АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5088/14 

Екатеринбург

22 августа 2022 г.

 

Дело № А76-17540/2013

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Шавейниковой О.Э., Соловцова С.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 по делу № А76-17540/2013 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 12.08.2022 № 66 АА 7547124), арбитражный управляющий ФИО3 (лично, паспорт, далее – управляющий).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв на кассационную жалобу управляющего ФИО3 приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.09.2013 принято к рассмотрению заявление о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества Фирма «Цветлит» (далее – Фирма «Цветлит», должник), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением суда от 03.10.2013 в отношении Фирмы «Цветлит» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3 

Решением суда от 30.04.2014 Фирма «Цветлит» признана банкротом, в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением суда от 17.10.2014 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего имуществом должника; определением от 30.10.2014 в указанном качестве утвержден ФИО4

Определением суда от 17.03.2016 ФИО4 отстранен от исполнения названных обязанностей; определением от 22.03.2016 конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 18.04.2017 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Фирмы «Цветлит», конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

Определением суда от 25.12.2017 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим утверждена ФИО7. 

Определением суда от 31.05.2018 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей; конкурсным управляющим утверждена ФИО8 (определение суда от 21.08.2018). 

Определением суда от 26.11.2019 производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) Фирмы «Цветлит» прекращено.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просила:

– взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО3 убытки за необеспечение сохранности имущества должника в размере 5 334 235 руб.;

– взыскать с ФИО4 убытки за невыплату заработной платы работникам в связи с нарушением календарной очередности удовлетворения требований кредиторов в размере 16 512 917 руб. 10 коп. 

Впоследствии заявление неоднократно уточнялось, в том числе после прекращения производства по делу о банкротстве – кредитором ФИО1, поддерживавшей требования. 

Предметом рассмотрения настоящего заявления является признание незаконными действия (бездействия) ФИО3:

– по неосуществлению контроля за соблюдением должником очередности текущих платежей в процедуре наблюдения;

– по нарушению очередности текущих платежей в процедуре конкурсного производства в период с 29.04.2014 по 17.10.2014;

– по невыявлению признаков недействительности анализа сделки по перечислению должником в пользу ФИО9 суммы 200 000 руб.;

– по необращению в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований ФИО9 требований должника, связанных с причинением должнику убытков и совершением недействительной сделки (перечислением премии);

– требование о взыскании убытков в сумме 28 948 975 руб. 34 коп., в том числе сумма необоснованного увеличения текущей задолженности за период осуществления обязанностей ФИО3 в размере 24 213 075 руб. 22 коп.; сумма убытков в виде утраты реальной возможности взыскания дебиторской задолженности в размере 4 735 900 руб. 12 коп.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022, в удовлетворении заявления было отказано.

В кассационной жалобе кредитор ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

По мнению заявителя жалобы, выводы судов об отсутствии оснований для взыскания убытков, вызванных необеспечением сохранности имущества должника, сделаны с нарушением положений статей 15, 1064 ГК РФ; настаивает, что должником на стадии наблюдения и конкурсного производства была реализована недобросовестная схема ведения предпринимательской деятельности, когда должник получал значительные убытки, недополучал рыночную стоимость выполняемых работ и оказываемых услуг, а вся прибыль поступала в распоряжение аффилированного с должником лица – общества с ограниченной ответственностью «Челябинский завод точного литья» (далее – общество «ЧЗТЛ»); по мнению специалиста ФИО10, размер убытков составил порядка 19 млн. руб.; заявитель не согласен с выводами судов, отклонившими данное заключение специалиста, указывая, что то обстоятельство, что договор аренды от 01.10.2013 был не единственным договором, который исполнял должник, могло повлиять на размер убытков, но это не свидетельствует об отсутствии признаков убыточности; по условиям договора на общество «ЧЗТЛ» не были возложены затраты по энергоснабжению, компенсации затрат по выплате заработной платы, реальные платежи за период действия договора аренды не поступали; суды возложили на кредитора бремя доказывания всех особенностей осуществления должником хозяйственной деятельности, объективно лишенного доступа к данным сведениям в полном объеме. Заявитель жалобы отмечает, что управляющий ФИО3 не предпринял разумных мер по отказу от сделки, ее оспариванию, принятию обеспечительных мер в виде запрета исполнения заведомо невыгодной сделки, бывший руководитель должника ФИО9 после введения наблюдения не был отстранен от должности, а напротив, ему была выдана доверенность управляющим ФИО3 

Кроме того, заявитель жалобы не согласен с выводами судов о пропуске срока исковой давности, указывая, что о нарушении прав должника и кредиторов бездействием управляющего и причинении убытков в результате заключения и исполнения договора от 01.10.2013 могло стать не ранее выявления факта его заведомой убыточности, что стало очевидным только после реального установления объема текущих обязательств, возникших в период наблюдения и конкурсного производства; кредитор указывал, что управляющий не составил и не передал последующим управляющим реестр текущих платежей, объем текущих обязательств не отражался ни в одном отчете, окончательно он был сформирован в 2019 году управляющим ФИО8; о негативных последствиях бездействия ФИО3 могло стать известно не ранее установления недостаточности конкурсной массы для погашения всех требований, а именно при прекращении производства по делу в 2019 году; первичная инвентаризация и оценка не могли дать точной картины финансового состояния должника.

Заявитель жалобы также полагает, что судом первой инстанции были нарушены нормы процессуального права, выразившиеся в отказе в истребовании сведений о биллинге, немотивированном отказе в приобщении заключения специалиста в судебном заседании 21.10.2021, а также вынесении судебного акта без ознакомления с данным доказательством, представленным через систему «Мой Арбитр» 29.10.2021, отказа в предоставлении дополнительного срока для уточнения заключения эксперта в части размера убытков и сбора необходимых доказательств, отказа в отложении судебного разбирательства, нерассмотрении части заявленных требований.  

В отзыве на кассационную жалобу управляющий просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов, суд округа приходит к следующему выводу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, основанием обращения кредитора ФИО1 с жалобой на действия конкурсного управляющего послужили допущенные, по мнению кредитора, нарушения повлекшие уменьшение или неувеличение конкурсной массы должника, наращивании текущих обязательств должник, утрате возможности реального взыскания дебиторской задолженности с предпринимателя ФИО11

Отказывая в признании незаконным действий (бездействия) управляющего ФИО3, суд первой и апелляционной инстанции исходили из следующего.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статье 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закон о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника кредиторов и общества.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав. По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения жалобы соответствующих лиц о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника. Обращение в арбитражный суд заявителя обусловлено характером нарушения его прав и вытекает из подлежащих применению норм материального права, следовательно, заявитель жалобы должен указать (назвать) обжалуемые действия, дать правовое обоснование своего требования и указать, какие его права и законные интересы нарушены.

В ходе конкурсного производства арбитражный управляющий в соответствии с возложенными на него Законом о банкротстве обязанностями должен принять меры, направленные на поиск, выявление, возврат и сохранность имущества должника, то есть, сформировать конкурсную массу, а также исполнять иные установленные Законом о банкротстве обязанности (пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Следовательно, при установлении данных обстоятельств, непринятие своевременных мер по поиску, выявлению, возврату и сохранению имущества служит основанием для признания действий конкурсного управляющего недействительными.

По первому эпизоду:

Кредитор в качестве одного из оснований для удовлетворения жалобы ссылался на наличие заведомо убыточного для должника договора аренды имущественного комплекса с оказанием услуг по его эксплуатации от 01.10.2013.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 исполнял обязанности временного управляющего в период с 03.10.2013 по 27.04.2014; конкурсного управляющего – с 28.04.2014 по 16.10.2014.

Между должником (арендодатель), в лице директора ФИО9, и обществом с ограниченной ответственностью «Челябинский завод точного литья» (арендатор, далее – общество «ЧЗТЛ»), в лице директора ФИО12, 01.10.2013 заключен договор аренды имущественного комплекса, согласно условиям которого арендодатель обязуется предоставить арендатору в порядке и на условиях, определенных настоящим договором, а арендатор обязуется принять во временное владение и пользование производственные помещения, произведенное имущество действующее как имущественный комплекс; имущество передается арендатору по акту приема-передачи к договору, являющемуся его неотъемлемой частью, и оказать услуги по эксплуатации указанного имущества; перечень имущества отражен в спецификации; срок действия договора до 31.07.2014.

За пользование имуществом и предоставление арендодателем услуг арендатора ежемесячно вносит плату, в срок не позднее 10 числа месяца, следуемого за оплачиваемым; сумма оплаты рассчитывается исходя из ставки за одни сутки пользования имуществом и оказания услуг; ставка арендной платы составляет 29 278 руб. 75 коп.

Согласно представленному в материалы дела акту приема-передачи от 01.10.2013 арендодатель передал арендатору имущество, в том числе 4 транспортных средства, 51 объект, в том числе станки, центробежные машины, склад готовой продукции, земельный участок, по адресу: 

<

...> и 

<

...>.

Кредитор, полагая, что поскольку арендодатель взял на себя обязательства по оказанию услуг по эксплуатации данного имущества (в силу пункта 1.1 договора), то есть фактически по производству литейной продукции в помещении цеха, арендуемого должником, и впоследствии данная продукция поступала в собственность общества «ЧЗТЛ» и реализовывалась им от собственного имени с извлечением предпринимательского дохода, в результате чего общество «ЧЗТЛ», не неся никаких иных затрат, кроме арендной платы, получало в собственность изготовленную сотрудниками должника, на принадлежащем должнику оборудовании, в арендуемых им помещениях готовую продукцию, которую реализовывало как третьим лицам, так и самому должнику. 

По мнению кредитора ФИО1, управляющий при надлежащем исполнении своих обязанностей в части анализа сделок должен был установить спорную сделку, совершенную на крайне невыгодных условиях и принять меры по отказу в ее исполнении, однако в результате непринятия мер по своевременной остановке убыточной хозяйственной деятельности должника, должнику были причинены убытки в виде накопленных текущих обязательств должника на общую сумму 24 213 075 руб. 22 руб., в том числе недоимки по взносам в пенсионный фонд за октябрь 2013 – июль 2014 г. в сумме 10 292 502 руб. 91 коп.; недоимки по налогу на доходы физических лиц за период октябрь 2013 г. – июль 2014 г. в сумме 5 923 820 руб.; задолженности перед публичным акционерным обществом «Челябэнергосбыт» за июль 2014 г. в сумме 221 343 руб. 37 коп.; задолженности перед предпринимателем ФИО9 за ноябрь 2013 – июль 2014 г. в сумме 3 994 988 руб.; недоимки по взносам на обязательное медицинское страхование за октябрь 2013 г. – июль 2014 гг. в сумме 2 178 283 руб. 50 коп. и недоимки по взносам в фонд социального страхования за октябрь 2013 г. – июль 2014 гг. в сумме 1 823 480 руб. 81 коп.

Суды, отказывая в удовлетворении заявленных требований в указанной части, исходили из того, что в рассматриваемом случае уменьшение конкурсной массы должника или увеличение требований кредиторов должника не произошло; отказ управляющего от исполнения договора вступил бы в противоречие с волей собрания кредитора об осуществлении хозяйственной деятельности должника, при том, что последующее решение о прекращении хозяйственной деятельности, принятое собранием кредиторов 17.06.2014, было исполнено ФИО3 досрочно до 01.08.2014, то есть в пределах разумного периода и в соответствии со сроком, установленным пунктом 6 статьи 129 Закона о банкротстве; кроме того, с учетом обстоятельств, установленных постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2016, суды посчитали, что взаимоотношения между должником и обществом «ЧЗТЛ» не ограничивались договором аренды имущественного комплекса от 01.10.2013, между сторонами существовали и иные договорные отношения, в связи с чем пришли к выводу о том, что в поведении арбитражного управляющего не усматривается действий, направленных на искусственное увеличение текущей задолженности.

По второму эпизоду:

Федеральная налоговая служба России обратилась 29.12.2016 в арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просила взыскать с ФИО3 в пользу уполномоченного органа убытки в размере 4 826 651 руб. 05 коп.; определением от 04.09.2017 в удовлетворении заявления отказано.

При рассмотрении требований уполномоченного органа, судами установлено следующее. 

В период процедуры наблюдения должником произведены выплаты заработной платы работникам должника в сумме 21 314 218 руб. 87 коп., при этом удержанные должником при выплате заработной платы суммы НДФЛ, как налоговым агентом, в сумме 3 184 883 руб. 28 коп. не были уплачены в бюджет в рамках второй очереди текущих платежей (одновременно с заработной платой); между тем, в указанный период было произведено погашение требований иных текущих кредиторов; поскольку конкурсное производство в отношении должника открыто 28.04.2014, то сумма налога на доходы физических лиц подлежала отнесению к четвертой очереди текущих платежей. Исходя из того, что уполномоченным органом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, не представлено доказательств подтверждающих, что задолженность по уплате НДФЛ учтена в реестре требований кредиторов с нарушением очередности, а также, что в период исполнения обязанностей конкурсный управляющим производил платежи с нарушением соблюдения очередности платежей, суды не установили в действиях управляющего ФИО3 нарушений норм Закона о банкротстве.

Кредитор ФИО1 в рамках настоящего спора настаивала на том, что управляющий ФИО3 имел основания (в период правовой неопределенности) считать платежи по НДФЛ платежами четвертой очереди текущих платежей и как управляющий обязан был самостоятельно соблюдать календарную очередность текущих платежей, чего им не было сделано.

Между тем судами установлено, что уполномоченный орган в рамках дела №А76-32492/2020 обратился 26.08.2020 в арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просил признать требования уполномоченного органа обоснованным и включить в реестр требований кредиторов должника Фирмы «Цветлит» задолженность в размере 34 731 073 руб. 27 коп., их них: требование второй очереди кредиторов в размере недоимка по страховым взносам – 14 934 142 руб. 25 коп., третьей очереди реестра требований кредиторов в размере  недоимки – 8 174 698 руб. 32 коп., пени – 11 609 799 руб. 93 коп., штраф – 12 432 руб. 77 коп. 

Определением от 15.10.2020 производство по делу № А76-32492/2020 прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Кроме того, в материалы обособленного спора, возбужденного по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Бизнес Консалтинг» о разрешении разногласий между кредитором и конкурсным управляющим ФИО8 по составу и размеру текущих платежей, уполномоченным органом представлено решение от 30.12.2020 № 7744 о признании безнадежными к взысканию и списании недоимки и задолженности по пеням, штрафам и процентам в сумме 35 048 087 руб. 89 коп., что впоследствии послужило основанием для отказа общества «Бизнес Консалтинг» от части требований об исключении из реестра текущих платежей обязательства по оплате текущих платежей по обязательным платежам, штрафам, пеням, заявленным с пропуском срока на их принудительное списание.

Приняв во внимание изложенное, суды первой и апелляционной инстанции установив, что текущая задолженность по уплате обязательных платежей признана уполномоченным органом безнадежной ко взысканию, следовательно права кредиторов не нарушены, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания действий управляющего ФИО3 в указанной части незаконными и взыскания убытков. 

По третьему эпизоду:

Проверяя доводы о наличии незаконных действий (бездействия) управляющего, выразившиеся в не выявлении признаков недействительности сделки по перечислению должником в пользу ФИО9 200 000 рублей; по не обращению в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований ИП ФИО9 требований должника, связанных с причинением должнику убытков и совершением недействительной сделки (перечислением премии), и, как следствие, причинении убытков ввиду утраты возможности реального взыскания дебиторской задолженности на сумму 4 735 900 руб. 12 коп., судами установлено следующее. 

Определением от 16.11.2020 по рассмотрению заявления кредитора общества «Бизнес Консалтинг» к ФИО4 о признании незаконными действий (бездействия), о взыскании убытков, установлено, что дебиторская задолженность предпринимателя ФИО9 образовалась в результате двух судебных актов, вынесенных в рамках дела о банкротстве должника. 

Так, определением от 16.09.2015 признаны недействительными сделки должника по выплате ФИО9 премий, оформленных приказами от 30.05.2013 и 28.06.2013; применены последствия недействительности сделок и взыскана с ФИО9 в пользу должника задолженности в размере                       200 000 руб.

Кроме, того, определением от 16.07.2015 с ФИО9 в конкурсную массу взысканы убытки в сумме 4 735 900 руб. 12 коп.

Определением от 03.02.2014 возбуждено производство по делу № А76-1376/2014 о банкротстве предпринимателя ФИО9 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 04.03.2014 предприниматель ФИО9 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО13.

Информационное сообщение о признании должника банкротом и об открытии в отношении имущества должника конкурсного производства было опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» от 15.03.2014 № 43; реестр требований кредиторов предпринимателя ФИО9 закрыт 15.05.2014.

ФИО3 исполнял обязанности конкурсного управляющего с 28.04.2014 по 16.10.2014.

По мнению заявителя, временный управляющий ФИО3 при условии надлежащего проведения финансового анализа имел возможность непосредственно после открытия конкурсного производства обратиться в суд с заявлениями о признании сделок недействительными и своевременно направить требования в реестр требований кредиторов ИП ФИО9

Проанализировав указанные обстоятельства, приняв во внимание момент открытия конкурсного производства в отношении должника (28.04.2014), с учетом того, что право на предъявление заявлений о признании сделок недействительными истекло 28.04.2015, однако реестр требований кредиторов предпринимателя ФИО9 был закрыт уже 15.05.2014, тогда как в арбитражный суд поступил анализ финансового состояния с приложением документов только 23.04.2014, при этом, судебные акты о взыскании убытков и признания сделок недействительными вынесены судом 19.06.2015, 16.07.2015, суды заключили, что даже в случае обращения управляющего ФИО3 в период с 28.04.2014 по 15.05.2014 с заявлениями, вынесение судебных актов по указанным обособленным спорам было маловероятно, а потому обращение с требованиями к ИП ФИО9 до 15.05.2014 было не исполнимо.

Кроме того, с учетом выводов, изложенных в определении суда от 16.11.2020 (по спору о признании незаконными действий управляющего ФИО4 и взыскании с него убытков по схожим основаниям), судами обосновано принято во внимание, что поскольку обязательства ФИО9 перед должником сумму 4 735 900 руб. 12 коп., не связаны с осуществлением ФИО9 предпринимательской деятельности, то они не могут считаться погашенными, в связи с чем должником не утрачена возможность взыскания долга после завершения процедуры банкротства предпринимателя ФИО9

Кроме того, суды рассмотрели заявление управляющего ФИО3 о пропуске срока исковой давности, который настаивал, что срок исковой давности для обжалования его действий и предъявления требований о взыскании убытков начал течь с момента проведения инвентаризации основных средств от 15.05.2014 и 14.11.2014, а также возражения кредитора ФИО1, которая настаивала на том, что срок исковой давности начинает течь не ранее проведения инвентаризации от ноября 2018 года, а кроме того, в период процедуры банкротства арбитражными управляющими были предъявлены заявления о признании сделок действительными, в том числе и заявление о признании зачетов с общества «ЧЗТЛ» недействительными, за счет которых было возможное пополнение конкурсной массы, и признали обоснованным заявление управляющего ФИО3 о пропуске срока исковой давности.

Общий срок исковой давности составляет три года и исчисляется со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статьи 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Настоящее заявление подано в арбитражный суд 14.05.2018. 

Суды, признавая заявление управляющего ФИО3 обоснованным, справедливо исходили из того, что, оспаривая действия конкурсного управляющего более чем через три года после их совершения в 2014 году, заявитель пропустил срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования на основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суды мотивировали свои выводы о пропуске срока исковой давности тем, что начало течения срока исковой давности законодатель связывает не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но и когда должно было узнать об этом, при этом исходили из того, что все действия арбитражного управляющего ФИО3, о незаконности которых заявлено в настоящем обособленном споре, совершены в 2014 году.

Отклоняя возражения кредитора о том, что о негативных последствиях бездействия ФИО3 могло стать известно не ранее установления недостаточности конкурсной массы для погашения всех требований, суды указали, что по данным реестра требований кредиторов, сформированного по состоянию на 13.10.2014, в третью очередь включены требования кредиторов на общую сумму 130 895 749 руб. 78 коп.; инвентаризация имущества должника была завершена 01.07.2014, с указанного момента кредиторам стало известно о балансовой стоимости активов должника, которая составила порядка 28,5 млн. руб.; рыночная оценка стоимости имущества была завершена в мае 2015 года и составила порядка 34,8 млн. руб.; соотношение активов должника и установленных требований давали достоверное представление любому кредитору об отсутствии у должника всякой возможности удовлетворения их требований за счет имущества.

Установив указанные обстоятельства, суды заключили, что проведение дополнительных инвентаризаций имущества должника не может искусственно продлевать течение срока исковой давности, а кроме того, отметили, что позиция кредитора не соответствует критериям разумного поведения, поскольку отсутствуют разумное объяснение причин ожидания формирования конкурсной массы в ситуации, когда кредитор полагает, что поведение управляющего направлено на причинение убытков.

Признав, что заявителем не доказано противоправное поведение конкурсного управляющего, причинно-следственная связь между действиями управляющего ФИО3 и наступившими, по мнению ФИО1, неблагоприятными последствиями в виде непогашения требований кредиторов, а кроме того, был пропущен срок исковой давности, исчисляемы с 2014 года, суды правомерно отказали в удовлетворении заявления о взыскании с конкурсного управляющего убытков.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения. 

Доводы кассационной жалобы о необоснованном отказе судами в принятии уточненных требований заявителя судом округа отклоняются.

Из материалов настоящего спора следует, что ФИО1 представлено уточнение (вх. от 26.10.2021 № 116759), согласно которому заявление следует считать в редакции:

1) признать ненадлежащим исполнением обязанностей временного и конкурсного управляющего Фирмы «Цветлит» следующие действия (бездействие) ФИО3:

– по уклонению от анализа сделки должника – договора аренды ИК от 01.10.2013;

– по неосуществлению контроля за соблюдением должником очередности текущих платежей в процедуре наблюдения;

– по нарушению очередности текущих платежей в процедуре конкурсного производства в период с 29.04.2014 по 17.10.2014;

– по не выявлению признаков недействительности анализа сделки по перечислению должником в пользу ФИО9 200 000 рублей;

– по не обращению в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований ИП ФИО9 требований должника, связанных с причинением должнику убытков и совершением недействительной сделки (перечислением премии);

– по соучастию должнику (статья 1080 ГК РФ) в принятии в штат предприятия в качестве работников ФИО14 и ФИО15;

– по невыплате ФИО14 и ФИО15 заработной платы в период с 29.04.2014 по 17.10.2014;

2) взыскать с ФИО3 в пользу должника убытки в общей сумме 41 001 032 руб. 97 копеек.

Кроме того, ФИО1 заявлено об увеличении размера убытков до 48 716 423 руб. 63 коп., включая сумму недополученной платы по договору аренды ИК от 01.10.2013 в размере 19 113 396 руб. 90 коп.; сумму необоснованного увеличения текущей задолженности за период осуществления обязанностей ФИО3 в размере 24 213 075 руб. 22 коп.; сумму убытков в виде утраты реальной возможности взыскания дебиторской задолженности в размере 4 735 900 руб. 12 коп.; сумму убытков по наращиванию задолженности перед аффилированными с ФИО3 лицами – ФИО14 и ФИО15 в общей сумме 654 078 руб. 39 коп.

Арбитражный суд протокольным определением в порядке статьи 49 АПК РФ отказал в принятии изменения в части:

– уклонения от анализа сделки должника – договора аренды ИК от 01.10.2013 и взыскания связанных с данным основанием убытков в сумме 19 113 396 руб. 90 коп.;

– соучастия должнику в принятии в штат предприятия в качестве работников ФИО14 и ФИО15;

– по невыплате ФИО14 и ФИО15 заработной платы в период с 29.04.2014 по 17.10.2014; размер убытков по указанному основанию заявлен в размере 654 078 руб. 39 коп.

Отказывая в принятии уточнений заявленных требований, суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, исходил из того, что из содержания ходатайства следует, ФИО1 одновременно изменила предмет и основание заявленных требований, что является недопустимым.

Оснований для вывода о нарушении судами норм процессуального права при рассмотрении заявления кредитора суд округа – не усматривает.

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в силу части 1 статьи 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику; изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

По смыслу части 1 статьи 49 АПК РФ не допускается одновременное изменение предмета и основания иска, являющееся, по существу, предъявлением нового требования. Соблюдение данного запрета проверяется арбитражным судом вне зависимости от наименования представленного истцом документа (например, уточненное исковое заявление, заявление об уточнении требований). 

Суды, проанализировав предмет и основания первоначально заявленных требований, заключив, что представленные заявителем уточнения являются фактически дополнительными требованиями, пришли к выводу о том, что предъявление таких требований не соответствует положениям статьи 49 АПК РФ, в связи с чем, а также учитывая длительность рассмотрения обособленного спора (с 2018 года), отказали в принятии к рассмотрению данных уточнений. 

Довод заявителя жалобы о необоснованном отказе судов в удовлетворении ходатайства об истребовании сведений о биллинге управляющего подлежит отклонению. 

Как следует из обжалуемых судебных актов, отказывая в удовлетворении названного ходатайства, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что документы, об истребовании которых просила ФИО1, не являются первичными документами, подтверждающими незаконные действия управляющего ФИО3, их представление в материалы дела не позволит установить обстоятельства, имеющие значение для данного спора.

Таким образом, разрешая заявление об истребовании доказательств и отказывая в его удовлетворении, суды нижестоящих инстанций исходили из отсутствия оснований, установленных частью 4 статьи 66 АПК РФ.

Довод кассационной жалобы о том, что судом необоснованно отказано в приобщении заключения специалиста в судебном заседании 21.10.2021, судом округа отклоняется как противоречащий материалам дела.  

Так, из материалов дела следует и подтверждается аудиопротоколом судебного заседания от 26.10.2021, указанное заключение в электронном виде поступило после объявления перерыва в судебном заседании 25.10.2022 и приобщено к материалам обособленного спора протокольным определением от 26.10.2021; при этом, проанализировав данное заключение в совокупности с установленными по делу фактическими обстоятельствами, суды не установили оснований для вывода об обоснованности жалобы кредитора на действия (бездействие) управляющего. 

Вопреки суждениям кассатора, не согласным с выводами судов по существу спора, суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав поведение управляющего ФИО3 в части несвоевременного прекращения деятельности должника и несвоевременного отказа от исполнения договора аренды имущественного комплекса, установили, что им были предприняты достаточные меры для обеспечения должной сохранности имущества, в том числе с учетом того, что наличие у должника гражданско-правовых обязательств, неисполнение которых должником в случае немедленного прекращения деятельности, повлекло бы увеличение текущей задолженности; сроки прекращения деятельности должника были экономически обоснованными; незамедлительное прекращение деятельности должника при введении конкурсного производства не избавило бы должника от наращивания текущих платежей по фонду оплаты труда, в то время как фактически деятельность должника была прекращена в разумный срок; в свою очередь, заявитель не обосновал и не подтвердил документально всю совокупность условий, необходимых для возмещения ответчиками убытков в заявленном размере. В данном случае, суды также исходили из того, что довод об убыточности договора аренды в период процедур наблюдения и конкурсного производства, при исполнении обязанностей управляющими ФИО3 является лишь предположением, не подтвержденным объективными доказательствами, в то время как суды в ходе состязательного процесса таких обстоятельств не установили и иного судам обосновано не было.

Вопреки доводам кассационной жалобы, доказательств того, что управляющий ФИО3 действовал заведомо недобросовестно и его действия были направлены на затягивание мероприятий в ходе конкурсного производства, возложение на конкурсную массу излишних расходов и, как следствие, причинение вреда должнику и кредиторам должника, в материалах дела отсутствуют, судами такие обстоятельства – не установлены. 

Суд округа по результатам рассмотрения кассационных жалоб, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц находит выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными, соответствующими конкретным фактическим обстоятельствам рассматриваемого спора и основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно статье 288 АПК РФ являются, в том числе, несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального или процессуального права.

Учитывая опровержимость презумпции полноты и достоверности установленных судом обстоятельств, заявитель кассационной жалобы в связи с этим должен указать конкретные кассационные основания.

Кассационные жалобы не содержат доводов, свидетельствующих о несоответствии выводов судов установленным ими обстоятельствам по делу, а изложенные в кассационных жалобах доводы заявлены без учета выводов судов, не опровергают их, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций, доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка.

Несогласие с их оценкой, иная интерпретация, а также неправильное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (статья 71 АПК РФ).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Правильно определив предмет судебного исследования по настоящему спору, суды первой и апелляционной инстанций надлежащим образом исследовали и оценили все представленные заявителем доводы и возражения.

При проверке законности обжалуемых судебных актов судом кассационной инстанции не установлено нарушений судами норм материального либо процессуального права, в связи с чем оснований для отмены принятых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб не имеется.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями  286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 29.12.2021 по делу № А76-17540/2013 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                          О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                      С.Н. Соловцов