АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-23174/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 13 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Шаровой Н.А.,

судей                                                         Куклевой Е.А.,

ФИО1 -

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нурписовым А.Т. рассмотрел кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий) на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.09.2022 (судья Кузнецова Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2022 (судьи Горбунова Е.А., Зорина О.В., Лотов А.Н.) по делу № А75-23174/2019 о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Инга» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «Инга», должник), принятые заявлению управляющего к ФИО3 о признании недействительными положения пункта 4.1. трудового договора от 12.09.2016 № 29/16В, пункта 4.3 соглашения о расторжении трудового договора от 02.08.2017, применении последствий недействительности сделки.

Третье лицо: ФИО4.

В заседании приняли участие: ФИО5 – представитель управляющего по доверенности от 17.01.2023; посредством использования сервиса веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) ФИО6 – представитель публичного акционерного общества Национального банка «Траст» по доверенности от 16.11.2022 № 61/СА/2022; ФИО7 – представитель ФИО4 по доверенности от 10.11.2021.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об оспаривании сделок (положений трудового договора) должника с ФИО3 (далее также – ответчик, работник), с ходатайством о проведении судебной экспертизы на предмет оценки соразмерности заработной платы, установленной оспариваемыми трудовыми договорами условиям рынка.

Определением суда от 11.09.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 14.11.2022, в удовлетворении заявления, ходатайства отказано.

В кассационной жалобе управляющий просит указанные определение и постановление отменить, принять новый судебный акт, признать недействительными положения заключённого между должником и ответчиком трудового договора от 12.09.2016 № 29/16/В – пункт 4.1 в редакции дополнительного соглашения от 19.01.2017 № 1 устанавливающего заработную плату в размере 1 150 000 руб. ежемесячно в части суммы, превышающей 446 378 руб.; пункт 4.3 соглашения о расторжении трудового договора от 02.08.2017 о выплате выходного пособия в размере 6 827 550 руб. в части суммы, превышающей 5 066 528,52 руб.

В порядке применения последствий недействительности сделок взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 10 975 843,70 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу должника расходы на оплату государственной пошлины в размере 6 000 руб.

В обоснование кассационной жалобы управляющий сослался на следующее: заключением специалиста от 21.05.2022 № 02-03/22/0059-10 подтверждается завышение заработной платы работника; признаки неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения спорных сделок подтверждаются не только наличием задолженности перед кредиторами (например, индивидуальный предприниматель ФИО8), чьи требования в последствии были включены в реестр требований кредиторов должника, но и заключением специалиста от 14.03.2022 № 0198/ОЦ/22 (установлена недостаточность имущества и неплатёжеспособность должника на 31.12.2014), перепиской ФИО9 с публичным акционерным обществом «Геотексейсморазведка», обществом с ограниченной ответственностью «Ньютех Велл Сервис» о реструктуризации задолженности, признанием контролирующим должника лицом ФИО10 в ином обособленном споре наличия имущественного кризиса ещё в 2015 году, о чём ответчик на момент совершения спорных сделок не мог не знать в силу занимаемой им руководящей должности соответствующего подразделения и предполагаемой профессиональной квалификации.

В письменных объяснениях ФИО4 возражает против доводов, изложенных в кассационной жалобе, просит отказать в удовлетворении жалобы.

Представитель управляющего в судебном заседании поддержал доводы, изложенные кассационной жалобе, представитель Банка «Траст» согласился с кассационной жалобой, за исключением довода о наличии признаков неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника. Представитель третьего лица возражал против её удовлетворения по основаниям, изложенным в письменных объяснениях.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между должником и ФИО3 (работник) заключён трудовой договор от 12.09.2016 № 29/16/В о приёме на работу на неопределённый срок с 05.10.2017 на должность директора по производству (пункт 1.1), с определением основного места работы – офисное помещение по адресу: ХМАО-Югра, Октябрьский район, посёлок городского типа Талинка, Центральный микрорайон, дом 45 (пункт 1.2), с установлением ежемесячной заработной платы в размере 192 000 руб. до вычета налога (пункт 4.1).

Дополнительным соглашением от 19.01.2017 № 1 к трудовому договору размер заработной платы увеличен до 1 150 000 руб. до вычета налога, установлены дополнительные поощрительные выплаты в размере до 12,5% годового вознаграждения или суммы 12 (двенадцати) месячных должностных окладов.

Дополнительным соглашением от 02.05.2017 № 2 к трудовому договору ФИО3 переведён на должность директора по производству, отдел управления производством (подписант соглашения от имени должника – директор по персоналу ФИО4).

Дополнительным соглашением от 15.05.2017 № 3 к трудовому договору работнику установлены дополнительные поощрительные выплаты в размере до 12,5% годового вознаграждения или суммы 12 (двенадцати) месячных должностных окладов и полугодовом премировании по итогам работы за каждое полугодие в размере до 12,5% годового вознаграждения.

Соглашением от 02.08.2017 о расторжении трудового договора прекращены трудовые отношения 15.08.2017 (день увольнения) с одновременным выполнением следующих условий: выплатить работнику выходное пособие в размере 6 827 550 руб. (пункт 4.3); выплатить работнику премию за первое полугодие 2017 года в размере 1 049 900 руб. (пункт 4.4).

Всего, за период действия трудового договора в пользу ФИО3 выплачено 15 771 325,72 руб.

Не отрицая факт выполнения ответчиком трудовой функции в пользу должника, но указав на то, что заключение трудового договора с ФИО3 и его исполнение в виде выплаты заработной платы, компенсационных и поощрительных выплат направлены на вывод активов должника, поскольку размер указанных выплат является существенно завышенным, управляющий, ссылаясь на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности завышения размера заработной платы и иных выплат ФИО3, осведомлённости ответчика, исходя из существа его трудовых функций, о наличии у должника на даты совершения спорных сделок признаков неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника.

Оснований для отмены обжалуемых судебных актов не установлено.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 Постановления № 63).

Согласно абзацу третьему пункта 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 Постановления № 63).

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создаёт возможность эффективного её применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суды установили, что ФИО3 является гражданином Новой Зеландии, специалистом по технике горизонтального бурения скважин, что подтверждено свидетельством об освоении программы по управлению скважинами при Бурении в учебном центре «877 Harntss Training» (2016 год).

Вопреки доводу о неравноценности встречного представления исходя из минимального значения размера заработной платы высококвалифицированного иностранного персонала (применительно к статье 13.2 Федерального закона от 25.07.2002 № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации»), который также являлся предметом оценки судов, в материалы дела не представлены доказательства того, что заработная плата, учитывая особенности работодателя, существа (директор по производству) и места (северный регион) выполнения трудовой функции работника, существенно превышает среднерыночный уровень оплаты труда при сравнимых обстоятельствах.

Оспариваемая сделка совершена в пределах трёх, но ранее одного года до возбуждения дела о банкротстве.

Управляющий не заявлял об юридической или фактической аффилированности работника с должником, вхождении его в круг контролирующих должника лиц, не  обосновал, что в должностные обязанности директора по производству входили обязанности, предполагающие осведомлённость работника о результатах финансово-хозяйственной деятельности работодателя, его текущих финансовых операциях, тактике расчётов с кредиторами; равно управляющий не обосновал возможность получения работником подобных сведений, учитывая его постоянное нахождение на месте производства бурильных работ в северном регионе, а не в московском офисе, работники которого имели отношение к такой информации в силу занимаемых должностей.

Кроме того, составленное по заказу управляющего внесудебное заключение № 02-03/22/0059-10 от 21.05.2022, которое им поддерживается как достоверное доказательство, не свидетельствует о действительно существенном завышении выплат работнику по оспариваемым положениям трудового договора.

Так, специалист пришёл к выводам, о том, что в течение ноября 2016-января 2017 года уровень оплаты труда ответчика был существенно ниже рыночных условий оплаты труда аналогичных специалистов в северной местности, а оспариваемая разница выплаченного работнику выходного пособия по сравнению с установленной специалистом составляет 25,27 %.

Выводы судов на основе фактических обстоятельств настоящего обособленного спора соответствуют правовому подходу о недобросовестности контрагента при кратности занижения (завышения) цены, приведённому в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707.

В судебной практике, обобщённой в абстрактных разъяснениях высшей судебной инстанции применительно к различным правоотношениям, сформулирован критерий кратности, явный и очевидный для любого участника рынка, отступление от которого свидетельствует о наличии явного ущерба для другой стороны сделки (или её кредиторов) (например, абзац третий пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»; абзац седьмой пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Суды правильно исходили из недоказанности осведомлённости ответчикао задолженности перед предпринимателем ФИО8, наличием которой управляющий обосновывал свои доводы о неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника и цель причинения вреда кредиторам.

Признаются обоснованными доводы представителя ФИО4 о высоком уровне ответственности директора по производству за организацию процесса и безопасность буровых работ.

Материалами дела не подтверждаются формально-юридическая аффилированность должника с ответчиком; существенное отклонение от стандартов поведения добросовестных участников аналогичных правоотношений; очевидное заключение сделки на нерыночных условиях, осуществление работником контроля за деятельностью должника, участие в принятии управленческих решений, отрицательно влиявших на результаты финансово-хозяйственной деятельности должника, злоупотребление правом при заключении или исполнении договора, или его формальный характер.

Поскольку управляющим не доказано то, что оспариваемые сделки существенно в худшую для должника сторону отличаются от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершались аналогичные сделки, а именно несоразмерность объёма и сложности трудовой обязанности установленному уровню оплаты труда, а также не доказана недобросовестность работника, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии достаточных оснований для вывода о совершении сделки с целью и фактическим причинением вреда имущественным правам кредиторов.

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.09.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2022 по делу № А75-23174/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                             Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                          Е.А. Куклева

 

ФИО1