АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6145/21 

Екатеринбург

24 января 2024 г.

 

Дело № А07-18219/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О.Г.,

судей Столяренко Г.М., Артемьевой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.08.2023 по делу № А07-18219/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 07.07.2023.

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.09.2019 ликвидируемый должник общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 4» (далее – общество «СМУ № 4», должник) признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.10.2020 конкурсным управляющим обществом «СМУ № 4» утвержден ФИО4. 

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным договора купли-продажи от 05.02.2019, заключенного между должником и ФИО2, и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 1 817 000 руб. 

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд привлек к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 (ранее до брака ФИО6), ФИО7

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.08.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023, заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой. 

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что суды не дали надлежащей правовой оценки доводам о том, что осмотр транспортного средства на его техническое состояние регистрационным органом не проводится; настаивает на том, что отсутствие информации о техническом состоянии транспортного средства не является подтверждением того, что оно исправно, при том, что в материалы дела представлен акт осмотра, согласно которому покупатель подтвердил, что мотоцикл неисправен и претензий к продавцу не имеет. Кассатор отмечает, что спорный мотоцикл приобретен для служебных поездок работников общества, а также в целях поддержания престижного имиджа общества, как благополучного предприятия, которое не обладало на дату покупки признаками банкротства. Ответчик выражает несогласие с выводами судов об отсутствии в материалах дела доказательств исполнения обязательств по оплате в сумме 415 000 руб. со стороны ответчика; ссылается на то, что в договоре купли-продажи (пункт 5) и акте приема передачи транспортного средства от 05.02.2019 указано о передаче продавцу денежных средств в указанном размере. Заявитель жалобы обращает внимание на то, что суды взыскали с ответчика денежные средства в сумме 1 817 000 руб. (цена мотоцикла) без учета амортизации и неисправного состояния, не приняли во внимание, что транспортное средство не являлось новым, эксплуатировалось должником; отмечает, что независимая оценка стоимости мотоцикла судами не проводилась, кроме того, суды не дали надлежащей правовой оценки представленной в материалы дела ответчиком справки о ремонте от 14.04.2023, выданной ИП ФИО8, согласно которой осуществлен капитальный ремонт двигателя на сумму 680 159 руб. По мнению кассатора, управляющим пропущен срок исковой давности на подачу настоящего заявления об оспаривании сделки, полагает, что срок истек 25.09.2020 (назначение первого управляющего), либо 15.10.2020 (первый управляющий узнал о совершении сделки). ФИО2 также отмечает, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении его ходатайства об отложении судебного разбирательства, тем самым нарушив нормы процессуального права. 

Конкурсный управляющий ФИО4 в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «СМУ № 4» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства от 05.02.2019, по условиям которого продавец передает в собственность покупателя транспортное средство – мотоцикл ХАРЛЕЙ-ДЕВИДСОН FLHRC 2017 года изготовления, свидетельство о регистрации транспортного средства от 12.04.2018.

Стоимость транспортного средства согласована сторонами в размере 415 000 руб.

В пункте 5 договора указано, что покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 415 000 руб.

Указывая на то, что оспариваемая сделка совершена в отсутствие встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. В качестве правового основания для признания сделки недействительной указаны положения статьи 61.2 Закона о банкротстве Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Ответчиком заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Так, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, под которым понимается, в частности, существенно в худшую для должника сторону различие цены и/или иных условий этой сделки на момент ее заключения относительно цены и/или иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В свою очередь, совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной. Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Разрешая спор относительно подозрительной сделки, суд, согласно абзацу четвертому пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности о банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), проверяет наличие обоих оснований, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, осведомленность другой стороны о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов к моменту совершения сделки).

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует исходить из того, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется; если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

В рассматриваемом случае судами установлено, что спорная сделка совершена 05.02.2019, то есть в пределах одного года относительно даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника (19.06.2019).

При этом на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, о чем свидетельствуют отчет конкурсного управляющего и данные реестра требований кредиторов, согласно которым у должника имелась задолженность по заработной плате перед 46 работниками общества (указанная задолженность включена во вторую очередь реестра требований кредиторов на общую сумму 17 793 913 руб.), а также задолженность перед кредиторами третьей очереди на общую сумму 129 549 655 руб. 53 коп. основного долга; всего в реестр включены требования на общую сумму 148 922 116 руб. 68 коп.

Соответственно, на момент совершения оспариваемой сделки у общества уже имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

Исследуя представленные в материалы дела выписки по расчетному счету должника, суды констатировали, что денежные средства от продажи транспортного средства на счет должника не поступали, что, в свою очередь, противоречит условиям оспариваемого договора.

Как следует из материалов дела, в подтверждение доказательств оплаты по оспариваемому договору ответчик представил акт приема-передачи транспортного средства от 05.02.2019, однако, как указали суды, подписанный акт приема-передачи транспортного средства свидетельствует только о передаче автомобиля и не является при этом подтверждением надлежащего выполнения обязанности по оплате стоимости автомобиля и добросовестности покупателя.

Судами первой и апелляционной инстанций указано, что сделка по заключению договора купли-продажи совершена с аффилированным лицом – ФИО2, ранее являвшимся одним из участников должника, его руководителем; в период совершения спорной сделки ответчик являлся заместителем руководителя должника.

Так, поскольку данные спорные правоотношения отягощены банкротным элементом, а также фактом аффилированности между лицами (на котором настаивал конкурсный управляющий), то следствием такого обстоятельства является изменение стандарта доказывания, то есть степени требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования у суда убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемого в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств.

Строгий стандарт доказывания, характерный для рассмотрения судами аналогичных споров, ужесточается в ситуации оспаривания сделок с аффилированным лицом, когда суд применяет повышенный стандарт доказывания. Соответственно, наличие аффилированности не порочит саму сделку, но влияет на распределение бремени доказывания и критерии доказывания.

При этом повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств.

Суды, констатируя аффилированность ответчика и должника на момент совершения спорной сделки, отвергли позицию ФИО2 о получении им транспортного средства в счет задолженности по заработной платесо ссылкой на бухгалтерскую справку от 15.01.2019 о задолженности по заработной плате в сумме 441 624 руб. 13 коп. и приказ руководителя должника ФИО7 о погашении задолженности по заработной плате от 21.02.2019 № 16/1 и передаче ФИО2 в счет задолженности по заработной плате спорного транспортного средства, указав на отсутствие в материалах дела, в том числе в реестре требований кредиторов, надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих наличие задолженности перед ответчиком по заработной плате с указанием периода задолженности.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, учитывая все вышепоименованные обстоятельства, рассмотрев спор и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание наличие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 является заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к положениями статьи 19 Закона о банкротстве, а также доказательств, подтверждающих, что ответчик как сторона сделки знал о наличии у должника неправомерной цели причинить вред кредиторам при совершении сделки, знал или должен был знать о признаках неплатежеспособности должника либо недостаточности его имущества, либо об ущемлении интересов кредиторов должника, в то время как обстоятельства, которые убедительно свидетельствовали бы об ином, ответчиком не представлены, пришли к выводу о доказанности в рассматриваемом случае совокупности юридически значимых обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной, поскольку цель причинения и непосредственное причинение вреда правам и законным интересам кредиторов оспариваемой сделкой подтверждена материалами дела.

Помимо изложенного, по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств, проверив обоснованность доводов ФИО2 о неисправном техническом состоянии транспортного средства, являющегося предметом оспариваемого договора, установив, что спорное транспортное средство приобретено должником у общества с ограниченной ответственностью «Мототрейд» (далее – общество «Мототрейд») по договору купли-продажи от 13.01.2018 № 377 по цене 1 817 000 руб., в качестве продавца указано общество «СМУ № 4» в лице ФИО2, действующего на основании Устава; в акте приема-передачи мотоцикла от 31.01.2018 к договору от 13.01.2018 указано, что видимых дефектов не имеется, при этом спустя год после покупки транспортного средства должник отчуждает имущество в четыре раза дешевле покупной цены у общества «Мототрейд», тогда как в представленном в материалы дела из МВД РФ акте приема-передачи транспортного средства от 05.02.2019 отсутствуют сведения, касающиеся неисправного состояния транспортного средства, суды констатировали, что из поименованных актов не следует, что мотоцикл имел существенные технические и иные конструктивные недостатки, кардинальным образом влияющие на формирование его стоимости при продаже, тогда как периодические расходы по эксплуатации транспортных средств являются необходимыми при использовании любого транспортного средства.

Как верно указали суды, рыночная стоимость транспортного средства на дату продажи, указанная в отчете, представленном экспертом, не опровергнута надлежащими доказательствами лицами, участвующими в деле, а распродажу по заниженной цене основных средств в преддверии банкротства при отсутствии к тому объективных причин нельзя отнести к обычной хозяйственной деятельности предприятия.

Принимая во внимание основной вид деятельности общества «СМУ № 4» – строительство жилых и нежилых зданий, а также отсутствие разумных пояснений со стороны ответчика (как бывшего руководителя общества) относительно того, для каких хозяйственных нужд должником в преддверии банкротства приобретен дорогостоящий мотоцикл, учитывая, что ответчик как сторона сделки знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности, отметив, помимо прочего, что в страховом полисе на март 2018 года - март 2019 года в качестве собственника транспортного средства указан именно ФИО2, в то время как спорная сделка совершена в феврале 2019 года, указав на то, что бывшим руководителем должника не переданы в установленные сроки какие-либо документы, касающиеся деятельности должника, а также компетентным органом не сразу предоставлен договор, подтверждающий отчуждение транспортного средства, суды признали несостоятельным довод ответчика о неисправном техническом состоянии транспортного средства.

Суды первой и апелляционной инстанций приняли во внимание доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки. 

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае суды заключили, что применительно к рассматриваемому спору срок исковой давности следует исчислять не ранее чем с даты, когда конкурсный управляющий в условиях сокрытия от него информации мог узнать о совершении спорной сделки и условиях ее заключения, то есть не ранее получения ответа из МВД России по Республике Башкортостан (от 23.01.2020 № 14/3114), из которого управляющий узнал о наличии спорного договора купли-продажи.

С настоящим заявлением управляющий обратился в арбитражный суд через систему «Мой Арбитр» 20.11.2020 (заявление зарегистрировано 23.11.2020), что подтверждается информацией о документе дела, соответственно, трехлетний срок исковой давности не пропущен. 

Отвергая позицию ответчика о том, что суд первой инстанции не привел нормативное обоснование, на основании которого физическое лицо обязано дополнительно подтверждать оплату приобретенного транспортного средства, помимо акта приема-передачи денежных средств, подписанного двумя сторонами, суды указали, что в условиях аффилированности должника и ответчика данного документа недостаточно для подтверждения реальности сделки, поскольку аффилированные лица располагают дополнительными возможностями, чтобы замаскировать фиктивную задолженность, сформировав внешне корректные документы.

Таким образом, удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всей необходимой и достаточной совокупности оснований для признания спорной сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Вопреки суждениям заявителя кассационной жалобы вышеизложенные выводы судов первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, основаны на совокупной оценке конкретных обстоятельств настоящего дела, оснований для переоценки которых у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Ни в кассационной жалобе, ни в судебном заседании суда округа заявителем не указано на иные обстоятельства, которые бы опровергали приведенные судами аргументы в пользу принятого решения и могли бы породить сомнения в правильности занятой судами первой и апелляционной инстанций позиции по данному вопросу, ввиду чего основания для иных выводов у суда округа также отсутствуют.

Доводы ФИО2 о непроведении судами по собственной инициативе экспертизы по определению рыночной стоимости мотоцикла, и, как следствие, взыскании с ответчика денежных средств в сумме1 817 000 руб. без учета амортизации и неисправного состояния, без учета того, что транспортное средство не являлось новым, эксплуатировалось должником, судом округа подлежат отклонению. Назначение судом экспертизы регламентировано статьей 82 АПК РФ. Указанной нормой ограничены ситуации, в которых суд назначает экспертизу по собственной инициативе. Кассатором не приводится доводов о том, что назначение экспертизы в настоящем деле предписано законом, предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства. 

Как следует из материалов спора, на основании договора купли-продажи транспортного средства от 13.01.2018 № 377 общество «СМУ № 4» в лице ФИО2, действующего на основании устава, приобрело у общества «Мототрейд» спорный мотоцикл по цене 1 817 000 руб. (пункт 3.1); конкурсным управляющим в материалы дела представлен отчет № 92-23 об оценке рыночной стоимости мотоцикла; ФИО9, в свою очередь, представил свои возражения относительно данного отчета (том № 2, л.д. 10-18), однако самостоятельного ходатайства о проведении судебной экспертизы по определению рыночной стоимости транспортного средства не заявлял. 

При таком положении, поскольку иными участниками спора, в том числе ответчиком, ходатайства о назначении экспертизы не заявлялись, а иного из материалов дела не следует, у суда не имелось оснований для назначения экспертизы по собственной инициативе.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что суды не дали надлежащей правовой оценки представленной в материалы дела ответчиком справки о ремонте от 14.04.2023, выданной ИП ФИО8, согласно которой осуществлен капитальный ремонт двигателя на сумму 680 159 руб., судом округа отвергаются как не имеющие правового значения, поскольку представленный ответчиком документ датирован 2023 годом, в то время как спорная сделка была совершена 05.02.2019, при этом доказательства, убедительно свидетельствующие о том, что спорное транспортное средство на момент совершения сделки являлось неисправным, в материалах дела отсутствуют.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства подлежит отклонению, поскольку в силу части 4 статьи 158 АПК РФ отложение судебного заседания по ходатайству участвующего в деле лица является правом, а не обязанностью суда, решение по заявленному ходатайству суд принимает с учетом обстоятельств дела. Отклонение ходатайства не свидетельствует о нарушении принципа состязательности сторон. При этом из материалов дела следует, что лицам, участвующим в деле, в том числе ответчику, было предоставлено достаточно времени для ознакомления с поступившими документами и формирования по ним своей позиции к судебному заседанию. В частности, определением от 11.07.2023 суд отложил судебное разбирательство, предоставив ответчику возможность обосновать свою позицию относительно представленного управляющим уточнения от 11.07.2023; у последнего было достаточно времени для заблаговременного предоставления в суд всех, по его мнению, имеющих значение доказательств в обоснование своей позиции. Сама по себе неявка ответчика (либо его представителя) в судебное заседание, самонадеянно рассчитывавшего на положительное разрешение судом ходатайства об отложении судебного заседания, не свидетельствует о нарушении принципа состязательности процесса и равноправия сторон.

Все иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.08.2023 по делу № А07-18219/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                             О.Г. Кочетова 

 

Судьи                                                                          Г.М. Столяренко 

 

                                                                                     Н.А. Артемьева