ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-1384/2023

г. Челябинск

22 марта 2023 года

Дело № А47-6915/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 марта 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калашника С.Е.,

судей Арямова А.А., Киреева П.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Оренбургской области на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2022 по делу № А47-6915/2019.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет.

В судебном заседании, проводимом путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области, принял участие представитель: 

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Оренбургской области - ФИО2 (доверенность от 20.07.2022);

Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Оренбургской области - ФИО2 (доверенность от 09.09.2022).

Представители от общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Оренбург», Межрегиональной инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Общество с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Оренбург» (далее – заявитель, общество «Газпромнефть-Оренбург», налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 11 по Оренбургской области (далее – заинтересованное лицо, МИФНС России № 11 по Оренбургской области, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 20.11.2018 № 12 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части:

а) доначисления налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2015 г. в размере 343 986 руб., за 3 квартал 2015 г. - 5 989 752 руб., за 4 квартал 2015 г. - 24 494 784 руб., начисление пеней по налогу на добавленную стоимость в размере 6 467 025 руб.; 

б) уменьшения убытков, исчисленных по налогу на прибыль организаций за 2015 г., в размере 176 153 511 руб.; 

в) доначисления налога на имущество организаций за 2014 г. в размере        1 695 713 руб., за 2015 г. - 1 880 508 руб., за 2016 г. - 1 625 690 руб., начисления пеней по налогу на имущество организаций в размере 1 042 884 руб. и привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 37 665 руб.;

об обязании Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам №2 устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Газпромнефть-Оренбург» (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 10.07.2019 в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы России № 13 по Оренбургской области (до реорганизации - ИФНС по Ленинскому району города Оренбурга) (далее – третье лицо, МИФНС № 13 по Оренбургской области), Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2.

Определением суда от 06.07.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечена Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 (далее – МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2) с одновременным исключением из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Решением суда от 16.12.2022 заявленные требования удовлетворены. Решение МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам по Оренбургской области от 20.11.2018 № 12 о привлечении общества «Газпромнефть-Оренбург» к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в части: 

- доначисления налога на добавленную стоимость за 2 квартал 2015 г. в размере 343 986 руб. 00 коп., за 3 квартал 2015 г. - 5 989 752 руб. 00 коп., за 4 квартал 2015 г. - 24 494 784 руб. 00 коп., начисление пеней по налогу на добавленную стоимость в размере 6 467 025 руб. 00 коп.; 

- уменьшения убытков, исчисленных по налогу на прибыль организаций за 2015 г., в размере 176 153 511 руб. 00 коп.; 

- доначисления налога на имущество организаций за 2014 г. в размере 1 695 713 руб. 00 коп., за 2015 г. - 1 880 508 руб. 00 коп., за 2016 г. - 1 625 690 руб. 00 коп., начисления пеней по налогу на имущество организаций в размере 1 042 884 руб. 00 коп. и привлечения к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного п. 1 ст. 122 НК РФ, в виде штрафа в размере 37 665 руб. 00 коп., признано недействительным.

Суд обязал МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. 

Кроме того, с МИФНС России № 11 по Оренбургской области в пользу общества «Газпромнефть-Оренбург» взысканы судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. 00 коп., а также расходы по оплате проведенной судебной экспертизы в размере 450 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, МИФНС России № 11 по Оренбургской области обратилась с апелляционной жалобой, просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что материалы дела содержат доказательства аффилированности налогоплательщика с открытым акционерным обществом «Газпром нефть» (далее - общество «Газпром нефть»). Так, в пояснительной записке от 22.02.2018 № 22-1/06-2018 закрытое акционерное общество НГК «АФБ» (далее – общество НГК «АФБ») указало, что каких-либо договорных обязательств с закрытым акционерным обществом «Газпромнефть-Оренбург» (далее – общество «Газпромнефть-Оренбург») не заключалось, как и не проводилось переговоров с его представителями, в том числе о приобретении 51% акций общества НГК «АФБ», соответственно, отсутствуют документы, фиксирующие стоимость указанного пакета акций и условия сделки по его приобретению. Общество НГК «АФБ» пояснило, что не принимало на себя обязательства и гарантии по отчуждению доли своих акций в пользу общества «Газпромнефть-Оренбург». Из показаний свидетеля ФИО3 (протокол допроса от 03.04.2018), который в 2015 году занимал должность главного специалиста проекта «Нефтяные оторочки ОНГКМ» общества «Газпромнефть-Оренбург», следует, что в 2015 году ему было поручено ведение договорных отношений с обществом «Газпром нефть», в части исследования Первой Георгиевской скважины, при этом какие-либо предварительные исследования месторождения «Великое» до начала проведения исследовательских работ на скважине специалистами общества «Газпромнефть-Оренбург» не проводились.

Податель жалобы отмечает, что в протоколах общего собрания Совета директоров учредителей общества «Газпромнефть-Оренбург» не отражено внесение на повестку дня вопросов, связанных с исследованием Первой Георгиевской скважины, а также приобретения обществом «Газпромнефть-Оренбург» доли в уставном капитале общества НГК «АФБ». Согласно данным налоговой декларации по налогу на прибыль общества НГК «АФБ» за 2015 год установлено, что остаток неперенесенного убытка на конец налогового периода 2015 год составил 1 463 007 927 руб., что указывает на высокий уровень риска при вложении в деятельность общества НГК «АФБ». Соответственно, при высоком риске возникновения неблагоприятных экономических последствий для общества вследствие приобретения пакета акций общества НГК «АФБ», общее собрание акционеров и Совет директоров не могли не рассматривать спорный вопрос, если бы имели реальные намерения участвовать в договорных отношениях по приобретению 51% акций общества НГК «АФБ».

Апеллянт считает, что у общества «Газпромнефть-Оренбург» не имелось правовых оснований для учета спорных расходов в качестве затрат на приобретение финансовых вложений на счете 58 в соответствии с Положением по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02, утвержденных Приказом Минфина России от 10.12.2002 № 126н (далее – Положение № 19/02), поскольку не соблюдается одно из условий, предусмотренных пунктом 2 Положения № 19/02, а именно: отсутствуют основания, по которым спорные затраты были приняты к бухгалтерскому учету в качестве финансовых вложений, право на которые должно принадлежать организации и по своей природе способные приносить ей экономические выгоды.

По мнению подателя жалобы, налогоплательщиком не приведено каких-либо доказательств, свидетельствующих о необходимости проведения повторных испытаний скважины, результатом которых мог являться перерасчет запасов нефти. Письмом от 24.04.2018 № 24-2/04-2018 общество НГК «АФБ» сообщило, что инициатива о повторном испытании Первой Георгиевской скважины исходила от общества «Газпром нефть», хотя проведенные работы являлись не обязательными согласно лицензионному соглашению АСТ 15161НР и иным обязательствам общества НГК «АФБ», а результаты испытаний не могли быть использованы для перерасчета запасов нефти месторождения «Великое», ранее поставленных на госбалансе общества НГК «АФБ». Более того, общество «Газпром нефть» в письме от 15.05.2018 № БС-08/4959 (пункт 19) сообщило, что информацию у третьих лиц, в том числе у органов в сфере государственного регулирования отношений недропользования, подтверждающую ожидаемую добычу нефти не месторождении «Великое» до начала проведения исследований скважины, не запрашивало.

Налоговый орган считает вывод суда о том, что работы по исследованию Первой Георгиевской скважины связаны с деятельностью, облагаемой НДС, основан на неверном истолковании закона в силу следующего. Согласно подпункту 12 пункта 2 статьи 149 НК РФ не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) реализация (а также передача, выполнение, оказание для собственных нужд) на территории Российской Федерации долей в уставном (складочном) капитале организаций, долей в праве собственности на общее имущество участников договора инвестиционного товарищества, паев в паевых фондах кооперативов и паевых инвестиционных фондах, ценных бумаг и производных финансовых инструментов, за исключением базисного актива производных финансовых инструментов, подлежащего налогообложению налогом на добавленную стоимость. Поскольку следующим этапом после проведения исследования была реализация обществом НГК «АФБ» ценных бумаг (акций), то у покупателя (общество) не возникает права на вычет по НДС, так как данная операция не является объектом налогообложения.

Апеллянт полагает, что принятие инспекцией аналогичных затрат и вычетов НДС, связанных с исследованием Первой Георгиевской скважины (аренда нежилого помещения для размещения офиса в г. Астрахань, создание обособленного подразделения в г. Астрахань, командирование работников общества в г. Астрахань, которые, среди прочего, участвовали в формировании первичных учетных документов по спорным работам (С.В. Перелука, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Е.М. Пятай), аренда транспортных средств, приобретение супервайзерских услуг при ремонте скважин), правового значения не имеет, поскольку положения налогоплательщика не ухудшают. Таким образом, поскольку понесенные в связи с приобретением услуг затраты не связаны с деятельностью общества, облагаемой НДС, и не направлены на получение экономической выгоды, они не могут быть учтены в составе расходов и по ним не могут быть применены вычеты по НДС. 

По мнению подателя жалобы, вывод суда о том, что применение пониженной налоговой ставки возможно только в отношении объектов, наименования, описание и коды ОКОФ которых содержатся в Перечне имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов (далее – Перечень), утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 504 (в редакции от 03.04.2013), и никаких иных условия законом не предусмотрено, основан на неверном истолковании закона.

Апеллянт считает, что эксперты не вправе анализировать выводы инспекции, отраженные в решении от 20.11.2018 № 12. Заключение экспертов должно соответствовать принципу объективности, при этом, экспертами в заключении от 26.01.2022 оценивается обоснованность произведения каких-либо затрат обществом, в отсутствии документов, касаемых производимых затрат и компенсациях. Вопрос относительно каких-либо затрат перед экспертами не ставился. Судом не учтено, что экспертом анализировались первичные документы, представленные в ходе выездной налоговой проверки, из которых эксперт устанавливал имущество, фактически участвующее в передаче электроэнергии. Соответственно, в отношении тех КТП, которые не участвовали в передаче электроэнергии третьим лицам, применение пониженной налоговой ставки неправомерно.

Налоговый орган отмечает, что в материалы проверки представлены документы и пояснения, представленные обществом «БНК» и обществом «НГС» (ранее – общество «УКРС»), согласно которым все работы на месторождении производило от дизельных электростанций, подключение к электрическим сетям общества «Газпромнефть-Оренбург» не требовалось. Согласно пояснениям общества «БНК» услуга по технологическому присоединению к электрическим сетям общества «Газпромнефть-Оренбург» энергопринимающих устройств общества «БНК» для проведения работ на скважинах предоставлялась бесплатно, а на скважинах, где отсутствовала электроэнергия, эксплуатировалась ДЭС общества «БНК». Кроме того, согласно актам выполненных работ, счетам-фактурам, выставленным обществом «БНК» и обществом «УКРС» в адрес общества «Газпромнефть-Оренбург», к оплате предъявляются суммы, как за выполненные работы по ремонту скважин, так и частично за работу дизельной электростанции. Данное обстоятельство также опровергает использование линий энергопередач для транспортировки электроэнергии третьим лицам.

Кроме того, податель жалобы считает, что вывод суда о том, что негативное изменение существовавшей ранее устойчивой правоприменительной практики может приобрести вменяемое инспекцией материально-правовое значение не ранее налогового периода 2017 года, тогда как обжалуемое решение принято по результатам проверки налоговых периодов 2014 - 2016 годы, не основан на нормах законодательства Российской Федерации.

До начала судебного заседания общество «Газпромнефть-Оренбург» представило в суд апелляционной инстанции ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи желанием представителя лично принять участие в судебном процессе по рассмотрению апелляционной жалобы.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Из содержания данной нормы следует, что полномочие суда по вопросу удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства относится к числу дискреционных и зависит от наличия обстоятельств, препятствующих участию стороны в судебном заседании, которые суд оценит в качестве уважительных причин неявки.

Учитывая пределы рассмотрения жалобы в суде апелляционной инстанции, раскрытие лицами, участвующими в деле, в суде первой инстанции доказательств по делу, а также принимая во внимание обязательные условия необходимые для отложения дела, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, апелляционная коллегия полагает возможным рассмотреть жалобу в данном судебном заседании, в связи с чем заявленное ходатайство об отложении подлежит отклонению.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие. 

К дате судебного заседания со стороны общества «Газпромнефть-Оренбург», МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 в материалы дела поступили отзывы, которые приобщены к материалам дела (статья 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В отзыве общества выражено не согласие с доводами жалобы, налоговый орган в своем отзыве поддержал доводы жалобы.

В судебном заседании представитель подателя жалобы и третьего лица поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, общество «Газпромнефть-Оренбург» является правопреемником закрытого акционерного общества «Газпром нефть Оренбург» (ИНН 

<

***>), реорганизованного путем присоединения закрытого акционерного общества «Центр наукоемких технологий»                   (ИНН 

<

***>), закрытого акционерного общества «Живой исток»              (ИНН 

<

***>), о чем сделана запись в Едином государственном реестре юридических лиц 01.02.2016. 

На основании решения начальника Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Оренбургской области (в настоящее время – МИФНС России №11 по Оренбургской области) от 20.11.2017 № 9 налоговым органом проведена выездная налоговая проверка общества «Газпромнефть-Оренбург» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016: налога на добавленную стоимость (далее – НДС), Налог на доходы физических лиц (далее – НДФЛ), налога на прибыль организаций, водного налога, налога на добычу полезных ископаемых (далее – НДПИ), транспортного налога, налога на имущество организаций, земельного налога. 

По итогам рассмотрения материалов проверки, включающих, в том числе акт выездной налоговой проверки от 15.08.2018 № 6, письменные возражения от 19.09.2018 № БСН-01, материалы дополнительных мероприятий налогового контроля, письменных возражений на них от 15.11.2018 и иных материалов налоговой проверки инспекцией принято решение от 20.11.2018 № 12 о привлечении общества «Газпромнефть-Оренбург» к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – решение), в соответствии с которым в рамках эпизода о работах по исследованию Первой Георгиевской скважины - доначислен НДС за 2 квартал 2015 г. в размере 343 986 руб., за 3 квартал 2015 г. - 5 989 752 руб., за 4 квартал 2015 г. - 24 494 784 руб., а также начислены пени в размере 6 467 025 руб. (страницы 58, 198 решения); уменьшены убытки, исчисленные по налогу на прибыль организаций за 2015 г., в размере 176 153 511 руб. (страницы 134, 200 решения); в рамках эпизода о применении пониженных ставок, установленных пунктом 3 статьи 380 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей в спорный период - доначислен налог на имущество организаций за 2014 г. в размере 2 449 146 руб., за 2015 г. - 2 867 559 руб., за 2016 г. - 3 125 849 руб., а также начислены пени в размере 1 930 096 руб., назначен штраф с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения, в размере 71 905 руб. (страницы 135, 189, 199 решения). 

Данное решение обжаловано заявителем в вышестоящий налоговый орган. 

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Республике Башкортостан от 28.02.2019 № 16-10/03250 решение Межрайонной ИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам по Оренбургской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 20.11.2018 № 12 отменено в части доначисления налога на имущество организаций за 2014-2016 годы в общей сумме 1 155 686 руб., начисления пени и предъявления штрафа в соответствии с пунктом 1 статьи 122 НК РФ в соответствующих суммах, увеличения убытков, исчисленных по налогу на прибыль организаций, за 2014-2016 годы в сумме 1 155 686 руб. 00 коп. В остальной части жалоба оставлена без удовлетворения.

28.05.2019 Управление Федеральной налоговой службы по Оренбургской области приняло решение № 16-10/08363 об исправлении технических ошибок в решении по апелляционной жалобе общества в части доначисленного обществу налога на имущество организаций, соответствующих сумм пеней и штрафов. Аналогичные исправления внесены письмами инспекции от 05.03.2019 № 04-23/01669 и от 04.06.2019 № 04-23/04099. 

В результате суммы доначисленного обществу налога на имущество организаций составили за 2014 г. - 2 063 472 руб., за 2015 г. - 2 225 646 руб., за 2016 г. - 2 653 420 руб., начисленных пеней - 1 343 710 руб., назначенного штрафа - 61 252 руб. 

Не согласившись с решением инспекции в описанной части в отношении НДС, налога на прибыль организаций и налога на имущество организаций, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, а также передача имущественных прав. При этом в целях главы 21 НК РФ передача права собственности на товары, результатов выполненных работ, оказание услуг на безвозмездной основе признается реализацией товаров (работ, услуг).

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты. 

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 172 НК РФ вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы НДС, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 НК РФ и при наличии соответствующих первичных документов. 

Таким образом, право на вычет сумм НДС, предъявленных налогоплательщику за приобретенные товары (работы, услуги), связано с одновременным выполнением условий: наличие счета-фактуры, предъявленного поставщиком (подрядчиком) за поставленные товары (выполненные работы, оказанные услуги); товары (работы, услуги) предназначены для деятельности, облагаемой НДС; товары (работы, услуги) приняты к бухгалтерскому учету (оформлены соответствующие первичные документы).

В силу статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций, не являющихся участниками консолидированной группы налогоплательщиков, прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). 

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. 

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Из пояснений МИФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 следует, что правопредшественник общества - закрытое акционерное общество «Газпром нефть Оренбург» необоснованно приняло к вычету НДС в 2015 г. по счетам-фактурам, предъявленным ему подрядными организациями, за работы по исследованию Первой Георгиевской скважины, а равно необоснованно включило соответствующие затраты в состав расходов, учитываемых при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2015 г., поскольку указанная скважина находится на лицензионном участке, находящемся на праве пользования у общества НК «АФБ», а значит, спорные работы не связаны с деятельностью самого общества, облагаемой НДС и направленной на получение дохода. Применительно к налогу на прибыль организаций инспекция дополнительно ссылается на пункт 16 статьи 270 НК РФ, согласно которому при определении налоговой базы не учитываются расходы в виде стоимости безвозмездно переданного имущества (работ, услуг, имущественных прав) и расходов, связанных с такой передачей, если иное не предусмотрено главой 25 НК РФ.

Как следует из материалов дела, 26.11.2014 между открытым акционерным обществом «Газпром нефть» (единственный акционер (после реорганизации - участник) общества) и Hubbard Oil Limited (юридическое лицо, созданное в соответствии с законодательством Сейшельских островов; единственный акционер общество «НГК «АФБ») заключены Ключевые условия приобретения, предусматривающие приобретение аффилированным с обществом «Газпром нефть» лицом 51 % всех выпущенных акций общества «НГК «АФБ», являвшегося владельцем лицензии № АСТ 15161 НР на разработку подсолевых отложений Тамбовского лицензионного участка со сроком действия до 31.05.2036 (статья 2 Ключевых условий приобретения). 

Общество приняло роль указанного аффилированного с обществом «Газпром нефть» лица. Доказательств, что таким лицом являлось иное хозяйственное общество, а равно, что под аффилированным с обществом «Газпром нефть» лицом стороны Ключевых условий приобретения от 26.11.2014 понимали само общество «Газпром нефть», инспекцией не представлено. 

В силу пункта 1 статьи 67.3 ГК РФ хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное товарищество или общество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом. 

Согласно материалам дела, в проверяемый период общество «Газпром нефть» являлось единственным акционером общества. В силу степени корпоративного контроля общество «Газпром нефть» имело возможность давать обязательные для общества указания (пункт 2.3 Устава общества). 

Подконтрольность дочернего общества основному обществу обуславливает общность целей их экономической деятельности (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2012 № 8989/12), что, однако, не может приводить к отрицанию возможности возникновения у дочернего общества собственных налоговых прав и обязанностей, если они вызваны деятельностью самого дочернего общества, которая характеризуется, в частности, задействованием собственных материально-технических и (или) трудовых ресурсов и (или) средств индивидуализации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 09.04.2013 № 15570/12, пункт 27 письма Федеральной налоговой службы России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@). 

Согласно показаниям руководителя проектного офиса общества                        ФИО5, полученными в ходе выездной налоговой проверки, целью исследования Первой Георгиевской скважины являлось уточнение запасов нефти месторождения «Великое» и подтверждение отсутствия содержания сернистого водорода в добываемой продукции. В случае положительного результата оценки актива обществом рассматривалась возможность приобретения акций общества «НГК «АФБ». 

Согласно пояснениям общества, такой выбор обусловлен территориальной близостью региона его присутствия (Оренбургская область, Приволжский федеральный округ) как организации, добывающей углеводородное сырье, к Астраханской области (другие такие дочерние общества ОАО «Газпром нефть» работают в Западной и Восточной Сибири), а также специфическими компетенциями общества по разработке месторождений с повышенным содержанием сероводорода (до 6% на Восточном участке Оренбургского нефтегазоконденсатного месторождения). 

Как следует из материалов дела, помимо приобретения работ, спорных в настоящем деле, в связи с исследованием Первой Георгиевской скважины общество также арендовало нежилое помещение для размещения офиса в                 г. Астрахань, создало обособленное подразделение в г. Астрахань, поставленное на учет 07.04.2015 на основании уведомления от 19.05.2015                  № 142710302, командировало своих работников в г. Астрахань, которые, среди прочего, участвовали в формировании первичных учетных документов по спорным работам (С.В. Перелука, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Е.М. Пятай), арендовало транспортные средства, приобретало супервайзерские услуги при ремонте скважин. Затраты и вычеты НДС по указанным операциям приняты инспекцией по результатам рассмотрения письменных возражений общества на акт выездной налоговой проверки. 

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что общество фактически участвовало в проекте по исследованию Первой Георгиевской скважины с целью последующего возможного вхождения в сделку по приобретению 51% акций общества «НГК «АФБ» для расширения сферы своей деятельности как организации, добывающей углеводородное сырье, и такое участие не сводилось исключительно к финансированию. Вопреки позиции налогового органа, осуществление хозяйственных операций во исполнение обязательных указаний основного общества (абзац второй пункта 3 статьи 6 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») само по себе не исключает, что такое осуществление относится к собственной, направленной на получение прибыли деятельности дочернего общества, порождая именно для него предусмотренные законодательством налоговые права и обязанности. 

Налоговый орган считает, что результатами исследований Первой Георгиевской скважины не подтверждены предполагаемые запасы нефти, а также возможность получения рентабельного притока нефти, позволяющие ведение деятельности по ее добыче в промышленных масштабах. 

Согласно подпунктам 1 и 2 пункта 2 статьи 171 НК РФ условием права на вычет НДС является цель использования приобретенных товаров (работ, услуг) в деятельности, облагаемой НДС. 

В соответствии с правовой позицией Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2018 № 306-КГ18-13567 по делу № А57-9401/2017, несовпадение предполагаемого использования товаров (работ, услуг) на момент применения налоговых вычетов и фактического способа распоряжения товарами, результатами работ и оказанных услуг, в той мере, в какой это свидетельствует о нарушении установленного пунктом 2 статьи 171 НК РФ условия вычета, может влечь за собой необходимость последующей корректировки заявленных вычетов. В целях такой корректировки положениями подпункта 2 пункта 3 статьи 170 НК РФ предусмотрено восстановление принятых к вычету сумм налога, если приобретенные товары (работы, услуги) в дальнейшем начинают использоваться для осуществления операций, указанных в пункте 2 статьи 170 НК РФ, не влекущих необходимость исчисления и уплаты НДС при их совершении. 

По мнению налогового органа, в настоящем деле отсутствуют основания для восстановления НДС, установленные пунктом 3 статьи 170 НК РФ, а обществу отказано в самом праве на вычет НДС. 

Исходя из абзаца четвертого пункта 1 статьи 252 НК РФ расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2009 № 10592/09 обоснованность расходов в целях применения главы 25 НК РФ должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, и не зависеть от результата такой деятельности.

При этом установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункты 3, 4 и 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

В силу пункту 3 Ключевых условий приобретения от 26.11.2014 цена приобретения акций должна состоять из первоначального платежа, производимого в дату перехода права собственности на акции, и отлагательного платежа, производимого по результатам завершения программы геологоразведочных работ. Исходя из предварительной оценки необходимых вложений в разработку месторождения (отчет «Геолого-экономическая оценка Тамбовского лицензионного участка (месторождение Великое)») при минимальном варианте разведки запасов сумма необходимых вложений составила бы не менее 2 967 млн. рублей. При максимальном варианте разведки запасов сумма планируемых вложений могла бы составить 7 382 млн. руб. 

Согласно пункту 3.4 Ключевых условий приобретения от 26.11.2014 значительность величины потенциальных затрат по сделке соответствует признакам разумных экономических причин (деловой цели) для предъявления повышенных требований к достоверности, актуальности и подтвержденности информации о запасах месторождения (экономического актива, приобретаемого через участие в капитале организации, владеющей соответствующей лицензией), что обусловило исследование Первой Георгиевской скважины. При этом возложение расходов в связи с таким исследованием на сторону покупателя относится к сфере свободы договора (статья 421 ГК РФ), а в настоящее время прямо допускается пунктом 1 статьи 434.1 ГК РФ. 

В целях реализации Ключевых условий приобретения от 26.11.2014 общество заключило с ОАО «Газпром нефть» агентский договор от 23.02.2015 № 2015/0396/ГПНО (далее - агентский договор), согласно которому общество (принципал) поручило обществу «Газпром нефть» (агент) за вознаграждение совершать от своего имени, но за счет принципала, а в необходимых случаях - от имени и за счет принципала, юридические и иные действия, связанные с организацией оказания принципалу услуг (выполнения работ), в том числе НИР, НИОКР. 

Согласно поручению (приложение № 1 к агентскому договору) общество поручило обществу «Газпром нефть» совершить сделку с обществом «НГК «АФБ», направленную на выполнение для общества (принципала) работ по исследованию Первой Георгиевской скважины с целью уточнения извлекаемых рентабельных запасов нефти и содержания сернистого водорода в добываемой продукции и подготовке отчета по результатам исследования, а также консервации (ликвидации) Первой Георгиевской скважины. 

04.03.2015 во исполнение поручения общество «Газпром нефть» (заказчик) заключило с обществом «НГК «АФБ» (исполнитель) соглашение № ГПН-15/09000/00439/Р о выполнении спорных в настоящем деле работ по исследованию скважины. 

По факту выполнения работ общество «НГК «АФБ» составило и выставило в адрес общества «Газпром нефть» счета-фактуры, акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости выполненных работ и затрат, справки по расчетно-кассовому обслуживанию и иные первичные учетные документы. 

По результатам исполнения поручения общество «Газпром нефть» составило и выставило в адрес общества счета-фактуры, отчеты агента с приложением документов, подтверждающих расходы, акты сдачи-приемки оказанных услуг, отражающие расходы на выполнение работ и сумму вознаграждения агента. 

Как верно установлено судом, у налогового органа отсутствуют претензии к счетам-фактурам и первичным учетным документам. В равной степени налоговый орган не ставит под сомнение реальность выполнения работ, спорных в настоящем деле. 

Отклоняя довод налогового органа о том, что общество не привело каких-либо доказательств, свидетельствующих о необходимости испытания Первой Георгиевской скважины, суд первой инстанции руководствовался правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой оценка целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата деятельности налогоплательщика не относится к полномочиям налогового органа (определения 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П), а сам по себе факт получения отрицательного экономического результатам по сделке не может рассматриваться как свидетельствующий об отсутствии деловой цели. Аналогичный подход зафиксирован в пункте 23 письма Федеральной налоговой службы России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@. 

Согласно письму Отдела геологии и лицензирования по Астраханской области Федерального агентства по недропользованию от 24.05.2018 № АО-ЮФО-09-09/241 в 1998 году Первая Георгиевская скважина ликвидирована недропользователем ГП «Астраханьгазпром» (лицензия № АСТ 00013 НР). В 2011 году скважина перешла в пользование общества «НГК «АФБ» на основании лицензии на право пользования недрами в пределах Тамбовского лицензионного участка № АСТ 15161 НР.

В результате проведенных в 2012-2014 гг. работ по реконструкции (восстановлению) скважины и геологическому изучению недр обществом «НГК «АФБ» открыто месторождение Великое. Согласно протоколу Государственной комиссии по запасам полезных ископаемых от 25.09.2013 № 18/444-пр на государственный баланс полезных ископаемых поставлены следующие запасы: нефть С1 (слабо разведанные запасы) - 10 160 / 3 048 млн. тонн, С2 (неразведанные, перспективные запасы) - 935 824 / 280 748 млн. тонн; растворенный газ С1 - 911 млн. м3, С2 - 83 918 млн. м3. 

В мае 2014 года после постановки запасов на государственный баланс Первая Георгиевская скважина переведена в консервацию с формулировкой «для проведения работ по пробной эксплуатации либо для использования при добыче УВС при опытно-промышленной эксплуатации месторождения нефти Великое». В связи с изложенным изучение обществом возможности приобрести описанный актив через участие в капитале организации, владеющей соответствующей лицензией, отвечает критериям деловой цели, что, вопреки мнению налогового органа, также не опровергается наличием у общества «НГК «АФБ» неперенесенного убытка по данным его налогового учета. 

Таким образом, ссылка налогового органа на вывод Отдела геологии и лицензирования по Астраханской области Федерального агентства по недропользованию, изложенный в письме от 24.05.2018 № АО-ЮФО-09-09/241, согласно которому в результате работ в 2015 году, спорных в настоящем деле, новых репрезентативных геолого-геофизических данных, на основании которых был бы возможен пересчет ранее утвержденных запасов нефти и растворенного газа, получено не было, подтверждает экономическую обоснованность дальнейшего отказа общества от сделки по приобретению акций общества «НГК «АФБ». 

Как верно установлено судом первой инстанции, из Ключевых условий приобретения от 26.11.2014, агентского договора и соглашения о выполнении работ от 04.03.2015 № ГПН-15/09000/00439/Р, исследование Первой Георгиевской скважины заключалось в проведении работ по исследованию и подготовке отчета (первый этап), а также консервации (ликвидации) скважины (второй этап). 

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. 

В силу пункта 1 статьи 769 ГК РФ по договору на выполнение научно-исследовательских работ исполнитель обязуется провести обусловленные техническим заданием заказчика научные исследования, а заказчик обязуется принять работу и оплатить ее. 

В соответствии со статьей 27 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» в редакции, действовавшей в спорный период, обладателем геологической информации о недрах для целей указанного закона признается лицо, которое самостоятельно за счет собственных средств получило геологическую информацию о недрах либо приобрело на основании закона или договора право разрешать или ограничивать доступ к геологической информации о недрах. Обладателем геологической информации о недрах, полученной пользователем недр за счет собственных средств, является соответствующий пользователь недр. 

Учитывая изложенное, в соответствии с Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, Инструкцией по его применению, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н, и Положением по бухгалтерскому учету «Учет нематериальных активов» ПБУ 14/2007, утвержденным приказом Министерства финансов Российской Федерации от 27.12.2007 № 153н, геологическая информация подлежит отражению на счете 04 «Нематериальные активы», если она получена пользователем недр за собственный счет. В иных случаях затраты организации, связанные с получением такой информации, подлежат отражению на счете 20 «Основное производство». 

Из пояснений общества «НГК «АФБ» от 11.04.2018, 06.07.2018, следует, что общество «НГК «АФБ» не учитывало информацию, полученную в ходе исполнения соглашения от 04.03.2015 № ГПН-15/09000/00439/Р как нематериальный актив. Стоимость работ по исследованию отражена на счете 20.01 «Основное производство». 

При этом общество также не принимало к учету результат работ как нематериальный актив. Однако, налоговый орган признает квалификацию затрат на выполнение работ, спорных в настоящем деле, как расходов на поиск и оценку месторождений полезных ископаемых. 

В соответствии с абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 261 НК РФ к расходам на освоение природных ресурсов, в частности, относятся расходы на поиски и оценку месторождений полезных ископаемых (включая аудит запасов), в том числе расходы, связанные со строительством (бурением) и (или) ликвидацией (консервацией) скважин (за исключением признаваемых амортизируемым имуществом), разведку полезных ископаемых и (или) гидрогеологические изыскания, осуществляемые на участке недр в соответствии с полученными в установленном порядке лицензиями или иными разрешениями уполномоченных органов, а также расходы на приобретение необходимой геологической и иной информации у третьих лиц, в том числе в государственных органах. 

В силу пункта 2 статьи 261 НК РФ расходы на освоение природных ресурсов, осуществленные после введения в действие главы 25 НК РФ, подлежат включению в состав прочих расходов, если источником их финансирования не являются средства бюджета и (или) средства государственных внебюджетных фондов. 

Таким образом, позиция инспекции о необходимости перехода права собственности на геологическую информацию как нематериальный актив противоречит содержанию спорных хозяйственных операций, первичным учетным документам, оформленным в связи с их осуществлением, а равно правовой квалификации, которая дана указанным операциям самой инспекцией. 

В свою очередь, порядок отражения обществом затрат на приобретение работ, спорных в настоящем деле, в бухгалтерском учете не противоречит действующему законодательству. 

Согласно пункту 9 Положения по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 10.12.2002 № 126н, первоначальной стоимостью финансовых вложений, приобретенных за плату, признается сумма фактических затрат организации на их приобретение. 

Фактическими затратами на приобретение активов в качестве финансовых вложений являются, среди прочего, суммы, уплачиваемые в соответствии с договором продавцу, а равно суммы, уплачиваемые организациям и иным лицам за информационные и консультационные услуги, связанные с приобретением указанных активов. 

В случае, если организации оказаны информационные и консультационные услуги, связанные с принятием решения о приобретении финансовых вложений, и организация не принимает решения о таком приобретении, стоимость указанных услуг относится на финансовые результаты коммерческой организации (в составе прочих расходов). 

Поскольку целью исследования Первой Георгиевской скважины было получение достоверной, актуальной и подтвержденной информации о запасах месторождения, приобретаемого через участие в капитале общества «НГК «АФБ», владеющего соответствующей лицензией, что оказывало непосредственное влияние на решение о покупке акций общества «НГК «АФБ», расходы на работы по исследованию первоначально обоснованно учитывались на счете 58 «Финансовые вложения» как связанные с приобретением финансового вложения. Дальнейшее списание затрат в состав прочих расходов в связи с получением отрицательных результатов исследования соответствует абзацу четвертому пункта 9 Положения по бухгалтерскому учету «Учет финансовых вложений» ПБУ 19/02. 

При этом глава 21 НК РФ не связывает возникновение и реализацию права на вычет НДС с принятием к учету товаров (работ, услуг) на каком-либо определенном счете бухгалтерского учета. 

Довод налогового органа о том, что работы по исследованию Первой Георгиевской скважины связаны с деятельностью, не облагаемой НДС на основании подпункта 12 пункта 2 статьи 149 НК РФ, судом первой инстанции правомерно отклонены поскольку указанная в нем реализация ценных бумаг (акций) предполагалась у продавца, а не у общества-покупателя. Действительной целью работ по исследованию Первой Георгиевской скважины для общества являлось принятие окончательного управленческого решения о возможности расширить его основную деятельность как организации, добывающей углеводородное сырье, путем приобретения акций общества «НГК «АФБ», владеющего лицензией № АСТ 15161 НР, то есть деятельность, облагаемая НДС в общеустановленном порядке. 

Принимая решение об удовлетворении требований налогоплательщика, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что оспариваемое решение инспекции по рассмотренному эпизоду не соответствует законодательству о налогах и сборах и нарушает права и законные интересы общества в сфере предпринимательской деятельности.

Спорным в рамках второго эпизода является обоснованность применения обществом пониженных ставок по налогу на имущество организаций, установленных пунктом 3 статьи 380 НК РФ в редакции, действовавшей в спорный период. 

В ходе выездной проверки налоговым органом установлено, что общество необоснованно применяло пониженную налоговую ставку по налогу на имущество организаций, в отношении имущества, которое используется обществом для собственных нужд, не для передачи третьим лицам, а также часть объектов не имеет отношения к передаче электрической энергии «транзитом» третьим лицам, подключенным к электросетям общества. 

Согласно материалам дела, по результатам выездной налоговой проверки обществу доначислен налог на имущество организаций, начислены пени, назначен штраф, поскольку налоговый орган пришел к выводу о том, что общество в проверяемый период необоснованного относило к льготируемым линиям энергопередачи и сооружениям, являющимся их неотъемлемой частью, следующие объекты основных средств: линии электропередач и электрические сети различных классов напряжения (10 кВ, 6 кВ) различных потребителей; комплектные распределительные устройства (КРУ); комплектные трансформаторные подстанции (КТП); элементы трансформаторных подстанций (ТП); блочные комплектные электрические сооружения (БКЭС); сети электроснабжения и установки электрохимической защиты оборудования; трансформаторы; устройства частотного регулирования; блок-бокс аппаратурный замерной установки; производственный корпус: шкаф пр 160а 2гр 2*160. 

Спорным объектам присвоен код ОКОФ 12 4521125, за исключением комплектных трансформаторных подстанций, которым присвоен код ОКОФ 14 3115202. 

Спорными объектами основных средств в настоящем деле являются линии электропередач и электрические сети различных классов напряжения (10 кВ, 6 кВ), комплектные распределительные устройства (КРУ), комплектные трансформаторные подстанции (КТП), элементы трансформаторных подстанций (ТП), блочные комплектные электрические сооружения (БКЭС), трансформаторы, производственный корпус: шкаф пр 160а 2гр 2*160 (далее - спорные объекты). 

По мнению налогового органа, по смыслу пункта 3 статьи 380 НК РФ пониженные ставки по налогу на имущество организаций могут быть применены, если объект поименован в перечне имущества относящегося к линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью линий энергопередачи, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 504 в редакции, действовавшей в проверяемый период (далее - Перечень № 504), и используется для передачи электроэнергии третьим лицам. 

По результатам выездной налоговой проверки налоговый орган пришел к выводу, что спорные объекты не предназначены для передачи электроэнергии третьим лицам. 

При вынесении решения по делу судом первой инстанции обоснованно учтено следующее.

В соответствии со статьей 373 НК РФ налогоплательщиками налога на имущество организаций признаются организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 374 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 374 НК РФ объектом налогообложения для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (включая имущество, переданное во временное владение, пользование, распоряжение или доверительное управление, внесенное в совместную деятельность), учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьей 378 Кодекса. 

В силу пункта 1 статьи 375 НК РФ налоговая база по налогу на имущество организаций определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения. При определении налоговой базы имущество, признаваемое объектом налогообложения, учитывается по его остаточной стоимости, сформированной в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета, утвержденным в учетной политике организации. 

Налоговые ставки по налогу на имущество устанавливаются законами субъектов Российской Федерации и не могут превышать 2,2 процента (пункт 1 статьи 380 НК РФ). 

Согласно пункту 3 статьи 380 НК РФ в редакции, действовавшей в проверяемый период, пониженные ставки по налогу на имущество организаций применяются в отношении линий энергопередачи, а также сооружений, являющихся их неотъемлемой технологической частью, по перечню, утвержденному Правительством Российской Федерации. 

Перечень имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов, утвержден Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504 «О перечне имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов» (далее – Перечень № 504). 

В данном Перечне содержатся наименования, описание (графа «примечание») и соответствующие коды ОКОФ сложных технологических объектов, в том числе относящихся к линиям энергопередачи, а также к сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью. 

Перечень не устанавливает ограничения для применения пониженной ставки в зависимости от вида экономической деятельности плательщиков налога на имущество организаций. 

Таким образом, пункт 3 статьи 380 НК РФ содержит бланкетную норму, отсылающую в целях определения льготируемого имущества к Перечню, который, в свою очередь, построен путем ссылок на ОКОФ. 

Следовательно, применение пониженной ставки налога на имущество возможно в отношении объектов, наименования, описание и коды ОКОФ которых содержатся в Перечне. Никаких иных условий для применения указанной льготы законом не предусмотрено. 

Исходя из приведенных правовых норм, право на налоговую льготу возникает у организации при соблюдении одновременно следующих условий: имущество по своему функциональному предназначению относится к одной из категорий, указанных в пункте 3 статьи 380 НК РФ; имущество поименовано в Перечне; имущество учтено на балансе организации в качестве объектов основных средств в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета. 

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что налогоплательщик выполнил все условия для применения пониженных ставок, предусмотренных пунктом 3 статьи 380 НК РФ.

В оспариваемом решении инспекцией сделан вывод о том, что спорные объекты, в отношении которых произведено доначисления, не участвуют непосредственно для передачи энергии третьим лицам.

Между тем, как справедливо указал суд первой инстанции со ссылкой на нормы статей 3, 10, 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Федеральный закон № 35-ФЗ) в их системном толковании, линии электропередачи являются объектом электросетевого хозяйства, то есть оборудованием, предназначенным для обеспечения электрических связей и осуществления передачи электрической энергии, линии электропередачи и иные объекты электросетевого хозяйства могут принадлежать любым лицам и использоваться ими для собственных нужд или для оказания услуг третьим лицам.

Кроме того, суд учитывает, что данный вывод сделан, в том числе и экспертами общества с ограниченной ответственностью «Оценочная компания «Вета» в заключении № 02-03/21/0173 от 26.01.2022.

В соответствии с выводами экспертов, изложенными в данном заключении, по первому вопросу: «Являются ли спорные объекты, отраженные в прилагаемой к определению таблице, линиями энергопередачи, а также сооружениями, являющимися их неотъемлемой частью в соответствии с Перечнем (далее «Перечень»), утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504?» дан следующий ответ. 

На основании проведенного анализа спорных основных средств они могут быть разделены на следующие группы: 

1. Спорные объекты, отраженные в прилагаемой к определению суда таблице, которые являются линиями энергопередачи, а также сооружениями, являющимися их неотъемлемой частью, в соответствии с Перечнем, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504. Техническое исполнение и эксплуатационные параметры объектов указанного имущества общества «Газпромнефть-Оренбург» соответствуют своему функциональному назначению - передача электроэнергии, других функций объекты, не имеют. Объединенные в единую систему указанные объекты имеют единственное предназначение - обеспечение стабильной работы энергосистемы как системы по передаче электроэнергии от источника до потребителя в границах энергохозяйства общества «Газпромнефть-Оренбург». 

2. Спорные объекты, отраженные в прилагаемой к определению суда таблице, которые не являются линиями энергопередачи, а также сооружениями, являющимися их неотъемлемой частью, в соответствии с Перечнем, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30.09.2004 № 504. 

По второму вопросу: «Предназначены ли спорные объекты, отраженные в прилагаемой к определению таблице, функционально для передачи электроэнергии?» экспертами указано, что все спорные объекты основных средств, отраженные в прилагаемые к определению суда таблице, функционально предназначены для передачи электроэнергии за исключением п.93 «Блок-бокс аппаратурный замерной установки ВУ ОНГКМ». 

По третьему вопросу: «Предназначены ли спорные объекты функционально для передачи электроэнергии как для собственных нужд общества, так и третьим лицам?» эксперты пояснили, что все спорные объекты основных средств функционально предназначены для передачи электроэнергии для собственных нужд общества за исключением п. 93 Блок-бокс аппаратурный замерной установки ВУ ОНГКМ». Отсутствие у общества статуса территориальной сетевой организации не означает отсутствие факта передачи электроэнергии через его электросети третьим лицам. 

По третьему вопросу: «Использовались ли спорные объекты для передачи электроэнергии третьим лицам в проверяемый период (2014-2016 годы)?» эксперты пояснили, что спорные объекты, за исключением ОС, указанных в таблицах 13,16,17, использовались для передачи электроэнергии третьим лицам в проверяемый период (2014-2016 года).

Таким образом, эксперты указали, что все спорные объекты функционально предназначены для передачи электроэнергии как для собственных нужд, так и третьим лицам, и использовались для целей передачи электроэнергии.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы в части заключения судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующие обстоятельства.

Обозначенное заключение соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является ясным и полным, выводы эксперта носят последовательный непротиворечивый характер, полномочия и компетентность эксперта не оспорены.

В силу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Судебная коллегия приходит к выводу о соответствии экспертного заключения требованиям законодательства, невозможности расценить выводы, содержащиеся в экспертном заключении, как недостаточно ясные, неполные либо позволяющие неоднозначное толкование.

Дополнительно судебная коллегия принимает во внимание, что данных, свидетельствующих о наличии сомнений в обоснованности выводов эксперта, либо доказательств, опровергающих выводы проведенной судебной экспертизы, лицами, участвующими в деле, суду первой инстанции в ходе судебного разбирательства не представлено.

Оценив доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что с технической точки зрения спорные объекты предназначены для передачи электроэнергии третьим лицам. Кроме того, доказательствами подтверждается, что спорные объекты фактически использовались для передачи электроэнергии третьим лицам. 

Так, правопредшественниками общества заключены договоры энергоснабжения с открытым акционерным обществом «Межрегионэнергосбыт» от 15.10.2014 № 1005/ЭН, с открытым акционерным обществом «Энергосбытплюс» от 01.07.2014 № 63047, с открытым акционерным обществом «Оренбургэнергосбыт» от 01.02.2011 № 51007 и от 23.04.2007 № 67784, на основании которых осуществлялась поставка электроэнергии обществу. Согласно условиям указанных договоров, общество с письменного согласия энергосбытовой или сетевой организации имело право присоединять к своей сети транзитных потребителей, то есть потребителей, приобретающих электрическую энергию у энергосбытовой организации, но чьи энергопринимающие устройства технологически присоединены к сетям общества. Через спорные объекты общества осуществлялась поставка электроэнергии в адрес общества «Бузулукская Нефтесервисная компания», общества «НГС», общества «СНЭМА-Сервис», общества «Стройтехногаз», общества «Стройгалактика», общества «Управление по капитальному ремонту скважин», КФХ ФИО8, КФХ ФИО9, КФХ ФИО10, общества «Газпром добыча», общества ГТМ», общества «Октан», общества «Технология», общества «ПромСтрой», общества «СМУ-36», общества «Аврора», общества «Энергия», общества «НТК», общества «ИМС Индастриз-Уфа», общества «Транссервис», общества «ННГА», общества «ЦБПО ПРЭПУ», общества «Ноябрьсктеплонефть». 

Подробно объекты проанализированы судом первой инстанции, с учетом представленных сторонами доказательств, в том числе технических характеристик, суд пришел к обоснованному выводу о том, что спорные основные средства являлись объектами электросетевого хозяйства и в проверяемом периоде участвовали в передаче электроэнергии не только для собственных нужд, но и третьим лицам, в связи с чем пониженная ставка налога на имущество применена обоснованно.

Кроме того, суд отмечает, что дополнительное начисление обществу налога на имущество за проверяемый период не соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 28.11.2017 № 34-П. 

Как отмечено в указанном Постановлении, взимание с налогоплательщика налога, а также суммы пени и штрафа за предыдущие периоды возможно только с учетом действия налогового периода и порядка изменения налогового регулирования, ухудшающего положение налогоплательщиков. Иное не только является недопустимым отступлением от принципа правовой определенности, но и не отвечает требованиям справедливости и соразмерности, препятствует налогоплательщику в реализации права на свободное осуществление предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1, Конституции Российской Федерации) и нарушает его право собственности, гарантированное статьей 35 (часть 1) Конституции Российской Федерации». 

В определении от 27.02.2019 № 305-ЭС18-19058 Верховный Суд РФ, направляя дело на новое рассмотрение, ссылаясь на приведенную выше правовую позицию Конституционного Суда РФ, также учел, что устоявшаяся предшествующая спору правоприменительная практика могла сформировать у лица разумные ожидания и «послужила основанием для возникновения у лица соответствующего мнения» по спорному вопросу. Вследствие этого закрепленный позднее в иных правоприменительных актах новый подход к толкованию «не может ухудшать положение заявителя, так как в силу существовавшей ранее устойчивой правоприменительной практики, закрепляющей иной подход к спорному вопросу, действия заявителя носили разумный характер». 

В силу ранее сформировавшейся (в том числе, в проверяемые периоды) по спорному вопросу судебной и административной практики наличие у налогоплательщика статуса сетевой организации и фактическое использование им ЛЭП и соответствующих сооружений в целях оказания услуг по передаче энергии третьим лицам не имеет значения для целей применения пониженной налоговой ставки, предусмотренной пунктом 3 статьи 380 НК РФ. 

Таким образом, отклоняя указанный довод о том, что для применения льготы по налогу на имущество организаций, предусмотренной пунктом 3 статьи 380 НК РФ, необходимо, чтобы спорные объекты использовались для оказания услуг по передаче электроэнергии, а налогоплательщик имел статус сетевой организации, суд первой инстанции руководствуется правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 28.11.2017 № 34-П. 

Поскольку в проверяемые периоды позиция налогоплательщика подтверждалась единообразной правоприменительной практикой, доначисление ему налога на имущество, соответствующих сумм пени и штрафа не соответствует правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 28.11.2017 № 34-П. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что обществу неправомерно доначислен налог на имущество организаций. Оснований для начисления обществу пеней в силу пункта 8 статьи 75, пункта 1 статьи 111 НК РФ у инспекции не имелось.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о несоответствии решения инспекции действующему законодательству.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на иную судебную практику не может быть принята судом апелляционной инстанции, поскольку обстоятельства, установленные по данным делам, не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), по указанным делам имели место иные фактические обстоятельства, не связанные с фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении настоящего дела. Таким образом, правовая позиция судов по другим делам, основанная на оценке иных доказательств, не влияет на оценку доказательств, при рассмотрении настоящего дела.

Поскольку доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 16.12.2022 по делу № А47-6915/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Оренбургской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                     С.Е. Калашник

 

Судьи:                                                                                            А.А. Арямов

 

                                                                                                   П.Н. Киреев