ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-91249/2021

14 марта 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления оглашена     07 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объёме  14 марта 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Будариной Е.В., Герасимовой Е.А.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещённых,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-2158/2023) акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.12.2022 по делу № А56-91249/2021, принятое по результатам рассмотрения отчёта финансового управляющего должника по итогам процедуры реализации имущества гражданина в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

установил:

ФИО2 (далее – ФИО2, должница) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании себя несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 19.11.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 24.02.2022 (резолютивная часть от 17.02.2022) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждён ФИО3. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №47 от 19.03.2022.

Определением суда от 23.12.2022 процедура реализации имущества ФИО2 завершена, должница освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

В апелляционной жалобе акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», банк), ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 23.12.2022 отменить в части освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами и принять по делу новый судебный акт. Как указывает податель жалобы, действия должницы свидетельствуют о злостном уклонении от погашения кредиторской задолженности, которому предшествовало предоставление в кредитную организацию недостоверных сведений; ФИО2 искусственно наращивала задолженность, до подачи заявления о признании банкротом у ФИО2 имелся автомобиль, средства от реализации которого не были направлены на погашение требований кредиторов. По мнению банка, материалы дела не содержат доказательств существования непредвиденных жизненных обстоятельств, а также неумышленности попадания в затруднительное финансово-экономическое положение, свидетельствующих о необходимости применения в отношении ФИО2 правил об освобождении от обязательств.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

Коль скоро возражений против рассмотрения апелляционной жалобы в пределах заявленных в ней доводов до начала судебного заседания не поступило, то законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционной порядке в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции признал апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в свете следующего.

В силу пункта 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

По итогам рассмотрения отчёта о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Как усматривается из материалов дела, в ходе процедуры реализации имущества гражданина финансовый управляющий в соответствии со своими полномочиями провёл работу по опубликованию сообщения о признании должника несостоятельным (банкротом) в газете «Коммерсантъ» и в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, а также по направлению запросов в регистрирующие органы.  Имущество, подлежащее реализации, не обнаружено.  Сумма расходов за публикации составила 12 369,31 руб. 

Реестр требований кредиторов сформирован в размере 2 821 635,47 руб. и не погашен ввиду отсутствия конкурсной массы для этого.

В результате проведённого анализа финансовым управляющим не выявлены сделки должника, заключённые на заведомо невыгодных условиях, связанные с уменьшением активов должника, а равно сделки, обладающие признаками недействительности, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом о банкротстве, сделаны выводы об отсутствии признаков платежеспособности должника, о невозможности её восстановления, об отсутствии признаков фиктивного (преднамеренного) банкротства.

Суд первой инстанции установил, что имущество должника, позволяющее удовлетворить требования кредиторов, в рамках проведённых финансовым управляющим мероприятий не обнаружено. 

Таким образом, суд обоснованно признал доказанным наличие оснований для завершения процедуры реализации имущества должника.

В названной части у участников процесса разногласий не имеется.

В силу статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Абзац четвертый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлен на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательства в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение, не согласующееся с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление №45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу пунктов 42 и 43 постановления №45 целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Следовательно, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Настаивая на неприменении в отношении должницы правила об освобождении от исполнения обязательств, АО «Россельхозбанк» сослалось на то, что при принятии кредитных обязательств в анкете-заявлении о предоставлении кредита должник предоставил кредитору заведомо ложные сведения относительно размера ежемесячного дохода (300 000 руб.), в то время как в суд представлена информация о том, что должница не трудоустроена. Кредитор указал, что ФИО2 искусственно наращивала задолженность, до подачи заявления о признании банкротом у ФИО2 имелся автомобиль, который она реализовала в 2019 году, при этом полученные денежные средства не направила на погашение требований кредиторов. 

Согласно письменным пояснениям ФИО2 она работала по гражданско-правовому договору в ООО «Новые рынки» в должности личного помощника до 2021 года (по договору об оказании услуг №14–Д от 14.01.2020, заключённому между должником и ООО «Новые рынки»), деятельность в указанной организации ФИО2 осуществляла до 31.12.2020. 

Относительно доводов кредитора о том, что в 2019 году ФИО2 был отчуждён автомобиль по договору купли–продажи, должница пояснила, что указанная сделка была совершена задолго до возникновения у ФИО2 признаков неплатежеспособности и кредитных обязательств перед АО «Россельхозбанк» (договор заключён в 2020 году). 

Кредитором в материалы дела представлена справка о доходах должника от 02.12.2020, из которой следует, что среднемесячный заработок ФИО2 составляет 346 169, 00 руб. 

Должником в материалы дела представлен договор об оказании услуг от 14.01.2020 № 14-Д, заключённый должником (исполнителем) с ООО «Новые рынки» на оказание услуг личного помощника руководителя; срок договора – по 31.12.2020 (пункт 1.3); стоимость услуг – 200 000 руб. в месяц; по результатам работы возможно премирование (пункт 3.1). 

В заявлении о признании должника банкротом, представленном в суд 05.10.2021, должник указала, что не трудоустроена. 

Таким образом, как верно указывает суд первой инстанции, сведения, представленные в кредитную организацию (о доходе в 2020 году), и в суд (об отсутствии трудоустройства в 2021 году) относятся к разным временным периодам.

Злостного уклонения от уплаты задолженности и непередачи финансовому управляющему или суду первой инстанции каких-либо необходимых для ведения процедуры несостоятельности документов, судом первой инстанции не установлено.

Должник в процедуре банкротства вел себя добросовестно, необходимую финансовому управляющему информацию не скрывал, все необходимые документы, информацию о составе своего имущества и месте его нахождения, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения предоставлял. В ходе процедуры банкротства ФИО2 к уголовной и административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве не привлекалась, признаки преднамеренного и (или) фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлены.

Суд апелляционной инстанции признал необоснованным довод банка о наличии в действиях ФИО2 возможных признаков недобросовестности должника при взятии на себя кредитных обязательств, что привело к наращиванию кредиторской задолженности, судом апелляционной инстанции признается несостоятельным.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 №304-ЭС17-76, недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В рассматриваемом случае подобных доказательств в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлено.

Само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов. Принятие на себя обязательств не может быть расценено как действия, направленные на освобождение от долгов, так как такие действия влекут противоположные последствия.

Прекращение расчётов с кредитором вызвано объективными причинами.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для освобождения от долгов не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 №305-ЭС18-26429).

Из специального нормативно-правового регулирования и экономической сущности отношений в сфере потребительского кредитования следует, что при решении вопроса о предоставлении конкретному физическому лицу денежных средств, кредитная организация оценивает его личные характеристики, в том числе кредитоспособность, финансовое положение, возможность предоставления обеспечения по кредиту, наличие или отсутствие ранее предоставленных кредитов, степень их погашения и т.д.

При этом кредитная организация использует не только нормы федерального законодательства, нормативные акты Центрального банка Российской Федерации, но и внутрибанковские правила кредитной политики и оценки потенциальных заемщиков, информацию, полученную из кредитной истории.

Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику. Проводимая банками комплексная проверка заемщика должна быть всесторонней, чтобы минимизировать риски выдачи кредитных средств. При оформлении кредитного договора банк должен учитывать и такой немаловажный фактор, как необходимость в ряде случаев одобрения сделки иными лицами (органы управления компании, супруг гражданина и др.).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений, отказ в освобождении должника от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. К таковым относятся действия заемщика по предоставлению банку заведомо ложных сведений и (или) недостоверных сведений с целью получения денежных средств соответствующим лицом при заведомом отсутствии возможности, а также намерения заемщика возвратить их в соответствии с условиями заключенного договора.

В апелляционной жалобе банк не привёл обстоятельств и не представил каких-либо доказательств, что должник при оформлении кредитных обязательств предоставлял заведомо ложные сведения об источниках своих доходов и составе имущества, например, фиктивные справки о трудоустройстве и зарплате, наличии не принадлежащего ей имущества и т.п.

Апелляционный суд принимает во внимание, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита (либо выдаче поручительства) пакета документов.

По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств (заключении договора поручительства).

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Аналогичный подход отражён в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512.

Таким образом, доводы АО «Россельхозбанк» о недобросовестном поведении ФИО2 при заключении кредитного договора материалами дела не подтверждаются.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения финансовых обязательств перед кредиторами, в том числе по требованиям, не заявленным при введении реализации имущества гражданина.

Учитывая изложенное, определение суда в обжалованной части как законное и обоснованное отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.12.2022 по делу №  А56-91249/2021  в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.А. Морозова

Судьи

 

Е.В. Бударина

 Е.А. Герасимова