ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ФИО1 ул., д. 4, 

<

...> 

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: 

<

***>) телефон 

<

***>, факс 

<

***>  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-2079/2020

30 октября 2025 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2025 года.  

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Евсеевой Н.В., судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 17.04.2025 по делу № А79-2079/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Строительно-промышленная корпорация «Возрождение» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда, установил следующее.  

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительно-промышленная корпорация «Возрождение» (далее – ООО «Возрождение», должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии обратился конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии определением от 17.04.2025 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказал.  

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить суд в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, не исследованием доказательств с учетом всех доводов, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам  

дела и представленным доказательствам, нарушением норм материального права, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.  

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что в настоящем случае совершение убыточных сделок, в том числе по переводу средств ФИО3 и ФИО4 являются доказательством недобросовестности ответчиков. Также сослался на неисполнение ответчиками обязанности по передаче документации конкурному управляющему Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.  

Лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.  

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 12.03.2020 к производству суда принято заявление ООО «Возрождение» о признании его несостоятельным (банкротом); определением суда от 14.10.2020 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдение; решением суда от 20.09.2021 ООО «Возрождение» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; определением суда от 20.09.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО2  

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях статей 61.11, 61.14, 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и мотивировано уклонением бывшего руководителя должника ФИО3 от передачи документов должника конкурсному управляющему, а также совершением сделок, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов должника и нарушена очередность удовлетворения их требований.  

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями,  

установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Из содержания пунктов 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий вправе обратиться с заявлением о привлечении бывшего руководителя и участника должника к субсидиарной ответственности в пределах предоставленных полномочий.  

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Из совокупного толкования положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.  

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника.  

Из материалов дела следует, что ООО «Возрождение» создано 06.11.2002, основным видом его деятельности являлось строительство жилых и нежилых зданий.  

Судом первой инстанции, ФИО3 с 12.05.2017 и до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства (13.09.2021) являлся директором должника, а ФИО4 с 11.11.2017 по настоящее время является единственным участником должника, владельцем 100 % доли в уставном капитале, а также в спорный период являлась супругой ФИО3  

Таким образом, ответчики являются контролирующими должника лицами. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;  

предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требования Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.  

При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.  

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его  

действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

В обоснование требования конкурсный управляющий указал на уклонение бывшего руководителя должника ФИО3 от передачи ему документов, подтверждающих кассовые операции должника за 2018-2020 годы.  

Между тем вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 19.06.2024 по настоящему делу отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании у бывшего руководителя ООО «Возрождение» ФИО3 подлинников следующих документов: кассовые книги ООО «Возрождение» за 2018-2019 годы; приходно-кассовые ордера и иные финансовые (бухгалтерские) документы, подтверждающие оплату дольщиками дома № 52 по ул. Советская, г. Новочебоксарск, по заключенным договорам долевого участия. При принятии указанного судебного акта судом установлено, что бывшим руководителем ФИО3 произведены действия по передаче печатей, штампов, бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему ФИО5, что подтверждается актами приема-передачи от 22.09.2021 и от 02.10.2021, а также отсутствие доказательств нахождения у ФИО3 истребованных конкурсным управляющим документов.  

Обстоятельства, установленные указанным судебным актом, являются преюдициально значимыми, не требуют повторного доказывания в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, материалами дела подтверждается, что бывшим руководителем должника ФИО3 были приняты меры для исполнения обязанности по передаче, имеющейся у него документации конкурсному управляющему.  

Какие-либо доказательства наличия истребуемой документации у бывшего руководителя должника ФИО3, а также уклонения от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, имущества, печати должника в полном объеме, не представлено.  

При этом суд принял во внимание, что конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника, проведен анализ сделок должника, выявлены и оспорены сделки должника.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что материалами дела не подтверждается, что ответчики умышленно скрыли от конкурсного управляющего какие-либо документы, необходимые для осуществления мероприятий в процедуре конкурсного производства.  

Положения закона предусматривают субсидиарную ответственность контролирующего лица не за любую непередачу документов, а за непередачу документов, которые не позволили сформировать конкурсную массу. Названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.  

Судом первой инстанции установлено, что конкурсным управляющим не представлено обоснование и соответствующие доказательства, свидетельствующие о существенном затруднении процедуры банкротства в связи с отсутствием данных документов, принимая во внимание, что в распоряжении конкурсного управляющего имелись сведения обо всех договорах долевого строительства, заключенных должником (застройщик) при строительстве многоквартирного жилого дома № 52 по ул. Советская в г. Новочебоксарск, и наличие у конкурсного управляющего возможности выявить задолженность по их оплате посредством анализа операций по счетам должника, запроса соответствующих документов от контрагентов и от Управления Росреестра по Чувашской Республике, Кадастровой палаты Чувашской Республике, и при необходимости истребовать задолженность, оспорить сделки.  

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В качестве второго основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указал на совершение должником сделок, которые привели к нарушению очередности удовлетворения требований его кредиторов и причинению вреда их имущественным правам.  

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  

лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 постановления № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

На заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов не подтверждают совокупность обстоятельств, необходимых для возложения ответственности.  

Судом установлено, что конкурсным управляющим был оспорен ряд сделок должника, в частности, договоры купли-продажи от 09.12.2019, от 30.01.2020, от 20.01.2020 и соглашение о проведении зачета взаимных требований от 20.01.2020; сделки по перечислению должником денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «Новлифт», ФИО6, обществу с ограниченной ответственностью «Минимакс-Казань», муниципальному казенному учреждению «Земельное управление» муниципального образования города Чебоксары – столицы Чувашской Республики; ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО8, ФИО9; соглашение об освобождении от обязательств от 15.01.2020 и акт приема-передачи от 15.01.2020; договоры долевого участия в долевом строительстве от 11.10.2018 № 144, от 03.11.2018 № 145, от 20.05.2016 № 1, в удовлетворении большинства заявлений об оспаривании сделок суд отказал.  

Оценив указанные сделки с точки зрения возможности причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, суд первой инстанции обоснованно заключил, что указанные сделки по своей значимости не являлись существенно убыточными для ООО «Возрождение»; сделки, признанные недействительными на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, не причинили вреда конкурсной массе должника, поскольку являлись возмездными, совершены в счет исполнения обязательств должника перед кредиторами. Также суд учел, что договор долевого участия в строительстве, заключенный с ФИО4, с учетом балансовой стоимости активов должника не являлся значимым.  

Проанализировав вышеуказанные сделки, суд первой инстанции, принимая во внимание показатели бухгалтерских балансов должника и сформированный  

реестр требований кредиторов должника, установив отсутствие прямой связи между совершением сделок, банкротством организации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, пришел к правильному выводу о том, что совершение данных сделок не привело к ухудшению финансового положения должника и впоследствии к объективному банкротству ООО «Возрождение».  

Таким образом, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и отказал в удовлетворении заявленных требований.  

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению по вышеизложенным мотивам.  

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.  

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.  

Поскольку заявителю в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, Федеральная налоговая служба с суммой 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит включению в реестр требований кредиторов должника в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве.  

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 17.04.2025 по делу № А79-2079/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.  

Включить Федеральную налоговую службу с суммой 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Строительно-промышленная корпорация «Возрождение» в соответствии с пунктом 3 статьи  

137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий судья Н.В. Евсеева  

Судьи О.А. Волгина  

 С.Г. Кузьмина