АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ  

Дело № А27-21403/2022 

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации  

6 сентября 2023 г. г. Кемерово  

Резолютивная часть решения объявлена 30 августа 2023 г.  Решение в полном объеме изготовлено 6 сентября 2023 г.  Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Дубешко Е.В.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с  ограниченной ответственностью «Амедикс», город Новосибирск, Новосибирская  область (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению  высшего образования "Кемеровский государственный медицинский университет"  Министерства здравоохранения Российской Федерации, город Кемерово, Кемеровская  область (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)  

о взыскании убытков, 

3-и лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора:  ФИО2, г. Новосибирск; Прокуратура Кемеровской области- Кузбасса, город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); ФИО3, г. Кемерово; Министерство здравоохранения Российской  Федерации, г. Москва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); ФИО4; общество с ограниченной ответственностью «Амедикс», г. Новосибирск,  Новосибирская область (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>); общество с  ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Единство», г.  Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

при участии: 

от истца – ФИО4, конкурсный управляющий, решение АС НО от 09.03.2022  по делу № А45-17390/2021;  

от ответчика – ФИО5, доверенность от 04.04.2023; 

от Прокуратуры Кемеровской области - Кузбасса – ФИО6,  ФИО4;  

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (ООО) «Амедикс» (ИНН  

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к  Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего  образования "Кемеровский государственный медицинский университет" Министерства  здравоохранения Российской Федерации (КемГМУ, Университет) об обязании передать  оборудование – анализатор IG0611 Architect c8000 module, серийный номер С801900.  Иск мотивирован уклонением ответчика от обязанности возвратить спорное имущество  согласно условиям договора безвозмездного пользования № 37/15 от 19.11.2015.  

К участию в деле в качестве 3-х лиц, не заявляющих самостоятельных  требований на предмет спора, судом привлечены: ФИО2,  Прокуратура Кемеровской области-Кузбасса, ФИО3,  Министерство здравоохранения Российской Федерации, ФИО4, ООО «Амедикс» (ИНН 

<

***>), ООО «Частная охранная  организация «Единство» (далее - ООО «ЧОО «Единство»).  

В ходе рассмотрения спора лицами, участвующими в деле, даны следующие  пояснения.  

Ответчик с иском не согласился, возражая на иск, отметил следующее. 

Согласно штампу регистрации входящей корреспонденции отказ конкурсного  управляющего от договора безвозмездного пользования № 37/15 от 19.11.2015  поступил Университету 06.07.2022 (вx. № 1025). Таким образом, с 06.07.2022 договор  считается расторгнутым. 27.07.2022 в адрес Университета поступило требование  ФИО4 от 27.07.2022 о возврате спорного анализатора в установленные  конкурсным управляющим дату и время, а именно, 28.07.2022 в 16:00. В связи с  поступившим требованием в соответствии с п.2.3 договора его сторонами подписан акт  приема - передачи от 27.07.2022, согласно которому КемГМУ передал, а ООО  «Амедикс» в лице конкурсного управляющего ФИО4 приняло анализатор,  являющийся предметом договора безвозмездного пользования № 37/15 от 19.11.2015. В  адрес ФИО4 Университетом направлено письмо исх. № 1343 от 28.07.2022  о готовности передать оборудование по адресу места его нахождения в установленные  ею дату и время - 28.07.2022 16:00. Однако 28.07.2022 конкурсный управляющий  ФИО4 за анализатором не явилась. Новую дату вывоза оборудования  ФИО4 Университету не сообщила. Оборудование было оставлено на  территории университета невостребованным. Мер к обеспечению сохранности  анализатора собственником (истцом) принято не было. ФИО4 не обращалась  в университет с целью согласования возможности выноса анализатора через оконный  проем. Университет не согласовывал такой способ выноса оборудования, так как такой  способ требует проведения работ по демонтажу стеклопакетов и рамы. ФИО4  не обращалась в адрес Университета с просьбами о посещении помещений  университета с целью самостоятельного осмотра оборудования и проведения  необходимых замеров в целях определения возможных способов вывоза оборудования  и их согласования с университетом. 19.09.2022 доступ в помещения университета с  целью осуществления осмотра анализатора и выяснения технических характеристик  здания ФИО4 предоставлен не был, так как данный визит являлся  спонтанной инициативой ФИО4 Свой визит в указанную дату ФИО4 с университетом не согласовывала, о своем приезде не предупреждала. Визит был  осуществлен истцом по окончании рабочего времени. Фактически анализатор был  вывезен в сентябре 2022 г. неустановленными лицами. По мнению ответчика, в связи с  расторжением договора и подписанием его сторонами акта возврата оборудования от  27.07.2022 статус Университета по договору безвозмездного пользования в качестве  «ссудополучателя» прекращен, а вместе с ним прекращены и обязанности,  установленные для ссудополучателя договором, действующим законодательством, в  том числе по содержанию вещи, а также риски случайной гибели или случайного  повреждения имущества (ст.ст.695, 696 Гражданского кодекса Российской Федерации  (ГК РФ)). Договор с истцом как собственником анализатора на осуществление его  хранения Университет не заключал. Кроме того, ответчиком указано на недоказанность  того, что анализатор является имуществом истца. Не обоснована и не подтверждена  какими - либо доказательствами противоправность поведения ответчика, а также  причинная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями.  

Ответчиком даны также пояснения о том, что Университет не нес затрат на  содержание оборудования, сам анализатор не был принят к учету в учреждении  (балансовый учет, забалансовый учет), о чем представлена в материалы дела справка  главного бухгалтера ФГБОУ КемГМУ Минздрава России ФИО7 от  03.03.2023 (т.1 л.д. 59).  

Истец направил следующие пояснения с учетом доводов ответчика. 

Ответчик 06.07.2022 (вх. № 1025) получил от конкурсного управляющего пакет  документов, в числе которых: отказ от исполнения договора безвозмездного  

пользования № 37/15 от 19.11.2015; решение суда об утверждении конкурсного  управляющего; проект договора хранения; подписанные со стороны истца акт приема-передачи оборудования ответчиком конкурсному управляющему и акт приема-передачи оборудования конкурсным управляющим ответчику на хранение. Данный  пакет документов был направлен истцом в адрес ответчика ввиду того, что ответчик  подтвердил наличие анализатора на территории учреждения письмом от 03.06.2022.  Таким образом, акт приема-передачи оборудования ответчиком конкурсному  управляющему подписан сторонами без фактической передачи анализатора. Ответчик  подтвердил, что конкурсный управляющий истца ФИО4 фактически не  получала оборудование в дату подписания акта, акт был подписан без присутствия  конкурсного управляющего, анализатор находился на территории университета до  сентября 2022 г. При этом ответчиком не представлено доказательств реального вывоза  анализатора с территории университета, в связи с чем истец полагает, что  оборудование до настоящего времени находится в распоряжении ответчика, либо  передано третьим лицам без законных оснований и подтверждающих документов. За  период с 01.07.2023 (даты направления вышеперечисленного пакета документов на  подписание) до даты предполагаемого вывоза (28.07.2022) ответчик заблаговременно  не согласовал ни время, ни дату, ни порядок вывоза анализатора. Лишь 28.07.2022 в  12:41 конкурсному управляющему ФИО4 поступило предложение ответчика  забрать анализатор 28.07.2022 в 16:00. При очевидной невозможности за три часа  прибыть в город Кемерово из города Новосибирска конкурсный управляющий по  телефону сообщил работнику Университета ФИО8 (юрист) о необходимости  согласования новой даты и способа вывоза анализатора, а также подписания договора  хранения. При этом в полученное 28.07.2022 письмо от ответчика был вложен  подписанный со стороны ответчика акт приема-передачи оборудования ответчиком  конкурсному управляющему, не содержащий указания на дату. В дальнейшем  конкурсный управляющий направил ответчику запрос от 31.08.2022, в соответствии с  которым он просил сообщить о наличии технической возможности вывоза  оборудования, габаритные размеры проемов помещения, в котором располагается  оборудование, высоту этажа и наличие подъездных путей для специализированной  техники. Данный запрос получен ответчиком 06.09.2022, а ответ на него до настоящего  времени истцу не поступил. Учитывая, что после 28.07.2022 ответчик перестал  реагировать на звонки и обращения конкурсного управляющего, а работник  Университета ФИО8 по телефону объясняла задержку занятостью ректора,  19.09.2022 конкурсный управляющий прибыла к месту хранения имущества, однако  допуск к имуществу ответчиком не был предоставлен. В соответствии с актом осмотра  от 19.09.2022 конкурсный управляющий прибыла к месту нахождения имущества в 15  часов 30 минут (то есть в пределах рабочего дня). По мнению истца, поведение  ответчика в период с 01.07.2022 до настоящего времени не отвечает критериям  разумности и добросовестности, поскольку, будучи осведомленным о намерении  конкурсного управляющего забрать имущество, при наличии ряда обращений, при  личном визите и многократных звонках (все подтверждения имеются в материалах  дела) – ответчиком (его ответственными лицами) принято решение о передаче  имущества, принадлежащего истцу, третьим лицам. В материалах дела отсутствуют  доказательства передачи имущества конкурсному управляющему или его  представителю в сентябре (или ранее) 2022 г. Дополнительно, поскольку ответчик  выразил сомнения в принадлежности анализатора истцу, истец представил грузовые  таможенные декларации о поставке указанного товара в адрес истца.  

ФИО3 направила в материалы дела следующие пояснения по  обстоятельствам спора.  

В должность ректора университета я вступила 27.03.2018. Учитывая объем  информации и документов, с которыми приходится сталкиваться ежедневно при  

осуществлении своей профессиональной деятельности, я не помню точные даты и  подробные обстоятельства событий. В целях подготовки настоящих пояснений даты  некоторых событий и сами события мною восстановлены в памяти на основании  имеющихся в университете документов. 19.11.2015 между Университетом  (ссудополучатель) и ООО «Амедикс» (ссудодатель) был заключен договор № 37/15 о  передаче в безвозмездное пользование оборудования - автоматический биохимический  анализатор Architect с8000, производства Abbot Laboratories, США. Договор заключен  на 5 лет. Оборудование находилось в пользовании структурного подразделения  университета - центральная научно - исследовательская лаборатория по адресу: 

<

...>, аудитория 214. Заведующий центральной научно -  исследовательской лабораторией ФИО9. К моменту окончания  срока действия договора использование оборудование уже не использовалось.  Анализатор очень громоздкий и занимал много места. Поскольку университет  испытывает дефицит в пространстве для организации учебного процесса и научной  деятельности, я в устной форме поручила ФИО9 освободить аудиторию от  неиспользуемого анализатора, вернуть его собственнику. Со слов ФИО9 знаю о  том, что он периодически звонил директору ООО «Амедикс», его работникам с  просьбами вывезти оборудование с нашей территории. Собственник имущество не  вывозил. 30.05.2022 в адрес университета поступило письмо исх. № 16 от 19.05.2022,  которым ФИО4 уведомила о признании ООО «Амедикс» банкротом и  назначении ее конкурсным управляющим. Данным письмом она также запросила  документы, подтверждающие право пользования анализатором, информацию о месте  его нахождения. Запрашиваемые документы и информация ей были предоставлены  письмом № 900 от 03.06.2022. 06.07.2022 в адрес университета поступило письмо  конкурсного управляющего ФИО4 от 01.07.2022 об отказе от договора  безвозмездного пользования. 27.07.2022 в адрес университета поступило требование  конкурсного управляющего о необходимости в срок до 10:00 28.07.2022 подписать  договор хранения анализатора, а в случае отказа - передать ей анализатор 28.07.2022 в  16:00 час. по кемеровскому времени. В связи с поступившим требованием и  отсутствием намерения использовать анализатор 27.07.2022 я подписала акт приема -  передачи оборудования, согласно которому университет передал, а ООО «Амедикс» в  лице ФИО4 приняло оборудование, что я считаю исполнением обязанности  университета, установленной п.2.3 Договора, согласно которому при отказе стороны от  Договора университет обязан сдать оборудование по передаточному акту. О нашей  готовности передать оборудование ФИО4 была уведомлена письменно  (письмо исх. № 1343 от 28.07.2022). Акт приема - передачи оборудования я подписала  той датой, которая в нем указана - 27.07.2022. Я не подписываю документы «задним  числом». Это моя принципиальная позиция. Обвинения ФИО4 в мой адрес  о подписании акта «задним числом» не объективны и голословны. Договор - это  взаимные обязательства его сторон. Поэтому возврат оборудования в связи с  прекращением действия договора - это не одностороння обязанность университета.  Возврату оборудования сопутствует обязанность ссудодателя его принять. Невозможно  вернуть имущество ссудодателю при несовершении ссудодателем действий по его  принятию. Университет со своей стороны добросовестно выполнил все обязательства  по возврату оборудования и обеспечил возможность для ФИО4 его забрать,  а именно: университетом подписан акт приема - передачи оборудования от 27.07.2022;  ФИО4 письменно уведомлена о готовности университета вернуть  анализатор; в соответствии с пожеланиями ФИО4 в указанные ею дату и  время: 28.07.2022 в 16:00 по адресу: 

<

...> ФИО4  ожидал сотрудник университета - старший лаборант кафедры молекулярной и  клеточной биологии ФИО10 Возврат оборудования был инициирован самой  ФИО4 Дата и время вывоза оборудования были установлены также самой  

ФИО4 В данной ситуации ее добросовестное поведение предполагало, что  она приедет и заберет анализатор в установленные ею дату и время. Однако ФИО4 за оборудованием не явилась. Университет об этом в известность не поставила. О  новой дате вывоза оборудования не сообщила. Анализатор был брошен на территории  университета, собственником не востребован. От владения и пользования  оборудованием ФИО4 устранилась. Мер к сохранности оборудования с ее  стороны принято не было. Договор хранения анализатора я не подписывала.  Обязательств обеспечивать хранение чужого имущества ни я, ни университет никому  не давали. Подписанием акта приема - передачи от 27.07.2022 обязанности  университета по Договору, в том числе в отношении оборудования, прекратились.  Подписанием указанного акта ФИО4 подтвердила факт принятия ею  анализатора, права и обязанности собственника в полной мере перешли на ФИО4, а значит и ответственность собственника за свое имущество. Наличие на  территории университета чужого имущества не делает университет обязанными  обеспечивать его хранение. ФИО4 не обращалась с целью согласования  возможности выноса анализатора через оконный проем. Университет не согласовывал  такой способ выноса оборудования, такой способ для университета является  затратным, так как требует проведения работ по демонтажу стеклопакетов и рамы с  последующим восстановлением. ФИО4 не обращалась с просьбами  предоставить ей доступ в помещения университета с целью самостоятельного осмотра  оборудования и проведения необходимых замеров в целях определения и согласования  с университетом возможных способов вывоза анализатора. Свой визит 19.09.2022  ФИО4 с университетом не согласовывала. О своем приезде не  предупреждала. Поведение ФИО4 нахожу недобросовестным. 25.08.2022  ведущий юрисконсульт университета ФИО8 обратилась на мое имя служебной  запиской с предложением определить из числа работников КемГМУ ответственное  лицо, и поручить ему обеспечить возможность фактического вывоза анализатора с  территории университета на основании подписанного сторонами акта приема -  передачи оборудования от 27.07.2022. Ответственным лицом мною был определен  ФИО9, заведующий центральной научно - исследовательской лабораторией.  Осенью 2022 г. (сентябрь - октябрь) ведущий юрисконсульт ФИО8 доложила  мне о том, что ФИО9 сообщил ей об утилизации анализатора. После чего я лично  общалась с ФИО9 Из разговора с ним я также поняла, что анализатор  утилизирован. ФИО8 мне также доложила, что об утилизации анализатора она  сообщила ФИО4 по телефону. В связи с тем, что мы считали, что  анализатор утилизирован работником университета, университет готов был принять на  себя ответственность за его действия и возместить стоимость анализатора. По этому  поводу ФИО8 вела переговоры с ФИО4 Приказом № 1-дв от  20.01.2023 мною назначено проведение служебной проверки. В ходе служебной  проверки были получены объяснительные от старшего лаборанта кафедры  молекулярной и клеточной биологии ФИО10, заведующего кафедрой  молекулярной и клеточной биологии ФИО11 Событие утилизации  оборудования не нашло своего подтверждения. Установлено, что осенью 2022 г.  анализатор был демонтирован, разобран на части и в таком состоянии вывезен с  территории университета. ФИО9, ФИО10, ФИО11 считают, что  оборудование вывезено его собственником. Соответствующее заключение по  результатам служебной проверки мною утверждено 31.01.2023. В связи с вновь  установленными обстоятельствами по результатам служебной проверки позиция  представителя университета в судебном процессе была изменена. В  правоохранительные органы по факту хищения анализатора с территории университета  мы не обращались и не планируем этого делать, так как университет не является  собственником анализатора. Права университета в отношении анализатора  

отсутствуют, так как прекращены подписанием акта приема - передачи оборудования  от 27.07.2022. Работники университета, имеющие отношение к вывозу анализатора,  считают, что оборудование вывезено его собственником. Имущество, принадлежащее  университету, не похищалось.  

Привлечённый к участию в деле в качестве 3-го лица ФИО2 пояснил, что  выступает единственным участником и бывшим руководителем истца, находящегося в  банкротстве. ООО «Амедикс» осуществляло деятельность оптовой торговли  непродовольственными товарами: реагенты, реактивы и расходные материалы  медицинского назначения производства Abbott (США). С 2014 по 2019 год основным  поставщиком ООО «Амедикс» являлся ООО «Эбботт Лэбораториз» (ИНН  

<

***>). Между ООО «Эбботт Лэбораториз» и ООО «Амедикс» был заключен  Дистрибьюторский договор № 008/ADD-RUS/02-2014 от 06.03.2014, согласно  условиям которого ООО «Эбботт Лэбораториз» обязался поставить ООО «Амедикс»  товар наименование, количество и стоимость которого определяются сторонами в  спецификациях. В период с 30.11.2018 по 29.03.2019 ООО «Эбботт Лэбораториз»  поставил ООО «Амедикс» товар на основании заявок на общую сумму в размере 22  449 891 руб. 23 коп. По инициативе ООО «Эбботт Лэбораториз» 31 марта 2019 года  между сторонами заключено Соглашение о расторжении Дистрибьюторского договора   № 008/ADD RUS/02- 2014 от 06 марта 2014 года. После расторжения вышеуказанного  договора, ООО «Амедикс» был лишен возможности заключать новые гос. контракты  на поставку продукции Abbott, товарных остатков хватило лишь на исполнение ранее  заключенных договоров. ООО «Амедикс» за долгие годы работы в сфере поставки  медицинского оборудования зарекомендовало себя как надежный поставщик. Многие  приборы поставлялись в медицинские учреждения по договорам безвозмездного  пользования, при этом за плату ООО «Амедикс» на протяжении многих лет поставлял  реагенты для приборов, а также обслуживал их. Именно из этого и складывалась  прибыль ООО «Амедикс». Такой прибор был поставлен и в адрес ответчика по  настоящему делу, который использовал данный прибор в том числе в качестве  учебного экспоната для будущих врачей. Обучение будущих специалистов именно на  указанном приборе отвечало интересам ООО «Амедикс». Однако, после введения  конкурсного производства бывший руководитель ООО «Амедикс» лишился  возможности (в силу прекращения его полномочий) вернуть все приборы, которые  были переданы ранее по договорам безвозмездного пользования в медицинские  учреждения. Однако документы на приборы и информация о месте нахождения  приборов была доведена до конкурсного управляющего. При рассмотрении  настоящего дела были представлены доказательства того, что прибор анализатор  1G0611 ARCHITECT С8000 был получен конкурсным управляющим еще в июле 2022  года по акту приема-передачи. Однако местонахождение прибора на сегодняшний день  неизвестно. Таким образом, получив дорогостоящий прибор, принадлежащий  должнику, по акту приема-передачи, конкурсный управляющий не обеспечил его  сохранность, чем причинил убытки конкурсной массе. Доводы о том, что, подписывая  данный акт, конкурсный управляющий предполагала, что передает его на хранение,  является несостоятельными. Подписание акта приема-передачи влечет наступление  определенных юридических последствий, в виде перехода риска случайной гибели или  повреждения имущества. Если после подписания акта управляющий не смогла его  вывести, значит, она должна была обеспечить его сохранность: нанять охрану,  опечатать, передать на ответственное хранение и т.п., чего сделано не было. Приняв  имущество по акту приема-передачи, зная о месте нахождения имущества на  протяжении нескольких месяцев, арбитражным управляющим не были предприняты  меры по обеспечению его сохранности. Ведение переписки и переговоров к таковым  мерам отнести нельзя.  

Прокуратура Кемеровской области-Кузбасса направила следующие пояснения  по делу.  

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.03.2022 (дело №  А45-17390/2021) ООО «Амедикс» признано несостоятельным (банкротом), открыто  конкурсное производство, ФИО4 назначена конкурсным управляющим.  Письмом ответчика от 03.06.2022 № 900 ФИО4 уведомлена о том, что  анализатор расположен по адресу: 

<

...> этаж.  Конкурсным управляющим в адрес ответчика 01.07.2022 направлен отказ от  исполнения договора N 37/15. Согласно штампу регистрации входящей  корреспонденции, отказ конкурсного управляющего от исполнения договора поступил  в КемГМУ 06.07.2022 (вх. № 1025). Из требования конкурсного управляющего,  поступившего в адрес КемГМУ 27.07.2022, следует, что ответчик в срок до 10:00 часов  28.07.2022 должен подписать и направить в его адрес договоры хранения анализатора,  в случае отказа от подписания и направления договоров хранения, ответчику  необходимо обеспечить передачу имущества конкурсному управляющему 28.07.2022 в  16:00 часов по кемеровскому времени. В установленный срок ответчиком  подписанные договоры хранения не направлены. В соответствии с пунктом 2.3  договора ректором КемГМУ подписан направленный конкурсным управляющим акт  приема-передачи оборудования, конкурсный управляющий письменно уведомлен о  готовности КемГМУ передать анализатор по месту его нахождения в определенные им  дату и время. В указанные конкурсным управляющим дату и время в здании ответчика  ФИО4 ожидал сотрудник КемГМУ. Однако 28.07.2022 фактическая передача  имущества не состоялась, поскольку конкурсный управляющий своевременно не  получил уведомление ответчика о готовности передать имущество. Доказательств  того, что конкурсный управляющий обращался к ответчику с просьбами о посещении  помещений КемГМУ в иные даты с целью самостоятельного осмотра оборудования и  проведения необходимых замеров в целях определения возможных способов вывоза  оборудования и их согласования с университетом, в материалы дела не представлено.  Из пояснений ФИО4 следует, что 19.09.2022 она явилась в здание по пр.  Октябрьский, 16 A, однако доступ в помещения университета ей предоставлен не был.  Свой визит в указанную дату ФИО4 с университетом не согласовывала. О  своем приезде не предупреждала. Визит был осуществлен по окончании рабочего  времени. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Первоначально  КемГМУ в ходе рассмотрения настоящего спора сообщил, что имущество  утилизировано. Однако по результатам проведенной ответчиком служебной проверки  установлено, что фактически в сентябре 2022 по адресу Кемерово, пр. Октябрьский,  16А, анализатор демонтирован, разобран и вывезен с территории КемГМУ  неустановленными лицами, предположительно сотрудниками собственника ООО  «Амедикс». В рассматриваемом споре сохраняют силу условия о возврате предмета  договора ссуды. Согласно пункту 2.3 договора в случае отказа одной стороны от  исполнения договора ссудополучатель обязан сдать оборудование по передаточному  акту. Из материалов дела следует, что ответчиком предприняты все предусмотренные  договором и требованиями конкурсного управляющего действия для передачи истцу  имущества; каких-либо обоснованных причин невозможности приемки имущества  истцом не приведено. В связи с отказом от исполнения договора, подписанием его  сторонами акта возврата оборудования, совершением ответчиком действий,  направленных на возврат оборудования, обязанности КемГМУ по договору  безвозмездного пользования прекращены. Имущество длительное время (с июля по  сентябрь 2022) находилось на территории ответчика без каких-либо правовых  оснований, требования о возврате имущества после 28.07.2022 от конкурсного  управляющего не поступало. Довод конкурсного управляющего о том, что имущество  не могло быть получено 28.07.2022 в связи с его нахождением в г. Новосибирске и  

несвоевременным получением уведомления ответчика, несостоятелен. Поскольку дата  и время передачи имущества в случае неподписания договора хранения установлены  самим конкурсным управляющим и не поставлены в зависимость от уведомления о  готовности передать имущество со стороны ответчика.  

Истец направил возражения на доводы 3-их лиц с указанием на следующее. 

ФИО2 создал деятельность двух идентичных юридических  лиц с одинаковым названием, где он являлся одновременно и учредителем и  директором. В 2019 году ООО «Амедикс» (истец) расторг дистрибьютерский договор с  основным поставщиком реагентов – ООО «Эбботт Лэбораториз» и фактически  прекратил свою деятельность в то время, как Амедикс 2 – продолжал осуществлять  поставки и обслуживание, в том числе, в лечебные учреждения на территории  Кемеровской области. В процессе конкурсного производства установлено, что ФИО2 совершил ряд действий, направленных на вывод имущества и денежных средств  из активов должника (истца). Так, Определением Арбитражного суда Новосибирской  области от 02.03.2023 года по делу о банкротстве ООО «Амедикс» № А45-17390/2021  суд взыскал с бывшего руководителя должника – ФИО2 убытки в размере 69  907 047,96 рублей. Суд установил, что ФИО2 осуществил вывод активов в виде  оборудования и основных средств на сумму долее 45 миллионов рублей в пользу  Амедикс-2 оформив это «списанием основных средств». Определением Арбитражного  суда Новосибирской области от 01.04.2023 г. по делу № А45-17390/2021 – суд взыскал  с ФИО2 убытки в виде стоимости утраченного оборудования (в виде  биохимических анализаторов, аналогичных предмету настоящего спора) в размере 8  470 380,00 рублей. Все изложенные выше факты и обстоятельства свидетельствуют о  том, что третье лицо – ФИО2, продолжает осуществлять деятельность,  связанную с поставкой и обслуживанием анализаторов, крайне заинтересован в исходе  настоящего спора, и вполне возможно, причастен к вывозу анализатора из КемГМУ.  

По мнению истца, то, что ответчик не произвел проверку полномочий и передал  имущество (добровольно) не установленным лицам – не освобождает его от  гражданско-правовой ответственности, если ответчик не докажет, что указанные лица  действовали путем обмана и/или злоупотребления доверием/введения в заблуждение.  Ввиду того, что доказательств реальной передачи имущества конкурсному  управляющему ответчиком не представлено, более того, указано, что имущество  вывезли неустановленные лица (в сентябре 2022 г.), в силу ст. 170 ГК РФ акт от  27.07.2022 является мнимым/притворным (то есть ничтожным), подписанным без  намерения создать соответствующие правовые последствия – подтвердить передачу  имущества, а с целью «прекратить обязательства университета по договору».  

В процессе рассмотрения дела судом также заслушаны свидетельские показания  сотрудников Университета ФИО9, ФИО11, ФИО10  

В ходе рассмотрения дела от истца поступило ходатайство об изменении  предмета иска на требование о взыскании убытков в размере стоимости утраченного  оборудования – 12000000 руб.  

Кроме того, по ходатайству истца определением суда от 07.06.2023 по делу  назначалась экспертиза по вопросу определения рыночной стоимости оборудования:  автоматический биохимический анализатор Architect c8000, 2007 года выпуска,  производство Abbot Laboratories, США, по состоянию на сентябрь 2022 года.  

С учетом поступившего в суд заключения эксперта (т.2 л.д. 61-89) истец заявил  ходатайство об уменьшении размера убытков до 1779600 руб.  

Уточнение истцом требований принято судом с учетом положений ст. 49 АПК  РФ. Оснований для вывода о нарушении указанными процессуальными действиями  прав, интересов третьих лиц, противоречии данных действий истца требованиям закона  судом не установлено.  

В материалы дела 03.08.2023 от ответчика поступило ходатайство о  

привлечении в качестве соответчика ООО «ЧОО «Единство».  

Ходатайство ФГБОУ ВО КемГМУ Минздрава России мотивировано тем, что  сотрудники ООО «ЧОО «Единство» допустили несанкционированный проход лица  (лиц), вывезших оборудование с территории университета, не осуществив проверку их  документов и не осуществив внесение соответствующей записи в журнал пропусков.  

В судебном заседании истец возражал относительно привлечения соответчика.  

Рассмотрев ходатайство ответчика, определением от 17.08.2023 суд отказал в его  удовлетворении.  

Судебное разбирательство по делу откладывалось на 30.08.2023. 

28.08.2023 истцом направлено заявление о фальсификации доказательства -  представленного ответчиком акта приема-передачи имущества от 27.07.2022. Заявление  (в редакции уточнения от 25.08.2023, поступило в электронном виде 28.08.2023)  мотивировано истцом следующим. В спорном доказательстве отражен факт передачи  имущества, которая фактически не производилась (бестоварность хозяйственной  операции). При этом в материалах дела имеется две редакции спорного документа  (один с датой – 27 июля 2022 г., второй без даты). С учётом изложенного, по мнению  истца, необходимо: исследовать процесс формирования сведений о фактах,  отраженных в спорном доказательстве, с целью установления их соответствия  фактическим обстоятельствам; исследовать иные доказательства, представленные в  дело, в совокупности со спорным документом; исследовать факт реального выбытия  имущества из владения ответчика; провести по делу судебную техническую экспертизу  на предмет установления давности и одновременности нанесения реквизитов (дата 27  июля 2022 г. и расшифровка подписи «ФИО3») на спорный документ.  

ФИО2 и Университетом направлены возражения на заявление истца о  фальсификации доказательств.  

В соответствии с разъяснениями абзаца второго пункта 39 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел  в суде первой инстанции" в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению  заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть  совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление  документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени  изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий  документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе,  внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не  подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся  недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов,  изложенных в документе). АПК РФ закреплены правила, регламентирующие  рассмотрение вопроса о фальсификации доказательства, которые направлены на  исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Так,  предусмотренные статьей 161 АПК РФ процессуальные правила представляют собой  механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности  (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 N 1727-О).  

Учитывая вышеизложенные разъяснения абзаца 2 пункта 39 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 46 "О применении  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел  в суде первой инстанции", поскольку изложенные истцом в заявлении о  фальсификации доводы не свидетельствуют о подложности представленного  ответчиком документа, суд отклонил заявление о фальсификации.  

Подписание спорного акта приема-передачи обеими сторонами последними не  оспаривается, подлинность подписей, имеющихся в акте, истцом не опровергается. В  материалах дела отсутствуют оригиналы акта с различным содержимым. Результаты  

экспертизы по вопросу определения давности простановки ответчиком в имеющемся у  него оригинале акта непосредственно даты «27 июля 2022 г.», а также расшифровки  подписи ректора Университета ФИО3, существенного значения для  разрешения спора не имеют.  

Фактически, как уже отмечалось, истец ставит под сомнение сам факт  совершения хозяйственной операции - передачи оборудования, суть которой отражена  в спорном акте. В связи с тем суд пришел к выводу о том, что оснований для принятия  заявления в порядке, предусмотренном статьей 161 АПК РФ, не имеется (о чем судом  доведено до сведения участников спора в ходе судебного заседания 30.08.2023).  

Стороны, Прокуратура Кемеровской области – Кузбасса поддержали позицию,  изложенную ранее в процессуальных документах.  

К материалам дела судом приобщены поступившие документы (ст. 41 АПК РФ).  От сторон, 3-их лиц дополнительных ходатайств, каких-либо иных заявлений не  поступило, указано на достаточность материалов дела для разрешения спора по  существу.  

В соответствии с ч.5 ст.156 АПК РФ судебное заседание проведено судом в  отсутствие неявившихся 3-х лиц, извещенных надлежащим образом (п.4 ч.1 ст.123  АПК РФ).  

Согласно ч.1 ст. 64, ч.2 ст. 65, ст.ст. 8, 9, 71, 168 АПК РФ арбитражный суд  устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и  возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение  для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств в  соответствии с подлежащими применению нормами материального права с учетом  принципов состязательности и равноправия сторон.  

Исследовав письменные доказательства, заслушав пояснения представителей  лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу о наличии оснований для  удовлетворения иска ООО «Амедикс» о взыскании убытков с Университета в связи со  следующим.  

Как установлено судом в ходе рассмотрения спора, 19.11.2015 между  Университетом (ссудополучатель) и ООО «Амедикс» (ссудодатель) заключен договор   № 37/15 о передаче в безвозмездное пользование оборудования - автоматический  биохимический анализатор Architect с8000, производства Abbot Laboratories, США  (далее - договор).  

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.03.2022 (дело №  А45-17390/2021) ООО «Амедикс» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным  (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим назначена  ФИО4  

19.05.2022 конкурсный управляющий ФИО4 направила в адрес  Университета запрос (исх. № 16 от 19.05.2022) с требованием предоставить информацию  о том, где находится медицинское оборудование 1G0611 ARCHITECT c8000 module.  Запрос получен адресатом 31.05.2022 ( № 80112371228115).  

03.06.2022 Университет отправил ответ на запрос (письмо № 900), в котором  указал, что спорный анализатор находится в здании центральной научно-исследовательской лаборатории Университета по адресу: 

<

...> этаж.  

На основании абз. 4 п.3 ст. 129, ст.102 Федерального закона № 127-ФЗ от  26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)  конкурсным управляющим заявлен отказ от исполнения договора (письмо б/н от  01.07.2022). К письму приложены решение суда по делу о банкротстве ООО  «Амедикс», проекты договора хранения, акта приема-передачи ответчиком имущества,  акта приема-передачи управляющим ответчику на хранение.  

Согласно штампу регистрации входящей корреспонденции отказ конкурсного  

управляющего от исполнения договора поступил в Университет 06.07.2022 (вх.   № 1025).  

Письмом от 15.07.2022 № 1172 Университет сообщил ФИО4 о том,  что отказ от договора принят к сведению; одновременно просил уведомить о  получении заявления об отказе от договора второй стороной договора – ООО  «Амедикс».  

27.07.2022 конкурсным управляющим в адрес ответчика направлено требование  о подписании и направлении в адрес конкурсного управляющего актов приема-передачи оборудования и договоров хранения в срок до 10:00 часов 28.07.2022 (в том  числе, сканы по электронной почте и доказательства направления оригиналов  почтовым отправлением). В случае отказа от подписания и направления конкурсный  управляющий просил обеспечить передачу имущества ему 28.07.2022 в 16:00 по  кемеровскому времени.  

28.07.2023 Университет ответил (письмо № 1343) о готовности передать спорное  оборудование в указанные конкурсным управляющим дату и время - 16:00 час. (время  местное) 28.07.2022 по адресу места нахождения анализатора: 

<

...> этаж. Во вложении к письму содержался акт приема-передачи,  содержащий печати и подписи сторон, без указания даты и расшифровки подписи  ссудополучателя.  

Как пояснил истец, поскольку данное письмо ответчика получено им лишь  28.07.2022 в 12:41, представлялось очевидным невозможность за три часа прибыть в  город Кемерово из города Новосибирска, в связи с чем конкурсный управляющий по  телефону сообщил работнику Университета ФИО8 (юристу) о необходимости  согласования новой даты и способа вывоза анализатора.  

31.08.2022 конкурсным управляющим истца направлен ответчику письменный  запрос с просьбой сообщить о возможности хранения на возмездной основе  оборудования - анализатор IG0611 Architect с8000 module, а в случае невозможности  обеспечить хранение оборудования на возмездной основе, сообщить о наличии  технической возможности вывоза оборудования, габаритные размеры проемов  помещения, в котором располагается оборудование, высоту этажа и наличие  подъездных путей для специализированной техники. Запрос получен ответчиком  06.09.2022 ( № 80111675090435).  

Ответа на запрос истцу не поступило. 

19 сентября 2022 года конкурсный управляющий истца прибыла в г. Кемерово с  целью осуществить осмотр анализатора и выяснить технические характеристики  здания, однако доступ к анализатору Университетом не был предоставлен. Конкурсным  управляющим составлен акт осмотра места нахождения имущества от 19.09.2022 (в 15  час. 30 мин.), в котором отмечено следующее: «Конкурсный управляющий ООО  «Амедикс» ФИО4 совместно с ФИО12  прибыла по адресу: 

<

...>, по месту нахождения  анализатора IG0611 Architect с8000 module, серийный номер с801900. Пятиэтажное  административное здание имеет отдельный вход и пропускную систему «турникет» на  первом этаже здания. Сотрудник на вахте сообщил, что оформить пропуск не может без  соответствующего распоряжения. После звонка ФИО8 – вахтер пропустил на  2 этаж. На втором этаже здания все кабинеты закрыты на ключ, доступ невозможен.  Осмотр оборудования произвести не представляется возможным.».  

 14.10.2022 истцом в адрес ответчика направлен повторный запрос с  требованием предоставить фотографии анализатора в месте его нахождения (общий  план, инвентарный/серийный номер); информацию о точном местонахождении  анализатора, здание, этаж, кабинет, размеры проемов, высоту окна от земли (для заказа  спецтехники), ширину проема окна.  

Не получив ответ на повторный запрос, истец, полагая, что ответчик  

препятствует получению конкурсным управляющим имущества, принадлежащего  истцу на праве собственности, заявил настоящий иск об обязании передать (возвратить)  оборудование, предмет которого с учетом полученной от Университета информации  об отсутствии у него спорного имущества изменен на взыскание стоимости  анализатора IG0611 Architect с8000 module, серийный номер с801900.  

Иск подлежит удовлетворению. 

Как установлено судом, между сторонами имели место правоотношения,  основанные на заключенном 19.11.2015 договоре № 37/15 о передаче в безвозмездное  пользование оборудования - автоматический биохимический анализатор Architect  с8000, производства Abbot Laboratories, США.  

Согласно пункту 1 статьи 689 ГК РФ по договору безвозмездного пользования  (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в  безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя  обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом  нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.  

В силу пункта 1 статьи 699 ГК РФ каждая из сторон вправе во всякое время  отказаться от договора безвозмездного пользования, заключенного без указания срока,  известив об этом другую сторону за один месяц, если договором не предусмотрен иной  срок извещения.  

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения  конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и  иных органов его управления.  

Статьей 450.1 ГК РФ, частью 1 статьи 102 и абзацем 4 части 3 статьи 129 Закона  о банкротстве также допускается отказ конкурсного управляющего от исполнения  договоров и иных сделок. Договор считается расторгнутым с даты получения  сторонами договора заявления об отказе от исполнения договора.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях  расторжения договора» (далее – Постановление № 35), в случае расторжения договора,  предусматривавшего передачу имущества во владение или пользование (например,  аренда, ссуда), лицо, получившее имущество по договору, обязано в разумный срок  возвратить его стороне, передавшей это имущество.  

На основании статьи 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов  защиты гражданских прав.  

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением  или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 393 ГК РФ убытки определяются в  соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.  

В пункте 1 статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено,  может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или  договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право  нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного  права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также  неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях  гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт  2 статьи 15 ГК РФ).  

Применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков  возможно при наличии условий, предусмотренных законом.  

Как указано в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –  

Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что  ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб,  а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков  (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении  судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об  ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление № 7), лицо,  требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения ему убытков, их  размер, виновность и противоправность действий причинителя вреда, причинно-следственную связь между виновными противоправными действиями причинителя  вреда и наступившими убытками.  

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и  убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных  условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если  возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным  последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие  причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками  предполагается.  

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи  между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить  доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.  

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано  обратное. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за  причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания  обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности,  например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401ГК РФ).  

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

По мнению суда, в рассматриваемом случае истец надлежащим образом  подтвердил всю совокупность условий, необходимую для удовлетворения иска о  возмещении ответчиком убытков в размере стоимости утраченного оборудования.  

Так, принадлежность истцу спорного оборудования (автоматический  биохимический анализатор Architect с8000, производства Abbot Laboratories, США),  выступавшего предметом заключенного 19.11.2015 договора № 37/15, вопреки мнению  ответчика, подтверждена представленными в материалы дела грузовыми таможенными  декларациями о поставке указанного товара в адрес истца. Никакими иными  доказательства право собственности истца на спорное имущество никем из участников  спора не опровергнуто.  

Как уже отмечалось, заключенный сторонами Договор по своей правовой  природе и содержанию обязательств относится к категории договоров, правовое  регулирование которых осуществляется в соответствии с главой 36 ГК РФ.  

Предмет Договора - автоматический биохимический анализатор Architect с8000,  производства Abbot Laboratories, США передан ссудополучателю, находился в его  пользовании (по адресу: 

<

...>, аудитория 214), что прямо  следует из пояснений Университета, свидетельских показаний, данных суду его  сотрудниками в судебных заседаниях.  

Пунктом 3.2.4 договора предусмотрено, что ссудополучатель не вправе  продавать оборудование, сдавать его в аренду, использовать в качестве залога,  передавать любым иным способом или его часть в пользование (в т.ч. безвозмездное)  третьим лицам; продавать свои права и обязанности по настоящему договору третьим  

лицам; совершать другие действия, которые могут повлечь за собой отчжэдение  данного оборудования.  

Ссудополучатель обязан незамедлительно сообщать Ссудодателю об всех  нарушениях прав собственника и также нарушениях прав Ссудополучателя и  претензиях на передаваемое имущество со стороны третьих лиц (п.3.2.5 договора).  

01.07.2022 конкурсным управляющим с учетом положений статей 450.1, 699 ГК  РФ, части 1 статьи 102 и абзаца 4 части 3 статьи 129 Закона о банкротстве направлен в  адрес Университета отказ от исполнения Договора.  

Согласно штампу регистрации входящей корреспонденции отказ конкурсного  управляющего от исполнения договора получен Университетом 06.07.2022 (вх.   № 1025).  

Оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом подлежащих  применению норм материального права суд пришел к выводу, что заключенный  сторонами договор прекратил свое действие 06.07.2022.  

Таким образом, с указанной даты на стороне ссудополучателя возникла  обязанность в разумный срок (поскольку иное не предусмотрено договором) передать  оборудование ссудодателя, то есть истцу в лице конкурсного управляющего. При  прекращении договорных отношений между сторонами y ссудополучателя не имеется  законных оснований для пользования имуществом, которое подлежит возврату  ссудодателю, сохраняют силу условия Договора о возврате предмета договора ссуды.  

Согласно пункту 2.3 Договора в случае отказа одной стороны от исполнения  договора ссудополучатель обязан сдать оборудование по передаточному акту.  

Из пояснений сторон, представленной лицами, участвующими в деле, переписки  судом установлен тот факт, что вместе с письмом об отказе от договора конкурсный  управляющий направил в адрес ответчика также договор хранения, акт приема-передачи ответчиком имущества конкурсному управляющему, акт приема-передачи  управляющим ответчику на хранение оборудования. При этом акт приема-передачи  ответчиком имущества конкурсному управляющему уже имел подпись конкурсного  управляющего ФИО4, заверенную печатью истца.  

28.07.2022 Университет направил истцу подписанный со своей стороны акт  приема-передачи, а также одновременно уведомил об отказе от заключения договора  хранения и согласовал вывоз оборудования на 28.07.2022.  

Между тем, фактически ни 28.07.2022, ни в какое-либо иное время передача  оборудования от ссудополучателя ссудодателю не состоялась, что подтверждается  пояснениями обеих сторон, свидетельскими показаниями и объяснениями 3-х лиц.  

С учетом изложенного, поскольку судом установлен сам факт отсутствия  передачи между сторонами договора № 37/15 спорного оборудования, то само  подписание сторонами акта приема-передачи оборудования не свидетельствует о  выполнении ответчиком возложенной на него законом, договором обязанности  осуществить возврат оборудования непосредственно ссудодателю.  

В связи с этим для разрешения настоящего спора не имеет правого значения, ни  само по себе подписание сторонами акта приема-передачи, ни фактическое  установление времени внесения ответчиком в имевшийся у него акт приема-передачи  записей о дате (27 июля 2022 г.), а также расшифровки подписи ректора Университета  (ФИО3)  

Сам ответчик пояснил суду, что спорное имущество фактически вывезено с  охраняемой территории Университета в сентябре 2022 года. При этом, как ответчик,  так и допрошенные в качестве свидетелей (ст.88 АПК РФ) сотрудники Университета  затруднились предоставить суду информацию о конкретных лицах, с одним из которых  имел место телефонный разговор о демонтаже оборудования, другое лицо приезжало и  в течение 2-х дней осуществляло демонтаж, вынос оборудования.  

ООО «ЧОО «Единство», получившее копию определения о привлечении к  

участию в деле в качестве 3-го лица, не представило суду каких-либо пояснений о  данных обстоятельствах.  

В силу положения статей 9, 41 АПК РФ риск негативных последствий  совершения, не совершения процессуальных действий несет каждый участник спора.  

Поскольку последствием расторжения договора ссуды являются взаимные  корреспондирующие друг другу обязанности сторон договора, в том числе ссудодателя  – принять имущество, а ссудополучателя – возвратить имущество, то с учетом  разъяснений, изложенных в Постановлении № 35, обязанность ссудодателя по  возвращению имущества, выступающего предметом Договора, в момент подписания  акта приема-передачи не прекращается, а действует до момента его фактической  передачи.  

В связи с тем суд признает ошибочным довод ответчика о том, что права и  обязанности университета по договору безвозмездного пользования в качестве  ссудополучателя с момента подписания акта 27.07.2022 прекращены.  

Признаки мнимости или притворности акта приема-передачи (ст. 170 ГК РФ)  вопреки доводам истца судом в ходе рассмотрения дела не установлены.  

Оценивая поведение участников спора на предмет соответствия принципу  добросовестности (ст. 10 ГК РФ), суд учитывает следующее.  

Конкурсный управляющий истца ФИО4 в переписке с Университетом  четко излагала свое намерение забрать имущество, предлагала Университету  различные варианты дальнейших действий по отношению к спорному имуществу  (заключить договор хранения, сообщить о габаритах имущества для организации его  вывоза, произвести осмотр 19.09.2022).  

В связи с тем, довод ответчика, ФИО2 о том, что конкурсный  управляющий не принял необходимых и достаточных мер к обеспечению сохранности  анализатора, по мнению суда, ошибочен.  

Напротив, Университет, являющийся профессиональным участником  гражданских правоотношений, будучи осведомленным о намерении конкурсного  управляющего истца забрать оборудование (которое согласно пояснениям участников  спора, свидетельским показаниям работников Университета представляет из себя  крупногабаритный груз, который невозможно вынести из помещения лаборатории без  предварительного демонтажа), должен был принять меры для передачи имущества  истцу, а до непосредственной передачи оборудования (действуя как разумный,  предусмотрительный и добросовестный участник гражданского оборота) принять меры  к сохранности имущества (впоследствии компенсировав свои затраты, с учетом также  того, что конкурсным управляющим истца и предлагался вариант принятия имущества  на хранение). Суд отмечает, что заблуждение ответчика относительно прекращения на  его стороне обязанности ссудодателя передать оборудование после подписания акта от  27.07.2022 не имеет правового значения и такой обязанности с Университета не  снимает. Более того, материалами дела подтверждается, что даже после подписания  акта приема-передачи оборудования Университет продолжал принимать меры по  возврату имущества, о чем, в частности, свидетельствует служебная записка  юрисконсульта ФИО8 от 25.08.2022 об определении ответственного за вывоз  анализатора во исполнение акта. Позиция Университета о том, что после подписания  акта 27.07.2022 ответчик считал отсутствующей его обязанность по обеспечению  сохранности фактически непереданного истцу имущества, опровергается действиями  самих сотрудников Университета. Ссылка работников Университета и ответчика в  своих пояснениях на передачу имущества неизвестно кому выходит за пределы  допустимого и разумного ведения участниками хозяйственной деятельности. В  подобном поведении ответчика суд усматривает признаки недобросовестного  поведения (ст. 10 ГК РФ).  

Доказательства отсутствия вины ответчика в неисполнении обязательства (401  

ГК РФ) отсутствуют.  

Представленными в материалы дела доказательствами истец подтвердил  реализацию надлежащим образом в порядке статьи 450.1, 699 ГК РФ, частью 1 статьи  102 и абзацем 4 части 3 статьи 129 Закона о банкротстве права на отказ от исполнения  Договора и обоснованно потребовал от ответчика возвратить переданное ему в  пользование имущество. Доказательства фактического возврата имущества именно  истцу ответчик в суд не представил.  

Определением от 06.03.2023 суд предложил участникам спора провести осмотр  всех помещений ответчика с целью подтверждения факта отсутствия оборудования на  территории Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения  высшего образования "Кемеровский государственный медицинский университет"  Министерства здравоохранения Российской Федерации.  

Совместным актом осмотра помещения от 05.04.2023 (т.1 л.д. 77) стороны  установили, что спорное оборудование на территории Университета не обнаружено.  

В этой связи, поскольку ответчик не исполнил свою обязанность по возврату  истцу принадлежащего последнему имущества и не доказал фактическое наличие  последнего, на основании статьями 15, 393 ГК РФ иск о возмещении убытков в виде  стоимости утраченного имущества подлежит удовлетворению.  

Стоимость оборудования, являющегося предметом Договора, определена на  основании проведенной по делу ООО «Брент-Эксперт» судебной оценочной  экспертизы (т.2 л.д. 61-89) в размере 1779600 руб. Оснований не доверять выводам  эксперта, проведенному исследованию у суда не имеется, стороны замечаний на  заключение не представили, ходатайств о повторной, экспертизе не заявили. Выводы  эксперта основаны на представленных в дело документах. Контрасчет стоимости  анализатора, ни ответчик, ни 3-и лица в материалы дела не представили.  

Иск подлежит удовлетворению. Судебные расходы по рассмотрению судом  дела, включая расходы истца по оплате экспертизы по делу, относятся на ответчика  (ст.110 АПК РФ). С учетом изменения истцом предмета иска, суммы убытков  государственная пошлина в размере 24 796 руб. подлежит взысканию с ответчика в  доход федерального бюджета.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

р е ш и л:

иск удовлетворить. 

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного  учреждения высшего образования "Кемеровский государственный медицинский  университет" Министерства здравоохранения Российской Федерации (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Амедикс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 1 779 600 руб. убытков, 6 000 руб.  судебных расходов по уплате государственной пошлины, 10 000 руб. судебных  расходов по оплате экспертизы.  

Судебные расходы по делу отнести на ответчика. 

Взыскать с федерального государственного бюджетного образовательного  учреждения высшего образования "Кемеровский государственный медицинский  университет" Министерства здравоохранения Российской Федерации (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 24 796 руб.  государственной пошлины по иску.  

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в  месячный срок со дня его принятия посредством подачи апелляционной жалобы через  Арбитражный суд Кемеровской области.  

Судья Э л е к т р о н н а я   п о д п и с ь  д е й с т в и т е л ь н а . Е.В. Дубешко  

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 28.02.2023 6:15:00

Кому выдана Дубешко Елена Вячеславовна