СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-17124/2022-ГКу

г. Пермь

15 февраля 2023года

Дело № А71-14974/2022

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:судьи Лихачевой А.Н., 

без проведения судебного заседания, без вызова лиц, участвующих в деле,

в соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу ответчика, индивидуального предпринимателя ФИО1,

на мотивированное решение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 06 декабря 2022 года, 

принятое в порядке упрощенного производства 

по делу № А71-14974/2022

по иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о запрете использовать обозначение «Фрутовит» в отношении товаров однородных тем, взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, 

 

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1) о запрете использовать обозначение «Фрутовит» в отношении товаров однородных тем, для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки №№ 617287, 617288, о взыскании 222 420 руб. компенсации.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2022 года (резолютивная часть от 29 ноября 2022) исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда, ответчик обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение первой инстанции отменить.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права, судом приняты как бесспорные доказательства материалы дела №А40-208181/2020, в рамках рассмотрения которого ответчик не являлся стороной спора, к судебному процессу в качестве третьего лица привлечен не был.

Полагает, что в материалы дела не представлены документы, бесспорно свидетельствующие о поставке товара, судом не установлены обстоятельства поставки товара, действительно ли имела место поставка товара, на каких условиях она осуществлялась, получал ли ответчик указанный товар по вышеуказанной накладной и по каким причинам истцом не представлена подписанная накладная между сторонами; не установлена реальная стоимость товара; апеллянт отрицает использование товарных знаков; ссылается на то, что истцом не обоснована сумма компенсации.

Истец в порядке статьи 262 АПК РФ представил письменный отзыв, в соответствии с которым против доводов жалобы возражает, считает решение суда законным и обоснованным.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.04.2017 N 10 "О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве" без проведения судебного заседания, без вызова сторон.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта суда первой инстанции проверены апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 и 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является правообладателем исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № № 806527, 806526, 617288, 617287, 377548, 370691, 348783, 334659, 334658, 348782, зарегистрированных в отношении широкого перечня товаров и услуг, в том числе 05, 29, 30, 31, 32, 33, 35, 39, 42, 43  классов МКТУ, в частности в отношении товаров: фрукты сушеные и подвергнутые тепловой обработке, изюм, арахис обработанный, орехи обработанные, фундук, финики.

В 2018 году правообладателю стало известно, что компания ООО «ФРУТОВИТ» незаконно использует обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками ИП ФИО2 №№ 617287, 617288, 348783, 334658, 334659, 348782, 370691, 377548 на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках, на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот, а также в предложениях о продаже товара, в том числе в сети интернет.

ИП ФИО2 подал исковое заявление в суд с требованием взыскать с ООО «ФРУТОВИТ» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 617287, № 617288 в размере 47 328 797 руб. 66 коп.

Сумма компенсации основана на подпункте 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) – двукратная стоимость контрафактного товара. 

Стоимость контрафактного товара сформирована на основании счетов-фактур и товарных накладных, имеющихся в материалах дела № А40-208181/2020.

Именно в процессе судебного разбирательства по делу № А40-208181/2020 правообладателю стало известно, что ИП ФИО1 в период осуществил закупку контрафактного товара у ООО «ФРУТОВИТ» на сумму 111 210 руб. (накладная № 298 от 11.11.2019) (л.д. 20-21).

Истец, полагая, что ИП ФИО1 нарушены принадлежащее ему исключительные права на товарные знаки № 617287, № 617288, направил в адрес ответчика претензионное письмо с предложением представить сведения об общем количестве и стоимости продукции, реализованной под обозначением «ФРУТОВИТ», а также о товарных остатках данной продукции на дату направления указанных сведений и выплатить в течение 20 рабочих дней с даты получения претензии правообладателю компенсацию в размере 222 420 руб. Претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Ссылаясь на нарушение ответчиком исключительного права истца на указанные товарные знаки, правообладатель обратился в арбитражный суд с исковым заявлением.

Суд первой инстанции, установив, что используемое ответчиком обозначение, сходно до степени смешения с товарными знаками истца, удовлетворил исковые требования.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта.   

На основании пункта 1 статьи 1225 ГК РФ, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым  предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 указанного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 ГК РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрены, в частности, следующие способы осуществления исключительного права на товарный знак: 1) путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) путем использования товарного знака при выполнении работ, оказании услуг; 3) путем размещения товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) путем размещения товарного знака в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ, предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Таким образом, использование без согласия правообладателя при выполнении работ, оказании услуг, а равно размещение в сети Интернет обозначения, тождественного товарному знаку правообладателя или сходного с ним до степени смешения, является нарушением исключительного права на товарный знак.

Пунктом 6 статьи 1252 ГК РФ установлено, что если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт наличия указанного права и его принадлежность истцу, а также факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного либо сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых зарегистрирован  товарный знак, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика входит подтверждение правомерности использования спорного обозначения.

Надлежащим доказательством принадлежности прав на товарный знак в силу пункта 1 статьи 1504 ГК РФ является свидетельство на товарный знак, которое выдается федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в течение месяца со дня государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков.

 Истец является правообладателем следующих товарных знаков: №№ 806527, 806526, 617288, 617287, 377548, 370691, 348783, 334659, 334658, 3487828, что подтверждается данными о товарных знаках, внесенными в Государственный реестр товарных знаков, доступ к которым является открытым для третьих лиц на официальном сайте Федеральной службы по интеллектуальной собственности (http://www.fips.ru).

          Истцом в материалы дела предоставлена товарная накладная от 11.11.2019 № 298, которая подтверждает факт закупки ответчиком у ООО «ФРУТОВИТ» контрафактного товара.

Штрихкоды товара, указанные в товарной накладной, свидетельствуют о том, что каждая позиция была реализована с торговым обозначением «ФРУТОВИТ», указанная информация подтверждается сведениями с сайта www.barcode-list.ru.  

Доводы, указанные в апелляционной жалобе, аналогичны возражениям ответчика на иск в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции и  правомерно отклонены в связи со следующим.

К исковому заявлению представлены книги продаж ООО «Фрутовит» за 2018-2019 годы, пунктом 50 раздела 9 книги продаж за  период 01.10.2019 по 31.12.2019 зафиксирована спорная товарная накладная на сумму 111 210 руб., кроме того в материалы дела представлены счет-фактура  от 11.11.2019 № 298 на сумму  111 210 руб.

В целях установления обстоятельств наличия либо отсутствия факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки, судом проведен сравнительный анализ сходства товарных знаков истца и обозначения, размещенного на товаре, приобретенном ответчиком, а также анализ однородности товаров.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак (абзац 2).

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения (абзац 3).

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства (абзац 4).

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается (абзац 5).

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется (абзац 6).

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 42 названных Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Товарные знаки № 806527, 806526, 617288, 617287, 377548, 370691, 348783, 334659, 334658, 348782 состоят из словесного элемента «ФРУТОВИТ», выполненного декоративным шрифтом.

Суд первой инстанции исследовал товарные знаки истца, а также обозначения на товаре, приобретенным ответчиком, установил, что индивидуализирующий словесный элемент этикеток представляет собой словесное обозначение «ФРУТОВИТ».

Словесный элемент выполнен в кириллице, декоративным шрифтом, полностью входит в состав товарных знаков «ФРУТОВИТ». 

На основании проведенного анализа можно констатировать наличие сходства у товарных знаков и словесных обозначений, используемых на упаковке товара, приобретенного ответчиком, по всем трем критериям определения сходства: звуковому (фонетическому), графическому (визуальному) и смысловому (семантическому) и, как следствие, наличие у них сходства до степени смешения.

По мнению апелляционного суда, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела, из которых следует, что истцом доказан как факт принадлежности ему права на товарные знаки, так и факт его использования ответчиком без разрешения правообладателя (ст.71 АПК РФ).

Доказательств наличия у ответчика права использования спорных товарных знаков в материалы дела не представлено, что свидетельствует о нарушении со стороны ответчика исключительного права истца.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

С учетом изложенного, требования истца в части обязания ответчика прекратить использование обозначения «ФРУТОВИТ», сходного с товарными знаками № 617287, № 617288, при производстве, предложении к продаже и продаже товаров, однородных тем, для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки, правомерны и подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о недоказанности истцом факта распространения или ином введении в оборот ответчиком товара, с обозначением, исключительное право на которое принадлежит истцу, поскольку само по себе приобретение соответствующего товара, нарушением прав на товарный знак не является, подлежит отклонению на основании следующего.

Как разъяснено в пункте 156 Постановления № 10, способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака; исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Такие действия, как приобретение товара, в котором выражен товарный знак, независимо от цели приобретения, а равно хранение или перевозка такого товара без цели введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации, не нарушают исключительное право правообладателя.

Между тем из буквального толкования пункта 2 статьи 1484 ГК РФ явно следует, что перечень способов использования товарного знака не является исчерпывающим, и не ограничивается производством товаров с размещением на них этого товарного знака, предложением их к продаже, продажей, демонстрацией на выставках и ярмарках.

Факт приобретения ответчиком товара с обозначением «ФРУТОВИТ», сходного до степени смешения с товарными знаками истца, подтвержден товарной накладной и счетом-фактурой № 298 от 11.11.2019. 

Согласно положениям статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Как следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, основным видов деятельности ответчика является «торговля фруктами овощами» (код ОКВЭД 47.21), соответственно, приобретение и хранение товара спорного товара осуществлено ответчиком для дальнейшего использования в предпринимательской деятельности, то есть с целью введения спорной партии в гражданский оборот.

При этом ответчиком, являющимся профессиональным участником рынка торговли, не представлено пояснений для каких целей была приобретена данная партия контрафактной продукции у ООО «Фрутовит» (ИНН 

<

***>) и осуществлено ее дальнейшее хранение, а также не представлено соответствующих доказательств приобретения продукции без целей ее введения в гражданский оборот (ст.65,9 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом  правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 приведенного Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Как отмечено в пункте 62 Постановления Пленума № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Истец заявил требование о взыскании компенсации на основании подпункта 3 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно – в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

Исходя из представленных данных, истец рассчитал двукратный размер стоимости приобретенного ответчиком контрафактного товара, указанного в товарной накладной и счете-фактуре № 298 от 11.11.2022,  просит взыскать компенсацию, исходя из двукратного размера стоимости товаров в 222 420 руб.

Таким образом, ответчик факт нарушения исключительных прав истца на товарные знаки документально не опроверг, спор относительно объема приобретенной контрафактной продукции и цене её реализации между сторонами отсутствует.

Ответчиком ходатайство о снижении размера компенсации не заявлено, необходимой совокупности доказательств, на основании которых возможно снижение компенсации, не представлено, как и не представлено иных расчетов стоимости товаров (ст.41,65,9 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, исходя из принципов разумности и соразмерности, а также учитывая характер допущенного правонарушения, суд первой инстанции  пришел к соответствующему и обоснованному выводу о правомерности требования истца о взыскании 222 420 рублей компенсации.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ответчика, доводы которой проверены в полном объеме и не могут быть учтены, как влияющие на законность и обоснованность принятого по настоящему делу судебного акта.

Учитывая, что приведенные в апелляционной жалобе аргументы, не опровергают выводов суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что спор рассмотрен судом первой инстанции верно, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем не имеется правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06 декабря 2022 года по делу № А71-14974/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Судья

 

А.Н. Лихачева