ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-26905/2020

город Ростов-на-Дону

23 мая 2022 года

15АП-6675/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 23 мая 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                ФИО1,

в отсутствие представителей лиц участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 31.03.2022 по делу № А53-26905/2020 по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты",

ответчик: ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты" (далее также  - должник, ООО "Ломпром Шахты") в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий ФИО3 с заявлением о признании недействительными перечислений денежных средств, совершенных обществом с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты" в пользу ФИО2 (далее - ответчик) в общей сумме 4233146,80 руб., просил применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 31.03.2022 по делу           № А53-26905/2020 заявление удовлетворено, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты" 4 233 146,80 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал определение суда первой инстанции от 31.03.2022 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу об осведомленности ответчика о наличии у должника неисполненных денежных обязательств. Податель апелляционной жалобы указывает, что информация о финансовом положении должника ему была недоступна, ввиду чего не мог осознавать нарушение прав иных лиц. ФИО2 также обращает внимание, что суд первой инстанции сделал выводы исключительно о неправомерности действий должника, осуществившего перечисление денежных средств в пользу ответчика, отсутствие встречного предоставления не является, по мнению, подателя жалобы, основанием для признания сделки недействительной. Кроме того, по мнению ответчика, суд первой инстанции сделал необоснованный вывод о наличии признаков неплатежеспособности должника.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО3 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.09.2020 заявление общества с ограниченной ответственностью "Евролом" принято. Возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении общества с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты".

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.05.2021 ООО "Ломпром Шахты" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 из числа членов Ассоциации Ведущих Арбитражных Управляющих "Достояние".

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете "Коммерсантъ" от 29.05.2021 № 91(7053).

25 ноября 2021 года в Арбитражный суд Ростовской области посредством сервиса подачи документов в электронном виде "Мой Арбитр" направлено заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной сделки должника по перечислению денежных средств с расчетного счета должника в сумме                      4 233 146,80 руб. за ответчика, о применении последствий недействительности сделки.

При принятии обжалуемого судебного акта суд первой инстанции руководствовался следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 № 308-ЭС18-16378 по делу № А63-5243/2016.

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено 04.09.2020, оспариваемая сделка заключена 29.08.2018, то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ходе выполнения своих обязанностей управляющим установлено, что 29.08.2018 с расчетного счета должника в пользу ФИО2 перечислены денежные средства в общей сумме 4 233 146, 80 руб. с назначением платежа "оплата за ФИО2 просроченной ссудной задолженности, процентов и пени по кредитному договору от 19.12.17 № 2205-17 в счет договора займа от 29.08.18".

Конкурсный управляющий, полагая, что вышеуказанные перечисления денежных средств ФИО2 являются недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в Арбитражный суд Ростовской области.

Из материалов дела следует, что на момент перечисления спорных денежных средств у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами:

1. Общество с ограниченной ответственностью "Ростовский электрометаллургический завод" (далее - ООО "РЭМЗ").

Между ООО "РЭМЗ" и должником заключен договор поставки металлолома от 16.07.2014 № ЛР-А/2014/Н02-162, в соответствии с которым ООО "Ломпром Шахты" (поставщик) обязался поставлять, а общество с ограниченной ответственностью "РЭМЗ" (покупатель) обязался принимать и оплачивать лом и отходы черных металлов (далее - металлолом).

За период действия договора ООО "РЭМЗ" оплатило должнику поставку металлолома на общую сумму 686 773 940, 78 рублей. Должником в адрес ООО "РЭМЗ" было фактически поставлено металлолома на общую сумму 600 050 780,78 рублей.

Таким образом, общество с ограниченной ответственностью "Ломпром Шахты" недопоставило в адрес ООО "РЭМЗ" металлолом на сумму 86 723 160, 00 рублей.

Задолженность возникла на основании платежных поручений за период с 29.10.2015 по 06.06.2016.

Указанное подтверждено вступившими в силу судебными актами (решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.05.2021, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2021 по делу № А53-26905/2020, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавзкаского окгруа от 29.10.2021 по делу            № А53-26905/2020).

Между ООО "РЭМЗ" и должником заключен договор поставки металлолома от 16.07.2014№ МВР-А/2014/Н02-162, в соответствии с которым ООО "Ломпром Шахты" (поставщик) обязался поставлять, а ООО "РЭМЗ" (покупатель) обязался принимать и оплачивать лом и отходы черных металлов (далее - металлолом).

За период действия договора ООО "РЭМЗ" оплатило должнику за поставку металлолома на общую сумму 1 269 664 349, 79 руб. Должником в адрес ООО "РЭМЗ" фактически было поставлено металлолома на общую сумму 928 439 534,82 рублей.

Таким образом, ООО "Ломпром Шахты" недопоставило в адрес ООО "РЭМЗ" металлолом на сумму 341 224 814, 97 руб.

Задолженность возникла на основании платежных поручений за период с 29.10.2015 по 06.06.2016.

Указанное подтверждено вступившими в силу судебными актами (решением Арбитражного суда Ростовской области от 18.05.2021, постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2021 по делу № А53-26905/2020, постановлением Арбитражного суда Северо-Кавзкаского окгруа от 29.10.2021 по делу            № А53-26905/2020).

2. Акционерное общество "Фроловский Электросталеплавильный завод" (АО "Фроловский Электросталеплавильный завод").

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.02.2017 по делу № А12-69532/2016 с должника в пользу АО "Фроловский электросталеплавильный завод" взыскано 5 000 000 руб. основного долга по договору от 26.02.2015 № 006/15-ВФ/А.

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемой сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Из пункта 7 постановления № 63 следует, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При обращении с настоящим требованием управляющий ссылался, в том числе, на аффилированность должника и ответчика.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063 (4), от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063 (5).

Так, согласно позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При этом, установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

О наличии подконтрольности компаний, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629 (2)).

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлся водителем автомобиля, принадлежащего ООО "РЭМЗ", генеральным директором которого являлся ФИО4

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2018 по делу № А53-156/2016 установлено, что предприятия группы "Ломпром" (ЗАО "Ломпром", ООО "Ломпром ДОН", ООО "Ломпром Ростов", ООО "Ломпром Шахты", ООО "Ломпром Подмосковье", ООО "Ломпром Воронеж", ООО "Ломпром Волгоград") входили в одну группу компаний "Эстар", подконтрольную ФИО4 ? генеральному директору общества.

В рассматриваемом случае доводы о заинтересованности основаны исключительно на факте того, что ответчик являлся сотрудником организации, подконтрольной ФИО4

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО2 мог оказывать влияние на хозяйственную деятельность должника, определять лиц, с которыми должник заключал хозяйственные договоры и осуществлял свою деятельность, отсутствуют. При таких обстоятельствах, основания для признания ФИО2 заинтересованным лицом по отношению к должнику отсутствуют.

Между тем, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

В рассматриваемом случае не имеет значение обстоятельство того, что ответчик не контролирует деятельность должника. Фактически ответчик находился в зависимости от конечного бенефициара и своего работодателя, как следствие, заинтересованным лицом по отношению к должнику. При отсутствии фактических отношений по спорному договору займа, в отсутствие достоверных доказательств предоставления ответчиком должнику займа, в преддверии банкротства на счет ответчика перечислялись денежные средства с целью вывода имущества должника во вред имущественным интересам кредиторов должника. Ответчик, в отсутствие встречного предоставления, безвозмездно получая денежные средства от должника, не мог не осознавать противоправный характер своих действий. При этом не имеет правового значения, ответчик потратил указные денежные средства в личных целях или возвратил наличными бенефициару должника.

Суд первой инстанции, заслушав представителя ответчика, оценив представленные доказательства в совокупности в  порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установил, что договор займа от 29.08.2018 между должником и ответчиком фактически не заключался; денежные средства были перечислены должником с целью погашения кредитных обязательств ответчика фактически в благотворительных целях (кредитный договор от 19.12.2017 № 2205-17). То есть имело место быть безвозмездная передача денежных средств.

В рамках рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции ответчику предложено представить доказательства встречного предоставления по оспариваемой сделке; таких доказательств ответчиком не предоставлено, что свидетельствует о безвозмездной передачи актива в виде денежных средств в пользу ответчика, что ФИО2 фактически не оспаривается.

Как верно указал суд первой инстанции, в рассматриваемой ситуации безвозмездное отчуждение имущества в отсутствие доказательств наличия правовых оснований с очевидностью свидетельствует о том, что должник не руководствовался какими-либо экономическими интересами, а преследовал цель вывода ликвидного имущества из собственности. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника оборота сомнения относительно правомерности отчуждения.

Ответчик также не представил суду какие-либо доказательства наличия у него финансовой возможности предоставления обществу займа, также как и не обосновал экономическая целесообразность предоставления такого займа. При этом, как уже указано выше, ответчик занимал должность водителя и сведений о получении им такого внушительного дохода не представлены. Кроме того, у самого ответчика также имелась задолженность по кредитным обязательствам.

С учетом того, что в 2018 году у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами в значительном размере (более 400 000 000 рублей), отсутствовали источники дохода для погашения задолженности перед кредиторами и перед ответчиком, отсутствовала экономическая обоснованность для получения займа у своего работника в размере 4 233 146,80 рублей. В материалах дела также отсутствуют сведения о том, на какие цели должником были израсходованы заемные средства.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, финансового положения должника и самого ответчика в спорный период, отсутствия доказательств реального предоставления ответчиком займа должнику, заинтересованность ответчика по отношению к должнику, противоправный характер и недобросовестность сторон (должника и ответчика), суд расценивает спорные действия как совершенные с нарушением пределов добросовестного поведения.

В рассматриваемом случае, перечисление денежных средств в сумме 4 233 146,80 руб. привело к уменьшению конкурсной массы, поскольку денежные средства направлялись не на выплату задолженности, а на безвозмездное перечисление денежных средств ответчику, являющемуся сотрудником иной организации.

Совершение спорной сделки повлекло существенное нарушение прав и законных интересов независимых кредиторов в виде невозможности осуществления расчетов с ними. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что представленными в материалы обособленного спора доказательствами подтверждено наличие всей совокупности условий, предусмотренных для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (оспариваемая сделка направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов, в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов, учитывая безвозмездный характер платежа, предполагается, что ФИО2 знал или должен был знать о противоправном характере сделки).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Исходя из указанных разъяснений, последствия недействительности сделки применены в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 4 233 146,80 руб.

Поскольку в рамках настоящего обособленного спора не доказан факт встречного предоставления по сделке, последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику применению не подлежат.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регулируется статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, основания для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 31.03.2022 по делу № А53-26905/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий                                                                                  Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                 Я.А. Демина

 

Н.В. Шимбарева