АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-4455/2018

г. Краснодар

11 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 июля 2023 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Соловьева Е.Г. и Сороколетовой Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З. и участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Эстмедикал» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1, от общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк "Развитие"» – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО2 (доверенность от 10.09.2021), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк "Развитие"» – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.12.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А63-4455/2018 (Ф08-5400/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Эстмедикал» (далее – должник, компания) ООО «Фармхимпром» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просило:

– признать недействительной сделкой договор от 08.06.2016 № ПД/1 о переводе долга, заключенный должником и ООО «Коммерческий банк "Развитие"» (далее – банк);

– применить последствия недействительности указанной сделки в виде возложения на банк обязанности возвратить в конкурсную массу должника 8 035 859 рублей 37 копеек (уточненные требования).

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 22.12.2022, оставленным без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023, заявленные требования удовлетворены. Суд признал недействительной сделкой договор от 08.06.2016 № ПД/1, заключенный должником и банком; применил последствия недействительности данной сделки в виде возложения на банк обязанности возвратить 8 035 859 рублей 37 копеек в конкурсную массу должника. 

В кассационной жалобе банк в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – агентство) просит отменить определение и апелляционное постановление, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. Податель жалобы указывает, что на момент совершения спорного договора отсутствовала необходимость в нотариальном удостоверении решения единственного участника должника об одобрении сделки. Суды неверно применили последствия недействительности сделки, а также не приняли во внимание доказательства, подтверждающие отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения спорной сделки.

В представленном в суд округа отзыве конкурсный управляющий должника ФИО1 указывает на отсутствие оснований для удовлетворения кассационной жалобы. 

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, настаивали на доводах, изложенных в кассационной жалобе и в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что определение и апелляционное постановление следует оставить без изменения. 

Как видно из материалов дела, решением суда от 02.08.2022 (резолютивная часть объявлена 26.07.2022) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 06.08.2022 № 142.

21 июня 2013 года банк и ОАО НПК «Эском» заключили кредитный договор № 37 на предоставление последнему кредита на производственные нужды в размере 200 млн рублей на срок до 18.06.2016 (включительно), под 14,5% годовых (пункты 1.1, 1.2, 1.3, 2.5 договора).

08 июня 2016 года банк (кредитор) и должник заключили договор о переводе долга № ПД/1, согласно которому должник принял на себя обязательства ОАО НПК «Эском» по кредитному договору от 21.06.2013 № 37 в полном объеме, включая, но не ограничиваясь: обязательства по уплате суммы основного долга, процентов, штрафов, пеней, законных и договорных неустоек, комиссий и иных платежей по возмещению судебных расходов.

Задолженность первоначального должника (ОАО НПК «Эском»), передаваемая по названному договору новому должнику, составила 201 426 229 рублей 51 копейку, из которой 200 млн рублей – основной долг, 1 426 229 рублей 51 копейка – начисленные проценты (пункт 2 договора).

Обязательства первоначального должника (ОАО НПК «Эском») перед кредитором по кредитному договору прекращаются с момента подписания соглашения от 08.06.2016 № ПД/1 о переводе долга (пункт 5).

В соответствии с дополнительным соглашением от 08.06.2016 № 1 к договору о переводе долга срок по оплате ссудной задолженности установлен до 07.06.2019 с учетом утвержденного графика погашения.

При этом обеспечение исполнения обязательств первоначального должника по кредитному договору от 21.06.2013 № 37 в виде поручительства (договор поручительства от 30.09.2014 № 1, заключенный банком и ФИО3) и залога имущества (договор залога от 21.03.2014 № 37-З, заключенный банком и ОАО НПК «Эском», сохраняет свою силу и за нового должника (пункты 9, 10 договора о переводе долга).

Должник осуществил 3 платежа (08.06.2016, 29.07.2016, 31.08.2016) в счет погашения основного долга на общую сумму 750 000 рублей, а также 5 платежей (30.06.2016, 29.07.2016, 31.08.2016, 26.12.2020, 30.12.2020) в счет погашения начисленных процентов на общую сумму 7 285 859 рублей 37 копеек, а всего – 8 035 859 рублей 37 копеек.

Поскольку должник с сентября 2016 года допускал просрочку внесения ежемесячных платежей, банк в лице агентства обратился в суд с исковым заявлением, по результатам рассмотрения которого решением Пятигорского городского суда Ставропольского края от 09.11.2017 по делу № 2-3188/17, оставленным без изменения апелляционным определением Ставропольского краевого суда от 16.05.2018, с должника и ФИО3 в пользу банка в солидарном порядке взыскана задолженность по кредитному договору в сумме 237 133 252 рублей 70 копеек, из которой 179 350 000 рублей – основной долг, 19 900 000 рублей – просроченный основной долг, 31 240 297 рублей 22 копейки – просроченные проценты, 886 500 рублей – неустойка за несвоевременное погашение основного долга, 5 756 455 рублей 48 копеек – неустойка за несвоевременное погашение процентов.

Общество, являясь конкурсным кредитором должника, обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании договора от 08.06.2016 № ПД/1 недействительной сделкой, в обоснование которого указывало, что данная сделка совершена с явным злоупотреблением правом для искусственного увеличения кредиторской задолженности и причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Удовлетворяя заявленные требования, суды обоснованно руководствовались положениями статей 2, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, приведенными в пунктах 5, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63), правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, и исходили из того, что оспариваемая сделка может быть оспорена применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суды отметили, что факт недостаточности у должника имущества на момент совершения оспариваемой сделки подтвержден представленным конкурсным управляющим в материалы дела бухгалтерским балансом должника за 2015 год (представлен в электронном виде 18.11.2022).

Так, согласно данному документу балансовая стоимость активов общества в указанный период составляла 213 488 000 рублей (из них основные средства – 49 071 000 рублей; запасы – 9 467 000 рублей; дебиторская задолженность – 133 718 000 рублей; денежные средства – 13 387 000 рублей), при этом кредиторская задолженность компании составляла 211 674 000 рублей. Таким образом, долговые обязательства должника перед его кредиторами по итогам 2015 года составили 99% от валюты баланса. 

Суды отметили, что данные обстоятельства также подтверждены анализом внесенных должником по спорному договору платежей, которые совершены добровольно только в первые три месяца действия сделки.

Принимая во внимание, что актив компании за период, предшествующий дате заключения спорной сделки, фактически сопоставим с кредиторской задолженностью, суды обоснованно указали, что должник на дату заключения спорного договора о переводе долга не имел достаточного имущества, за счет которого имелась реальная возможность для исполнения вновь возникших обязательств по возврату банку кредита в размере более чем 200 млн руб. 

Суды также установили, что на момент совершения оспариваемого договора у компании имелись неисполненные обязательства перед ОАО НПК «Эском» по договору поставки от 02.09.2013 № 561/13-1 (в размере 148 714 637 рублей 81 копейки основного долга по состоянию на 31.12.2015, а по состоянию на 31.12.2016 – 541 425 171 рубля 74 копеек), которые в последующем включены в реестр требований кредиторов должника (определение суда от 16.08.2021). Приведенные обязательства также позволили судам заключить о неплатежеспособности компании на дату заключения спорного договора.

Отклоняя довод банка о платежеспособности компании в спорный период, в обоснование которого представлены бухгалтерский баланс по состоянию на 30.06.2016, отчет о финансовых результатах с 01.01.2016 по 30.06.2016, налоговые декларации за 2016 год, суды отметили, что данные документы составлены после заключения оспариваемого договора о переводе долга от 08.06.2016, следовательно, не могли быть представлены кредитной организации по состоянию на дату совершения сделки. 

Кроме того, суды указали, что из представленного банком бухгалтерского баланса должника по состоянию на 30.06.2016 также усматривается превышение размера пассива (939 676 000 рублей составляет кредиторская задолженность) над активом должника (893 126 000 рублей).

Учитывая, что банк является специальным субъектом правоотношений, суды справедливо отметили, что проверка для подтверждения платежеспособности должника в целях совершения оспариваемой сделка проведена кредитной организацией формально – только в части установления отсутствия задолженности по заработной плате, перед бюджетом и внебюджетными фондами, отрицательных отзывов о юридическом лице в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. 

Проанализировав условия рассматриваемого договора от 08.06.2016 № ПД/1, суды пришли к верному выводу о том, что данная сделка не предполагает получение должником равноценного встречного предоставления и, соответственно, не имеет для него какого-либо имущественного интереса. 

При этом, отклоняя указание банка на наличие в спорном договоре регрессного требования к первоначальному должнику (пункт 11), суды справедливо отметили, что данное условие не является платой за взятые на себя обязательства, а представляет собой лишь право, которое возникнет только при полном исполнении новым должником перед кредитором обязательств, вытекающих из кредитного договора.

Таким образом, установив, что договор от 08.06.2016 № ПД/1 совершен на явно нерыночных условиях и в отсутствие экономического интереса, суды заключили, что должник в рамках оспариваемого договора в нарушение принципа добросовестности и разумности приобрел пассив, который привел к увеличению имущественных требований к нему и утрате возможности получения кредиторами удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суды также отметили, что в результате заключения спорного договора ответчик стал кредитором по отношению к новому должнику – компании, при том, что обязательства у ОАО НПК «Эском» перед банком сохранились в виде залога и поручительства. Впоследствии банк включился в реестр требований кредиторов как первоначального должника (определение суд от 25.05.2021 по делу № А63-6153/2019), так и нового должника (определение суда от 06.05.2022 по делу № А63-4455/2018).

Кроме того, суды отметили, что банк обладал сведениями о том, что возложенные на должника по спорному договору обязательства составляли более 25% от балансовой стоимости его активов, что требовало при заключении сделки соблюдения порядка одобрения крупной сделки со стороны учредителя компании. В данном случае Уставом компании (пункт 10.4; представлен в электронном виде 18.11.2022) предусмотрено, что для совершения крупной сделки, стоимость которой составляет свыше 25% стоимости имущества, требуется согласие общего собрания участников (единственного участника).

Согласно представленному конкурсным управляющим расчету стоимость чистых активов должника по состоянию на 2015 год составила 1 814 000 рублей, следовательно, оспариваемая сделка по переводу долга на 200 млн рублей являлась для компании крупной.

Учитывая, что представленное банком решение единственного участника компании от 06.06.2016 не получило нотариального удостоверения, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь подпунктом 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), обоснованно отклонили данный документ в качестве достоверного доказательства, подтверждающего одобрение спорной сделки со стороны единственного участника должника.

Таким образом, исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды первой и апелляционной инстанций, учитывая установленные обстоятельства, свидетельствующие о неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, принимая во внимание экономически неоправданное поведение должника по принятию на себя обязательств стороннего лица, отсутствие со стороны ОАО НПК «Эском» встречного эквивалентного исполнения, а также то, что банк как профессиональный участник рынка финансовых услуг должен был знать о финансовом состоянии компании, пришли к верному выводу о том, что спорная сделка совершена с целью причинения имущественного вреда кредиторам, что свидетельствует о наличии совокупности факторов необходимых для ее признания недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем правомерно удовлетворили заявленные требования.

При применении последствий недействительности сделки, суды руководствовались пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и учитывали, что в рамках спорного договора банк получил от компании денежные средства в общем размере 8 035 859 рублей 37 копеек, которые подлежат возврату в конкурсную массу должника. При этом суды не установили оснований для применения последствия недействительности оспоренной сделки в виде восстановления задолженности ОАО НПК «Эском» перед банком по кредитному договору от 21.06.2013 № 37. 

Суд округа не принимает аргументы ответчика относительно неверного применения судами последствий недействительности спорной сделки. В данной ситуации отсутствует возможность в восстановлении задолженности первоначального должника перед банком по кредитному договору от 21.06.2013 № 37, поскольку в рамках рассматриваемого спора не разрешались вопросы о действительности (недействительности) указанной сделки, реальности возникновения кредитных отношений, наличии (отсутствии) задолженности. Учитывая указанное, а также наличие договора залога от 21.03.2014 № 37-З, заключенного ОАО НПК «Эском» и банком, последний при наличии к тому оснований не утратил право требования к первоначальному должнику в рамках кредитного договора от 21.06.2013 № 37. При этом суд кассационной инстанции учитывает нахождение ОАО НПК «Эском» в процедуре банкротства. Как следует из общедоступных сведений, размещенных в Картотеке арбитражных дел, определением от 25.05.2021 по делу № А63-6153/2019 требования банка включены в реестр требований кредиторов ОАО НПК «Эском» по обязательствам, возникшим из договора залога от 21.03.2014 № 37-З (определение суд от 25.05.2021 по делу № А63-6153/2019). Кроме того, в настоящее время в производстве суда первой инстанции в рамках дела № А63-6153/2019 о банкротстве ОАО НПК «Эском» рассматривается заявление банка о включении в реестр требований задолженности, возникшей у  ОАО НПК «Эском» перед банком по кредитному договору от 21.06.2013 № 37, определением от 21.06.2023 рассмотрение обособленного спора отложено на 22.08.2023.

Довод банка о том, что на момент совершения спорного договора перевода долга отсутствовала необходимость в нотариальном удостоверении решения единственного участника должника об его одобрении, не принимается, поскольку основан на ошибочном понимании норм права. В данном случае отсутствие в подпункте 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса прямого предписания об обязательном нотариальном удостоверении решения единственного участника не исключает необходимость его применения в рассматриваемой ситуации. Ответчик, ссылаясь на правовую позицию, приведенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.12.2019 № 306-ЭС19-25147, не учитывает, что в рамках названного дела разрешался спор относительно решений общих собраний о применении альтернативных способов подтверждения решений на будущее время. 

В пункте 107 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что решения очных собраний участников хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции счетной комиссии, в порядке, установленном подпунктами 1 – 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными применительно к пункту 3 статьи 163 Гражданского кодекса.

В данном случае иной способ удостоверения решения общего собрания участников компании (единственного участника) его уставом не предусмотрен, а представленное в материалы дела решение от 06.06.2016 в нарушение подпункта 3 пункта 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса не получило нотариального удостоверения.

С учетом изложенного, суды, установив, приведенные выше обстоятельства совершения оспариваемой сделки (в том числе, отсутствие встречного представления, убыточность для компании), правомерно указали, что при заключении договора допущены нарушения порядка одобрения крупной для должника сделки со стороны его единственного участника, что также свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований (статья 173.1 Гражданского кодекса). 

Учитывая, что в рассматриваемом случае стороны, заключая оспариваемую сделку, действовали недобросовестно, с явным ущербом для компании, поскольку заключение договора о переводе долга являлось для должника экономически неоправданным, что было очевидно для всех участников сделки, принимая во внимание, что на момент совершения спорного договора у должника существовали неудовлетворенные требования кредиторов и в результате совершения сделки компания стала отвечать признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, суд кассационной инстанции считает выводы нижестоящих судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Иные доводы кассационной жалобы также изучены и признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку не влияют на обоснованность и законность обжалуемых судебных актов, не опровергают выводов судов, свидетельствуют о несогласии банка с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил. 

 

Руководствуясь статьями 284 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.12.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2023 по делу № А63-4455/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

Е.Г. Соловьев 

 

Н.А. Сороколетова