№ 09АП-36677/2020

Дело № А40-134996/17

г. Москва

22 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 22 сентября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей И.М. Клеандрова, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ПАО МОСОБЛБАНК, финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 июня 2020, вынесенное судьей Марковым П.А., 

о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенного между ФИО4 и ФИО2 

по делу № А40-134996/17 о банкротстве ФИО4

при участии в судебном заседании:

от а/у ФИО4 – ФИО5 дов от 01.08.2020

от ПАО МОСОБЛБАНК – ФИО6 дов от 23.07.2020, ФИО7 дов от 30.01.2020

от ф/у ФИО3 – ФИО8 дов от 01.02.18 

от ФИО9 – ФИО10 дов от 08.11.19

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 01.08.2018 ФИО4 признана банкротом, в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО11 Сообщение о признании гражданина банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» №143(6381) от 11.08.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23 июня 2020 года по заявлению финансового управляющего должника признан недействительным (ничтожным) договор купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенный между ФИО4 и ФИО2 в отношении следующих объектов недвижимости: Земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1.624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе 

<

...>, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить ФИО4 объекты недвижимости: Земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1.624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе 

<

...>.

Не согласившись с вынесенным определением, третье лицо по спору ПАО МОСОБЛБАНК, финансовый управляющий ответчика ФИО2 - ФИО3 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

От финансового управляющего должника и ФИО9 поступили отзывы на апелляционные жалобы.

В судебном заседании представители апеллянтов доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме.

Представители финансового управляющего должника и ФИО9 возражали по апелляционным жалобам.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, считает, что оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В обоснование заявленных требований заявитель ссылался на то, что согласно выписке из ЕГРН № 35-00-4001/5001/2018-2707 от 23.04.2018, должник обладал на праве собственности следующими объектами недвижимого имущества: Земельный участок (кадастровый номер 50:20:0041126:216), площадью 4.774 кв.м., назначение: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе с. Успенское, уч. 23, 24; Жилой дом (кадастровый номер 50:20:0000000:29024), площадью 1 624,2 кв.м., назначение: жилое, расположенный по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе 

<

...>. 

Указанные объекты недвижимого имущества были отчуждены ФИО4 в пользу ФИО2 по договору купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013. 

Впоследствии ФИО2 спорные объекты были отчуждены ФИО12 по основному договору купли-продажи недвижимого имущества от 13.04.2016. ФИО12 указанные объекты недвижимого имущества были отчуждены ФИО9 по основному договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.06.2016. 

Сделки по отчуждению ФИО2 спорных объектов ФИО12, а последним – ФИО9 признаны недействительными постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда в рамках дела о банкротстве ФИО13 №А41-94811/15.

 Постановлением от 13.02.2020 по делу № А41-94811/15 Десятый арбитражный апелляционный суд признал недействительной сделку по отчуждению спорных объектов недвижимости (земельного участка и расположенного на нем жилого дома) совершенную между ФИО2 с одной стороны, ФИО14 и ФИО9 с другой стороны, путем последовательно заключения сделок купли-продажи данного недвижимого имущества между ФИО2 и ФИО14 по основному договору купли-продажи недвижимого имущества от 13.04.16, между ФИО12 и ФИО9 по основному договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.06.16. Применил последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО9 ФИО2 земельного участка и жилого дома. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.06.2020 постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2020 оставлено без изменений. 

Финансовый управляющий должника, полагая, что имеются основания для признания недействительным договора купли-продажи земельного участка с находящимся на нем жилым домом от 13.06.2013, заключенного между ФИО4 и ФИО2 по основаниям ст. ст. 10, 170 ГК РФ, как притворной сделки, совершенной со злоупотреблением правом между заинтересованными лицами, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Производство по обособленному спору приостанавливалось Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.02.2019 до вступления в законную силу судебного акта Десятого арбитражного апелляционного суда по делу №А41-94811/15 по обособленному спору о признании недействительной сделки по отчуждению земельного участка, кадастровый номер 50:20:0041126:216 и жилого дома, кадастровый номер 50:20:0000000:29024, совершенной между ФИО2 и ФИО12 и ФИО9 с другой стороны, путем последовательно заключенных сделок купли-продажи данного недвижимого имущества от 13.04.2016, между ФИО12 и ФИО9 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 14.06.2016, применении последствий недействительности сделки.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по ст.ст. 10, 168 ГК РФ, п. 2 ст. 170 ГК РФ.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Как верно указал суд первой инстанции, поскольку сделка совершена до 1 октября 2015 года, в связи с чем, она не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 N 1795/11.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий должника указал, что в результате заключения оспариваемых сделок по безвозмездной передаче дочери должника ликвидного имущества, уменьшилась конкурсная масса должника, при этом на момент заключения договора дарения должник имел неисполненные обязательства перед третьими лицами.

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как верно установлено судом первой инстанции, оспариваемая сделка была совершена ФИО4 с целью невозможности обращения взыскания на спорное имущество.

Как установлено судом первой инстанции, в материалы дела не представлены доказательства перечисления денежных средств покупателем ФИО2 продавцу ФИО4 за отчуждаемый земельный участок и жилой дом, несмотря на то, что из условий оспариваемого договора от 13.06.2013 между ФИО4 и ФИО2, цена спорных земельного участка и находящегося на нем жилого дома определена в размере 95.000.000 рублей.

Доводы апеллянтов о том, что под залог спорного недвижимого имущества ФИО2 был получен кредит в Банке ПАО МОСОБЛБАНК, отклоняются, так как сами по себе не свидетельствуют о передаче денежных средств ФИО2 должнику.

В материалы дела не представлены надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие возможность ФИО2 оплатить цену оспариваемой сделки, доказательства получения, хранения до момента передачи должнику, снятия с расчетного счета, отражения в налоговой отчетности, а также не представлены доказательства зачисления денежных средств на расчетные счета должника, доказательства использования их должником в безналичном расчете.

Доводы апелляционных жалоб о недоказанности безвозмездности спорной сделки, поскольку в материалы дела представлялась расписка о получении ФИО4 денежных средств за дом и участок, подлежат отклонению.

Копия расписки о передаче денежных средств сама по себе не может являться надлежащим и достаточным доказательством передачи денежных средств должнику в условиях применения повышенных стандартов доказывания в делах о банкротстве. Оригинал расписки в материалы дела не представлялся, копия расписки не заверена надлежащим образом.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции лица, участвующие в обособленном споре, не смогли пояснить местонахождение оригинала расписки.

В силу части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 22.02.2011 N 14501/10, от 19.07.2011 N 1930/11, от 28.07.2011 N 1719/11, от 06.03.2012 N 14548/11, при оспаривании лицом, участвующим в деле, подлинности определенного документа, надлежащим доказательством, подтверждающим соответствие сведений, содержащихся в таком документе, действительности, в соответствии со статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может являться только его оригинал.

Более того, указанная расписка от 21.06.2013 не содержит информации о передаче денежных средств от покупателя по спорной сделке ФИО2 продавцу ФИО4 либо ее представителю ФИО15, в связи с чем, не опровергает выводы суда о безвозмездности сделки.

Согласно тексту расписки, сумма денежных средств составляла 3 млн. долларов США, а сама передача указанной суммы состоялась в г. Дубае, ОАЭ. 

При этом, лицами, участвующими в деле, не представлено пояснений, относительно того, каким образом денежные средства в таком эквиваленте были перевезены через границу Российской Федерации.

При получении от ФИО2 3 млн. долларов США наличными ФИО15 при вывозе такой суммы за границу должен был ее задекларировать (п. 24 действующего на момент спорных правоотношений Решения Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 287 «Об утверждении формы пассажирской таможенной декларации и порядка заполнения пассажирской таможенной декларации» - декларации подлежат перемещаемые за границу наличные деньги в сумме, превышающей в эквиваленте 10 тысяч долларов США). 

В таком случае также имелась бы информация о снятии такой суммы денежных средств ФИО2 со счета в банке. 

Однако, сведений о снятии, декларации 3 000 000 долларов США участниками спора не представлено.

Вопреки доводам Банка ПАО МОСОБЛБАНК, финансовым управляющим должника направлялся запрос в налоговую инспекцию с целью установления открытых и закрытых счетов ФИО4, однако ответа не получил и именно в связи с этим обратился непосредственно в кредитные организации.

Финансовым управляющим должника ФИО4 в ходе осуществления своих полномочий в рамках дела о банкротстве установлен счет должника в долларах США № 40817840207040000122, открытый в Банке ВТБ (ПАО). Согласно представленной банком выписке с 01.01.2009 по 23.03.2018 остаток денежных средств должника на указанном счете составляет 5.840,30 долларов США. 

При этом за 2013 год (год совершения оспариваемой сделки) должником не совершалось банковских операций по данному счету. 

Таким образом, денежные средства ФИО2 на банковский счет ФИО4 не перечислялись. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Кроме того, как верно установлено судом первой инстанции, к, АО «Кредит Европа Банк» заключил с ФИО4 кредитное соглашение № 00209-MC-000000000223 от 04.02.2014 на сумму 2.000.000 долларов США по ставке 8% годовых. Должником обязательства по кредитному соглашению не выполнялись, в связи с чем 21.07.2017 АО «Кредит Европа Банк» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о банкротстве ФИО4 

Таким образом, за семь месяцев до заключения кредитного соглашения с банком на крупную денежную сумму, ФИО4 безвозмездно отчуждает в пользу иного физического лица, имеющего признаки неплатежеспособности, земельный участок и находящийся на нем жилой дом. 

Исходя из указанных обстоятельств, следует выводы суда о том, что оспариваемая сделка была совершена ФИО4 с целью причинения вреда имущественным правам АО «Кредит Европа Банк», а именно: должник, предполагая заключение в ближайшем будущем кредитного соглашения с банком на крупную сумму в иностранной валюте, фактически вывел ликвидные активы в связи с отсутствием у должника цели возврата денежных средств банку и в целях недопущения обращения взыскания на принадлежащее должнику какое-либо недвижимое имущество, являются обоснованными.

Тот факт, что кредит АО «Кредит Европа Банк» выдавался под залог иного недвижимого имущества, принадлежащего должнику, не опровергает вышеуказанный вывод арбитражного суда первой инстанции. Кроме того, как указывал финансовый управляющий должника, размер предъявленных к должнику требований АО «Кредит Европа Банк», установленных определениями Арбитражного суда города Москвы от12.02.2018г. и от 23.04.2018г., в два раза превышает кадастровую стоимость всего принадлежащего должнику недвижимого имущества.

Доводы апелляционных жалоб, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, а также, что заявителем не доказан факт умысла обеих сторон оспариваемой сделки на противоправный результат, являются необоснованными.

В соответствии с п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве, все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.

Согласно Определению Верховного Суда РФ от 01.12.2015 № 4-КГ15-54 злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания (абз. 13 стр. 4 Определения).

Таким образом, применительно к настоящему обособленному спору, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 28.05.2019 г. № 78-КГ19-4, для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Поскольку, как было указано ранее, какого-либо встречного предоставления по спорному договору купли-продажи предоставлено должнику не было, в то время как по смыслу положений ст. 2, ст. ст. 213.24 - 213.27 Закона о банкротстве, целью процедуры реализации имущества Должника является соразмерное удовлетворение требований кредиторов за счет имущества Должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в результате совершения должником и ответчиком оспариваемой сделки из собственности Должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, на которое в последующем возможно было бы обратить взыскание, при наличии у должника неисполненных обязательств перед третьими лицами.

Вышеизложенное подтверждает факт совершения оспариваемой сделки исключительно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Кроме того, вывод из конкурсной массы имущества, денежные средства от реализации которого могли бы в последующем быть направлены на удовлетворение требований кредиторов, является подтверждением недобросовестности поведения сторон и, вместе с тем, доказательством совершения оспариваемых сделок Должником и ответчиком с исключительным намерением реализации противоправных интересов.

Так как ФИО2 денежные средства за объекты недвижимого имущества не передавала (иное не подтверждено доказательствами), а ФИО4, несмотря на факт безвозмездности, не обратилась в суд за защитой своих прав с иском к ФИО2 за взысканием цены сделки, необходимо сделать вывод, что обе стороны умышленно совершили безвозмездную сделку, оформив ее договором купли-продажи, которым сделка на самом деле не являлась, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что , злоупотребление правом усматривается как в действиях должника так и контрагента по сделке, поскольку следует из безвозмездного приобретения имущества у должника.

При этом ФИО2, ранее заключившая безвозмездную сделку, о чем она не могла не знать, впоследствии отчуждает имущество ФИО12, а последний ФИО9

Короткие периоды владения имуществом после покупки его у банкрота свидетельствуют о недобросовестности продавца и должны насторожить добросовестного покупателя (Определение ВС РФ от 27.08.2020 № 305-ЭС20-4693 (1, 2, 3). 

В понимании данных разъяснений ни одно лицо не было добросовестным при совершении рассматриваемой сделки, а также всех последующих.

Факт недобросовестности ФИО2, ФИО12 и ФИО9 подтвержден вступившими в законную силу судебными актами (Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2020 г., Постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.06.2020 г. по делу № А41-94811/15).

При этом судебным актами по делу № А41-94811/15 установлена аффилированность ФИО2 и ФИО12, а также невозможность ФИО9 собственными либо заемными средствами оплатить спорное имущество. 

Также установлено, что не доказана добросовестность ФИО9 при приобретении спорного имущества.

Изложенное свидетельствует о том, что договоры о продаже имущества ФИО4 были безденежны, покупатели были аффилированы между собой, денежные средства для оплаты спорного имущества у покупателей отсутствовали.

Таким образом, финансовым управляющим были представлены в материалы дела исчерпывающие доказательства, свидетельствующие о недобросовестности действий сторон, поскольку при наличии у должника неисполненных обязательств, ликвидное имущество было безвозмездно отчуждено последним в пользу ФИО2, о чем ей было известно, поскольку фактически оплата за спорный объект недвижимости произведена ответчиком не была.

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ПС РФ» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1-2 ст. 168 ГК РФ).

Финансовое положение кредитора не является обстоятельством, влияющим на оценку воли сторон в отношении вида заключенной ими сделки (Постановление Президиума ВАС РФ от 23.01.2001 №8/97).

Таким образом, не имеет правового значения финансовое положение ФИО4 и наличие либо отсутствие на момент совершения спорной сделки обязательств перед какими-либо лицами, как не требующее доказывания обстоятельство при рассмотрении спора. 

Имеет значение только факт направленности воли сторон, направленной на заключение иной сделки, нежели оформленная документально и достижение противоправного результата. 

Такая воля сторон финансовым управляющим ФИО11 доказана.

Кроме того, согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса», согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации или специальными законами.

Судом первой инстанции установлено, что в результате совершения сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, после заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился.

Из владения должника выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу и за счет реализации которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к обоснованному выводу о том, что отчуждение должником имеющегося у него ликвидного имущества при отсутствии встречного предоставления свидетельствует о том, что сделка совершена безвозмездно (сделка дарения), что повлекло за собой причинение убытков как должнику, так и его кредиторам.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая безвозмездный характер оспариваемой сделки, правовая цель договора купли-продажи сторонами не достигнута, в связи с чем, сделка является прикрывающей сделку дарения должником имущества ФИО2 в целях причинения вреда кредиторам ФИО4, в связи с чем, договор подлежит также признанию ничтожным на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ

В этой связи, суд первой инстанции верно пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительным.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6. Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Вопреки доводам апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО2 примененные судом первой инстанции последствия недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу должника ФИО4 спорного жилого дома и участка отвечают названной норме права.

Доказательств невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре в материалы дела не представлено.

Разъяснения п. 33 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 19.10.2016, на которые ссылается финансового управляющего ФИО2 в обоснование доводов о невозможности возврата имущества, находящегося в конкурсной масс ФИО2, неприменимы к обстоятельствам данного обособленного спора, поскольку касаются трансформации неденежного требования кредитора о передаче имущества. 

В настоящем случае обе стороны спорной сделки признаны несостоятельными (банкротами), что не препятствует финансовому управляющему должника ФИО4 договор купли-продажи спорного недвижимого имущества между ФИО4 и ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 в силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве.

При этом в рамках обособленного спора по делу № А41-94811/15 по отчуждению ФИО2 спорных объектов ФИО12, а последним ФИО9, обстоятельства приобретения данного имущества ФИО2 не устанавливались, как и не исследовались вопросы наличия воли сторон на причинение вреда интересам кредиторов ФИО4

Доводы о пропуске заявителем срока исковой давности при подаче заявления о признании недействительным договора от 13.06.2013 г., являются необоснованными.

Исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт статьи 199 ГК РФ) или третьего лица, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

В суде первой инстанции о пропуске срока исковой давности было заявлено финансовым управляющим ФИО2 ФИО3.(л.д. 86, том 3).

Нерассмотрение судом первой инстанции заявления о пропуске срока исковой давности не привело к принятию неправильного судебного акта. 

Согласно п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исковая давность по такому требованию в силу п. 1 ст. 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Из материалов дела следует, что об отчуждении спорных объектов ФИО4 в пользу ФИО2 финансовый управляющий ФИО11 узнал 23.04.2018г. в связи с получением выписки из ЕГРН № 35-00-4001/5001/2018-2707 от 23.04.2018 г., содержащей сведения обо всех принадлежащих/ принадлежавших Должнику объектах недвижимого имущества за период с 01.01.1998 по 18.04.2018 гг.

Заявление о признании сделки недействительной направлено финансовым управляющим в суд 25.06.2018 г.

Таким образом, срок исковой давности по оспариванию договора купли-продажи от 13.06.2013 г. составляет три года, начал течь 23.04.2018 г. и вопреки доводам апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО3 на момент подачи рассматриваемого в настоящем споре заявления не истек.

Доводы апелляционной жалобы Банка о том, что судебное заседание по спору, состоявшееся в суде первой инстанции 22.06.2020 г., проведено в отсутствие ФИО2, что является основанием для отмены обжалуемого судебного акта, подлежат отклонению.

ФИО2 была надлежаще извещена о наличии данного обособленного спора, что подтверждается в том числе участием представителя ФИО2 в судебных заседаниях по спору (03.12.2018 г., 04.02.2019 г.).

Согласно ч. 6 ст. 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Согласно пункту 9.5 части 9 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 N 100, тексты всех судебных актов, за исключением текстов судебных актов, которые содержат сведения, составляющие государственную и иную охраняемую законом тайну, размещаются в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел», автоматизированной системе «Банк решений арбитражных судов» в сети «Интернет» в полном объеме через 24 часа с момента их подписания в системе автоматизации судопроизводства.

Согласно ч. 1 ст. 9, ч. ч. 2 и 3 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, являясь ответчиком по спору и зная о наличии незавершенного судебного разбирательства о признании совершенной с ней сделкой недействительной. ФИО2, действуя разумно и добросовестно, должна была самостоятельно предпринять меры по получению информации о движении данного обособленного спора, учитывая, что соответствующие судебные акты суда первой инстанции своевременного размещены в Картотеке арбитражных дел. Смена ФИО2 адреса с 11.02.2020г. после возбуждения настоящего обособленного спора (с 11.02.2020г.) правового значения в настоящем случае не имеет.

Доводы ПАО МОСОБЛБАНК о том, что судом первой инстанции не были соблюдены требования части 1 статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по непосредственному исследованию доказательств и устных объяснений по делу подлежат отклонению как противоречащие выводам суда в обжалуемом судебном акте.

Таким образом, доводы заявителей апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23 июня 2020по делу № А40-134996/17 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ПАО МОСОБЛБАНК, финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.В.Лапшина 

Судьи:И.М. Клеандров

ФИО16