несоответствия конкретных действий или бездействия арбитражного управляющего требованиям закона и нарушение вследствие совершения таких действий (допущения бездействий) прав и законных интересов кредиторов, в том числе и уполномоченного органа. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания в силу статьи 65 АПК РФ распределяется следующим образом: заявитель обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредиторов, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности. 

Судами при рассмотрении настоящего обособленного спора по жалобе уполномоченного органа на действия (бездействие) управляющего ФИО5 было установлено, что между конкурсным управляющим общества «Трест УГС» и обществом «АОКЦ» был заключен договор от 01.06.2017 № 1 на организацию и проведение торгов, который был расторгнут по соглашению сторон 11.04.2019; ранее аналогичный договор от 06.02.2017 № 1 был заключен с предпринимателем ФИО9

В соответствии с Положением о порядке, сроках и условиях продажи имущества должника оплата услуг организатора торгов осуществляется за счет имущества должника в следующем размере: 0,53% от начальной цены – при проведении первых торгов в форме аукциона; 0,53% от начальной цены – при проведении повторных торгов в форме аукциона; 0,73% от начальной цены на публичных торгах – при проведении торгов в форме публичного предложения; 1,21% от начальной цены продажи выплачивается в качестве дополнительного вознаграждения.

При этом кредиторы не были в установленном законом порядке осведомлены ни о привлечении ФИО9 (поскольку Положение о порядке и сроках продажи имущества не было опубликовано), ни о привлечении общества «АОКЦ» (поскольку не было опубликовано ни решение комитета кредитов от 13.06.2017, на которое ссылался ФИО5, ни текст поправок к Положению) (указанные обстоятельства были установлены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2019).

Общая стоимость услуг по организации и проведению торгов по реализации имущества должника, по расчету управляющего ФИО5, составила 8 849 574 руб., в том числе в пользу ФИО9 – 2 602 803 руб., в пользу общества «АОКЦ» – 6 246 771 руб. 

Кроме того, между должником в лице управляющего ФИО5 и обществом «АОКЦ» был заключен договор на оказание юридических и бухгалтерских услуг от 01.06.2017 № 01/01/06/17, который был расторгнут по соглашению сторон 11.04.2019. 

По расчету управляющего ФИО5, за период с 01.06.2017 по 11.04.2019 стоимость оказанных обществом «АОКЦ» услуг составила 2 366 212 руб. 20 коп.

Ссылаясь на данные обстоятельства, управляющий ФИО5 обратился в суд с заявлением об увеличении размера лимита оплаты услуг лиц, привлеченных управляющим для обеспечения своей деятельности, до суммы 11 215 786 руб. (на 8 523 151 руб. 20 коп.).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.12.2019 в удовлетворении заявления было отказано, при этом при рассмотрении указанного обособленного спора судом были установлены нарушения со стороны ФИО5 требований действующего законодательства, а именно: необоснованное формальное привлечение специалистов (нерасторжение управляющим в течение длительного времени договоров с ними), возложение на привлеченных специалистов прямых обязанностей конкурсного управляющего при отсутствии доказательств невозможности осуществления своих обязанностей управляющим ФИО5 самостоятельно, осуществление необоснованных расходов.

Установив указанные обстоятельства, суд в определении от 05.12.2019 пришел к выводу о злоупотреблении правом со стороны управляющего ФИО5 и общества «АОКЦ», выразившемся в бездействии и затягивании процедуры банкротства в течение трех лет, при том, что о размере лимитов (2 295 000 руб.) конкурсному управляющему было известно с 2016 года, а только вознаграждение ФИО9 уже за первые (несостоявшиеся) торги составило 2 602 803 руб.; о том, что лимиты будут превышены уже и на момент утверждения Положения о порядке и сроках продажи имущества (14.12.2016), и на момент заключения соответствующих договоров со ФИО9 (06.02.2017) и обществом «АОКЦ» (01.06.2017), и на момент объявления первых торгов (20.04.2017); в данных условиях управляющий в течение трех лет проявлял определенное бездействие, увеличивая сверхлимитные расходы.

Суд также заключил о мнимости договоров от 01.06.2017 № 1 на организацию и проведение торгов и от 01.06.2017 № 01/01/06/17 оказания услуг, заключенных с обществом «АОКЦ», при этом исходил из следующих обстоятельств: отсутствие ощутимых результатов от деятельности привлеченных лиц; явное несоответствие результатов деятельности и суммам вознаграждения; возможность конкурсным управляющим самостоятельно выполнять функции, для которых привлекались ФИО9 и общество «АОКЦ»; формальность актов, без должной конкретизации и подтверждения первичными и оправдательными документами; дублирование одних и тех же услуг в актах по договору на организацию торгов и по договору на оказание юридических, бухгалтерских услуг; отсутствие доказательств реального предоставления перечисленных в актах услуг (проектов подготовленных документов, результатов анализа документации, доказательств участия в судебных заседаниях сотрудников общества «АОКЦ», подготовленных авансовых отчетов, доказательств оказания услуг по хранению документов, транспортных услуг, услуг связи, доказательств предоставления займов, формирования и сдачи бухгалтерской и налоговой отчетности).

Кроме того, суд при рассмотрении указанного выше обособленного спора обнаружил, что конкурсный управляющий продолжал привлекать общество «АОКЦ» и после вынесения собранием кредиторов решения от 11.04.2019 о расторжении договоров с указанным обществом и подписания соглашения от 01.04.2019 о расторжении договора на организацию и проведение торгов, вопреки решению кредиторов. 

Кроме того, на рассмотрение суда поступило заявление общества «АОКЦ» о взыскании с должника задолженности по договору оказания услуг от 01.06.2017 № 01/01/06/17 в сумме 2 366 212 руб. 20 коп. и задолженности по договору от 01.06.2017 № 1 в сумме 7 546 670 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.02.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021, в удовлетворении заявления общества «АОКЦ» отказано.

При этом суды исходили из того, что какие-либо документы, свидетельствующие о наличии объективно обоснованной необходимости привлечения ФИО9 и общества «АОКЦ», обосновывающие экономическую оправданность такого привлечения по указанной в договорах цене, не представлены, в условиях, когда единственным ликвидным активом в конкурсной массе общества «Трест УГС» является 100% акций акционерного общества «ТГК Монолит», стоимость которых по итогам торгов в форме публичного предложения не превышала 24 550 000 руб., а размер заявленных расходов на оплату услуг привлеченных специалистов составлял порядка 45% размера всей конкурсной массы.

Право конкурсного управляющего привлекать специалистов для обеспечения своей деятельности следует из пунктов 1, 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)». 

По общему правилу пункта 1 статьи 20.7 Закона о банкротстве расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника. 

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» при рассмотрении арбитражным судом вопроса об обоснованности привлечения привлеченного лица следует, исходя из пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве, учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объем работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учетом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается привлеченное лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлеченного лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлеченное лицо необходимой квалификацией. 

Привлекая привлеченное лицо, арбитражный управляющий обязан в числе прочего учитывать возможность оплаты его услуг за счет имущества должника. 

В силу пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве размер оплаты услуг лиц, привлеченных конкурсным управляющим для обеспечения своей деятельности, определяется исходя из балансовой стоимости активов должника (лимиты на процедуру). 

При рассмотрении настоящего обособленного спора судебные инстанции, учитывая выводы, к которым пришли суда при рассмотрении ранее споров по заявлению управляющего об увеличении лимитов на привлеченных специалистов, а также по заявлению взыскании задолженности по договорам на оказание услуг в пользу общества «АОКЦ», принимая во внимание приведенные положения закона и соответствующие разъяснения высшей судебной инстанции; исходя из того, что управляющим ФИО5 не доказано наличие исключительных обстоятельств для привлечения специалистов с оплатой их услуг сверх лимита, определенного по правилам пункта 3 статьи 20.7 Закона о банкротстве, не приведено убедительных суждений, почему он самостоятельно не мог выполнить мероприятия, для которых привлекались ФИО9 и общество «АОКЦ» (как то: большой объем работ, необходимость специальных познаний и т.д.); заключив с учетом этого, что при условии специальной подготовки арбитражного управляющего в области антикризисного управления соответствующие действия по проведению торгов и иных мероприятий, связанных с продажей предприятия должника, могли быть выполнены конкурсным управляющим самостоятельно, а иного в данном споре управляющим ФИО5 обосновано не было; установив, что управляющему уже за три года до подачи заявления было достоверно известно об исчерпании лимита и о возможности привлечения специалистов исключительно на основании судебного акта, а также после проверки судом обоснованности как самого привлечения, так и предполагаемого размера оплаты услуг специалистов, в то время как управляющий не обратился своевременно в суд с соответствующим заявлением, а решение комитета кредиторов не может подменять такой судебный акт; за период проведения неэффективных мероприятий по реализации имущества должника (с привлечением специалистов) были увеличены текущие расходы на публикации о торгах, о результатах торгов (формально и с нарушениями), размер имущественных налогов на сумму порядка 2,7 млн. руб., размер вознаграждения самого ФИО5, а также возросла задолженность перед уполномоченным органом, относящаяся ко второй очереди удовлетворения, - пришли к выводу о правомерности доводов жалобы уполномоченного органа о необоснованном привлечении специалистов, в том числе с возложением на них своих прямых обязанностей при отсутствии доказательств невозможности выполнения возложенных работ самостоятельно, в осуществлении необоснованных расходов на привлеченных специалистов, а также в необоснованном затягивании процедуры конкурсного производства в отношении общества «Трест УГС».

Удовлетворяя частично заявление уполномоченного органа об уменьшении вознаграждения ФИО5 за проведение процедуры конкурсного производства и уменьшая соответствующий размер до суммы 500 000 руб., суды исходили из следующего.

Согласно положениям пункта 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве вознаграждение конкурсного управляющего составляет 30 000 руб. в месяц. 

При этом по смыслу пункта 3 статьи 20.6 и пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве установление конкурсному управляющему вознаграждения не менее фиксированной ежемесячной выплаты осуществляется при условии добросовестных и разумных действий конкурсного управляющего должника, которые не могут быть признаны таковыми при совершении мероприятий процедуры банкротства несвоевременно, а равно при несовершении каких-либо мероприятий в принципе. 

С учетом изложенного является очевидным то, что необоснованно затянутая процедура конкурсного производства ведет к необоснованному формированию больших судебных расходов на такую процедуру, которые сводят к минимуму возможность наиболее полного удовлетворения требований кредиторов. 

В случае необоснованного затягивания процедуры конкурсного производства по вине конкурсного управляющего должника происходит необоснованное формирование суммы причитающегося ему вознаграждения, учет суммы которого при распределении конкурсной массы должника также приводит к умалению прав кредиторов должника, в частности кредиторов по требованиям, включенным в реестр требований кредиторов должника, на получение максимально возможного удовлетворения. 

Руководствуясь положениями статей 20.3 и 20.6 Закона о банкротстве и разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», заключив, что установленные при рассмотрении обособленного спора нарушения со стороны ФИО5 повлекли такие негативные последствия, как уменьшение возможности и размера погашения текущих требований иных кредиторов, в том числе уполномоченного органа, из-за необоснованного завышенного размера текущих требований; принимая во внимание, что управляющий ФИО5, имея необходимую подготовку, обладая необходимыми знаниями для выполнения возложенных обязанностей, обладал возможностью самостоятельного сопровождения дела о банкротстве общества «Трест УГС», при том, что какая-либо сложность, обусловленная высокими трудозатратами, проведением нестандартных мероприятий в ходе конкурсного производства, необходимостью обладания специальными знаниями при проведении процедуры банкротства и иными исключительными обстоятельствами, - в данном споре обоснована не была; отметив, что, привлекая компанию с возложением на нее своих прямых обязанностей, управляющий сознательно уменьшил объем работы, возложенный на него законом, за выполнение которого ему установлено вознаграждение, тем более что ранее был установлен формальный характер привлечения специалиста в ущерб должнику; заключив, что с учетом всей совокупности установленных по делу фактов управляющий ФИО5 действовал не в интересах должника и его кредиторов, - суды уменьшили размер вознаграждения до суммы 500 000 руб.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения. 

Довод кассационной жалобы об обоснованном привлечении специалистов и отсутствии фактов затягивания процедуры конкурсного производства с учетом проведения иных мероприятий судом округа отклоняется.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2021 № 305-ЭС18-24484 (12), в соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при привлечении иных лиц для обеспечения исполнения возложенных на него в деле о банкротстве обязанностей должен действовать добросовестно и разумно, то есть привлекать их лишь тогда, когда это действительно необходимо, и предусматривать оплату услуг упомянутых лиц по обоснованной цене. 

При превышении установленного Законом о банкротстве лимита расходов сторонние лица, привлекаемые арбитражным управляющим, могут быть использованы им исключительно после одобрения со стороны арбитражного суда на основании судебного определения. При этом в случае превышения лимита расходов на управляющего возлагается бремя доказывания обоснованности привлечения названных лиц и стоимости их услуг (абзац второй пункта 6 статьи 20.7 Закона о банкротстве). 

Таким образом, при возникновении потребности в использовании стороннего специалиста сверх установленного законом лимита расходов арбитражный управляющий обязан своевременно (до момента фактического привлечения) обратиться в арбитражный суд с соответствующим ходатайством, документально обосновав в данном ходатайстве невозможность выполнения имеющимися силами тех функций, для которых привлекается специалист, подтвердив наличие у привлекаемого лица требующейся квалификации, представив свидетельства направленности ходатайства на достижение целей процедуры банкротства и рыночного характера цены услуг специалиста. 

При привлечении стороннего специалиста на основании судебного акта доказыванию подлежит следующее: привлечение организатора торгов объективно необходимо и эти полномочия не могут быть реализованы самим управляющим или имеющимися у него силами, поскольку у привлекаемого лица имеется особый требующийся в данном случае профессионализм; направленность привлечения специалиста на достижение целей процедуры банкротства и рыночный характер цены услуг специалиста. 

Равным образом, при превышении лимита расходов необходимость привлечения юриста не может быть мотивирована выполнением стандартного набора действий, связанных с участием такого юриста в рассмотрении дел, не требующих особых юридических знаний и сбора дополнительных доказательств.

Вопреки приведенной позиции, управляющий ни при рассмотрении данного обособленного спора, ни в рамках поименованных выше обособленных споров (об увеличении лимита оплаты услуг привлеченных специалистов и о взыскании в пользу привлеченного специалиста стоимости услуг) не обосновал должным образом необходимость привлечения специалистов какими-либо исключительными обстоятельствами; кассатор также не опроверг выводы судов о возможности самостоятельного выполнения указанных в заявлении услуг в рамках исполнения им своих обязанностей конкурсного управляющего. 

Довод управляющего ФИО5 о необоснованности вывода о затягивании процедуры конкурсного производства был предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонен, исходя из того, что соответствующие обстоятельства затягивания процедуры следуют из анализа мероприятий, проводимых по делу, их содержания и значимости для процедуры, при этом выполнение иных мероприятий само по себе не исключает выводов о затягивании процедуры, учитывая, в том числе, выявленные существенные недостатки при организации торгов, в том числе ограничивающие круг потенциальных покупателей.

Довод кассационной жалобы о неправильном применении судами нижестоящих инстанций норм об исковой давности судом округа отклоняется.

Жалоба на действия (бездействие) арбитражного управляющего может быть подана в арбитражный суд в течение общего срока исковой давности до завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу (пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). 

В силу статьи 195, пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, составляющий по общему правилу три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора суды, принимая во внимание, что течение срока исковой давности начинается в момент, когда лицо, чье право нарушено, должно было, разумно пользуясь своими правами, узнать о нарушении своих интересов; учитывая пояснения уполномоченного органа о том, что сведения о привлечении специалистов перед кредиторами не раскрывались; исходя из того, что неправомерность привлечения специалистов установлена при проверке обоснованности заявления об установлении лимитов на привлеченных специалистов (определение от 05.12.2019); отметив, что с жалобой уполномоченный орган обратился 31.01.2020, заключили, что оснований для вывода о пропуске срока – не имеется. 

Иное толкование управляющим положений статей 196 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и довод о необходимости исчисления срока исковой давности с 26.03.2016 – даты первого необоснованного продления процедуры конкурсного производства либо 17.12.2016 (даты утверждения Положения о порядке реализации имущества должника) суд округа полагает ошибочным. 

Учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.10.2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2022 являются законными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.10.2021 по делу № А07-20136/2012 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО5 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийЮ.В. Кудинова 

СудьиС.А. Сушкова 

Г.М. Столяренко