АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1752/22 

Екатеринбург

26 мая 2022 г.

 

Дело № А60-28683/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сафроновой А.А.,

судей Васильченко Н.С., Тимофеевой А.Д.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Администрации города Екатеринбурга на решение Арбитражного суда Свердловской области     от 06.10.2021 по делу № А60-28683/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022  по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Администрации города Екатеринбурга – ФИО1 (доверенность               от 22.12.2021 № 649/05/01-14/0111);

Федерального бюджетного учреждения здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» – ФИО2 (доверенность                    от 29.12.2021 № 05/15-69).

Федеральное бюджетное учреждение здравоохранения «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» (далее – учреждение «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» (далее – учреждение «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург»), Администрации города Екатеринбурга (далее – Администрация, ответчик), Министерству здравоохранения Свердловской области (далее – Минздрав Свердловской области) о взыскании задолженности за оказанные услуги по заключительной дезинфекции в очагах инфекционных заболеваний COVID-19 в сумме                          715 811 руб. 31 коп., расходов по оплате государственной пошлины в сумме                   17 316 руб. 00 коп. (с учетом ходатайства об уточнении исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2021 исковые требования удовлетворены частично, с Администрации в пользу учреждения «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» взыскана задолженность в сумме 715 811 руб. 31 коп., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 17 316 руб. 00 коп. В удовлетворении исковых требований к учреждению «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», Минздраву Свердловской области отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 13.01.2022 решение суда оставлено без изменения.

Администрация обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела и неправильное применение судами норм материального права, просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

По мнению заявителя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций неверно установлен уровень бюджета, расходное обязательство которого являлось предметом рассмотрения в настоящем деле. Финансирование мероприятия по проведению дезинфекции на территории муниципального образования «город Екатеринбург» осуществлялось в 2020 году за счет средств бюджета Свердловской области, в бюджете муниципального образования «город Екатеринбург» средства на оплату дезинфекции не предусматривались в связи с отсутствием у муниципалитета данных полномочий.

Ответчик указывает, что на услуги учреждения «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» в спорные периоды, бюджетные ассигнования Управлению здравоохранения Администрации не выделялись, субсидия Минздравом Свердловской области не представлялась, в связи с чем, муниципальный контракт не мог быть заключен.

Администрация отмечает, что представленные истцом в материалы дела акты оказанных услуг от 31.07.2020 и от 27.08.2020 подписаны только со стороны руководителя медицинской организации, пакет документов с общим актом выполненных работ и платежными документами в Управление здравоохранения Администрации истцом не направлялся, что свидетельствует о том, что Администрация указанные услуги не принимала.

Заявитель жалобы не согласен с размером стоимости оказанных услуг.

Ответчик также ссылается на то, что в соответствии с условиями муниципальных контрактов срок оказания и сдачи услуг – с момента заключения контрактов по 31.12.2020, цена контрактов является твердой и определяется на весь срок контрактов, поскольку судами сделан вывод о распространении действий ранее заключенных контрактов на правоотношения истца и ответчика в спорный период, к правоотношениям подлежит применению часть 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе), согласно которой, изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается, за исключением изменения по соглашению сторон, в случаях, предусмотренных подпунктами 1-13 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе. Таким образом, обязательства по оплате сверх цены, установленной контрактами, не могут быть исполнены, в связи с чем, обязанность по оплате задолженности не может быть возложена на Администрацию.

От учреждения «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором истец просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами при рассмотрении спора, в целях предупреждения распространения новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19, учреждением «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» оказывались услуги по проведению заключительной влажной дезинфекции в домашних очагах инфекционных заболеваний COVID-19 учреждения «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» (ранее до 31.12.2020 Муниципальное автономное учреждение «Городская клиническая больница № 14»).

В соответствии с постановлением Правительства Свердловской области от 01.10.2020 № 689-ПП «О внесении изменений в Программу управления государственной собственностью Свердловской области и приватизации государственного имущества Свердловской области на 2020 год и плановый период 2021 и 2022 годов», утвержденную постановлением Правительства Свердловской области от 30.10.2019 № 745-ПП, муниципальное автономное учреждение «Городская клиническая больница № 14» принято в государственную собственность Свердловской области и переименовано в учреждение «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург». Функции и полномочия учредителя учреждения «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» осуществляет Минздрав Свердловской области.

Истцом вышеназванные услуги оказаны в следующие периоды: с 15.03.2020 по 09.07.2020, с 27.07.2020 по 27.08.2020 в количестве 509 домашних очагов.

Учреждение «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» приняло услуги по проведению заключительной влажной дезинфекции в домашних очагах инфекционных заболеваний COVID-19, оказанные истцом, что подтверждается актами о приемке оказанных услуг от 31.07.2020 в количестве 332 домашних очага на сумму 406 368 руб. 00 коп., от  27.08.2020 в количестве 177 домашних очагов на сумму 309 443 руб. 31 коп., подписанными истцом и медицинским учреждением.

Таким образом, общая сумма задолженности по расчёту истца составила 715 811 руб. 31 коп.

Как указывает истец, государственный (муниципальный) контракт на указанные выше услуги не заключался в виду срочности оказания услуг в целях не допущения распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Ответчики услуги не оплатили, в результате чего образовалась спорная задолженность.

Претензия от 12.02.2021 № 66-20-008/05-716-2021 об оплате задолженности в сумме 715 811 руб. 31 коп. оставлена без ответа и удовлетворения, что послужило основанием истцу для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции руководствовался статьями 307, 309, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации и установил, что истцом оказаны услуги по проведению заключительной дезинфекции в очагах возникновения инфекции, оплата оказанных услуг не произведена. Поскольку на период действия муниципальных контрактов Управление здравоохранения Администрации города Екатеринбурга выполняла функцию учредителя по отношению к учреждению «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», взаимные права и обязанности, в том числе и обязанности по оплате оказанных услуг сложились у сторон, указанных выше муниципальных контрактов, но не у лечебного учреждения, исковые требования к ответчику Администрации о взыскании задолженности в сумме 715 811 руб. 31 коп. подлежат удовлетворению, оснований для удовлетворения требований к учреждению «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», Минздраву Свердловской области судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции решение суда поддержал, признал его законным и обоснованным. 

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

По своей правовой природе сложившиеся между сторонами спора отношения представляют собой договор возмездного оказания услуг, отношения сторон по которому подлежат регулированию нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу пункта 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 31.01.2020 № 66 «О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих» коронавирусная инфекция (2019-nCoV) внесена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих.

Согласно пункту 4.1 Методических рекомендаций МР 3.1.0170-20 «Профилактика инфекционных болезней эпидемиология и профилактика COVID-19» (далее – МР 3.1.0170-20) противоэпидемические мероприятия представляют собой комплекс мер, направленных на предотвращение распространения инфекции.

Пунктами 6.1. 6.2 МР 3.1.0170-20 определено, что одним из важнейших мероприятий по снижению рисков распространения COVID-19 является дезинфекция.

С целью профилактики и борьбы с COVID-19 проводят профилактическую и очаговую (текущую, заключительную) дезинфекцию. Для проведения дезинфекции применяют дезинфицирующие средства из различных химических групп, зарегистрированные в установленном порядке, в инструкциях по применению которых есть режимы для обеззараживания объектов при вирусных инфекциях.

Дезинфекция проводится в жилых и офисных помещениях, на транспорте, на предприятиях общественного питания и торговли, других объектах.

Профилактическая дезинфекция начинается при возникновении угрозы заболевания с целью предупреждения проникновения и распространения возбудителя заболевания в коллективы людей на объектах, в учреждениях, на территориях и так далее, где это заболевание отсутствует, но имеется угроза его заноса извне.

Текущую дезинфекцию в очаге (в присутствии больного) проводят в течение всего времени болезни.

Заключительную дезинфекцию проводят после выздоровления или убытия больного.

Заключительная дезинфекция в непрофильной медицинской организации (где зарегистрированные случаи COVID-19) проводится силами специализированных (дезинфекционных) организаций или обученным персоналом (пункт 6.4 МР 3.1.0170-20).

В домашних очагах, в организациях (кроме медицинских), транспортных средствах, попадающих в границы очага заключительная дезинфекция проводится уполномоченными организациями дезинфекционного профиля.

В целях недопущения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) Роспотребнадзором в письме от 03.04.2020 N 02/5925-2020-24 даны рекомендации по проведению дезинфекционных мероприятий на открытых пространствах населенных пунктов и в многоквартирных жилых домах.

Так, в случае ухудшения эпидемиологической обстановки в населенных пунктах с целью предотвращения распространения, профилактики и борьбы с инфекциями, вызванными коронавирусами, наряду с обязательным проведением профилактической и очаговой (текущей, заключительной) дезинфекции в помещениях различных организаций, целесообразно проведение профилактической дезинфекции объектов на открытых пространствах населенных пунктов и мест общего пользования в многоквартирных жилых домах.

В многоквартирных жилых домах в целях обеспечения безопасного использования дезинфицирующих средств и недопущения их возможного негативного воздействия на здоровье проживающих целесообразно проводить дезинфекционные мероприятия в ночное время с обязательным информированием населения о предстоящей обработке.

В соответствии с санитарными правилами СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции COV1D-19» противоэпидемические мероприятия в отношении новой коронавируной инфекции включают в себя проведения ряда комплексных мероприятий, направленных на предотвращение завоза и распространения инфекции и организуются территориальными органами Роспотребнадзора с участием уполномоченных органов государственной власти субъектов Российской Федерации.

Согласно части 10 статьи 5 Закона Свердловской области от 21.11.2012 года № 91-ОЗ «Об охране здоровья граждан в Свердловской области» осуществление мероприятий по проведению дезинфекции и дератизации, а также санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в соответствии с законодательством Российской Федерации организует уполномоченный исполнительный орган государственной власти Свердловской области в сфере охраны здоровья.

Полномочия по организации оказания медицинской помощи на период 2020 года переданы органам местного самоуправления муниципального образования «город Екатеринбург» в соответствии с Законом Свердловской области от 09.11.2011 года № 120-ОЗ «О наделении органов местного самоуправления «город Екатеринбург» государственными полномочиями Свердловской области по организации оказания медицинской помощи».

Пунктом 2 статьи 4 Закона Свердловской области от 09.11.2011 № 120-ОЗ установлено, что органы местного самоуправления муниципального образования «город Екатеринбург» при осуществлении переданных им государственных полномочий по организации оказания медицинской помощи в пределах их компетенции обязаны осуществлять организацию мероприятий по проведению дезинфекции в порядке, установленном органом государственной власти Свердловской области в сфере здравоохранения.

Приказом Министерства здравоохранения Свердловской области                          от 30.04.2020 года № 750п «Об организации мероприятий по заключительной дезинфекции и обследованию контактных в очагах инфекционных заболеваний на территории Свердловской области в условиях распространения новой коронавирусной инфекции, вызываемой COVID-19» утвержден порядок организации мероприятий по заключительной дезинфекции в очагах инфекционных заболеваний, согласно которому заключительная дезинфекция в очагах инфекционных заболеваний или при подозрении на заболевание инфекционными заболеваниями, в том числе и COVID-19 производится силами учреждения, а также иными организациями, имеющими лицензию на данный вид деятельности.

Заявка на заключительную дезинфекцию в филиалы учреждения, либо другую организацию подается в течение часа после изоляции, госпитализации больного или изменения диагноза, медицинским работником, ведущим больного.

Во исполнение указанного Приказа Министерства здравоохранения Свердловской области Управлением здравоохранения Администрации города Екатеринбурга издано распоряжение от 12.10.2020 года № 730/46/35 «Дополнение к распоряжению Управления здравоохранения от 03.08.2020 года № 588/46/35 «Об организации мероприятий по заключительной дезинфекции в семейно-квартирных очагах инфекционных заболеваний», согласно которому утвержден Алгоритм действий по организации заключительной дезинфекции в очагах новой коронавирусной инфекции COVID-19 после госпитализации (изоляции) больного.

Согласно указанному Алгоритму составляются акты выполненных работ в разрезе территориальных медицинских организаций и акты обследования семейно-квартирных очагов с определением границ очага и подписание документов у руководителей территориальных медицинских организаций, подавших заявку на заключительную дезинфекцию. Акты подписываются по итогам месяца до 07 числа месяца следующего за отчетным периодом. После подписания акты концентрируются в учреждении «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области». Учреждение формирует общий акт на выполненные работы.

Пакет документов, в том числе платежных направляется в адрес главного внештатного эпидемиолога Управления здравоохранения Администрации города Екатеринбурга. После его согласования в Управление здравоохранения Администрации города Екатеринбурга для дальнейшей оплаты оказанных услуг.

В соответствии с письмом Территориального фонда обязательного медицинского страхования Свердловской области в ответ на обращение Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Центральная городская клиническая больница № 23» «Об оплате расходов на дезинфекцию» разъяснено, что в соответствии с частью 10 статьи 5 Закона Свердловской области от 21.11.2012 года № 91-ОЗ «Об охране здоровья граждан в Свердловской области» осуществление мероприятий по проведению дезинфекции, дезинсекции и дератизации, а также санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в соответствии с законодательством Российской Федерации организует уполномоченный исполнительный орган государственной власти в сфере охраны здоровья граждан, соответственно расходы медицинских организаций по проведению дезинфекции в очагах инфекционных заболеваний в условиях распространения коронавирусной инфекции COVID-19, является расходным обязательством бюджета.

На основании вышеизложенного, расходы на проведение заключительной дезинфекции в очагах возникновения инфекции несут территориальные органы Роспортребнадзора, либо указанные мероприятия финансируются и оплачиваются за счет соответствующего бюджета субъекта Российской Федерации или муниципального образования.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, в том числе акты оказанных услуг, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что материалами настоящего дела доказан факт оказания истцом спорных услуг, установили, что на стороне ответчика имеется, установленная законом обязанность по оплате оказанных услуг, в свою очередь, доказательства оплаты услуг в материалы дела не представлены, в связи с чем, удовлетворили заявленные исковые требования к Администрации в сумме 715 811 руб. 31 коп.

Доводы заявителя жалобы, о том, что на стороне Администрации отсутствует обязанность по оплате указанных услуг, рассмотрены судом кассационной инстанции и подлежат отклонению.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, в 2020 году между учреждением «Центр гигиены и эпидемиологии в Свердловской области» (исполнитель) и Управлением здравоохранения Администрации города Екатеринбурга (муниципальный заказчик) заключено четыре муниципальных контракта на оказание услуг: заключительная дезинфекция (влажная и камерная) в семейно-квартирных очагах инфекционных заболеваний: муниципальный контракт от 16.01.2020 № 709, муниципальный контракт от 25.05.2020 № 1111, муниципальный контракт от 10.07.2020 № 3819, муниципальный контракт от 08.09.2020 № 27296.

Сроки действия муниципальных контрактов определены сторонами до 31.12.2020. 

В соответствии с условиями указанных муниципальных контрактов истец, как исполнитель обязуется оказать услуги по проведению заключительной дезинфекции в очагах инфекционных заболеваний COVID-19 по заявке муниципальных медицинских учреждений. Медицинские учреждения должны принять данные услуги и подписать акты о приемке оказанных услуг. Управление здравоохранения Администрации города Екатеринбурга обязано оплатить оказанные услуги.

В соответствии с приложением № 1 к указанным контрактам заключительная дезинфекция проводилась по заявке медицинских учреждений города Екатеринбурга. Соответственно, медицинские учреждения, а именно учреждение «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» являлась лишь получателем услуг, а не заказчиком или плательщиком. 

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что обязанности по оплате оказанных услуг по указанным контрактам возникли не у медицинского учреждения, а у Управления здравоохранения Администрации города Екатеринбурга.

Представленные истцом акты от 31.07.2020, от 27.08.2020 и от 07.09.2020 подписаны со стороны руководителя медицинской организации – учреждения «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», а потому  учреждение «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», равно как и другие медицинские организации города Екатеринбурга, фактически ответственны за принятие оказанных услуг и являлась лишь получателем услуг, а не заказчиком или плательщиком.

При этом в приложении № 1 к указанным контрактам источником финансирования оказываемых услуг являются средства областного бюджета.

Учитывая, что в период действия вышеуказанных муниципальных контрактов Управление здравоохранения Администрации города Екатеринбурга выполняло функцию учредителя по отношению к учреждению «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург», в условия контрактов включены положения об участии в оказании услуг медицинских учреждений города Екатеринбурга.

В настоящее время Управление здравоохранения Администрации города Екатеринбурга в соответствии с Постановлением Администрации города Екатеринбурга от 19.10.2020 № 2117 «О ликвидации Управления здравоохранения Администрации города Екатеринбурга» ликвидировано учредителем – Администрацией города Екатеринбурга.

При таких обстоятельствах суды правомерно взыскали задолженность по оплате услуг с Администрации, как лица, являющегося заказчиком услуг в интересах муниципального образования.

Указание ответчика на несогласие с выводом суда первой инстанции о распространении действия ранее заключенных контрактов на правоотношения истца и больницы, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и обоснованно им отклонены, поскольку мероприятия по проведению заключительной дезинфекции носили незамедлительный характер и были направлены на профилактику, предупреждение и ликвидацию последствий распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19, имели особую важность, являлись жизненно необходимыми для населения города Екатеринбурга. Несвоевременное проведение вышеуказанных мероприятий, либо непроведение их причинило бы существенный вред жизни и здоровью населения города, вышеуказанные дезинфекционные услуги оказывались учреждению «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург» истцом и в период отсутствия договорных отношений, сверх предусмотренных контрактами объемов.

Вопреки доводам Администрации, оказание истцом услуг подтверждается представленными в материалы дела актами о приемке оказанных услуг                     от 31.07.2020 в количестве 332 домашних очага на сумму 406 368 руб.,                       от 27.08.2020 в количестве 177 домашних очагов на сумму 309443 руб. 31 коп., подписанными истцом и учреждением «Городская клиническая больница № 14 город Екатеринбург».

Возражения ответчика относительно несогласия со стоимостью услуг, подлежат отклонению судом кассационной инстанции, поскольку доказательств и расчетов, опровергающих стоимость услуг, отраженную в подписанных в двустороннем порядке актах и отчетах, а также контррасчет, ответчиком не представлены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, в опровержение данной позиции истцом указано, что проведение профилактической дезинфекции подлежат в соответствии с рекомендациями от 03.04.2020 № 02/5925-2020-24 не только жилые помещения, но и места общего пользования – подъезды, тамбуры, холлы, коридоры, лифтовые холлы и кабины, лестничные площадки и марши, мусоропроводы. При этом границы очага и его площадь, определяется специалистами учреждения здравоохранения.

Таким образом, доводы ответчика о неверном расчете, сомнениях относительно площади обработки каждого домашнего очага (квартиры), а также невозможности установления объема оказанных услуг (входят ли в объем места общего пользования), отсутствии информации о стоимости обработки одного кв. м, факт оказания услуг в указанном истцом размере не опровергают.

Вопреки указаниям заявителя жалобы, отсутствие бюджетных ассигнований в виде субвенций из областного бюджета основанием для освобождения ответчика от оплаты оказанных услуг не является.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доказательств тому, что Администрация предпринимала меры для получения денежных средств на оплату оказанных истцом услуг, ответчиком не представлено, а равно внесения изменений в Алгоритм действий по организации заключительной дезинфекции в очагах новой коронавирусной инфекции COVID-19 после госпитализации (изоляции) больного (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются как основанные на ошибочном толковании положений действующего законодательства применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого спора. Кроме того, указанные доводы являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу, переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», при проверке соответствия выводов арбитражного суда первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2021 по делу          № А60-28683/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022  по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             А.А. Сафронова 

 

Судьи                                                                          Н.С. Васильченко 

 

                                                                                      А.Д. Тимофеева