ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-77579/2024

29 января 2025 года

г. Санкт-Петербург

Постановление изготовлено в полном объеме  29 января 2025 года

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  Горбачева О.В.

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-34803/2024) ООО «Росток» на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2024 по делу № А56-77579/2024 (судья Лодина Ю.А.), принятое

по иску ООО «Росток»

к  1) ООО «Виниссимо СПБ», 2) ООО «Марин Экспресс»

о прекращении нарушения,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Росток» (далее – ООО «Росток», истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Виниссимо СПб» (далее – ООО  «Виниссимо СПб», ответчик) о прекращении нарушения исключительных прав на товарный знак по свидетельству РФ № 535115 («Testamento»), о взыскании компенсации в размере 180 000 руб.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Марин Экспресс».

Решением суда в виде резолютивной части от 07.10.2024 в удовлетворении иска отказано.

Мотивированный текст решения составлен судом 18.10.2024.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить и удовлетворить заявленные требования.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке без вызова сторон, по имеющимся в деле доказательствам, в соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Росток» является правообладателем товарного знака по свидетельству № 535115 («Testamento»), зарегистрированного в отношении товаров 32 и 33 классов МКТУ (алкогольные напитки), дата регистрации 19.02.2015, срок действия 03.04.2032. 

Истцом был установлен факт предложения к продаже и реализации ООО «Виниссимо СПб» товара – вино сухое белое региона VR Lisboa (Лиссабон) Португалия, маркированного обозначением Testamento, сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

В подтверждение указанного обстоятельства истец представил в материалы кассовый чек, содержащий следующие сведения:

Дата покупки: 17.01.2024 в 20:31, 

Сведения о продавце: ООО «Виниссимо Спб», ИНН 

<

***>.

В соответствии с представленным в материалы дела скриншотом сервиса проверки акцизных марок https://public.fsrar.ru/checkmark импортером товара - вино сухое белое «Лисбоа. Тестаменто» является ООО «Марин Экспресс».

Как указывает истец, ООО «Росток» не давало разрешения ответчику (розничный продавец), третьему лицу (импортер) права на использование принадлежащего ООО «Росток» товарного знака в отношении алкогольной продукции, вводимой в гражданский оборот на территории РФ. 

В связи с этим истец направил в адрес ответчика претензию от 11.06.2024 с требованием о прекращении действий по нарушению исключительных прав правообладателя и выплате компенсации. 

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, не находит правовых оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на товарный знак подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается в апелляционном порядке.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 г. N 10  вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

Товарный знак " Testamento " по свидетельству N 535115 представляет собой словесное обозначение, выполненное буквами латинского алфавита. Идентификация обозначения в качестве словесного подразумевает использование стандартного графического исполнения, не имеет под собой какого-либо особого визуального подтекста, который мог бы выступать в качестве самостоятельного критерия при оценке сходства до степени смешения таких обозначений. 

При исследовании словесных обозначений необходимо абстрагироваться от шрифта и приемов машинного письма, которыми такие обозначения исполнены (заглавные/строчные, жирный/курсив, шрифты, имеющие строгую архитектуру). Названием спорной продукции также является словесное обозначение "Testamento". На этикетках продукции название " Testamento " выполнено буквами латинского алфавита, шрифтом, приближенным к стандартному.

Товарный знак " Testamento " зарегистрирован в отношении алкогольных напитков, включенных 33 класс МКТУ.

Согласно п. 7 ст. 2 Федерального закона от 22.11.1995 N 171-ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" алкогольная продукция подразделяется на такие виды, как спиртные напитки (в том числе водка, коньяк, виноградная водка, бренди), вино, крепленое вино, игристое вино, включая российское шампанское, виноградосодержащие напитки, плодовая алкогольная продукция, плодовые алкогольные напитки, пиво и напитки, изготавливаемые на основе пива, сидр, пуаре, медовуха. 

Таким образом, продукция (вино), в качестве названия которой используется обозначение " Testamento ", относится к роду алкогольной продукции, вино является одним из видов алкогольной продукции.

Сравнив обозначение товарного знака, правообладателем которого является Истец, с обозначениями, используемыми Ответчиком при предложении к продаже товаров, можно утверждать о том, что обозначения фонетически, семантически и графически (визуально), а также в силу производимого общего зрительного впечатления обусловленного их близким композиционным построением, сходны до степени смешения с товарным знаком Истца. Товары, в отношении которых Ответчик использует спорные обозначения, однородны с товарами, в отношении которых зарегистрирован товарный знак, права на который принадлежит Истцу.

Согласно разъяснениям пункта 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вывод о допущенном нарушении исключительных прав на товарный знак по результатам одного лишь установления сходства спорных обозначений без выяснения вопроса об использовании  для маркировки товаров для которых зарегистрированы данные товарные знаки, не может быть признан обоснованным. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 7 пункта 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивается в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены).

 Таким образом, факт нарушения признается подтвержденным при условии, что  рядовой потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

В этом, случае обязательным признаком является  осведомленность  потребителя о  принадлежности товарного знака именно истцу, то есть именно истцом  подлежит доказыванию факт как производства, так и реализации товаров, в рассматриваемом случае алкогольных напитков (вина), под товарным знаком  Testamento.

Только при  этом условии, что у обычного потребителя может возникнуть мнение, что товар (вино) с использованием обозначения Testamento, производится и реализуется  истцом, либо  лицом, связанным с ним.

Testamento в переводе с испанского обозначает «завещание».

Testamento Branco — ароматное белое сухое вино из купажа 3-х автохтонных сортов: Фернау Пиреш, Аринту и Виталь. Виноград произрастает в только центральной винодельческой зоне Португалии — Лисстабон. 

Вино, маркированное  обозначением Testamento производится с 2012 года португальской компанией  АО «Энкошташ Ду ФИО1 – производство и продажа сельскохозяйственной продукции», которая основана  в 2008 году, с объемом производства 50 000 000 Евро в год.  Торговая марка Testamento зарегистрирована  в Португалии  в 2012 году (№ 497615). Вино под торговой маркой Testamento импортируется в Россию  с 2012 года.

Данные обстоятельства  подтверждены письмо иностранного производителя.   

Вино марки Testamento  известно  российскому потребителю исключительно  как  Португальское вино.

Наличие доказательств государственной регистрации за истцом товарного знака само по себе не свидетельствует как об использовании такого товарного знака правообладателем  в отношении конкретных товаров (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2010 N ВАС-7940/10), так и об узнаваемости потребителем товарного знака, как товарного знака  именно правообладателя.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что товарный знак по свидетельству № 535115 («Testamento»), зарегистрирован в отношении товаров 32 и 33 классов МКТУ (алкогольные напитки) 19.02.2015. Первоначальным правообладателем являлось  Общество с ограниченной ответственностью «Интел».

Государственная регистрация  договора  об отчуждении  исключительного права на товарный знак, в соответствии с которым правообладателем  стал истец зарегистрирован 30.01.2019.

Предыдущие правообладатели (Общество с ограниченной ответственностью «Интел», Общество с ограниченной ответственностью «Согласие», Общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Русьимпорт-Тверь», Общество с ограниченной ответственностью «Экспедирование.Маркетинг,Транспорт») производство алкогольных напитков под торговой маркой Testamento, ввод товаров, маркированных спорным обозначением, в гражданский оборот  не осуществляли.   

Из открытых источников установлено, что государственная регистрация лицензионного договора (исключительная  лицензия)  в отношении  товарного знака по свидетельству № 535115 осуществлена 29.10.2024 (пользователь Общество с ограниченной ответственностью «Каталония», договор  от 09.01.2023).

Согласно представленных в апелляционный суд доказательств, ввоз  в Российскую федерацию  вина, производства Грузии, маркированного  товарным знаком по свидетельству № 535115 («Testamento»), впервые осуществлен 07.02.2023  по ТД № 10009100/070223/3017588 в количестве 600 бутылок.

В дальнейшем  22.09.2023 осуществлен  ввоз вина по ТД № 10009100/220923/3148418 в количестве 1800 бутылок, 26.04.2024 по ТД № 10009100/260424/3058761 в количестве 600 бутылок.

Принимая во внимание длительный импорт  вина Testamento производства Португалии и известности данной марки потребителям именно как Португальского вина, небольшое  количество товара, производства  Грузии, произведенного  Общество с ограниченной ответственностью «Главспиртпром» (Тбилиси) и маркированного обозначением  Testamento, ввезенного  на территорию Российской Федерации ООО «Каталония» начиная с 07.02.2023, обозначение   Testamento в глазах рядового потребителя не ассоциируется  ни с истцом (Общество с ограниченной ответственностью «Росток»), ни с  грузинским производителем.

Оценив представленные доказательства, апелляционный суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае реализация  ответчиком  Португальского вина с обозначением Testamento не создает угрозы смешения  с товарным знаком по свидетельству  № 535115, поскольку не создает ассоциации у рядового потребителя, что данный товар произведен как Обществом с ограниченной ответственностью «Росток», так и лицами с ним связанными.  

Апелляционный суд также обращает внимание, что  оригинальное вино с торговой маркой  Testamento  представляет собой ароматное белое сухое вино из купажа 3-х автохтонных сортов винограда: Фернау Пиреш, Аринту и Виталь, произрастающих в только центральной винодельческой зоне Португалии — Лисстабон. 

Группа  потребителей (взрослое население, достигшее 18 летнего возраста, употребляющее соответствующее вино), с учетом узнаваемости  Португальского вина в связи с  особенными вкусовыми качествами, достижение которых обусловлено  изготовлением из определенных сортов винограда, который не произрастает ни на территории России, ни на территории Грузии, не ассоциирует, реализуемое  ответчиком вино с товарным знаком  истца.  

В связи с тем, что  в рассматриваемом случае  отсутствует угроза смешения обозначения Testamento с товарным знаком  по свидетельству  № 535115, суд  апелляционной инстанции признает обоснованным вывод суда первой инстанции  о недоказанности нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак.

Кроме того, при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком и третьим лицом заявлено  о злоупотреблении  истцом правом.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, пришел к выводу о наличии в действиях истца злоупотребления правом, что с учетом положений статьи 10 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Апелляционный суд  признает обоснованными выводы  суда первой инстанции в указанной части. 

Как разъяснено в пункте 154 Постановления N 10, в силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ исключительное право использования товарного знака принадлежит лицу, на имя которого соответствующий товарный знак зарегистрирован (правообладателю).

Следовательно, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в его защите (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительной в порядке, предусмотренном статьей 1512 ГК РФ, или прекращения правовой охраны товарного знака в порядке, установленном статьей 1514 ГК РФ.

Вместе с тем, суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 N 14503/10, вытекающей из системного толкования норм статей 1484 и 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель обязан использовать зарегистрированный товарный знак как условие сохранения права на него. Обязательность использования права на товарный знак призвана обеспечивать неформальное функционирование товарных знаков в гражданском обороте.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно пункту 2 той же статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов использования гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Таким образом, обобщающим квалифицирующим признаком злоупотребления правом, установленным законом, является наличие заведомой недобросовестности лица, осуществляющего принадлежащее ему субъективное гражданское право. В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Из положений статьи 10 bis Конвенции по охране промышленной собственности, от 20.03.1883 (далее - Парижская конвенция) корреспондирующих статье 10 ГК РФ, следует, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При этом для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей), злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

В силу пункта 9 статьи 4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам- конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации, квалифицируются как недобросовестная конкуренция.

В соответствии с положениями параграфа 2 статьи 10.bis Конвенции по охране промышленной собственности (заключена в Париже 20.03.1883) и пункта 1 статьи 10 ГК РФ суд может квалифицировать нечестность поведения лица при приобретении исключительного права на товарный знак с учетом субъективных критериев такого поведения, поскольку суд оценивает все обстоятельства конкретного дела в их совокупности и взаимной связи.

Материалами дела  установлено, что  первоначальный правообладатель  товарного знака  по свидетельству № 535115 ООО «Интел»  в 2015 году  осуществлена  регистрация  различных товарных знаков в отношении 33 класса МКТУ в качестве которых зарегистрированы  торговые марки  иностранных производителей вина (Италия, Франция, Португалия и т.д.), в том числе  Saint Vincent, PONTE VECCHIO, BUON GIORNO IТАLIА, TERRA NOSTRA и т.д.

В отношении товарного знака по свидетельству № 535115 в дальнейшем  были последовательно заключены договоры об отчуждении исключительных прав на товарные знаки с аффилированными между собой лицами  по цепочке: ООО «Экспедирование.Маркетинг,Транспорт», ООО «Торговый дом «Русьимпорт-Тверь», ООО «Согласие».

При этом, ни один из правообладателей  производство  вин  под товарными знаками не осуществлял.

Права на товарный  знак по свидетельству № 535115  приобретены истцом  30.01.2019.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Росток» создано 10.11.2017, основным видом экономической деятельности у общества является предоставление прочих финансовых услуг, кроме услуг по страхованию и пенсионному обеспечению, не включенных в другие группировки (код (ОКВЭД) – 64.99). Деятельность по производству или продаже алкогольной продукции в перечне видов деятельности истца отсутствует.

На официальном сайте Федеральной службы по контролю за алкогольным и табачным рынками в сведениях из государственного реестра выданных, приостановленных и аннулированных лицензий на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции отсутствует информация о выданной истцу лицензии.

Материалами дела подтверждено, что  единственный лицензионный договор  на право использования товарного знака № 535115 заключен в 2023 году и зарегистрирован  только  в ноябре 2024.

В период с 2015 по 2023 год  товарный знак № 535115 не использовался ни одним из правообладателем.  Регистрация  товарного знака  осуществлена  с  единственной целью  воспрепятствования деятельности  импортеров, на ввоз на территорию Российской Федерации вин иностранного производства, маркированных национальными торговыми марками иностранных государств.

В соответствии с пунктом 2 Обзора судебной практики по делам, связанным с оценкой действий правообладателей товарных знаков (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2023 г.), приобретение лицом права на товарный знак с намерением предъявления исков к добросовестным участникам гражданского оборота о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на данный товарный знак в отсутствие экономического интереса и цели использовать товарный знак для индивидуализации товаров не допускается.

Исходя из правовых позиций, содержащихся в пункте 1 Постановления N 25, а также пунктах 154, 162, 170, 171 Постановления N 10, действия по приобретению прав на товарный знак, по его использованию и применению правообладателем конкретных мер защиты могут быть признаны судом недобросовестными и ему может быть отказано в защите права с учетом совокупности конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о неразумном и недобросовестном поведении, которые приводят к нарушению баланса интересов участников правоотношений.

Истец совершал действия, направленные на приобретение права на Товарные знаки с целью предъявления исков к добросовестным участникам гражданского оборота, и взыскания в связи с этим соответствующей компенсации, им предпринята попытка получить судебную защиту при отсутствии достойного интереса (имитация нарушения исключительного права).

В рамках настоящего дела истцом не представлено доказательств того, что им осуществляется экономическая деятельность с использованием принадлежащих ему Товарных знаков, что истец, приобретая такие права, имел намерение фактически использовать его для индивидуализации услуг.

Поскольку в настоящем деле отсутствуют доказательства вероятности смешения спорного обозначения ответчика в глазах потребителей, судом установлены признаки злоупотребления правом, направленных на получение необоснованных преимуществ в предпринимательской деятельности,  выводы суда первой инстанции об отказе в иске являются правомерными.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 18.10.2024  по делу №  А56-77579/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Судья

О.В. Горбачева