ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А81-5578/2017

28 марта 2019 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  21 марта 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 марта 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Брежневой О.Ю.

судей Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-1102/2019) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 декабря 2018 года по делу № А81-5578/2017 (судья Матвеева Н.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «УренгойСпецСтрой» ФИО3 о привлечении бывших руководителей должника ФИО2, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «УренгойСпецСтрой» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>),

в отсутствие участвующих в деле лиц,

установил:

Федеральная налоговая служба России (далее – ФНС России, уполномоченный орган) обратилась 03.08.2017 в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Уренгойспецстрой» (далее – ООО «Уренгойспецстрой», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.08.2017 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.11.2017 ООО «Уренгойспецстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 09.12.2017.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5), к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УренгойСпецСтрой».

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.12.2018 признано обоснованным заявление конкурсного управляющего должника о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО4, ФИО5; производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника в части определения размера приостановлено до окончательного расчета с кредиторами.

Не согласившись с указанным определением, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом первой инстанции не рассмотрено ходатайство ФИО2 о привлечении к участию в настоящем обособленном споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (лиц, получивших в ходе процедуры ликвидации должника денежные средства, лиц, непосредственно участвующих в финансово-хозяйственной деятельности должника), чем были нарушены их права и законные интересы.

Также, по мнению подателя апелляционной жалобы, суд первой инстанции не рассмотрел его ходатайство об истребовании доказательств в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Ямало-Ненецкому автономному округу (бухгалтерского баланса должника за 2013-2015 годы с разъяснением о наличии задолженности по обязательным платежам).

ФИО2 также указал, что в июле 2015 года учредитель должника ФИО6 обратился к нему с просьбой оказать юридические услуги по проведению внеочередного общего собрания по вопросу о снятии с должности генерального директора должника ФИО7. Юридические услуги оказывались ФИО2 от имени индивидуального предпринимателя ФИО8 (далее – ИП ФИО8), переговоры и заключение договоров, ведение хозяйственной деятельности были оформлены доверенностью, выданной ИП ФИО8 

Впоследствии генеральным директором должника был назначен ФИО9, единственный учредитель поставил перед ФИО2 задачу провести анализ деятельности бывшего генерального директора, участвовать в судебных заседаниях от имени должника, ФИО2 была выдана доверенность на представление ООО «Уренгойспецстрой».

На основании указанной доверенности ФИО2 была проведена проверка организации, выявлена дебиторская задолженность, предприняты меры по ее погашению, денежные средства, поступившие в счет ее погашения, направлены на основании письма № 7Ю от 02.12.2015, подписанного ФИО2, на расчетный счет ИП ФИО8, а затем были направлены на погашение текущих платежей, расчет с кредиторами по заработной плате.

09.02.2016 единственным учредителем должника принято решение о добровольной ликвидации должника и назначении ФИО2 ликвидатором, ФИО2 начал проведение инвентаризации имущества должника, его поиск, в целях погашения задолженности по заработной плате ФИО2 осуществил продажу части техники, принадлежащей должнику.

ФИО2 также указывает, что никаких платежей в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЯмалРезервСтрой» (далее – ООО «ЯмалРезервСтрой») он не совершал; договор купли-продажи электросетевого имущества от 15.03.2017 был заключен между должником и обществом с ограниченной ответственностью «МПГ Девелопмент» (далее – ООО «МПГ Девелопмент»), с целью увеличения оборотных средств ООО «МПГ Девелопмент» электросетевое имущество продано обществу с ограниченной ответственностью «Центр» (далее – ООО «Центр»), решения о заключении указанных договоров принимались ФИО10 (директором ООО «МПГ Девелопмент»).

Одновременно с апелляционной жалобой от ФИО2 также поступило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, указанных в приложении № 1 лиц.

Согласно статье 51 АПК РФ, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда.

В силу части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц, установленные Кодексом только для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

С учетом изложенного, ходатайство подателя жалобы о привлечении к участию в деле третьих лиц удовлетворению не подлежит.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

ФИО2, конкурсный управляющий должника, иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

ФИО2 в просительной части апелляционной жалобы просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить полностью.

Между тем апелляционная жалоба ФИО2 содержит доводы относительно незаконности и необоснованности обжалуемого определения суда первой инстанции в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2

Доводы о незаконности и необоснованности обжалуемого судебного акта в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО5 в апелляционной жалобе отсутствуют.

ФИО4, ФИО5 с апелляционными жалобами на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.12.2018 не обращались, отзывы на апелляционную жалобу ФИО2, из которых бы следовало их несогласие с выводами суда первой инстанции, содержащимися в обжалуемом определении, не представили, о том, что обжалуемый судебный акт нарушает их права и законные интересы, в суде апелляционной инстанции не заявляли.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

От лиц, участвующих в деле, не поступило возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части. 

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ (пункт 25 постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного, исходя из недопустимости принудительной защиты прав и законных интересов лиц, которые за такой защитой не обращаются, проверка обжалуемого определения осуществлена судом апелляционной инстанции только в оспариваемой части – в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.12.2018 по настоящему делу проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов обособленного спора, заявление конкурсного управляющего должника мотивировано тем, что контролирующие должника лица ФИО2, ФИО4, ФИО5 совершили сделки должника, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов; ФИО2 не передал конкурсному управляющему документы бухгалтерского учета и отчетности должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные указанные в редакции Закона № 73-ФЗ процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве и подпункт 2 пункта 1 статьи 50.10 Закона о банкротстве банков) подлежат применению судами после вступления в силу Закона № 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. А нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий должника обратился с настоящим заявлением 30.07.2018, соответственно нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, в части норм материального права подлежат применению положения статей 9, 10 Закона о банкротстве, поскольку вменяемые в вину ответчикам действия, являющиеся основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности, имели место до вступления в законную силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» - до 29.07.2017, с учетом того, что дело о банкротстве должника возбуждено 09.08.2017.

Как было указано выше по тексту настоящего постановления, заявитель в качестве одного из оснований привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности указывает на совершение им от имени должника сделок, которыми причинен вред имущественным правам его кредиторов.

Суд первой инстанции, признавая наличие соответствующего основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходил из того, что ФИО2 при участии ФИО4, ФИО5 совершены подозрительные сделки, оспоренные и признанные недействительными в самостоятельном порядке в рамках обособленных споров в настоящем деле о банкротстве, в результате совершения таких сделок должнику и кредиторам причинен вред в объеме выведенных по сделкам активов.

Повторно исследовав материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Действия по совершению сделок, которые, по мнению конкурсного управляющего, являются основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, имели место в период с 09.02.2016 по август 2018 года (осуществление ФИО2 полномочий ликвидатора должника), а также ранее 24.06.2016 (фактически с 2014 года, как следует из подтвержденных материалами дела пояснений ФИО6 и ФИО2).

Следовательно, в рамках настоящего обособленного спора подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения таких действий.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из материалов дела следует, что решением № 4 единственного участника ООО «Уренгойспецстрой» от 09.02.2016 ФИО6 принято решение произвести ликвидацию ООО «Уренгойспецстрой» в добровольном порядке, освободить от занимаемой должности генерального директора общества ФИО9, назначить ликвидатором ФИО2, передать ликвидатору полномочия по управлению обществом, поручить ФИО2 выполнять все необходимые действия, связанные с ликвидацией общества.

ФИО2 осуществлял полномочия ликвидатора должника до августа 2018 года, когда на должность ликвидатора назначен ФИО11

Соответствующие обстоятельства ФИО2, иными лицами, участвующими в деле, не опровергаются.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Дело о банкротстве должника возбуждено 09.08.2017, следовательно, как правильно установил суд первой инстанции, имеются основания для признания ФИО2 контролирующим должника лицом, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 10 Закона о банкротстве.

Учредитель должника (ФИО6) в письменных пояснениях указал, что по состоянию на 09.02.2016 на балансе должника было 29 единиц автомобилей, среди них: КАМАЗы (тягачи и самосвалы), УРАЛы (тягачи и вахтовки), УАЗы, и Шакманы (самосвалы - китайского производства) и 3 полуприцепа – тяжеловоза, а также 35 единиц спецтехники. 

В период деятельности ФИО12 было снято с регистрационного учета 26 единиц самой дорогостоящей техники, что подтверждается ответом на запрос ликвидатора ФИО11 в Службу Гостехнадзора по ЯНАО № 3801-17/610 от 11.10.2017.

Из материалов дела усматривается, что 03.08.2017 ФНС России обратилась в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с заявлением о признании ООО «Уренгойспецстрой» несостоятельным (банкротом). 09.08.2017 заявление принято к производству.

Между тем ФИО2 в преддверии банкротства всю вышеуказанную технику продал без подтверждения доказательств оплаты, в дальнейшем были признаны судом недействительными следующие договоры купли-продажи: 

- договор купли-продажи движимого имущества № 03 от 01.08.2015 заключенный между ООО «УренгойСпецСтрой» и ООО «ЯмалРезервСтрой» (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 19.12.2018);

- договор купли-продажи транспортных средств № 24 от 10.01.2017, заключенный между ООО «Уренгойспецстрой» и ФИО13 (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 05.12.2018);

- договор купли-продажи транспортных средств № 11/07 от 27.07.2016, заключенный между ООО «Уренгойспецстрой» и ООО «Инсайдер» (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 30.11.2018);

- договор купли-продажи транспортного средства № 01/11 от 02.11.2016, заключенный между ООО «ЯмалДорСтрой» и ООО «Уренгойспецстрой» (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 01.10.2018);

- договоры купли-продажи транспортных средств от 24.07.2017 № 03/10, от 28.10.2016 № 03/10, от 11.11.2016 № 04/10, заключенные между ООО «Уренгойспецстрой» и ФИО14 (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 28.09.2018);

- договоры купли-продажи транспортных средств, заключенные между ООО «Уренгойспецстрой» и ФИО5: № 03/04 от 08.04.2016; № 03/07 от 28.07.2016; № 08/07 от 28.07.2016 (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 14.09.2018);

- договоры купли-продажи транспортных средств, заключенные между ООО «Уренгойспецстрой» и ФИО5, б/н от 22.06.2016; № 06/07 от 28.07.2016; № 05/06 от 17.06.2016 (определение Арбитражного суда по Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.07.2018).

Соответствующими определениями суда первой инстанции, вступившими в законную силу, установлено, что указанные сделки были совершены в отсутствие встречного предоставления, в пользу заинтересованных лиц (директором ООО «Ямал Монолит Строй» является ФИО4, а учредителем - ФИО5, директором ООО «ЯмалРезервСтрой» является ФИО5, а учредителем - ФИО4, основными выгодоприобретателями по сделкам были ФИО4, ФИО5 и ФИО2).

Как правильно установил суд первой инстанции, совокупность письменных пояснений единственного учредителя должника, свидетельских показаний, представленных в материалы дела документов свидетельствует о том, что ФИО2 контролировал должника не только в период с начала процедуры ликвидации, но и ранее (с 2015 года). 

ФИО2 с ФИО4 и ФИО5 фактически управляли должником совместно с июля 2015 года, о чем свидетельствуют их согласованные действия, направленные на вывод денежных средств и имущества должника.

Так, решением Арбитражного суда по Тюменской области от 17.01.2018 по делу № А70-7254/2018 по иску должника к обществу с ограниченной ответственностью «Тюменская Инжиниринговая Компания» установлено, что 12.01.2015 между истцом и ответчиком был заключен договор № 2/01 на выполнение работ по строительству объекта: «Приемо-сдаточный пункт (ПСП)» по проекту: «Транспортная система жидких углеводородов с месторождений Большехетской впадины» на Пякяхинском месторождении ТПП «Ямалнефтегаз», в соответствии с которым истец обязался осуществить строительные работы, а ответчик - произвести их оплату в соответствии с условиями договора.

Платежными поручениями № 1521 от 10.12. 2015, № 238 от 29.01. 2016, № 427 от 17.02.2016 истец перечислил ИП ФИО8 всего 2 888 516 руб. 19 коп., указав в назначении платежа – оплата по договору № 2/01 от 12.01.2015 за ООО «Уренгойспецстрой» в счет погашения долга по договору уступки прав требований от 05.11.2015.

Основанием для перечисления на имя ИП ФИО8 денежных средств были письма, якобы подписанные ФИО9, который являлся директором должника на дату проведения денежных операций.

Согласно пояснениям ФИО8, предоставленным оперативному сотруднику полиции города Новый Уренгой по заявлению бывшего ликвидатора ФИО11, ФИО8 никогда в город Новый Уренгой не выезжал, никаких договорных отношений с ООО «Уренгойспецстрой» не имел, все отношения от имени его ИП осуществлял ФИО2, который попросил ФИО8 открыть ИП для ведения деятельности автомойки (

<

...>) в городе Перми. 

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что денежные средства, принадлежавшие должнику, по инициативе ФИО2 поступали на счет третьего лица – ИП ФИО8, которое не было осведомлено о соответствующих действиях ФИО2

ФИО2 в апелляционной жалобе подтверждает, что юридические услуги оказывались ФИО2 от имени ИП ФИО8, переговоры и заключение договоров, ведение хозяйственной деятельности были оформлены доверенностью, выданной ИП ФИО8

Между тем ФИО2 не поясняет, из материалов дела не следует, в связи с чем переговоры и заключение договоров, ведение хозяйственной деятельности должника оформлялись доверенностью, выданной ИП ФИО8, чем обосновано оказание ФИО2 должнику юридических услуг должнику от имени ИП ФИО8, какие отношения и связи имеются между ИП ФИО8 и должником, какие именно юридические услуги оказывались должнику, по существу, ИП ФИО8

Кроме того, должником в пользу ООО «ЯмалРезервСтрой», директором и соучредитерем которого является ФИО5, через ИП ФИО8 были перечислены денежные средства в размере свыше 1 000 000 руб., обоснованность перечисления которых ФИО2, иными участвующими в деле лицами надлежащим образом не подтверждена (выписки по операциям на счете ИП ФИО8 (том 3 л.д. 26-44).

При этом, как указал ликвидатор ФИО11, причиной для перевода денежных средств на счета ИП ФИО8 и ООО «ЯмалРезервСтрй» было наличие картотеки (инкассовые поручения) на счетах ООО «Уренгойспецстрой», выставленной Пенсионным фондом Российской Федерации (далее – ПФ РФ).

В связи с наличием картотеки на счете ООО «Уренгойспецстрой» в пользу налоговой службы и ПФ РФ, ФИО2 создал схему для вывода денежных средств должника путем заключения фиктивного агентского договора от 01.04.2016, где должник является принципалом, а ИП ФИО8, проживающий в городе Перми, выступал агентом. 

При этом следует отметить, что ФИО8 вышеуказанный договор и акты не подписывал. 

За период с 10.12.2015 по 18.05.2017 через счет ИП ФИО8 ФИО2 получил от контрагентов должника 5 957 250 руб. 01 коп. 

В дальнейшем по счету ИП ФИО8 перечислены на счет отца ФИО2 (ФИО12) денежные средства в размере 820 000 руб., тем самым, по сути, выведены денежные средства, принадлежащие должнику.

Указанные доводы надлежащим образом не опровергнуты ФИО2, подтверждаются материалами дела (том 2 л.д. 98-161).

Более того, в апелляционной жалобе ФИО2 подтверждает, что денежные средства, поступавшие в счет погашения дебиторской задолженности ООО Уренгойспецстрой», направлялись на основании письма № 7Ю от 02.12.2015, подписанного ФИО2, на расчетный счет ИП ФИО8, а затем были направлены на погашение текущих платежей, расчет с кредиторами по заработной плате.

При этом ФИО2 не обосновал, на каком основании указанные денежные средства, принадлежащие должнику, по его инициативе зачислялись на счет третьего лица, не представил доказательства того, что такие денежные средства направлялись именно на погашение задолженности по заработной плате и текущей задолженности ООО «Уренгойспецстрой».

Учредитель должника, конкурсный управляющий должника также указали, что в период ликвидации должника под руководством ФИО2 последний пытался вывести дорогостоящий актив, в частности, электросетевое оборудование с линией ЛЭП протяженностью более 11 км., используя ООО «Центр» в качестве прикрытия как добросовестного приобретателя. 

Так, согласно выписке ООО «Центр» за период с 09.10.2017 по 15.01.2018 (том 3 л.д.16-25) ФИО2, управляя счетом ООО «Центр», получил 212 400 руб., которые должны были поступить на счет ООО «Уренгойспецстрой». 

Тот факт, что денежными средствами и фактически ООО «Центр» управлял ФИО2 свидетельствует из объяснения директора ФИО15 по запросу оперативного сотрудника полиции города Нового Уренгоя.

В постановлении от 28.09.2018 об отмене постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и о возвращении материала для проведения дополнительной проверки и.о.заместителя прокурора города Новый Уренгой ФИО16 указал, что если электросетевое оборудование принадлежит в настоящее время должнику, в действиях ФИО2 усматривается признаки состава преступления предусмотренного частью 3 статьи 30 - частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, а если указанное оборудование не является собственностью должника, ФИО2 совершено преступление, предусмотренное частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также ФИО2 сдавал в аренду часть территории базы должника обществу с ограниченной ответственностью «Вертикаль», при этом денежные средства за них он получал на счет ИП ФИО8, о чем также свидетельствует выписка по счету за 2017 год. При этом расчет за аренду осуществляется в октябре 2017 года за сентябрь 2017 года, однако денежные средства ФИО2 не перечислял на счет должника, а распоряжается по своему усмотрению. 

Ликвидатор ФИО11 пытался в судебном порядке истребовать документы от ФИО2 с целью выяснения размера дебиторской и кредиторской задолженности должника, но ФИО2 систематически препятствовал.

ФИО2 приведенные доводы надлежащим образом не оспорил, какие-либо доказательства в их опровержение не представил, равно как доказательства того, что денежные средства, полученные от контрагентов должника по указанным сделкам, зачислялись на счет должника, направлялись на мероприятия, проводимые в рамках осуществления его деятельности, а также проводимые в целях надлежащего завершения ликвидации должника.

Податель апелляционной жалобы указал, что договор купли-продажи электросетевого имущества от 15.03.2017 был заключен между должником и ООО «МПГ Девелопмент», впоследствии с целью увеличения оборотных средств ООО «МПГ Девелопмент» электросетевое имущество продано ООО «Центр», решения о заключении указанных договоров принимались ФИО10 (директором ООО «МПГ Девелопмент»).

Между тем какие-либо доказательства в подтверждение своих доводов ФИО2 в материалы дела не представил.

Довод ФИО2 о том, что денежные средства, в целях привлечения которых им заключались спорные сделки в период осуществления им полномочий ликвидатора, были направлены на погашение текущих платежей, расчет с кредиторами по заработной плате, не состоятелен.

Из представленных в материалы дела копий чеков по операциям Сбербанк Онлайн не представляется возможным установить, кому принадлежал счет, с которого в пользу указанных в них лиц перечислялись денежные средства, принадлежал ли данный счет должнику, осуществлялось ли погашение задолженности за счет денежных средств, принадлежавших должнику, полученных им по спорным сделкам.

Из копий чеков по операциям Сбербанк Онлайн также не усматривается, что соответствующие перечисления осуществлялись именно в счет погашения задолженности по заработной плате перед работниками должника, ряд поименованных в чеках в качестве получателей денежных средств лиц не указан в списке сотрудников (работников) должника, представленном ФИО2 в материалы дела (например, Равиль ФИО17, Олег Евгеньевич К., Евгений ФИО18, Евгения Сергеевна Ц., Александр Сергеевич К., Наталья Алексеевна О. и другие). Доказательства в подтверждение того, что указанные лица состояли в трудовых отношениях с должником, в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, ФИО2 18.04.2018 обращался в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Уренгойспецстрой» задолженности по заработной плате в общем размере 770 365 руб. 39 коп., что косвенно свидетельствует о том, что пояснения ФИО2, согласно которым денежные средства, полученные по спорным сделкам, направлялись им на погашение задолженности по заработной плате, являются недостоверными, либо меры, которые, как неоднократно пояснял ФИО2 в судах первой, апелляционной инстанций, в виде совершения спорных сделок, являлись неэффективными.

Учитывая изложенные обстоятельства, как правильно заключил суд первой инстанции, из материалов настоящего дела следует, что ФИО2 по спорным сделкам в пользу заинтересованных лиц выводились ликвидные основные средства (спецтехника и денежные средства) должника, доход от хозяйственной эксплуатации которых также выведен из коммерческого оборота должника с момента совершения сделок в пользу тех же лиц.

 Из материалов дела № А81-5578/2017 следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих кредиторов: ФНС РФ, «Газпромбанк» (Акционерное общество), ФИО19, общества с ограниченной ответственностью «Аудиторская фирма «Финэксперт», Департамента имущественных отношений Администрации города Новый Уренгой.

Задолженность в размере 5 510 203.21 руб. перед налоговым органом была установлена решением суда Арбитражного суда от 27.11.2017 по делу № А81-5578/2017 и возникла, в том числе, на основании неисполненных должником обязательств по уплате налога, начиная с 2013 года.

После совершения сделок у должника не осталось имущества, достаточного для удовлетворения требований уполномоченного органа, иных кредиторов. 

Обратное доказательствами, имеющимися в материалах дела, не подтверждается. 

В этой связи указанными сделками был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что доказано наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 в соответствии с абзацем 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В качестве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий также указал на то, что ФИО2 не передал конкурсному управляющему документы и сведения, характеризующие финансовую и хозяйственную деятельность должника, печати и имущество должника, чем затруднил проведение необходимых мероприятий в процедуре конкурсного производства.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 62 Гражданского кодекса Российской Федерации учредители (участники) юридического лица или орган, принявшие решение о ликвидации юридического лица, назначают ликвидационную комиссию (ликвидатора) и устанавливают порядок и сроки ликвидации в соответствии с законом.

С момента назначения ликвидационной комиссии к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица. Ликвидационная комиссия от имени ликвидируемого юридического лица выступает в суде. Ликвидационная комиссия обязана действовать добросовестно и разумно в интересах ликвидируемого юридического лица, а также его кредиторов.

Конкурсное производство в отношении ООО «Уренгойспецстрой» открыто решением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 27.11.2017, соответственно, ФИО2 как ликвидатор должника в трехдневный срок обязан был передать всю имеющуюся документацию и материальные ценности должника утвержденному конкурсному управляющему.

Из материалов дела следует, что конкурсному управляющему не была передана хозяйственная, бухгалтерская и финансовая документация должника.

Определениями Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 25.04.2018, 24.05.2018, 21.06.2018 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего должника об обязании бывшего ликвидатора ФИО2 передать конкурсному управляющему имущество, бухгалтерские и иные документы, отражающие хозяйственную деятельность должника. 

В установленный законом срок данная обязанность ФИО2 исполнена не была.

По правилам пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 6 и 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

По смыслу статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве для удовлетворения заявленного конкурсным управляющим требования об истребовании документации необходимо доказать наличие у лица, к которому предъявлено требование, обязанности по передаче документации и ее неисполнение.

При рассмотрении указанных выше обособленных споров об истребовании документов должника данные обстоятельства подтверждены.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В заявлении о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам конкурсный управляющий указал, что в связи с не передачей ФИО2 конкурсному управляющему документации, имущества и печатей должника затруднено проведение необходимых мероприятий в процедуре конкурсного производства: установление кредиторов, дебиторов, взыскание дебиторской задолженности, инвентаризация и реализация имущества должника.

При данных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает установленным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании абзаца 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемом случае материалами дела подтверждена совокупность доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Указанная правовая норма, касающаяся определения размера субсидиарной ответственности, аналогична содержащейся в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как правильно установил суд первой инстанции, в настоящее время не в полном объеме сформирована конкурсная масса должника, конкурсным управляющим проводятся мероприятия по принудительному исполнению судебных актов, производятся расчеты с кредиторами.

При таких обстоятельствах вопрос о размере субсидиарной ответственности в момент рассмотрения настоящего обособленного спора не может быть разрешен судами первой, апелляционной инстанции.

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно приостановил производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО2, ФИО4, ФИО5 по обязательствам ООО «УренгойСпецСтрой» в части определения размера до окончательного расчета с кредиторами.

Суд первой инстанции также правильно заключил, что контролирующие должника лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно.

Заявитель апелляционной жалобы указал, что судом первой инстанции необоснованно не было рассмотрено ходатайство ФИО2 о привлечении к участию в настоящем обособленном споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (лиц, получивших в ходе процедуры ликвидации должника денежные средства, лиц, непосредственно участвующих в финансово-хозяйственной деятельности должника), чем были нарушены их права и законные интересы.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Указанной нормой права не установлена безусловная обязанность суда по привлечению к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, а указывается на необходимость его привлечения, если судебный акт может повлиять на права и обязанности привлекаемого третьего лица.

Ходатайство ФИО2 мотивировано тем, что лицами, поименованными в списке, приложенном к ходатайству, в ходе процедуры ликвидации должника были получены денежные средства в счет погашения задолженности по заработной плате, вследствие чего принятым судом первой инстанции определением могут быть затронуты их права и законные интересы; по мнению ФИО2 к участию в деле также должны были быть привлечены участники финансово-хозяйственной деятельности должника (ФИО20, ФИО7, ФИО6), так как принятым судом первой инстанции определением  могли быть затронуты их права и законные интересы.

Между тем суд апелляционной инстанции считает, что ФИО2 не доказано, каким образом принятым судом первой инстанции по результатам рассмотрения настоящего обособленного спора определением могли быть затронуты права и законные интересы указанных лиц.

Признание судом первой инстанции наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не влечет обязанности работников должника возвратить денежные средства, полученные ими в погашение задолженности по заработной плате.

Конкурсным управляющим не заявлено требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО20, ФИО7, ФИО6, в связи с чем указанные лица не являются лицами, участвующими в настоящем обособленном споре, каким образом их права и законные интересы затрагиваются обжалуемым судебным актом ФИО2 не обосновано.

Оснований полагать, что судом первой инстанции принят судебный акт о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Как следует из обжалуемого судебного акта, ни мотивировочная, ни резолютивная часть обжалуемого судебного акта не содержит выводов о правах и обязанностях указанных заявителем жалобы лиц, следовательно, принятый судебный акт нельзя рассматривать как затрагивающий права и интересы указанных в ходатайстве лиц.

Довод подателя  апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не рассмотрел его ходатайство об истребовании доказательств в Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Ямало-Ненецкому автономному округу (бухгалтерского баланса должника за 2013-2015 год с разъяснением о наличии задолженности по обязательным платежам), не является состоятельным.

На основании части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

Таким образом, ходатайство лица, участвующего в деле, об истребовании доказательств подлежит удовлетворению исключительно при условии  указания таким лицом, какие имеющие значение для дела обстоятельства могут быть установлены указанными в ходатайстве доказательствами.

Между тем ходатайство ФИО2 об истребовании доказательств указания на соответствующие обстоятельства не содержит.

Учитывая изложенные обстоятельства, а также то, что само по себе не рассмотрение и не разрешение судом первой инстанции ходатайств ФИО2 о привлечении к участию в обособленном споре третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, а также об истребовании доказательств не является безусловным основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции (часть 4 статьи 270 АПК РФ), суд апелляционной инстанции отклоняет соответствующие доводы ФИО2

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20.12.2018 по настоящему делу.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 20 декабря 2018 года по делу № А81-5578/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

О.Ю. Брежнева

Судьи

С.А. Бодункова

 М.В. Смольникова