ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

   № 09АП-24653/2024  

г. Москва Дело № А40-271874/21 07.06.2024 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 07 июня 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Е.А. Скворцовой, 

судей О.В. Гажур, А.Н. Григорьева  при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу к/у ООО "ТИАРА"  на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.03.2024 г. по делу № А40-271874/21  

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой платежей на сумму 2 064 468 руб. в пользу ФИО4, 

при участии в судебном заседании:  ФИО2 лично, паспорт  

иные лица не явились, извещены. 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.11.2022 общество с  ограниченной ответственностью «Тиара» (ИНН 

<

***>, далее - ООО «Тиара»,  должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Тиара» открыто  конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим  утверждена ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский  центр экспертов антикризисного управления».  

В Арбитражный суд города Москвы 25.10.2023 поступило заявление конкурсного  управляющего о признании недействительной сделкой платежей на сумму 2 064 468 руб. в  пользу ФИО4.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2024, отказано в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника.  

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий  обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в  которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2024 отменить,  принять новый судебный акт.  

От ФИО4 поступило ходатайство об участии в судебном заседании  посредством онлайн заседания.  

Согласно пункту 1 части 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее АПК РФ) лица, участвующие в деле, и иные участники  арбитражного процесса могут участвовать в судебном заседании путем использования  системы веб-конференции при условии заявления ими соответствующего ходатайства и  

при наличии в арбитражном суде технической возможности осуществления веб- конференции.  

Согласно части 2 указанной статьи арбитражный суд, рассматривающий дело,  отказывает в удовлетворении ходатайства об участии в судебном заседании путем  использования системы веб-конференции в случае, если: 1) отсутствует техническая  возможность для участия в судебном заседании с использованием системы веб- конференции; 2) разбирательство дела осуществляется в закрытом судебном заседании.  

Из системного анализа указанных норм следует, что у суда отсутствует обязанность  в обязательном порядке удовлетворить ходатайство стороны по делу об участии в  судебном заседании путем ВКС или онлайн-заседания.  

Вместе с тем, организация участия в судебном заседании посредством системы  онлайн-заседания в Девятом арбитражном апелляционном суде осуществляется в порядке,  установленном статьями 153, 154 АПК РФ, с особенностями, предусмотренными  порядком об участии в судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда  с использованием информационной системы "Картотека арбитражных дел" (онлайн- заседание).  

Ввиду отсутствия технической возможности, суд апелляционной инстанции  рассмотрев ходатайство ФИО4 о проведении онлайн-заседания, отклонил его  путем направления уведомления пользователю, подавшему ходатайства на адрес  электронной почты.  

В Девятый арбитражный апелляционный суд поступило ходатайство о  рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие конкурсного управляющего, которое  приобщено к материалам дела.  

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к  материалам дела.  

От ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, впоследствии  отзыванный ею, вследствие чего, приобщению к материалам дела не подлежит.  

В судебном заседании представитель ФИО2 высказал свою позицию по  настоящему обособленному спору.  

Суд отказал ФИО2 в приобщении дополнительных доказательств к  материалам дела, поскольку последним не обоснована невозможность их представления в  суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него.  

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания  дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба  рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального  закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была  опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.  

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 АПК РФ, выслушав объяснения  представителей, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит  оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения  определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим  законодательством Российской Федерации.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Как установлено материалами дела, Арбитражный управляющий в обоснование  заявления ссылается на то обстоятельство, что в ходе исполнения им возложенных  обязанностей конкурсного управляющего установлен факт перечисления должником со  

своего расчетного счета с 22.12.2017 по 25.12.2019 в пользу ответчика денежных средств в  размере 2 064 468,00 руб. В период с 22.12.2017 по 25.12.2019 в пользу ответчика за  выполнение услуг по Договору было перечислено 2 064 468,00 руб.  

В качестве основания для оспаривания сделки конкурсный управляющий указывает  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как следует из материалов дела, платежи, совершенные после 17.12.2018, попадают  в трехлетний период подозрительности, и проверяются судом по основаниям,  установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Платежи, совершенные до 17.12.2018, то есть за пределами трехлетнего периода  подозрительности, проверены судом по общегражданским основаниям.  

Согласно пункта 9 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с  применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Постановление № 63) при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия  заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания  ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о  банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной  статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.  

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления  о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на  основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им  обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). Судом в случае  оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований,  установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или  после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом  недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой  стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия  существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий,  при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (подозрительная сделка).  

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в  частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная  стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного  исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого  встречного исполнения обязательств. Таким образом, для признания сделки  недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд  должен установить следующие обстоятельства: - сделка заключена в течение года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления  (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью  обеспечения стабильности гражданского оборота); - неравноценное встречное исполнение  обязательств.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть  признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в  течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после  

принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал  отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в  связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при  наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю  отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,  документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение  которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате  ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению  бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять  пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации № 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N  63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию,  предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы  оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Согласно абзацу 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный  управляющий в деле о банкротстве имеет право запрашивать необходимые сведения о  должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих  лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о  контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц,  государственных органов, органов управления государственными внебюджетными  

фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения,  составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну.  

Таким образом, к числу инструментов реализации права на получение конкурсным  управляющим информации об имуществе и хозяйственной деятельности должника могут  относиться такие, как запрос такой информации у контрагентов должника, а также  истребование документации через суд в порядке статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судом учтено, что Конкурсным управляющим в рамках обособленного спора не  заявлялось ходатайств об истребовании доказательств у ответчика, подтверждающих  реальность исполнения спорной сделки.  

Вместо этого, не предпринимая действий по получению информации по сделке у  ответчика, конкурсный управляющий указывает на обнаружение им сделки, имеющей  признак подозрительности, перелагая на суд бремя сбора доказательств в целях выяснения  реальности и обстоятельств произведения зачета, что нельзя признать разумным и  осмотрительным.  

При этом неиспользование управляющим всех указанных средств и вызванная этим  неосведомленность о совершении должником каких-либо хозяйственных операций не  может рассматриваться как обстоятельство, объективно очевидно и бесспорно  свидетельствующее об отсутствии встречного предоставления.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  23.08.2019 № 304-ЭС15-2412 (19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве  необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования  подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам  должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок  является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной  форме. В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может  быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей  выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка,  скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по  причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее  вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания  допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то  предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.  

Необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации  сделки во внимание должны приниматься и все обстоятельства ее совершения,  указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен  исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о  подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  15.02.2019 № 305-ЭС18- 8671 (2).  

В силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020  

 № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой  разумности действий участников гражданских правоотношений.  

Судом первой инстанции установлено, что в назначении оспариваемых платежей  значится, что денежные средства перечислялись в пользу ответчика на основании  договора об оказании клининговых услуг и договора аренды, при этом доказательств того,  что правоотношения между должником и ответчиком фактически отсутствовали, а  договор не заключался, в материалы дела не представлено.  

Из материалов дела следует, что 02.10.2017 между должником (далее – «Заказчик»)  и ИП ФИО4 (далее – «Исполнитель») был заключен договор на  

оказание клининговых услуг № 3, согласно которому Заказчик поручает, а Исполнитель  принимает на себя проведение работ по уборке помещений, арендуемых Заказчиком.  

Также между ФИО5 и ИП ФИО4 был заключен Договор аренды жилых помещений, согласно которому  Арендодатель предоставляет Арендатору во временное пользование жилые помещения. В  последующие между ИП ФИО4 и должником был заключен  Договор субаренды помещения от 02.04.2018 № 4-2018, согласно которому Арендатор с  согласия Арендодателя предоставляет во временное владение и пользование жилые  помещения.  

Как пояснил ответчик, получаемые денежные средства шли в счет оплаты  кредитного договора 

<

***> от 24.05.2016, согласно которому ФИО6  (супруг ответчика) был предоставлен ипотечный кредит на сумму 3 456 000 рублей на  приобретение квартир на срок до 23.05.2036.  

В последующем 24.05.2016 между ФИО6 и ООО «СМУ № 1» был  заключен договор уступки прав требований в отношении квартир, приобретенных по  кредитному договору 

<

***> от 24.05.2016.  

Судом принято во внимание, что данные обстоятельства по оформлению кредитного  договора вместо должника на ФИО6 возникли в результате  трудовых отношений в ООО «ТИАРА», при этом, что также не отрицается ФИО2, все расходы по возврату кредита Банку, а так же расходы на  содержание жилья были на ФИО2  

Поскольку ФИО2 перестал возмещать расходы по кредитным  обязательствам, им было предложено заключить с Ответчиком Договор на оказание  клининговых услуг, а также Договор аренды.  

Кроме того, часть полученных за исполнение обязанностей по Договорам денежных  средств ответчик перечислял в пользу Должника через ФИО6.  Данные обстоятельства подтверждаются квитанциями к кассовым ордерам № 18 от  27.12.2018, № 17 от 07.12.2018, № 16 от 06.11.2018, № 15 от 08.10.2018, № 12 от 01.08.2018,   № 13 от 05.09.2018, № 11 от 05.07.2018, № 2 от 02.02.2018, № 10 от 06.06.2018 и № 8 от  28.04.2018, выданные главным бухгалтером ООО «ТИАРА».  

В связи с чем, фактическим получателем денежных средств и бенефициаром по  сделкам является ФИО2.  

Факт не передачи конкурсному управляющему должника документов,  подтверждающих обоснованность перечисления денежных средств в пользу ответчика, не  освобождает его от обязанности доказывать обстоятельства, на которые он ссылается в  обоснование своих требований, при этом при реализации действий, направленных на  возврат денежных средств в конкурсную массу должника, арбитражный управляющий  вправе не только оспаривать сделки должника, но и предъявлять иски по иным  основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.  

Доводы о непредставлении документов, подтверждающих возмездность сделки,  судом рассмотрены и обоснованно отклонены, поскольку в Постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11524/12 указано,  что исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия  правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении  бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на  ответчика, однако если из представленных заявителем платежных поручений  усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения,  доказательства, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не  являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены безвозмездно,  должны быть представлены заявителем.  

Доказательств фиктивности и мнимости операций, неполучения должником  реального встречного представления на перечисленную заинтересованному лицу сумму  оспариваемых безналичных платежей не представлено.  

Вопреки доводам апеллянта, конкурсным управляющим не представлены  доказательства, свидетельствующие о недостаточности имущества и  неплатежеспособности должника.  

Из материалов дела усматривается и участвующими в деле лицами не отрицается,  что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в  отношениях заинтересованности, поскольку ФИО4 является  супругой ФИО6, который является работником Должника.  

Вместе с тем, в данном случае, рассматриваемая сделка не может расцениваться как  сделка, причинившая вред имущественным правам кредиторов, или как сделка, которая  привела либо могла привести к полной или частичной утрате по обязательствам должника  за счет его имущества.  

Обязанность доказывания наличия совокупности всех обстоятельств, необходимых  для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  лежит на оспаривающем сделку лице.  

Обстоятельства того, что должник в спорный период активно выводил денежные  средства путем их перечисления аффилированным лицам не подтверждены и в  соответствии с положениями статей 9, 64, 65, 71 АПК РФ не доказаны, в то время как  бремя доказывания сделки лежит на оспаривающем ее лице.  

Ни факт неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной  сделки, а равно отсутствия встречного предоставления по сделке, ни причинения вреда  имущественным правам кредиторов не доказаны по основаниям, предусмотренным  Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с  намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных  формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение  (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права  исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением  реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным  (финансовым) интересом сделок такого рода.  

По смыслу указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и  приведенных разъяснений для признания оспариваемых сделок недействительными  конкурсный управляющий должен доказать наличие злоупотребления гражданскими  правами со стороны обоих участников этой сделки.  

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №  25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том  числе в получении необходимой информации.  

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как  совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены  доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать  какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели  между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и  

недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо,  заявившее требования. Таким образом, для данного поведения характерны намерения  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также  иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. Наличие такого  поведения у сторон оспариваемой сделки судом не установлено, доказательств его  наличия не представлено.  

Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что  сделка недействительна по основаниям, установленным гражданским кодексом, в силу  признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания  (ничтожная сделка). Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых  актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не  предусматривает иных последствий нарушения. Такая сделка не влечет юридических  последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и  недействительна с момента ее совершения (статьи 167, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку,  ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа  сделки, применяются относящиеся к ней правила.  

Как разъяснено в пункте 87 Постановления № 25, в связи с притворностью  недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на  достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников  сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения  указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая  совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует  учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и  несколько сделок (п. 88).  

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка фактически  включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая  сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка).  Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из  внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий,  которые предусматриваются данной сделкой.  

Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то  такая сделка притворной не является. Вместе с тем, судом не установлены доказательства,  подтверждающие совершение оспариваемых сделок с целью прикрыть другую либо в  ущерб юридическому лицу.  

Учитывая изложенное, суд правомерно не усмотрел в оспариваемых платежах  признаков для признания их недействительными на основании статей 10, 168, 170  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы,  однако они не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, положенные в  основу судебного акта и не могут служить основанием для отмены обжалуемого  определения.  

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства  по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном  и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.  

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого  доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их  совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с  другими доказательствами.  

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой  инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела;  выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам  дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы  материального и процессуального права.  

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для  отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в  апелляционной жалобе.  

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или  опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270  АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 АПК РФ, Девятый арбитражный  апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.03.2024 г. по делу № А40271874/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу к/у ООО "ТИАРА" - без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано  в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд  Московского округа.  

Председательствующий судья: Е.А. Скворцова  Судьи:  О.В. Гажур  

 А.Н. Григорьев