АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-26139/2020

Дата принятия решения –  28 июня 2021 года.

Дата объявления резолютивной части –  21 июня 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Панюхиной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Хатыповой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Ледел», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 6044000 руб. компенсации за нарушение авторских прав: 

1) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 100000 рублей за незаконные воспроизведение, публичный показ и доведение до всеобщего сведения дизайна контрафактных светодиодных светильников серии T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их предложении к продаже на интернет-сайте www.raylux.ru согласно нотариальному протоколу № 16АА 4404789 от 25.01.2018;

2) о взыскании компенсации по пункту 2 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 8000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение двух экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux 19, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже согласно протоколу детектива №1/10-2017 от 31.10.2017;

3) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 500000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже для освещения 1100 кв.м. офиса ПАО «АК БАРС» БАНК по адресу: 

<

...>;

4) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 436000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже для освещения помещения супермаркета BIGZZ в городе Минск площадью 960 квадратных метров;

5) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 5000000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже для освещения торгового зала магазина «Леруа Мерлен Воронеж», расположенного по адресу: 396005, 

<

...>, 

с привлечением в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора: ФИО1, г. Казань, ФИО2, г. Казань, ФИО3, г. Казань

с участием представителей:

от истца – ФИО4, доверенность от 14.05.2021, диплом, ФИО5, доверенность от 23.09.2019, диплом (до и после перерыва),

ответчика – ФИО6, доверенность от 16.01.2019, удостоверение адвоката (до и после перерыва)

от третьего лица ИП ФИО3 - ФИО5, доверенность от 16.08.2018, 

от третьего лица ФИО1 – не явился, извещен,

от третьего лица ФИО2 – не явился, извещен,

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Ледел», г. Казань (далее – истец, ООО «Ледел») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс», г. Казань (далее – ответчик, ООО «Рэйлюкс») о взыскании 6044000 руб.компенсации за нарушение авторских прав:

1) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 100000 рублей за незаконные воспроизведение, публичный показ и доведение до всеобщего сведения дизайна контрафактных светодиодных светильников серии T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их предложении к продаже на интернет-сайте www.raylux.ru согласно  нотариальному протоколу № 16АА 4404789 от 25.01.2018;

2) о взыскании компенсации по пункту 2 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 8000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение двух экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux 19, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже согласно протоколу детектива №1/10-2017 от 31.10.2017;

3) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 500000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже для освещения 1100 кв.м. офиса ПАО «АК БАРС» БАНК по адресу: 

<

...>;

4) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в  размере 436000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже для освещения помещения супермаркета BIGZZ в городе Минск площадью 960 квадратных метров;

5) о взыскании компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ в размере 5000000 рублей за незаконные воспроизведение и распространение экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их             производстве и продаже для освещения торгового зала магазина «Леруа Мерлен Воронеж», расположенного по адресу: 396005, 

<

...>.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно спора на основании ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены: ФИО1, г. Казань, ФИО2, г. Казань (определение суда от 11.12.2020), ФИО3 (определение суда от 25.01.2021).

Определением от 30.03.2021 дело назначено к судебному разбирательству.

Третьи лица, в судебное заседание, назначенное на 15.06.2021, не явились, извещены; заявлений, ходатайств не направили.

Истец поддержал исковые требования в полном объеме по изложенным основаниям, с учетом дополнительных пояснений и объяснений на возражения ответчика, ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы отклонил.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в возражениях на иск, дополнениях к возражениям, просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, настаивал на заявленном ранее ходатайстве о назначении по делу судебной экспертизы по вопросам давности и достоверности подписей копий лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017, заключенных между ООО «ЛЕДЕЛ» и ФИО7, ходатайство судебной компьютерно-технической экспертизы файлов указанных лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника             L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017.

В судебном заседании 15.06.2021 в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 15 час. 10 мин. 21.06.2021. Информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан.

После перерыва судебное заседание было продолжено с участием представителей сторон.

Ответчик заявленные ранее возражения на иск поддержал, представил дополнительные пояснения, заявил о несоразмерности предъявленных истцом к взысканию сумм, заявил о снижении компенсации. На заявленном ходатайстве о назначении по делу судебной экспертизы настаивал.

Истец заявленные требования поддержал в полном объеме, ходатайство ответчика о снижении компенсации отклонил, представил копии сведений о патентах на промышленный образец №117584 (светильник) и №117584 (светильник светодиодный).

Представитель третьего лица ФИО3 поддержал позицию истца.

Ходатайство ответчика о назначении судебной экспертизы принято к рассмотрению.

Дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц ФИО1, ФИО2 в порядке ч.3 ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исковые требования мотивированы тем, что общество с ограниченной ответственностью «Ледел» является правообладателем дизайна внешнего вида светильников серии L-trade II на условиях исключительной лицензии на основании лицензионного договора № 12/д от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017, заключенных с ФИО3, что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-35940/2018 от 25.07.2019.

Истец также ссылается на то, что указанным решением доказано нарушение авторских прав ООО «Ледел»  и ИП ФИО3 действиями ООО «Рэйлюкс» по использованию дизайна светильников серии «T-lux», в том числе по производству, предложению к продаже, продаже, обмену или иному введению в оборот, демонстрации светильников серии «T-lux», являющимся производным и имитацией в результате незаконной переработки произведения дизайна светодиодных светильников производства ООО «Ледел» серии «L-trade II».

В порядке досудебного урегулирования спора, истец направил ответчику досудебную претензию исх.№128 от 28.09.2020 (л.д.141, т.2) с требованием выплатить в общем размере 6044000 руб. компенсации за нарушение авторских прав за пять самостоятельных фактов нарушения исключительных прав истца.

Ответчик требования претензии отклонил в полном объеме (л.д.148, т.2).

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в Арбитражный суд Республики Татарстан с настоящим иском о взыскании с ответчика суммы компенсации в судебном порядке со ссылкой на ст.69 АПК РФ, ст.ст.1229, 1250, 1252, 1254, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 по делу №А65-35940/2020 принято уточнение исковых требований ООО «Ледел». Требование ООО «Ледел» о признании актом недобросовестной конкуренции действий Общества с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс» по использованию дизайна светильников серии «T-lux» оставлено без рассмотрения. Исковые требования Индивидуального предпринимателя ФИО3, удовлетворены. Исковые  требования ООО «Ледел» удовлетворены частично. Действия ООО  «Рэйлюкс» по использованию дизайна светильников серии «T-lux», в том числе по производству, предложению к продаже, продаже, обмену или иному введению в оборот, демонстрации светильников серии «T-lux», являющимся  производным и имитацией в результате незаконной переработки произведения дизайна светодиодных светильников производства общества  с ограниченной ответственностью  «Ледел»  серии «L-trade II», признаны нарушением авторских прав общества с ограниченной ответственностью «Ледел» и индивидуального предпринимателя ФИО3. Обществу с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс» запрещено использовать дизайн светильников серии «T-lux», являющийся производным и имитацией в результате незаконной переработки произведения дизайна светодиодных светильников производства общества  с ограниченной ответственностью «Ледел» серии «L-trade II», в том числе ввозить на территорию Российской Федерации, изготавливать, предлагать к продаже, продавать, иным образом вводить в гражданский оборот, хранить для этих целей, демонстрировать светодиодные светильники серии «T-lux». В остальной части иска отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда 14.11.2019 и постановлением Суда по интеллектуальным правам от 23.03.2020 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 по делу №А65-35940/2020 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.06.2020 в удовлетворении заявления ответчика ООО «Рэйлюкс» о пересмотре решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 по делу № А65-35940/2018 по новым обстоятельствам отказано.

Согласно решению Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 судом в рамках дела № А65-35940/2018 было установлено, что генеральный директор и участники ООО «Рэйлюкс» -  ФИО1 и  ФИО2  являлись сотрудниками ООО «ЛЕДЕЛ», в подтверждение чего в материалы дела представлены трудовые договоры с указанными лицами, приказы о принятии на работу, должностные инструкции, а также соглашения о неразглашении сведений, составляющих коммерческую и служебную тайну.

ФИО8 работал в ООО «ЛЕДЕЛ» в период с 04.05.2009 по 28.09.2015 сначала в должности инженера, с 01.11.2011 в должности руководителя отдела НИОКР, с 17.01.2014 - в должности технического директора. Согласно п. 2.5 , 2.6., 2.7., 2.8., 2.9. изменения № 1 от 21.08.2013 к должностной инструкции технического директора, в его обязанности входило, в том числе, принимать участие в решениях по разработке и проведению мероприятий по популяризации и продвижению продукции, в сборе данных и разработке конструктива светильников и прочих устройств, написании программ для микроконтроллеров, контактировать с потенциальными поставщиками услуг и комплектующих. В соответствии с п. 2.6. трудового договора,  п. 4.8. должностной инструкции и соглашениям от 24.03.2009, от 04.05.2009, ФИО8 принял на себя обязательства сохранять, не разглашать и не использовать их в личных интересах и интересах других лиц, конфиденциальные сведения ООО «Ледел», к которым у ФИО8 был доступ, в том числе не только технические сведения о разрабатываемой и производимой продукции ООО «Ледел», но и экономические: информация о клиентах предприятия, условия заключаемых сделок, сведения о партнерах, о характере отношений с партнерами, данные по ценам, системы или планы, касающиеся маркетинга, производства или коммерческих операций. 

ФИО2 работал в ООО «Ледел» в период с 01.06.2009 по 30.09.2016 сначала в должности начальника отдела маркетинга, с 01.02.2011 - в должности директора по маркетингу и развитию. Согласно п. 2.6. трудового договора, п. 3 соглашения от 01.06.2009 ФИО2 принял на себя обязательства не разглашать и не использовать в личных целях конфиденциальную информацию ООО «Ледел», в том числе информацию о клиентах предприятия, условиях заключаемых сделок, сведениях о партнерах, о характере отношений с партнерами.

Оценив данные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу, что дизайн светодиодных светильников серии L-trade II разработан ФИО3,  а ФИО1 и  ФИО2 в период работы в ООО «Ледел» в силу своих должностных обязанностей имели непосредственный доступ к информации, составляющей коммерческую тайну ООО «Ледел» и  принимали участие в разработке светодиодного светильника L-trade II 20, владея  информацией о потенциальных клиентах спорного товара, о характере отношений и заключаемых с ними сделках.

Вышеуказанные факты установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан по делу №А65-35940/2018.

Кроме того указанным решением по делу №А65-35940/2018 установлено сходство всей серии светильников ответчика T-lux не с одним светильником соистцов L-trade II 20, а со всей серией светильников L-trade II (соответственно их мощности и длине). Указанный вывод был основан на проведенной в рамках дела № А65-35940/2018 судебной экспертизы.

Согласно части 1 статьи 64 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо».

В силу  части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, из материалов дела следует и установлено судом, что                         ООО «Ледел» является производителем светодиодных светильников серии L-trade II. Внешний вид данных светильников является произведением дизайна, которое согласно статье 1225 и пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации  является охраняемым результатом интеллектуальной деятельности и объектом авторского права. Автором и правообладателем данного дизайна с 02.04.2015 года являлся ФИО3, являвшийся директором ООО «Ледел». Согласно договору отчуждения исключительного права от 05.02.2019 № 14Д на дизайн L-trade II с 05.02.2019                           ООО «Ледел» стало правообладателем данного дизайна. Данные обстоятельства подтверждены доказательствами, приложенными к исковому заявлению, (Сертификатом соответствия RU № 0138724, Техническими условиями ТУ 3461-033-60320484-2013 (в редакции от 07.07.2016) от 07.07.2016, паспортами светильников L-trade II 12, L-trade II 20-45, L-trade II 65-130, распечаткой с сайта истца https://ledel.ru/products/trade-light/) и дополнительно представленными на предварительном судебном заседании (письменными пояснениями ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, нотариально удостоверенными пояснениями ФИО13 по заявлению серии 16АА номер 5016588 от 07.02.2019), нотариальным протоколом осмотра доказательств серии 16АА № 5011378 от 11.01.2019  интернет страницы сайта «Мегаплан», нотариальным протоколом осмотра переписки в whatsapp между ФИО12 и ФИО3  серии 16АА № 4912984 от 21.12.2018, показаниями свидетеля технического директора ООО «Ледел» ФИО12, допрошенного  рамках рассмотрения дела № А65-35940/2018. Указанные обстоятельства установлены также вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 по ранее рассмотренному делу №А65-35940/2018 с участием тех же лиц, участвующих в деле, что и  настоящем деле (абзац 16 страницы 2, абзац 5 страницы 7 решения от 25.07.2019 по делу № А65-35940/2018), и не опровергнуты ответчиком в рамках настоящего дела.

В ходе рассмотрения настоящего дела, ответчиком заявлены ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы по вопросам давности и достоверности подписей копий лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017, заключенных между ООО «ЛЕДЕЛ» и ФИО7; а также судебной компьютерно-технической экспертизы файлов указанных лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017.

Ходатайства мотивированы отсутствием оригиналов вышеуказанных лицензионного договора и соглашения, отсутствием тождественности представленных копий данных документов в настоящее дело №А65-26139/2020 и дело №А65-35940/2020, а именно в настоящем деле подпись лицензиара в соглашении не скреплена печатью индивидуального предпринимателя ФИО3 (т.1, л.д.91-92), в то время как в деле №А65-35940/2020 подпись лицензиара (ФИО3) в соглашении скреплена соответствующей печатью (л.д.72, т.3).

Действительно, в материалы настоящего дела и дела А65-35940/2018 истцом были представлены лишь копии (распечатки скан-копий) данных документов, истец заявил, что оригиналы документов утрачены.

Согласно части 6 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Между тем, обстоятельства достоверности копий лицензионного договора от 02.04.2015 и соглашения №1 от 02.10.2017 к нему уже были рассмотрены судами и установлены вступившими в силу судебными актами по делу №А65-35940/2018.

Определением суда от 18.02.2021 истребовано дело А65-35940/2018.

Суд соглашается с доводами истца о том, что тот факт, что протокол № 1-2-19 одобрения лицензионного договора от 02.04.2015 и соглашений к нему датированы значительно позже 05.02.2019, не свидетельствует об их недействительности или недостоверности, в том числе в период до их одобрения, по смыслу стати 157.1, статьи 173.1, статьи 174, части 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, стати 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункта 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57.

В соответствии с пунктом 2 статьи 157.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, о своем согласии или об отказе в нем третье лицо или соответствующий орган сообщает лицу, запросившему согласие, либо иному заинтересованному лицу в разумный срок после получения обращения лица, запросившего согласие. 

Согласно пункту 3 статьи 157.1 ГК РФ согласие на совершение сделки может быть как предварительным, так и последующим (одобрение). При последующем согласии (одобрении) должна быть указана сделка, на совершение которой дано согласие.

Согласно пункту 4 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 23.04.2018) "Об обществах с ограниченной ответственностью", сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной (абзац второй пункта 6).

Согласно пункту 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000 N 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке); заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Поскольку ООО «Ледел» после заключения лицензионного договора от 02.04.2015 фактически не в ущерб своим интересам реализовало полученное по нему право путем воспроизведения соответствующего дизайна как объекта авторского права в производимых, предлагавшихся к продаже и продававшихся светильниках L-trade II (что установлено решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.07.2019 по делу № А65-35940/2018 (абзац 16 страницы 2), и ни кем не запрашивалось согласие на совершение сделки и не заявлялись требования относительно ее недействительности, то ее письменное одобрение лишь 05.02.2019 в ответ на сомнения ответчика, выраженные им при рассмотрении дела А65-35940/2018, само по себе не вызывает сомнение в действительности этого лицензионного договора от 02.04.2015.

Ответчиком не были представлены доказательства, опровергающие достоверность сведений, содержащихся в копии лицензионного договора от 02.04.2015 и соглашения №1 от 02.10.2017 ни по делу №А65-35940/2018 (что следует из текстов судебных актов), ни по настоящему делу.

Напротив, представленные в материалы дела другие доказательства со стороны истца, подтверждают сведения, содержащиеся в лицензионном договоре от 02.04.2015. Письменными пояснениями и свидетельскими показаниями работников ООО «Ледел» по делу №А65-35940/2018 было также подтверждено, что впервые дизайн светильника                L-trade II был предоставлен в ООО «Ледел» ФИО3 в апреле 2015 года, после чего под контролем ФИО3 велась работа по разработке на основе данного дизайна конструкции светильника L-trade II. Последующие доказательства (нотариальные протоколы осмотра переписок в Whatsapp и системе Мегаплан) использования дизайна светильника L-trade II в ООО «Ледел» и его изображения датированы июлем-августом и ноябрем 2015 года, то есть задолго до предъявления первого иска ООО «Ледел» к ООО «Рэйлюкс» (по делу А65-23016/2018) и значительно ранее даты создания руководителем ООО «Рэйлюкс» ФИО1 собственного светильника T-lux.

Никому более лицензия на использование дизайна светильника L-trade II, ФИО3, не предоставлялась, обратное не доказано (ст.65 АПК РФ), что подтверждает ее исключительный характер. Обе стороны сделки (ООО «Ледел» и ФИО3) подтвердили свои подписи. 

Доводы ответчика относительно отсутствия государственной регистрации лицензионного договора от 02.04.2015, несмотря на наличие соответствующего условия в нем, и отсутствия депонирования произведения в уполномоченной организации, являются несостоятельными и противоречат действующему законодательству. В отличие от объектов патентных прав (в том числе промышленных образцов), согласно пункту 4 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

Исходя из статей 1246, 1262 Гражданского кодекса Российской Федерации среди объектов авторских прав  зарегистрированы могут быть программы для ЭВМ. Это также разъяснено, например, в абзаце 6 пункта 57  Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015), в соответствии с которым депонирование также не предусмотрено законодательством РФ ни как обязательная, ни как добровольная процедура, равно как и отсутствуют «уполномоченные» на это организации. При этом в тексте лицензионного договора от 02.04.2015 не говорится про «депонирование». Соответственно законодательством РФ (статьями 1232, 1235, 1286 Гражданского кодекса Российской Федерации) не предусмотрена государственная регистрация и лицензионных договоров на объекты авторских прав.

Истец объясняет указание в тексте лицензионного договора от 02.04.2015 года на необходимость его государственной регистрации технической ошибкой.

Суд отмечает, что такое указание также не имеет правового значения, поскольку данная ошибка не касается существенных условий лицензионного договора, определённых статьями 1235 и 1286 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответственно, она не свидетельствует о незаключенности или недействительности лицензионного договора от 02.04.2015.

Также можно согласиться с пояснениями истца о техническом характере отсутствия на одной из скан-копий соглашения об изменении лицензионного договора на дизайн L-trade II от 02.10.2017 оттиска печати ИП ФИО3, поскольку текст и вид соглашений в остальном абсолютно одинаковы. 

Довод ответчика о том, что лицензионный договор от 02.04.2021 и соглашение к нему подписаны одним и тем же лицом − ФИО3 (как физическим лицом с одной стороны и как руководителем ООО «Ледел» с другой стороны), подлежит отклонению судом, поскольку это само по себе влечет ничтожность сделки, а лишь дает основания для квалификации ее в качестве сделки с заинтересованностью. Как было отмечено выше, данная сделка не была оспорена, но была одобрена в последующем.

Таким образом, сомнения ответчика относительно достоверности копии и лицензионного договора (исключительная лицензия) на дизайн L-trade II от 02.04.2015 и соглашения об изменении лицензионного договора на дизайн L-trade II от 02.10.2017, являются необоснованными, направленными на преодоление вступившего в законную силу решения по делу №А65-35940/2018, в котором участвовали те же лица, что и в настоящем деле, что является недопустимым (ст. 69 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, суд считает необходимым отказать в удовлетворении ходатайства о назначении судебных экспертиз в отношении копий лицензионного договора (исключительная лицензия) на дизайн L-trade II от 02.04.2015 и соглашения об изменении лицензионного договора на дизайн L-trade II от 02.10.2017, а имеющиеся в деле доказательства в совокупности и в отсутствии доказательств обратного в достаточной степени подтверждают достоверность, действительность и заключенность лицензионного договора (исключительная лицензия) на дизайн L-trade II от 02.04.2015 и соглашения об изменении лицензионного договора на дизайн L-trade II от 02.10.2017 между ФИО7 и ООО «Ледел».

Следовательно, оснований для назначения судебных экспертиз (экспертизы по вопросам давности и достоверности подписей копий лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017, судебной компьютерно-технической экспертизы файлов указанных лицензионного договора № 12/д на дизайн светильника L-trade II от 02.04.2015 и соглашения о его изменении №1 от 02.10.2017) судом не установлено, соответственно, ходатайство ответчика о назначении по делу судебных экспертиз подлежит отклонению.

Кроме того, согласно внесудебному исследованию № 2474 от 11.05.2021 специалиста ООО «АО «Приоритет» ФИО14 установить или опровергнуть подписи ФИО3 или установить/опровергнуть давность по представленным документам невозможно ввиду того, что отсутствует оригинал и подпись ФИО3 непригодна для исследования. В имеющихся в материалах настоящего дела предварительных ответах многих иных экспертных организаций также указано о возможности проведения почерковедческой экспертизы лишь по оригиналам документов. Ответчиком также не представлено обоснование относимости и возможности проведения судебной экспертизы именно таких документов в виде скан-копий.

Суд считает необходимым указать, что, что в материалах настоящего дела отсутствуют какие-либо доказательства, из которых объективно и определенно бы следовало, что общество «Ледел» не обладает правомочием на обращение с иском в защиту исключительного права на дизайн светодиодных светильников L-trade II, поэтому иная оценка обстоятельств, установленных судами ранее, в данном случае невозможна.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости».

Согласно пункту 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Согласно пункту 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»: в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. При несоблюдении указанных требований суд вправе вынести определение об оставлении соответствующего искового заявления без движения (статья 136 ГПК РФ, статья 128 АПК РФ). Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

В абзаце третьем пункта 62 Постановлении N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено что суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно абзацам 3 и 4 пункта 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации.

По первому эпизоду.

Ответчик предлагал к продаже следующие модели светильников серии T-lux 95, T-lux 57, T-lux 48, T-lux 38, T-lux 29, T-lux 19, T-lux 182, T-lux 91, T-lux 73, T-lux 135, тем самым осуществил незаконные воспроизведение, публичный показ и доведение до всеобщего сведения его внешнего вида, являющегося незаконной переработкой дизайна светодиодного светильника L-trade II, что установлено вступившим в законную силу решением по делу №А65- 35940/2018.

По данному факту истец выбрал способ расчета компенсации, предусмотренный пунктом 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения. Истец считает, что за предложение к продаже вышеуказанных 10 (Десяти) моделей светильников серии «T-lux» согласно нотариальному протоколу № 16АА 4404789 от 25.01.2018 осмотра интернет-сайта www.raylux.ru разумный размер компенсации составляет 100000 рублей.

Несмотря на несогласие с иском, ответчиком заявлены возражения в части предъявленной к взысканию сумм компенсации, заявлено о снижении компенсации.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

В соответствии со статьей 1254 Гражданского кодекса Российской Федерации  если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 названного Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 80 постановления N 10, перечень объектов авторского права, содержащийся в пункте 1 статьи 1259 ГК РФ, не является исчерпывающим.

Таким образом, принимая во внимание раскрытую в пункте 80 презумпцию, суд исходит из охраноспособности произведения, в защиту прав на которое заявлен иск по настоящему делу. Иного из материалов дела не следует и ответчиком объективным образом не доказано.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления N 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Соответственно, в предмет доказывания по требованию о защите исключительного права на произведение входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанных прав и факт их нарушения ответчиком.

Как было отмечено выше, судом установлены как факт наличия у истца правомочия на обращение в защиту исключительного права на произведение, так и факт нарушения этого права ответчиком путем действий по предложению к продаже следующих  моделей светильников серии T-lux 95, T-lux 57, T-lux 48, T-lux 38, T-lux 29, T-lux 19, T-lux 182, T-lux 91, T-lux 73, T-lux 135, тем самым осуществил незаконные воспроизведение, публичный показ и доведение до всеобщего сведения его внешнего вида, являющегося незаконной переработкой дизайна светодиодного светильника L-trade II. 

В силу ст.1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Указанной нормой закона установлена минимальная сумма компенсации за нарушение исключительного права на произведение в сумме 10000 рублей.

Истец, воспользовавшись правом, установленным ст.1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, требует компенсации за нарушение исключительных прав по данному эпизоду  в размере 100000, однако, суд, исходя из ходатайства ответчика о снижении компенсации, характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше, фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 50000 руб.

По второму эпизоду.

Согласно протоколу детектива № 1/10-2017 от 31.10.2017 и приложенным к нему документам (паспорту светильника серии T-lux 19, счет-фактурой № 199 от 26.10.2017, фотографиям товара «Торговый линейный светильник T-lux 19 2000» (3 листа),  счету № 1287 от 10.10.2017, платежному поручению № 100 от 24.10.2017, распечатке электронной переписки с адреса prompribor.kazan@yandex.ru, распечатке интернет-страницы http://www.raylux.ru/company/staff/kolesnikov-andrey/, распечатке интернет-страницы https://kazan.diokom.ru/torgovye/T-lux%2019%202000/, заверенной копии лицензии на негосударственную (частную) сыскную деятельность № 0202 от 28.01.2013.), были произведены и проданы два торговых линейных светильников «T-lux 19 2000» производства ООО «Рэйлюкс» (то есть были воспроизведены и распространены два контрафактных экземпляра произведения) по цене 2000 рублей за штуку на общую сумму 4000 рублей.

Таким образом, по данному факту стоимость проданных контрафактных светильников T-lux 19 (то есть экземпляров произведения) составила 4000 рублей. Поэтому на основании пункта 2 статьи 1301 Гражданского кодекса, согласно которому компенсация за нарушение исключительного права на произведение может быть выплачена в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения, истец полагает, что размер компенсации по данному факту должен составить 8 000 (Восемь тысяч) рублей 00 копеек.

Удовлетворяя исковые требования в указанной части в полном объеме, суд пришел к выводу о доказанности незаконного воспроизведения и распространения двух экземпляров дизайна контрафактных светодиодных светильников T-lux 19, являющегося незаконной переработкой произведения дизайна светодиодного светильника истца L-trade II, при их производстве и продаже согласно протоколу детектива №1/10-2017 от 31.10.2017. Размер компенсации рассчитан в соответствии с п.2 ст.1301 Гражданского кодекса Российской Федерации и подтвержден документально, ответчиком в нарушение ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнут.

По третьему эпизоду.

Согласно странице 4 нотариального протокола 16АА 4404788 от 25.01.2018, на интернет-странице ФИО2 в социальной сети «Вконтакте», являющегося участником юридического лица ответчика ООО «Рэйлюкс», размещен рекламный баннер ответчика, фотографии и комментарии ФИО2 с указанием того, что в 2017 году светодиодными светильниками T-lux 19, T-lux 48, T-lux 38 был освещен офис банка «АК БАРС» общей площадью 1100 квадратных метров по адресу: 

<

...>. Ответом ПАО «АК БАРС» БАНК от 16.03.2018 № 4902, указанным выше в Решении АС РТ от 25.07.2019 по делу № А65-35940/2018, было подтверждено, что вышеуказанные светильники были произведены ООО «Рэйлюкс».

Поскольку истцу не удалось получить по данному факту нарушения информацию о точном количестве контрафактных светодиодных светильников и стоимости иных моделей, кроме (T-lux 19), то истец выбрал способ расчета компенсации, предусмотренный пунктом 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В обоснование расчетом истец ссылается на светотехнические расчеты, произведенные на основании общедоступных интернет-источников, согласно которому для освещения вышеуказанных 1100 кв.м. офиса ПАО «АК БАРС» БАНК по адресу: 

<

...>, - необходимо в среднем 250 светильников T-lux19, и исходя из цены в 2000 рублей за один светильник T-lux 19 (согласно закупке по протоколу детектива № 1/10-2017 от 31.10.2017), разумный размер компенсации по данному факту, равный общей стоимости указанного количества контрафактных светильников, которая составляет: 2000 х 250 = 500 000 рублей.

Между тем, расчеты истца документально не подтверждены. вопреки доводам истца, ответ ПАО «АК БАРС» БАНК от 16.03.2018 № 4902 не содержит информации о количестве размещенных в используемом здании светодиодных светильников T-lux (л.д.151, т.1).

Ответчик, не оспаривает, что на сайте raylux.ru размещал сведения о фактах продажи светильников серии Т-lux. Ответчик также утверждает, что при этом не опровергнуто истцом, что с даты вступления в законную силу решения по делу                       №А65-35940/2018 информация с указанного сайта была удалена.

Истец, воспользовавшись правом, установленным ст.1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, требует компенсации за нарушение исключительных прав по данному эпизоду в размере 500000, однако, суд, исходя из ходатайства ответчика о снижении компенсации, характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше, фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 50000 руб.

По четвертому эпизоду.

Согласно странице 4 нотариальному протоколу 16АА 4404788 от 25.01.2018 на интернет-странице ФИО2 в социальной сети «Вконтакте», являющегося участником юридического лица ответчика ООО «Рэйлюкс», размещен рекламный баннер ответчика, с указанием того, что в 2017 году светодиодными светильниками T-lux 95, T-lux 48 был освещено помещение супермаркета BIGZZ в городе Минск площадью 960 квадратных метров. Истец в обоснование расчета сослался на то, что из светотехнических расчетов по вышеуказанному офису ПАО «АК БАРС» БАНК следует, что на освещение помещения супермаркета BIGZZ, площадью 960 квадратных метров, необходимо 960 / 1100 х 250 = 218 светильников T-lux 19, цена которого 2000 рублей за один светильник. Соответственно, истец считает разумным размер компенсации по данному факту, равный общей стоимости указанных 218 светильников T-lux 19, то есть 218 х 2000 = 436 000 (Четыреста тридцать шесть тысяч) рублей 00 копеек.

Истец, воспользовавшись правом, установленным п.1 ст.1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, требует компенсации за нарушение исключительных прав по данному эпизоду в размере 436000 руб. не приведя документальные доказательства в подтверждение расчета об объемах закупки и количестве размещенных светильников, в связи с чем, суд, исходя из ходатайства ответчика о снижении компенсации, характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше, фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 50000 руб.

По пятому эпизоду.

Согласно протоколу детектива № 1/01-2018 от 27.01.2018, указанному выше в Решении АС РТ от 25.07.2019 по делу № А65-35940/2018, 27 января 2018 года истцом с привлечением детектива ФИО15 было организовано проведение осмотра и фото-фиксации торгового зала магазина «Леруа Мерлен Воронеж», расположенного по адресу: 396005, 

<

...>. На потолке  данного торгового зала были обнаружены светодиодные светильники T-lux 135. Истец ссылается на то, что из прилагаемых к протоколу фотографий, цифра «135» означает мощность 135 Вт и что в торговом зале размещено 700 шт. светильников.

 Следовательно, мощность данного светильника более, чем в 7 раз превышает мощность светильника T-lux 19, цена которого составляла 2000 рублей согласно закупке по протоколу детектива № 1/10-2017 от 31.10.2017. Исходя из этого, можно примерно оценить светильник T-lux 135 в 8 000 рублей. Таким образом, примерная общая стоимость установленных в магазине «Леруа Мерлен Воронеж» контрафактных светодиодных светильников T-lux 135 в количестве 700 шт. составляет 700 х 8000 = 5 600 000 рублей.

Поскольку максимальный размер компенсации по пункту 1 статьи 1301 Гражданского кодекса РФ составляет 5000000 рублей, то истец считает разумным взыскание компенсации по данному факту в размере 5000000 рублей.

Между тем, вопреки доводам истца, в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства размещении именно 700 шт. указанных светильников именно этой серии, и именно с такой мощностью (ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из ходатайства ответчика о снижении компенсации, характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше, фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя в заявленном размере, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 50000 руб.

На основании вышеизложенного,  суд пришел к выводу о том, что соразмерной компенсацией за нарушение исключительных прав является 208000 руб. в общем размере (50000 руб. + 8000 руб. + 50000 руб. + 50000 руб. + 50000 руб.).

На основании изложенного суд удовлетворяет требования истца в установленной части.

Расходы по госпошлине распределяются в соответствии со ст. 110 АПК РФ и относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований. 

руководствуясь статьями 110, 112, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении ходатайств общества с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о назначении судебных экспертиз отказать.

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Рэйлюкс», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Ледел», г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 208000 (двести восемь тысяч) рублей компенсации за нарушение авторских прав, 1832 (одна тысяча восемьсот тридцать два) рубля расходов по оплате госпошлины.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.

Судья                                                                                                          Н.В. Панюхина