ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-187949/21

26 октября 2023 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2023 года                           

Полный текст постановления изготовлен  26 октября 2023 года                                   

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей  Дзюбы Д.И., Нечаева С.В.,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, дов. №288 от 01.01.2023г., ФИО2, дов. №280 от 01.01.2023г., ФИО3, дов. №47  от 01.01.2023г.;

от ответчика: ФИО4, дов. от 11.09.2023г., ФИО5, дов. от 08.11.2022г.;

от третьего лица: никто не явился, извещено;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

Публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» 

на решение от 18 мая 2023 года 

Арбитражного суда г. Москвы,

на  постановление от 16 августа 2023 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску Публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» 

 к Обществу с ограниченной ответственностью «Энергоинвест»

о взыскании денежных средств,

встречное исковое заявление 

о взыскании денежных средств,

третье лицо: Государственная жилищная инспекция Республики Ингушетия,

УСТАНОВИЛ:

ПАО "Россети Северный Кавказ" в лице филиала Публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» - «Ингушэнерго» обратилось с исковым заявлением к ООО "Энергоинвест" о взыскании задолженности в размере 505.328.288 руб. 83 коп.

 Решением Арбитражного суда города Москвы от 24 декабря 2021 года в удовлетворении иска было отказано (т.9, л.д. 86-90).

 Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 февраля 2022 года данное решение было оставлено без изменения (т.9, л.д. 152- 155).

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.07.2022 вышеуказанные судебные акты были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (т.10, л.д. 80-88).

При новом рассмотрении протокольным определением от 15.11.2022 к производству был принят встречный иск о взыскании с ПАО "Россети Северный Кавказ" неосновательного обогащения в размере 501.618.368 руб. (с учетом уточнений требований, принятых судом  в порядке ст. 49 АПК РФ)

Кроме того, протокольным определением от 18.04.2023 в удовлетворении заявлений об истребовании доказательств, о вызове экспертов в судебное заседание,  об отложении судебного заседания, о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства энергетики Российской Федерации было отказано.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18 мая 2023 года первоначальные исковые  требования были  оставлены без удовлетворения; встречный иск был удовлетворен в полном объеме (т.20, л.д. 125-131).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года указанное решение было оставлено без изменения (т.21, л.д. 41-48).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, ПАО «Россети Северный Кавказ»   обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить и принять новое решение об удовлетворении первоначального иска и оставлении без удовлетворения требований по встречному иску. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

В заседании суда кассационной инстанции представители истца поддержали доводы жалобы в полном объеме.

Представители ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы возражали, в том числе по мотивам, изложенным в отзыве  к кассационной жалобе, который был приобщен к материалам дела.

            Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направило, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в его отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей сторон,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, ПАО «Россети Северный Кавказ» (компания)  является сетевой организацией и оказывает услуги по передаче электрической энергии, в т.ч. и на территории Республики Ингушетия в лице Филиала ПАО «Россети Северный Кавказ» - «Ингушэнерго». Одновременно компания в лице филиала осуществляет функции гарантирующего поставщика на территории указанного субъекта РФ. При этом «Энергоинвест» является собственником объектов электросетевого хозяйства, расположенных на территории Республики Ингушетия, что подтверждается соответствующими выписками из Единого государственного реестра недвижимости. 

Так, правоотношения сторон регулируются положениями ФЗ от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике", «Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 №442, а также «Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861. Согласно абз. 3 п. 4 ст. 26 Закона об электроэнергетике, сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, обязаны оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства. Согласно пункту 4 Основных положений, сетевые организации приобретают электрическую энергию (мощность) на розничных рынках для собственных (хозяйственных) нужд и в целях компенсации потерь электрической энергии в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства. В этом случае сетевые организации выступают как потребители. Иные владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители. Аналогичная обязанность предусмотрена пунктами 128 и 129 Основных положений № 442. Таким образом, обязанность оплаты стоимости потерь, возложена не только на организацию, для которой установлен тариф на оказание услуг по передаче электроэнергии, но и на иных владельцев, в собственности которых находятся объекты электросетевого хозяйства. Для целей применения указанных норм права иными владельцами объектов электросетевого хозяйства являются также арендаторы объектов электросетевого хозяйства и иные лица, фактически пользующиеся и владеющие объектами электросетевого хозяйства в отсутствие письменного договора, но при наличии фактически сложившихся договорных отношений (п. 1 ст. 162, ст. ст. 434, 438 ГК РФ, п. 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров»). Согласно п. 6 Правил №861, собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату. Следовательно, указанными нормами права на ответчика возложена обязанность оплаты фактических потерь электрической энергии, возникших в принадлежащих ему на праве собственности объектах электросетевого хозяйства. Вместе с тем, в соответствии с п. 129 Основных положений №442, потери электрической энергии, возникающие в принадлежащих владельцам объектов электросетевого хозяйства объектах электросетевого хозяйства, приравниваются к потреблению электрической энергии и оплачиваются иными владельцами в рамках заключенных ими договоров, обеспечивающих продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, с учетом оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии. При этом согласно п. 130 Основных положений №442, при отсутствии заключенного в письменной форме договора о приобретении электрической энергии (мощности) для целей компенсации потерь электрической энергии или договора, обеспечивающего продажу электрической энергии (мощности) на розничных рынках, владельцы объектов электросетевого хозяйства оплачивают стоимость электрической энергии в объеме фактических потерь электрической энергии гарантирующему поставщику, в границах зоны деятельности которого расположены объекты владельца электросетевого хозяйства. Размер потребления электрической энергии общества, указанного в п. 129 Основных положений № 442, определяется как разница между объемом электрической энергии, поставленной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электрической энергии, потребленной энергопринимающими устройствами, присоединенными к этой сети, а также переданной в другие сетевые организации. Объем электрической энергии, поставленный в электрическую сеть общества, в связи с отсутствием введенных в эксплуатацию расчетных приборов учета расположенных на границах балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства, определен исходя из совокупных объемов потребления на основе величины максимальной мощности энергопринимающих устройств потребителя и стандартного количества часов их использования (согласно п. 185 Основных положений № 442). 

Так, из рассчитанного объема вычитается объем оказанных ПАО «Россети Северный Кавказ» услуг потребителям, присоединенным к объектам электросетевого хозяйства ООО «Энергоинвест». С учетом отсутствующих договорных отношений с ООО «Энергоинвест» и отсутствием у последнего статуса сетевой организации для определения стоимости предъявляемых потерь электрической энергии применен тариф для конечных потребителей в соответствии с расчетным месяцем. Таким образом, истец указал, что ООО «Энергоинвест», являясь владельцем объектов электросетевого хозяйства, обязано оплачивать стоимость потерь электрической энергии, возникающих в его электрических сетях, а также заключить договор купли-продажи электрической энергии (мощности) в целях компенсации потерь. По данным ПАО «Россети Северный Кавказ», ответчиком подлежат компенсации фактические потери в сетях, принадлежащих ООО «Энергоинвест», на сумму 505.328.288 руб. 83 коп. При этом истец указал, что  объем фактических потерь, подлежащих компенсации, подтверждается соответствующими актами приема-передачи на сумму 505.328.288,83 руб. Истцом были направлены в адрес ответчика претензии о компенсации фактических потерь в сетях, принадлежащих ООО «Энергоинвест». Однако, требования, изложенные в претензии, в добровольном порядке ответчиком не  были исполнены, что явилось основанием для подачи первоначального в суд

При этом в обоснование  встречного искового заявления истец по встречному иску указал, что в период с 24.11.2020 по 21.11.2022 на стороне ПАО «Россети Северный Кавказ» сформировалось неосновательное обогащения в виде сбережения стоимости арендных платежей за пользование электросетевым хозяйством, принадлежащим ООО «Энергоинвест», в размере 501.618.368 руб., которые данное общество просило взыскать с заявителя жалобы.

Указанные обстоятельства и послужили основанием для обращения с первоначальным и встречным исками. При этом суд в обжалуемых актах, оставляя первоначальные исковые требования без удовлетворения и удовлетворяя встречный  иск, руководствуясь ст.ст.  309, 310,   1102 ГК РФ, ФЗ от 26.03.2003 № 35-ФЗ "Об электроэнергетике", «Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 №442,  «Правилами недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, а также выводами, установленным в заключении эксперта, представленном  в рамках проведённой  по делу судебной экспертизы,  по мнению коллегии, правомерно  исходил из нижеследующего. 

Так, истец является сетевой организацией и оказывает услуги по передаче электрической энергии, в т. ч. и на территории Республики Ингушетия в лице Филиала ПАО «Россети Северный Кавказ» - «Ингушэнерго». Одновременно компания в лице филиала осуществляет функции гарантирующего поставщика на территории указанного субъекта РФ. При этом ответчик является собственником объектов электросетевого хозяйства, расположенных на территории Республики Ингушетия, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 10.06.2020. 24.01.2018г. ответчик приобрел в собственность электросетевые активы по списку, указанному в спецификации к договору № 1-18/C, заключенному с ООО «Энергостроймонтаж». В рамках исполнения поручений Президента Российской Федерации от 18 марта 2011 года, Указа Президента Российской Федерации от 22 ноября 2012 года "Об Открытом акционерном обществе «Российские сети», а также протокола заседания Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Северо-Кавказского Федерального округа от 18.12.2013г. между Республикой Ингушетия и ПАО «Россети» было заключено соглашение по консолидации электросетевого комплекса и разработана соответствующая «дорожная карта». Письмом от 25.03.2019 №2/101 ООО «Энергоинвест» в адрес ПАО «МРСК Северного Кавказа» (прежнее наименование истца) была подана заявка об оформлении договора аренды. Истец не возражал против принятия электросетевых активов ответчика в аренду, в связи с чем стороны приступили к оформлению арендных правоотношений и выполнению соответствующих подготовительных мероприятий. В частности, были проведены мероприятия по инвентаризации и оценке имущества, собраны необходимые документы в соответствии с регламентом рассмотрения и заключения сделок по консолидации электросетевых активов, утвержденных приказом ПАО «МРСК Северного Кавказа» от 19.03.2018 г. № 151, поданы соответствующие заявки. 

Так, в период с 10.12.2018г. по 08.02.2019г. была проведена совместная инвентаризация электрических сетей, принадлежащих ООО «Энергоинвест» с участием ПАО «Россети Северный Кавказ», по результатам которой был составлен акт инвентаризации №1 от 11.02.2019г. В тексте акта стороны указали, что ПАО «МРСК Северного Кавказа» является эксплуатирующей инвентаризируемое имущество стороной. Также стороны отразили в акте, что инвентаризация производится для целей заключения договора аренды, однако, договор впоследствии заключен не был.

С учетом изложенного суд в обжалуемых актах пришел к  верному выводу о том, что в данном случае к правоотношениям сторон не подлежат применению положения, содержащиеся в ст. ст. 432, 450, 606, 610, 614, 622 ГК РФ, а также разъяснения, содержащиеся в п. 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 г. за № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил ГК РФ  о договоре аренды». Вместе с тем,  определяющим для рассмотрения настоящего спора является не факт заключения договора аренды, а вопрос о том, кто фактически владел и эксплуатировал спорное электросетевое имущество. Согласно пункта 4 Основных положений № 442, владельцы объектов электросетевого хозяйства приобретают электрическую энергию (мощность) в целях компенсации потерь электрической энергии, возникающих в принадлежащих им на праве собственности или на ином законном основании объектах электросетевого хозяйства, и выступают в этом случае как потребители и оплачивают стоимость потерь электрической энергии путем приобретения электрической энергии (мощности) по заключенным ими договорам, обеспечивающим продажу им электрической энергии (мощности). Для целей применения указанных норм права иными владельцами объектов электросетевого хозяйства являются также арендаторы объектов электросетевого хозяйства и иные лица, фактически пользующиеся и владеющие объектами электросетевого хозяйства в отсутствие письменного договора, но при наличии фактически сложившихся договорных отношений (п. 1 ст. 162, ст.ст. 434, 438 ГК РФ, пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05 мая 1997г. № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров»). При этом обязанность владельца сетей по компенсации потерь электрической энергии неразрывно связана с эксплуатацией данных объектов. В этой связи гарантирующий поставщик имеет право требовать оплаты стоимости потерь электрической энергии с лица, осуществляющего фактическое владение и эксплуатацию указанных объектов, что также подтверждается практикой Верховного суда РФ (определение от 23 апреля 2018 года № 309-ЭС18-3272 по делу № А76-23793/2013). 

Таким образом, суд в обжалуемых актах правомерно установил, что  электросетевое хозяйство должно находиться в фактическом обладании лица для того, чтобы у такого лица возникла обязанность оплачивать потери электроэнергии, возникающие в таких объектах. Наличие либо отсутствие гражданско-правового титула, подтверждающего законность владения соответствующим имуществом, для целей участия этого имущества в энергетическом обязательстве, не является необходимым. Данная позиция подтверждается также  в определениях Верховного Ссуда РФ от 14.09.2015 № 303-ЭС15-6562, от 03.12.2015 № 305-ЭС15-11783, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-974). 

Кроме того, суд верно отметил, что в ходе рассмотрения дела №А40-162663/2020 между теми же лицами, что и в настоящем споре, имеющем тождественные материально-правовое требование сторон и основание иска, за исключением периода взыскания стоимости фактических потерь и периода взыскания неосновательного обогащения по встречному требованию, судом было установлено, что спорное имущество находится в фактическом владении ПАО «Россети Северный Кавказ». Более того, а деле №А18-59/2015, в котором также принимали участие как истец, так и ответчик по настоящему спору, судом было установлено, что ПАО «Россети Северный Кавказ» использует спорное имущество по назначению, несет расходы по поддержанию технического состояния и оплачивает обязательные платежи в бюджет. При этом постановлением от 06.11.2019 по делу №А18-2890/2018 Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, отменяя судебные акты нижестоящих инстанций и направляя дело на новое рассмотрение, указал на необходимость установления в чьем именно  фактическом владении находится спорное электросетевое имущество. В определении Арбитражного суда Республики Ингушетия от 25.05.2021 по тому же делу суд установил, что имущество, приобретенное у ООО «Энергоинвест», находилось и находится по настоящее время в фактическом владении ПАО «Россети Северный Кавказ». 

Таким образом, в данном случае факт выбытия имущества от ООО «Энергоинвест» и факт перехода спорного имущества во владение ПАО «Россети Северный Кавказ» был  установлен вышеназванными вступившими  в силу судебными актами по спорам с участием тех же лиц, что и в настоящем деле. При этом в рамках дела  № А40-162663/20 было установлено, что ООО «Энергоинвест» не обязано оплачивать потери электроэнергии, возникающие в объектах электросетевого хозяйства, поскольку ими фактически владеет ПАО «Россети Северный Кавказ». Кроме того, в определении Верховного суда Российской Федерации от 06.10.2022 по тому же делу отражено, что ПАО «Россети Северный Кавказ», будучи также гарантирующим поставщиком в регионе, длительное время не предпринимало никаких действий по заключению с ответчиком договора купли-продажи  потерь в сетях последнего и не предъявляло никаких требований по их оплате, чем косвенно подтверждается тот факт, что именно истец как сетевая компания оказывала услуги, в том числе и на этих сетях. 

С учетом изложенного, принимая во внимание обстоятельства, установленные в рамках вышеуказанных судебных дел, имеющих преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела,  суд в обжалуемых актах правомерно  указал, что в данном случае на стороне  ответчика по встречному иску возникло   неосновательное обогащение из факта использования спорного имущества и именно из-за отсутствия оформленных арендных отношений.

Следовательно, поскольку из заключения эксперта следует, что  рыночная стоимость права временного пользования и владения на условиях аренды комплексом электросетевого имущества в соответствии с актом №2 разграничения от 24.12.2019 за период с 24.11.2020 по 21.11.2022 составляет 501.618.368 руб., то суд в обжалуемых актах правомерно взыскал данную сумму с ответчика по встречному иску.

Таким образом, суд в обжалуемых актах, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, а также принимая во внимание конкретные обстоятельства данного дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, правомерно признал первоначальное исковое заявление не подлежащим удовлетворению, при этом удовлетворив встречный иск, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия.

Довод ответчика по встречному иску о том, что владение и пользование имуществом, принадлежащим истцу по встречному иску, якобы носило вынужденный характер, был рассмотрен и правомерно отклонен судом ввиду следующего. Так, в определении Верховного суда Российской Федерации от 06.10.2022 по делу №А40- 162663/2020 указано, что ПАО «Россети Северный Кавказ» для осуществления своей деятельности по передаче электроэнергии до конечных потребителей владело и пользовалось объектами электросетевого хозяйства, принадлежащими ООО «Энергоинвест». При этом договор на пользование сетями сторонами спора не заключался, какая-либо плата пользователем также не вносилась, в связи  чем суд пришел к выводу о возмездном характере пользования электросетевыми объектами, определив размер рыночной стоимости права аренды спорных объектов электросетевого хозяйства по результатам судебной экспертизы. Кроме того, поддержание электросетевых объектов в работоспособном состоянии ПАО «Россети Северный Кавказ» осуществлялось с целью исполнения собственной коммерческой деятельности, а именно, поставки электроэнергии собственным потребителям.

 При этом следует указать и о том, что все ходатайства, заявленные истцом, были рассмотрены судом, что отражено в протоколах судебных заседаний,  в связи  с чем принципы равноправия и состязательности не  были нарушены, хотя об обратном и было указано в  жалобе. В данном случае суд  верно определил круг доказывания и надлежащим образом установил все обстоятельства, имеющие значение для дела, а поэтому каких-либо оснований для удовлетворения ходатайств ПАО «Россети Северный Кавказ» не имелось, ибо в материалах дела имелась достаточная совокупность доказательств,  необходимых для правильного разрешения спора по существу.

Следует указать и  о том, что спор о том, кто фактически владеет имуществом, между сторонами ранее был разрешен в результате рассмотрения дел № А40-162663/2020 и №А18-59/2015. Факт выбытия имущества от ООО «Энергоинвест» и факт перехода спорного имущества во владение ПАО «Россети Северный Кавказ» установлен вступившими в законную силу судебными актами по спорам с участием тех же лиц, что и в настоящем деле.

Кроме того, факт перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства ООО «Энергоинвест» в пользу потребителей ПАО «Россети Северный Кавказ» также является свидетельством того, что данные объекты находятся во владении ПАО «Россети Северный Кавказ». Это означает, что в отрыве от других обстоятельств указанный факт может с равной степенью вероятности говорить о том, что сети находятся во владении либо «ПАО Россети Северный Кавказ» либо ООО «Энергоинвест». Однако, в рассматриваемом случае спор о том, кто фактически владеет имуществом, между сторонами уже разрешен. При этом из материалов дела следует, что акты инвентаризации №1 и №2 инвентаризации от 11.12.2019 и от 24.12.2019 составлялись в целях разграничения права собственности на объекты электросетевого хозяйства, которые на момент проведения инвентаризации находились во владении и эксплуатации ПАО «Россети Северный Кавказ», о чем в тексте акта №1 стороны указали. В момент, когда стороны, путем проведения инвентаризации выяснили, что часть электросетевого хозяйства, эксплуатируемого ПАО «Россети Северный Кавказ» является собственностью ООО «Энергоинвест», они не предпринимали никаких действий по возврату электросетевого хозяйства во владение ООО «Энергоинвест», поскольку договорились оформить арендные отношения. Эти же факты были установлены в ходе рассмотрения дела №А40-162663/2020: факт владения и пользования истцом объектами электросетсвого хозяйства общества «Энергоинвест» подтверждается результатами проведенной комиссионно с участием представителей ПАО «Россети Северный Кавказ» инвентаризации объектов электросетевого хозяйства - актом №»1 от 11.02.2019г., в котором содержится указание на нахождение имущества в эксплуатации общества «Россетти Северный Кавказ» и на цель инвентаризации - передачу имущества в аренду. Мероприятия по инвентаризации и оценке имущества проведены сторонами в соответствии с регламентом рассмотрения и заключения сделок по консолидации электросетевых активов, утвержденных приказом обществом «МРСК Северного Кавказа» от 19.03.2018г. № 151, и подачи ООО «Энергоинвест» соответствующей заявки (письмо исх. № 2/101 от 25.03.2019 г.) об оформлении договора аренды. 

При этом ООО «Энергоинвест» указывало, что выгода ПАО «Россети Северный Кавказ» заключается в том, что ООО «Энергоинвест» могло бы самостоятельно эксплуатировать собственное имущество: получить тариф на услуги по передаче электроэнергии и самостоятельно заниматься электросетевым бизнесом, получая при этом оплату за оказанные услуги от котлодержателя, коим является ПАО «Россети Северный Кавказ». Кроме того, ООО «Энергоинвест» имело возможность продать это имущество и сдать в аренду другому лицу, которое также могло оказывать услуги по передаче электроэнергии ПАО «Россети Северный Кавказ». Вместе с тем, ПАО «Россети Северный Кавказ» своими действиями дало четко понять, что арендные отношения будут оформлены и требуется только лишь соблюсти необходимую процедуру. Представленная в материалы дела переписка также  подтверждает указанное.  В этой связи из-за недобросовестного поведения ПАО «Россети Северный Кавказ» ООО "Энергоинвест" было ограничено в реализации своих прав на иную форму распоряжения имуществом, поскольку дало согласие на предложение об аренде со стороны ПАО «Россети Северный Кавказ», чему предшествовала совместная работа по подготовке к заключению договора аренды, который по неизвестной причине истцом не был подписан. Таким образом, ПАО «Россети Северный Кавказ» на протяжении длительного времени уклонялось от надлежащего оформления договорных отношений с ООО «Энергоинвест», несмотря на то, что передача в аренду сетевого имущества была одобрена правительством ранее названной Республики и регулирующим органом.

Следовательно, суд обеих инстанций законно и обоснованно установил факт нахождения электрических сетей в фактическом владении ПАО «Россети Северный Кавказ».

В рассматриваемом случае, с учетом характера спорных правоотношений, а также установленных  по спору обстоятельств,  суд верно применил нормы о неосновательном обогащении, при этом неосновательное обогащение  в данном случае заключается в сбережении того, что должно было заплатить ПАО «Россети Северный Кавказ», а именно стоимость аренды электросетевого имущества, принадлежащего ООО «Энергоинвест».

Следует указать и о том, что наличие одного лишь права собственности на электросетевые активы не является достаточным основанием для возникновения обязанности по компенсации потерь электроэнергии, возникающих в таких объектах, поскольку обязательство владельца сетей по компенсации потерь электрической энергии, возникших на данных объектах электросетевого хозяйства, неразрывно связано с деятельностью по эксплуатации таких объектов, а поэтому  в этой связи гарантирующий поставщик имеет право взыскивать стоимость потерь электроэнергии только с лица, которое осуществляет фактическое владение и эксплуатацию электросетевых объектов.

Таким образом, суд в обжалуемых актах, оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к правильному выводу о том, что ООО «Энергоинвест» не владело в заявленный исковой период спорными объектами электросетевого хозяйства и не использовало его в своей производственной деятельности, в связи  с чем  оснований для удовлетворения первоначального иска о взыскании стоимости фактических потерь не имелось, при этом установив, что спорные объекты принадлежат ООО «Энергоинвест» на праве собственности, но фактически находятся во владении и пользовании ПАО «Россети Северный Кавказ» в отсутствие договора и без внесения соответствующей платы, определив размер рыночной стоимости права аренды спорных объектов электросетевого хозяйства по результатам судебной экспертизы,  правомерно удовлетворил встречный иск.

При этом следует указать и о том, что суд исследовал все фактические обстоятельства дела и дал соответствующую правовую оценку спорным отношениям, хотя об обратном и было указано в жалобе. Выводы суда первой и апелляционной инстанций не противоречат имеющимся в деле доказательствам, они были сделаны при оценке всех представленных в дело доказательств, а также  при соблюдении норм материального и процессуального права. Между тем, иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки, а поэтому кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. 

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, поскольку кассационная жалоба истца была  рассмотрена, то суд кассационной инстанции считает необходимым отменить приостановление исполнения вышеуказанных решения и постановления по настоящему делу.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы  от 18 мая 2023 года  и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года  по делу № А40-187949/21 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Приостановление исполнения решения Арбитражного суда города Москвы от 18 мая 2023 года и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 августа 2023 года  по делу № А40-187949/21, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 22 сентября 2023 года, -  отменить.

Председательствующий судья                                А.И. Стрельников

 

         Судьи:                                                                           Д.И. Дзюба

 

                                                                                                 С.В. Нечаев