ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-114973/2021

01 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Нестерова С.А.,

судей Пивцаева Е.И., Полубехиной Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:  

от истца: ФИО2 – по доверенности от 18.07.2022; ФИО3 – по доверенности от 01.11.2022; конкурсный управляющий ФИО4;

от ответчиков: 1), 2) – не явились, извещены; 

от третьих лиц: 1) ФИО5 – по доверенности от 20.10.2020; 2), 3), 4) – не явились, извещены; 

от СПб ГКУ Фонд капитального строительства и реконструкции: ФИО6 – по доверенности от 10.01.2022;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-31421/2022, 13АП-31419/2022)  конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» в лице конкурсного управляющего ФИО4 и Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения «Фонд капитального строительства и реконструкции» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.08.2022 по делу № А56-114973/2021 (судья               Балакир М.В.), принятое 

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО4; 

к 1) Обществу с ограниченной ответственностью «Компания Икс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); 2) Обществу с ограниченной ответственностью «Косметическая фабрика» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

третьи лица: 1) ФИО7; 2) ФИО8; 3) Управление Росреестра по Санкт-Петербургу; 4) Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга 

о признании недействительной сделки и применении последствии недействительности сделки,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» в лице конкурсного управляющего ФИО4 (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Обществу с ограниченной ответственностью «Компания ИКС» (далее –  Компания) и Обществу с ограниченной ответственностью «Косметическая фабрика» (далее – Фабрика), о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 20.08.2021, дополнительного соглашения от 30.08.2021 № 1 к договору, заключенные между Компанией и Фабрикой, по отчуждению следующих объектов недвижимости: 

1) здание по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, литера А, кадастровый номер 78:37:0017111:1095; 

2) здание по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, кадастровый номер: 78:37:0017111:1097, а также применить последствия недействительности сделки в виде наложения обязанности на Компанию возвратить в собственность Фабрике следующие объекты недвижимости: 

1) здание по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, литера А, кадастровый номер 78:37:0017111:1095; 

2) здание по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, кадастровый номер: 78:37:0017111:1097. (далее – объекты недвижимости).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, ФИО8; Управление Росреестра по Санкт-Петербургу и Комитет имущественных отношений Санкт-Петербурга (далее – третьи лица).

Решением суда от 09.08.2022 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым решением, Общество подало апелляционную жалобу, в которой просило решение от 09.08.2022 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что у Общества отсутствует заинтересованность в оспаривании совершенной сделки купли-продажи, в то время как данный интерес выражен в наибольшем пополнении конкурсной массы Общества, а применение последствий в виде возврата имущества в собственность Фабрики приведет к восстановлению прав Общества и его кредиторов. Также, по мнению подателя жалобы, оспариваемая сделка совершена со злоупотреблением правом, при этом, истец указал, что суд необоснованно опроверг доводы истца об аффилированности Фабрики, Компании и Общества и ФИО7 Истец также указал, что суд неправомерно отклонил ходатайство Общества об истребовании доказательств. Общество также полагает, что основания для принятия представленных ответчиками документов о взаимозачете у суда отсутствовали, а выводы суда о действительности и заключенности взаимозачета не соответствуют обстоятельствам дела. Кроме того, истцом было также заявлено ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы, в удовлетворении которого судом первой инстанции, по мнению подателя жалобы, также было необоснованно отказано.

Санкт-Петербургское государственное казенное учреждение «Фонд капитального строительства и реконструкции» - лицо не участвующее в деле (далее – Фонд), также полагая решение от 09.08.2022 незаконным и необоснованным, принятым с существенным нарушением норм процессуального и материального права, просило означенный судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме. В апелляционной жалобе ее податель указал, что является государственным заказчиком, при этом, в рамках настоящего спора рассматривается возможность погашения задолженности должника в пользу Санкт-Петербурга, в связи с чем Фонд обладает правом на обжалование вышеназванного решения.

В апелляционный суд поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых ответчики и третьи лица просили решение суда оставить без изменения.

Кроме того, в апелляционный суд поступило ходатайство Общества о приостановлении производства по апелляционной жалобе истца до вступления в законную силу судебного акта об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО9 по обязательствам должника  Общества в рамках дела № А56-54257/2017 о несостоятельности (банкротстве) последнего. 

В судебном заседании представители истца доводы апелляционной жалобы, а также ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобе и назначении по делу судебной оценочной экспертизы поддержали в полном объеме. 

Представитель ФИО7 против удовлетворения апелляционной жалобы и заявленных подателем жалобы ходатайств возражал.

Представитель Фонда согласился с позицией истца, а также поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

Рассмотрев ходатайство Общества о приостановлении производства по апелляционной жалобе, апелляционный суд, не установив основания для приостановления производства, отказал в его удовлетворении, поскольку вопрос об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО9 по обязательства Общества, подлежащий установлению в рамках дела № А56-54257/2017 не препятствует рассмотрению настоящей апелляционной жалобы по существу с учетом представленных в материалы дела доказательств.

Кроме того, отказывая в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства, апелляционный суд также учитывает, что на дату рассмотрения апелляционных жалоб конкурсным управляющим Общества в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) последнего не подано заявление об определении размера субсидиарной ответственности ФИО7 и соответственно данное заявление не принято к производству (доказательств обратного суду не представлено).

Рассмотрев ходатайство истца о назначении по делу судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьей 82 АПК РФ, в удовлетворении соответствующего ходатайства также отказал, признав полноту имеющихся в деле доказательств, учитывая, что настоящее дело не содержит вопросов, для разъяснения которых требуются специальные познания, и то, что Общество не привел каких-либо доводов, которые ставили бы под сомнение оценку цены спорных объектов недвижимости, определенной сторонами по соглашению и подтверждаемой заключением №129-21-оц, в том числе не представило рецензии специалиста на данный отчет об оценке. 

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, проверив доводы апелляционной жалобы Фонда, апелляционная коллегия пришла к выводу о том, что производство по апелляционной жалобе лица, не участвующего в деле, подлежит прекращению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 257 АПК РФ право обжалования в порядке апелляционного производства решения арбитражного суда первой инстанции, не вступившего в законную силу, предоставлено лицам, участвующим в деле, а также иным лицам в случаях, предусмотренных АПК РФ.

В соответствии со статьей 42 АПК РФ лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт по правилам, установленным АПК РФ, такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

По смыслу приведенной нормы для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы соответствующие судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно о правах и обязанностях этих лиц. Наличие у лица, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов.

Исходя из разъяснений пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее – Постановление № 12) при применении статей 257, 272, 272.1 - АПК РФ арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят об их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Так, в обоснование права на обжалование решения по настоящему делу не привлеченный к участию в деле Фонд указал, что является мажоритарным кредитором Общества, а объекты недвижимости, рассматриваемые в рамках настоящего спора материально доступными активами должника, права на которые Фонд может получить в результате признания оспариваемых сделок по их отчуждению недействительными. Указанное, по мнению подателя жалобы, свидетельствует о том, что обжалуемое решение непосредственно затрагивает права и обязанности Фонда. 

В соответствии с пунктом 2 Постановления № 12, в случае когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 264 АПК РФ. При рассмотрении дела по апелляционной жалобе лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь частью 6.1 статьи 268, пунктом 4 части 4 статьи 270 Кодекса, и о привлечении заявителя к участию в деле. Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению.

В рассматриваемом случае апелляционный суд не усматривает с учетом статьи 42 АПК РФ и вышеназванных разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ № 12, что принятым решением арбитражного суда первой инстанции непосредственно затронуты права и обязанности Фонда, так как в данном случае оспаривается сделка по отчуждению имущества, которое не являлось собственностью должника, и стороной спорной сделки Фонд не является, то есть судебный акт по настоящему делу не затрагивает каким-либо образом права истца по отношению к сторонам спорной сделки, равно как и обязанности сторон соответствующих сделок по отношению к Фонду.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается Фонд в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о том, что суд первой инстанций при рассмотрении настоящего дела принял решение о правах и обязанностях Фонда, либо обжалуемое решение создает какие-либо препятствия для реализации субъективных прав заявителей или надлежащего исполнения ими своих обязанностей по отношению к истцу или ответчика.

В свою очередь само по себе наличие у Фонда заинтересованности в исходе настоящего спора, в том числе в части пополнения конкурсной массы Общества, по смыслу статьи 42 АПК РФ не наделяет его правом на обжалование судебного акта по настоящему делу, тем более, что его интересы в рамках настоящего дела как конкурсного кредитора Общества представляет конкурсный управляющий должника. 

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае Фонд не может быть отнесен к лицам, указанным в статье 42 АПК РФ, а потому у него отсутствует право на обжалование решения суда по настоящему делу, поскольку обжалуемый судебный акт непосредственно не затрагивает его права и обязанности, следовательно, поскольку после принятия апелляционной жалобы Фонда к производству установлено, что последний не имеет права на обжалование судебного акта по настоящему делу, производство по апелляционной жалобе Фонда подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

С учетом приведенного апелляционный суд перешел к рассмотрению апелляционной жалобы Общества по существу.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, собственником 1/2 доли уставного капитала Фабрики является ФИО7 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Общества ФИО7, как контролирующее Общество лицо, привлечен к субсидиарной ответственности, а принадлежащая ему доля в уставном капитале Фабрики, арестована, соответственно, как указал истец, за счет реализации этой доли может быть произведено погашение значительной части требований всех кредиторов.

20.08.2021 между Компанией (покупатель) и Фабрикой (продавец) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (далее – договор), согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателю  объекты недвижимости, а последний обязался уплатить покупную цену за два объекта недвижимости, характеристика одного из которых уточнена в дополнительном соглашении от 30.08.2021 № 1 к договору. 

Дополнительным соглашением от 17.06.2022 №3 к договору стороны согласовали следующий порядок расчетов: сумма 41 398 976 руб. 57 коп. зачитывается в счет погашения имеющейся задолженности Фабрики, возникшей на основании договора цессии от 01.08.2018, сумма в размере 6 300 000 руб. 00 коп. подлежит оплате Компанией путем безналичного перевода в срок не позднее 30.06.2022, оставшаяся сумма в размере 30 901 923 руб. 43 коп. подлежит оплате в срок до 31.12.2022. 

Однако, как указал истец, переход права требования по договору цессии от 01.08.2018 фактически осуществлен не был, в этой связи истец указал, что в результате исполнения вышеозначенного договора лицами, зависимыми от ФИО7, причинен имущественный вред конкурсным кредиторам Общества, выраженный в виде значительного уменьшения действительной стоимости доли ФИО7 в уставном капитале Фабрики ввиду отчуждения объектов недвижимости как активов Фабрики без встречного предоставления.

Кроме того, указывая, что на дату подачи иска стоимость имеющихся у Общества активов не позволяет произвести погашение требований кредиторов в размере 413 117 467 руб. 44 коп., Общество полагает, что в случае если сделки по отчуждению объектов недвижимости в пользу Компании будут признаны недействительными, а переданные объекты возвращены в собственность Фирмы, то 1/2 доля ФИО7 будет реализована по цене существенно большей̆, чем, если она будет реализована без наличия в собственности Фабрики спорных объектов недвижимости, за которые не получено встречное удовлетворение.

Ссылаясь на вышеозначенные обстоятельства, а также то, что наличие либо отсутствие активов в собственности Фабрики напрямую влияет на стоимость, за которую доля ФИО7 будет реализована с торгов, соответственно, Общество в лице конкурсного управляющего имеет охраняемый законом интерес в признании сделок по отчуждению активов Фабрики в пользу Компании, выраженный в наибольшем пополнении конкурсной массы Общества в результате продажи 1/2 доли ФИО7, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд. 

Возражая против удовлетворения иска, ответчики указали, что оспариваемая сделка совершена реально и на рыночных условиях, Общество не является стороной оспариваемой сделки, равно как и кредитором Компании или Фирмы, согласия или предварительного одобрения Общества на ее совершение также не требовалось, кроме того, поскольку участником-учредителем Компании или Фирмы истец не является, последний не имеет корпоративных и опционных прав в отношении доли продавца, что исключает удовлетворение иска.

Также, ссылаясь на то, что размер субсидиарной ответственности ФИО7 в рамках дела о банкротстве Общества не определен, а расчеты с кредиторами Общества до настоящего времени не завершены, равно как и мероприятия по формированию и реализации конкурсной массы Общества, ответчики указали, что требования Общества могут быть удовлетворены также за счет имущества Общества и другого субсидиарного ответчика в рамках дела о банкротстве Общества – ФИО9

Суд первой инстанции, оценив в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства в их совокупности и взаимосвязи, оснований для удовлетворения заявленных Обществом требований не установил. 

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения и отмены принятого по делу решения ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из пункта 2 статьи 166 ГК РФ следует, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, то в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1, 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями пункта 78 Постановления № 25 согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из смысла указанных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, следует, что отсутствие заинтересованности в применении последствий недействительности ничтожной сделки является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное фактическое положение.

Лицо, не являющееся стороной оспариваемой сделки, при обращении в суд должно доказать наличие нарушения его прав и законных интересов, а также какие права будут непосредственно восстановлены в результате применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается факт заключения между Компанией и Фабрикой договора купли-продажи недвижимого имущества. 

Дополнительным соглашением от 17.06.2022 №3 к договору стороны согласовали следующий порядок расчетов: сумма 41 398 976 руб. 57 коп. зачитывается в счет погашения имеющейся задолженности Фабрики, возникшей на основании договора цессии от 01.08.2018, сумма в размере 6 300 000 руб. 00 коп. подлежит оплате Компанией путем безналичного перевода в срок не позднее 30.06.2022, оставшаяся сумма в размере 30 901 923 руб. 43 коп. подлежит оплате в срок до 31.12.2022. 

Актом взаимозачета от 09.09.2021 № 1 произведен взаимозачет встречных обязательств Компании и Фабрики на сумме 41 398 976 руб. 57 коп.

При этом вопреки позиции подателя жалобы оснований не принимать во внимание действительность и заключенность совершенного зачета у суда первой инстанции не имелось, поскольку наличие обязательств, положенных в основу такого зачета, подтверждены материалами дела и Обществом не опровергнуты, в судебном порядке недействительными не признаны.

Кроме того, платежными поручениями от 30.11.2021 №84, от 12.04.2022 № 64, от 13.04.2022 № 68, от 13.04.2022 № 66 покупателем произведена оплата по договору в общей сумме 6 300 000 руб. 00 коп., соответственно, на дату судебного разбирательства задолженность покупателя составляет 30 901 923 руб. 43 коп., что не оспаривается сторонами, срок исполнения обязательства по оплате – 31.12.2022.

Факт осуществления расчетов по спорному договору, достоверность совершенных Компанией платежей истцом не оспорена, о фальсификации представленных в обоснование оплаты платежных поручений, содержащих отметку банка об исполнении платежей, Обществом также не заявлено. 

Следовательно, как верно отмечено судом первой инстанции, на дату рассмотрения спора в суде покупная цена спорного имущества была оплачена в значительном размере, при этом, сторонами установлена разумная отсрочка для совершения последующих платежей, в том числе с учетом настоящего спора.

Как пояснено представителем третьих лиц, в том числе в суде апелляционной инстанции, вопреки доводам подателя жалобы, экономический смысл изменения сроков осуществления расчетов связан с текущей экономической ситуацией, существенно затрудняющей продолжение хозяйственной деятельности – в том числе ввиду притязаний истца на действительность договорных отношений. 

При этом продажа спорного имущества осуществлялась на рыночных условиях и была обусловлена производственной необходимостью, а именно осуществить расчет с кредитором Фабрики (задолженность подтверждена вступившим в законную силу судебным актом), чтобы в дальнейшем не начислять и не оплачивать на сумму задолженности штрафные санкции, в то время как  Компания получила свободные средства для продолжения хозяйственной деятельности и расчетов с кредиторами. 

Более того, с совершенной сделки Фабрикой в полном объеме оплачены все причитающиеся налоги и сборы, что подтверждается материалами дела.

Судом также учтены и мотивы заключения спорной сделки, в результате получения исполнения по которой произведен зачет встречных требований сторон и погашена задолженность Фабрики в размере 41 398 976 руб. 57 коп., возникшая на основании договора цессии от 01.08.2018 и зачтенная согласно акту зачета от 09.09.2021 №1, а также то, что Фабрика не имела возможности погасить задолженность в таком значительном размере с 2018 года (при том, что изначальная задолженность возникла еще 17.11.2014, то есть задолго до возбуждения дела о банкротстве Общества и до привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности).

При таких обстоятельствах оснований полагать, что спорная сделка заключена со злоупотреблением правом и соответственно является ничтожной в силу статей 10, 168 АПК РФ у суда первой инстанции не имелось, равно как и не имеется у апелляционной коллегии.

Не имелось у суда первой инстанции и оснований для удовлетворения ходатайства Общества о назначении судебной экспертизы по делу на предмет определения рыночной стоимости переданных по договору объектов недвижимости, а также действительной стоимости 1/2 доли ФИО7 в уставном капитале Фабрики с учетом и без учета рыночной стоимости переданных объектов недвижимости по состоянию на 20.08.2021.

Так, в обоснование означенного ходатайства Общество указало, что объекты недвижимости проданы по цене, значительно ниже рыночной, а представленное ФИО7 заключение специалиста, подтверждающее соответствие рыночному уровню цен договорной цены, – недостоверно.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения об удовлетворении либо отклонении ходатайства. По смыслу статьи 82 АПК РФ экспертиза назначается только в том случае, если суд не может рассмотреть вопрос, который требует специальных знаний в этой области.

Между тем, из пояснений ответчиков следует и судом первой инстанции установлено, что стоимость приобретенных по спорной сделке объектов указана сторонами как на основании цены, полученной в результате независимой оценки объектов, так и на основании данных бухгалтерского учета с учетом значительной амортизации объектов на дату совершения сделки. 

Кроме того, в материалы дела представлено заключение специалиста №129-21-оц, согласно которому объекты недвижимости оценены в 75 459 639 руб. 00 коп., в то же время, как указано выше, в обоснование своего ходатайства Общество не привело каких-либо доводов, которые ставили бы под сомнение оценку цены спорных объектов недвижимости, определенной сторонами по соглашению и подтверждаемой заключением №129-21-оц, в том числе не представило рецензии специалиста на данный отчет об оценке.

Таким образом, как верно отмечено судом первой инстанции, доказательств свидетельствующих о значительном отклонении договорной цены объектов недвижимости от рыночных значений с учетом конкретных обстоятельств дела и представленных в материалы дела доказательств амортизации объектов, равно как и каких-либо допустимых и достоверных доказательств, однозначно опровергающих оценку стоимости объектов недвижимости, определенной сторонами по соглашению и подтверждаемой заключением №129-21-оц, Обществом в материалы дела не представлено.

При этом судом также верно принято во внимание, что определение соответствующей цены обусловлено и периодом времени, в течение которого изменялись как цены на недвижимость в целом, так и состояние конкретных объектов недвижимости, фактическое состояние данных объектов на дату продажу, амортизация спорных объектов с учетом срока их полезного использования.

Судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание и субъективные причины сторон договора купли-продажи для установления соответствующей цены в отношении объектов, являющихся предметом спорного договора.

Так, согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» (с изменениями и дополнениями) спорные здания относятся к седьмой (от 15 до 20 лет срок использования), восьмой (от 20 до 25 лет использования) или девятой (от 25 до 30 лет срок использования) амортизационной группе

Указанные объекты были введены в эксплуатацию в 1975 и 1972 году, то есть на дату заключения договора купли-продажи прошло почти 50 лет, а потому указанные объекты находятся за пределами вышеуказанной классификации по амортизационным группам, что также существенно повлияло на стоимость объектов при реализации. 

При этом, в подтверждение обоснованности договорной цены спорных объектов в материалы дела представлены документы об амортизации имущества, из которых следует, что имущество последовательно учитывалось на балансе по определенной стоимости в соответствующих строках (основные средства) и размер балансовой стоимости соответствует цене, указанной в договоре, на имущество начислялась амортизация, цена имущества в конечном счете рассчитана как с учетом балансовой стоимости имущества, так и с учетом рассчитанных амортизационных отчислений.

С учетом приведенного вопреки позиции подателя жалобы суд первой инстанции, оценив установленные по делу обстоятельства и представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, пришел к обоснованному выводу о недоказанности истцом факта несоответствия цены спорного договора рыночному уровню цен на соответствующие объекты, равно как и о доказанности ответчиками обоснованности договорной цены с учетом обстоятельств заключения договора купли-продажи и рыночного уровня цен на соответствующие объекты, тем более, что право собственности на недвижимость хотя и является активом, но вместе с передачей такого права, Фабрика утратила и пассив в виде кредиторской задолженности, а равно сняла с себя обязанность по несению дополнительного бремени по содержанию данного имущества (оплате налогов, коммунальных и эксплуатационных взносов, формирование резервного фонда за счет амортизационных отчислений, расходов на капитальный и текущий ремонт объектов), а потому правомерно отказал в удовлетворении ходатайства Общества о назначении по делу судебной экспертизы и отклонил доводы истца о занижении сторонами цены спорного договора.

Повторно исследовав материалы дела и оценив доводы лиц, участвующих в деле, апелляционная коллегия не находит правовых и фактических оснований для переоценки названных выводов суда.

Отклоняя ходатайство Общества об истребовании из Федеральной налоговой службы сведений об открытых банковских счетах Компании, истребовании из банков сведений об операциях Компании по своим банковским счетам, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в ходе рассмотрения дела банковские выписки об открытых банковских счетах Компании были представлены последней добровольно (выписки по счету ответчика-2 40702810432250002209, открытому в АО «Альфа-Банк» и счету 40702810700230003252, открытому в ф-л Северозападный ПАО Банк «ФК Открытие»), в то время как, заявляя об истребовании иных выписок за иные даты, Общество в нарушение части 4 статьи 66 АПК РФ не обосновало невозможность самостоятельного получения истребуемых сведений, в том числе с учетом объема полномочий истца как конкурсного управляющего, имеющего возможность направлять обязательные для исполнения запросы,  равно как  и не обосновало значение доказательств движения денежных средств для рассмотрения настоящего дела.

Соответствующие декларации упрощенной системы налогообложения и платежные поручения также представлены в материалы дела по инициативе Компании и Фабрики, а именно в материалы дела представлены договоры займа о предоставлении займа в размере в 5 000 000 руб. 00 коп. для оплаты покупной цены по объектам, а также договор займа на сумму 50 000 000 руб. 00 коп., в том числе, для целей исполнения спорного договора, действительность которых сторонами не опровергнута, что дополнительно подтверждает реальность спорной сделки вопреки доводу истца о её мнимости.

Доказательств заведомой невозможности получения исполнения по указанным договорам займа в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ истцом не представлено.

Соответственно, в данном случае вопреки доводу Общества, отказывая в удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных доказательств, в том числе копии налоговой декларации по упрощенной системе налогообложения за 2021 год, книги доходов и расходов за 2021 год, представленных Фабрикой и Компанией, суд правомерно исходил из того, что имеющихся в деле доказательств достаточно для принятия правильного решения по существу спора.

Отказывая в исключении доказательств, суд также правомерно исходил из того, что истцом не оспаривается действительность существования задолженности, при этом вместе со спорным доказательством последней добровольно представлена документация в отношении всех операций с упомянутой задолженностью Фабрики, начиная с 2014 года и заканчивая самим спорным договором цессии, следовательно, факт наличия задолженности подтверждается иными доказательствами по делу, а заявление о фальсификации направлено на пересмотр договорных отношений сторон, не привлечённых к участию в деле, что недопустимо, тем более, что Общество не является участником соответствующих правоотношений.

Доводы Общества об аффилированности Фабрики, Компании, Общества и ФИО7 также были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонены, поскольку ФИО7 владеет 50 % уставного капитала Фабрики с 16.03.2018, при этом генеральным директором Компании ФИО7 никогда не являлся, равно никогда не имел доли, а также фактического или юридического контроля. 

При этом, ссылки Общества на то, что корпоративная связь между ФИО7 и Компанией присутствует через совместные предприятия с ФИО10 – генеральным директором и владельцем доли в 50% Компании приняты во внимание судом первой инстанции и обоснованно отклонены, поскольку полномочия генерального директора ФИО10 (с 13.11.2012 по 16.08.2017) были прекращены до приобретения ФИО7 спорной доли (16.03.2018), в Обществе и ООО «Градстройальянс» ФИО10 и ФИО7 никогда не были участниками одновременно, равным образом ни один из лиц никогда не был директором при наличии доли у второго, следовательно, перечисленные предприятия никогда не были совместными. 

В свою очередь, ФИО11 никогда не являлась ни участником, ни генеральным директором в Фабрике, а ФИО7 обладает долей в 50% именно в Фабрике, в то время как ФИО11  обладает долей в 50% именно в Компании. 

По смыслу пункта 1 статьи 19 Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, что в свою очередь не доказано истцом в рамках настоящего дела.

При таких обстоятельствах, оценив приведенные Обществом доводы и доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии наличия возможности ФИО7 влиять на действия Фабрики или Компании, давать указания о совершении тех или иных сделок с учетом ограничения размера его доли.

 При том, что орган управления обществом с ограниченной ответственностью является коллегиальным, решения в нем принимаются большинством голосов, в то время как ФИО7 обладает лишь 50% доли в Фабрике, что не предполагает возможность принятия им решения единолично, тем более, контроль не может быть доказан через совместные предприятия, в которых ни одним из контролирующих лиц, ни ФИО10, ни ФИО7 не были, а ФИО7 не являлся в данном предприятии директором, соответственно не имел полный операционный, финансовый и фактический контроль. 

Доказательств того, что второй участник Фабрики является номинальным участником, подконтрольным ФИО7 в материалы дела также не представлено. 

Указанное обоснование применимо и к ФИО11, которая с 05.10.2021, то есть уже после заключения спорного договора, владеет лишь 50% доли в Компании, а по общему правилу работа в статусе бухгалтера не связана с принятием решений за общество, равным образом ФИО11 прекратила такую работу за несколько лет до заключения спорного договора и до учреждения Компании. 

Доказательств обратного, равно как и доказательств номинального статуса ФИО11 и доказательств того, что ФИО7 осуществляет контроль за ее действиями Обществом вопреки своим доводам и части 1 статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

 Более того, наличие означенного контроля было необходимо и в момент принятия решения о заключении договора купли-продажи, в то время как спорный договор заключен 20.08.2021, то есть уже значительно после прекращения полномочий ФИО10 в ООО «Строймаркет». 

Иных корпоративных связей между вышеназванными лицами из материалов дела не усматривается.

Вопреки доводу Общества, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства, суд первой инстанции при исследовании вопроса о заинтересованности Общества в признании сделок недействительными, пришел также к обоснованному выводу о том, что истец не является стороной оспариваемых сделок (участником материально-правовых отношений), не имеет каких-либо прав и обязанностей в отношении предмета оспариваемых сделок, удовлетворение исковых требований не изменит имущественных прав истца по отношению к любой из сторон оспариваемой сделки.

При этом материалами дела подтверждается и сторонами фактически не оспаривается, что фактически доводы Общества о наличии законного интереса в оспаривании данных сделок и применении последствий недействительности сделок основаны лишь на том основании, что ответчик ФИО7 привлечен к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве Общества.

Как следует из определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.10.2020 по делу А56-54257/2017/суб.1 ФИО7 и ФИО9 привлечены к субсидиарной ответственности за совершение (участие в совершении) сделок должника на сумму 114 млн. руб., которые были оспорены в рамках иных споров, кроме того, ФИО9 привлечен к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника. 

При привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде убытков в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Особенностью субсидиарной ответственности как источника формирования конкурсной массы является то, что она носит дополнительный характер по отношению к иным источникам пополнения конкурсной массы. 

Учитывая правовую природу субсидиарной ответственности, являющейся дополнительной по отношению к ответственности основного должника, для определения размера ответственности субсидиарных должников необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счет имущества основного должника. До завершения мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы должника (оспаривания сделок должника, реализации его имущества и прочее) данный вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности. 

С учетом компенсационного характера субсидиарной ответственности за совершение (участие в совершении сделок) как гражданско-правовой ответственности ее размер не может быть более суммы совершенных (оспоренных) сделок. 

Так, согласно постановлению Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2021 по делу А56-54257/2017/суб.1 совершенные ФИО7 в период исполнения им обязанностей как директора Общества сделки, которые были оспорены в рамках дела о банкротстве, не превышают сумму в размере 30 751 958 руб. 80 коп. (споры сд. 1, сд. 21, сд. 26, сд. 28, сд. 42), при этом значительная часть средств уже возвращена и ни одна из данных сделок не признана сделкой, совершенной со злоупотреблением правом с целью вывода имущества из конкурсной массы должника. 

Указанный расчет Обществом документально не опровергнут, контррасчет не представлен, мотивированных пояснений относительно размера возможной субсидиарной ответственности ФИО7 с учетом периода его полномочий, оснований для недействительности сделок и совершенных возвратов не представлено. 

Кроме того, из материалов дела следует, что на момент подачи настоящего искового заявления в суд первой инстанции не реализовано имущество Общества в виде дебиторской задолженности в размере 123 116 058 руб., а также иное имущество ФИО7 стоимостью 80 397 500 руб., что не оспорено истцом.

С учетом приведенного каких-либо иных доказательств, объективно подтверждающих, что на стороне истца имеется юридическая заинтересованность в оспариваемых сделках, и что они непосредственно нарушают права и законные интересы истца, в материалах дела не имеется, в том числе с учетом привлечения к субсидиарной ответственности ни только ФИО7, но и ФИО9

Таким образом, доказательств неспособности за счет иного имущества Общества и второго субсидиарного ответчика – ФИО9, а также реализации долей в компаниях, принадлежащих ФИО7, получить удовлетворение по требованию из субсидиарной ответственности в материалы дела с учетом результатов инвентаризации имущества должника Обществом не представлено. 

Более того, о прямых имущественных интересах по отношению к имуществу, принадлежащего ФИО7, Обществом не заявлено, напротив, как указывает истец, его имущественный интерес косвенно опосредован возможной стоимостью имущества, выбывшего из состава активов Общества, доля в котором принадлежит ФИО7 и, возможно, будет реализована на торгах в случае определения размера субсидиарной ответственности и последующего включения требования истца на такую сумму в реестр требований кредиторов ФИО7 

Как поясняет истец, указанные возможные обстоятельства могут возникнуть в будущем при определенных обстоятельствах, то есть носят исключительно предположительный характер.

Кроме того, как верно отмечено судом первой инстанции, с учетом положений пункта 2 статьи 167 ГК РФ, в случае признания оспариваемых сделок недействительными и применении двусторонней реституции,  будет осуществлен возврат Компании и Фабрики в первоначальное состояние, имевшее место до совершения спорного договора купли-продажи, то есть у Фабрики также возникнет обязанность вернуть полученное по договору исполнение. 

Следовательно, если интерес истца заключается в увеличении цены доли ФИО7 в Фабрике, то такого последствия судебный акт иметь не может, поскольку стоимость доли увеличится и одновременно уменьшится ввиду принятия как активов, так и пассивов, права и законные интересы Общества не восстановятся, тем более, с учетом спорной ликвидности доли ФИО7 в  уставном капитале Фабрики, поскольку она не имеет большинства голосов в организации и аналогичный размер доли принадлежит второму участнику Фабрики. 

Также в результате такого оспаривания сделок, истец не получит прав ни на конкретное имущество Фабрики, ни на его стоимость, поскольку права на долю принадлежат участникам соответствующего общества, которые также не имеют права на данное имущество.

Следовательно, истцом в принципе не доказано, что его права затронуты совершением спорной сделки, что в свою очередь являлось самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из вышеприведенного, обоснованно отклонен судом первой инстанции и довод Общества о мнимости спорной сделки ввиду фактической невозможности исполнения Компанией обязательства по договору, поскольку, как указано выше, материалами дела подтверждается и истцом не опровергнуто, что покупатель исполнял и продолжает исполнять обязательства по оплате объектов недвижимости даже после возбуждения искового производства по делу в соответствии с условиями договора купли-продажи и дополнительных соглашений к нему.

Также при продаже спорных объектов Фабрикой и её участниками соблюдены все необходимые корпоративные процедуры и получены соответствующие одобрения. 

Верно не усмотрел суд первой инстанции и признаков мнимости в действиях сторон по заключению дополнительных соглашений к договору, отсрочивающих завершающую обязанность по оплате объектов недвижимости, в том числе с учетом того, что с момента возникновения исковых требований исполнение договора объективно сопряжено с рисками исполнения реституции как последствия признания сделки недействительной, что также опровергает и доводы истца о заключении дополнительных соглашений к договору при злоупотреблении правом с целью причинить вред правам и законным интересам истца при совершении договора купли-продажи.

На основании изложенного апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Общество не доказало нарушений его прав совершением договора купли-продажи с дополнительными соглашениями к нему, мнимости спорных сделок, злоупотребления сторон при их совершении, равно как и не были надлежащим образом доказаны фактические обстоятельства, которые могли служить основанием для удовлетворения заявленных исковых требований, а потому в удовлетворении иска судом первой инстанции отказано обоснованно и правомерно. 

Фактически доводы апелляционной жалобы Общества не опровергают правомерности выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося по делу судебного акта.

Таким образом, принимая во внимание, что при вынесении решения судом первой инстанции в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценены представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, нормы материального и процессуального права, в том числе являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного акта, не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 09.08.2022 следует оставить без изменения, а жалобу Общества – без удовлетворения.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы и в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции относятся на Общество. 

Руководствуясь статьями 265, 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе Санкт-Петербургского государственного казенного учреждения Фонд капитального строительства и реконструкции на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 09.08.2022 по делу №  А56-114973/2021  прекратить. 

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 09.08.2022 по делу №  А56-114973/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Строй-Терминал» - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

С. А. Нестеров

Судьи

Е. И. Пивцаев

Н. С. Полубехина