ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.06.2021

Дело № А40-64500/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена  25.05.2021 

Полный текст постановления изготовлен  01.06.2021

 

  Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Коротковой Е.Н., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 27.08.2019,

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 26.08.20219, 

рассмотрев 25.05.2021 в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021

по заявлению ПАО Сбербанк о признании недействительной сделкой соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества от 03.07.2017, заключенное между должником и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2018 ФИО3 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд с заявлением о признании недействительной сделкой соглашения об отступном путем передачи недвижимого имущества от 03.07.2017, заключенного между должником и ФИО1

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 судом было отказано в удовлетворении требований Банка.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий должника ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований. Управляющий в кассационной жалобе указывает, что согласно имеющимся в деле доказательствам ФИО3, являясь руководителем ОАО «Залесье», на протяжении длительного времени вплоть до 2017 года пользовался юридическими и консультационными услугами ООО «Подати-Консалтинг», руководителем которого является ответчик ФИО1, кроме того, в тот же период между ФИО3 и ФИО1, как физическими лицами, существовали правоотношения, вытекающие из договора займа от 16.10.2014. По мнению управляющего, осведомленность ФИО1 о наличии судебного акта о взыскании с ФИО3 задолженности как с солидарного должника, означает также и его осведомленность о возможности обращения взыскания на спорный объект недвижимости в рамках исполнительного производства, при этом, доводы о наличии у ОАО «Залесье» залогового имущества, оценочная стоимость которого превышала сумму просроченной задолженности, являются несостоятельными. Управляющий полагает, что в данном случае, ФИО3 и ФИО1 действовали совместно в целях недопущения обращения взыскания на спорное жилое помещение в счет погашения денежных обязательств ФИО3 перед ПАО «Сбербанк России».

От ФИО1 и ФИО3, а также от ПАО Сбербанк России поступили отзывы на кассационную жалобу, который судебной коллегией приобщен к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От финансового управляющего должника ФИО5 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, поскольку он участвует как представитель  МП «Теплоресурс» в судебном заседании  Фрунзенского рационного суда города Ярославля, назначенного на 25.05.2021. 

Выслушав мнение лиц, явившихся в судебное заседание, рассмотрев заявленное ходатайство об отложении судебного заседания, суд кассационной инстанции руководствуясь нормами статей 158, 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для его удовлетворения. При этом суд кассационной инстанции учитывает, то финансовый управляющий должника имел возможность заявить соответствующее ходатайство об участии в судебном заседании путем использования он-лайн заседания.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО1 и ФИО3 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Выслушав представителей ФИО1 и ФИО3, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, кассационная инстанция не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как установлено судами и подтверждается материалами дела, 03.07.2017 между ФИО3 и ФИО1 было заключено соглашение об отступном путем передачи недвижимого имущества, в соответствии с пунктами 1.1, 1.2 и 2.2 которого ФИО3 в счет исполнения обязательства, вытекающего из договора займа от 16.10.2014 (срок исполнения обязательства наступил 16.10.2016) на общую сумму 7 800 000 руб., предоставил ФИО1 в качестве отступного недвижимое имущество: квартиру, общей площадью 257.8 кв.м., этаж 1.2. мансарда, по адресу: 

<

...>, кадастровый номер № 76:23:022023:41, стоимостью 7 800 000 руб. 

Обращаясь в суд с заявлением о признании сделки недействительной, Банк ссылался на положения пунктов 1 и 2 статей 61.2 Закона о банкротстве и статьи  10, 168 ГК РФ.

Суды пришли к выводу, что заявителем не доказан факт неравноценности оспариваемой сделки, при этом, с целью установления реальной стоимости отчужденной квартиры судом первой инстанции была назначена судебная экспертиза, которая была поручена ИП ФИО6, на разрешение эксперта был поставлен вопрос «Какова рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: г. Ярославль, Тверицкая 

<

...>, кадастровый номер 76:23:022023:41, по состоянию на 03.07.2017», по результатам судебной экспертизы было установлено, что рыночная стоимость квартиры на дату совершения сделки составляла 8 257 000 руб. – то есть рыночная стоимость квартиры отличалась от цены сделки не более чем на 5,5 %, в связи с чем, суды пришли к выводу, что стоимость недвижимого имущества, переданного в качестве отступного, соответствовала рыночным ценам.

Также, по мнению судов, заявитель не представил надлежащих доказательств того, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, а целью заключения соглашения являлось причинение вреда кредиторам должника (с учетом установленной судебной экспертизой рыночной стоимости имущества).

Суды отклонили доводы ПАО «Сбербанк России» об отсутствии зае?мных обязательств должника перед ФИО1 и совершении сделки по представлению отступного в счет погашения несуществующего обязательства.

Так, суды установили, что договор займа в установленном порядке недействительным не признан, ФИО1 имел финансовую возможность выдать заем ФИО3, что подтверждается: договором купли-продажи от 19.07.2013, договором купли-продажи от 19.07.2013, налоговой декларацией за 2014 год, налоговой декларацией за 2006 год, налоговой декларацией за 2007 год, справкой ПАО «Промсвязьбанк» на 29.11.2019, из которых следует, что доход ответчика за период с 2006 года составлял минимум 45 млн. руб., полученная сумма займа была использована ФИО3 для оплаты приобрете?нной спорной квартиры с использованием индивидуального банковского сейфа. 

Кроме того, суды признали несостоятельными доводы Банка о заинтересованности сторон, поскольку основанием для возбуждения дела о банкротстве в отношении ФИО7 послужило неисполнение обязательств ОАО «Залесье» (основным должником) и ФИО3 (поручителем) по кредитным договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии перед ПАО Сбербанк, ни ООО «ПОДАТИ», ни ответчик не являются лицами, которые определяли или могли определять условия кредитной сделки, договоров залога и поручительств, ответчик не работал в органах управления ОАО «Залесье», ООО «ПОДАТИ» и ОАО «Залесье», указанные лица не имеют признаков фактической аффилированности.

Таким образом, суды пришли к выводу, что являются несостоятельными доводы Банка и управляющего о заинтересованности сторон в отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих что ответчик или ООО «ПОДАТИ» могли оказывать влияние на принятие решений в сфере предпринимательской деятельности должника или ОАО «Залесье», только лишь на том основании, что работник отдела «юридические услуги» оказывал услуги судебного представительства в делах, связанных с рассмотрением споров о защите прав потребителя и спорам по заработной плате.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При этом, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631 (1,2), равноценная сделка не может причинить должнику или его кредиторам вред по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Банком не приведено мотивов выхода оспариваемой сделки за пределы  презумпций пункта  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий спор по существу оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно положениям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания недействительным оспариваемого соглашения об отступном, учитывая, что сделка была совершена при равноценном встречном предоставлении, доказательств нереальности заемных правоотношений материалы дела не содержат, равно как и доказательств заинтересованности сторон по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с указанными выводами судов, поскольку как следует из обжалуемых судебных актов, суды исходили из совокупности собранных по делу доказательств и установленных фактических обстоятельств.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции при принятии обжалуемого постановления, и не опровергают правильности принятого по делу судебного акта.

Доводы кассационной жалобы финансового управляющего направлены на несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

С учетом изложенного, поскольку суды правильно применили нормы права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, то оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2021 по делу № А40-64500/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с финансового управляющего ФИО5 за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета 150 руб. (сто пятьдесят рублей) государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий – судья                                          Н.А. Кручинина 

 

Судьи:                                                                                     Е.Н. Короткова

 

                                                                                                 В.Л. Перунова