АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

07 февраля 2022 года

Дело №

А56-110415/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Зарочинцевой  Е.В., Колесниковой С.Г., 

при участии финансового управляющего ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 21.01.2019), от ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 08.06.2020),

рассмотрев 03.02.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021 по делу № А56-110415/2019/сд.3,

у с т а н о в и л:

конкурсный кредитор ФИО4 06.11.2020 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 с заявлением, в котором просил признать договор поручительства от 07.03.2016, заключенный между ФИО6 и должником, дополнительное соглашение к нему б/н от 16.01.2020 недействительными сделками.

Определением от 15.06.2021, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021, суд признал недействительными сделками договор поручительства от 07.03.2019, заключенный между ФИО6 и ФИО2, а также дополнительное соглашение к нему от 16.01.2020.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от 15.06.2021 и постановление от 22.10.2021, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО4

Податель жалобы полагает, что ФИО4 не представлено доказательств причинения имущественного вреда кредиторам вследствие заключения оспариваемой сделки, наличия у ФИО2 на момент заключения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества; ссылается на то, что договор поручительства был заключен 07.03.2019 и на тот момент судебный процесс по взысканию денежных средств с ФИО2 в пользу ФИО7 в Сланцевском городском суде Ленинградской области еще не был закончен, решение было вынесено судом только 26.07.2019.

ФИО2 не согласен с выводами судов о том, что ввиду крупного размера просроченной задолженности перед ФИО7 должник мог предвидеть вероятность подачи заявления о признании его несостоятельным; ссылается на то, что он и его супруга ФИО8 были введены в заблуждение ФИО7, который после заключения договора займа с должником также организовал заключение со своими доверенными лицами договоров купли-продажи долей в уставных капиталах хозяйственных обществ, ранее принадлежавших ФИО2 и ФИО8

Также податель жалобы считает необоснованным довод ФИО4 о том, что судебной практикой по делу № А56-131927/2018 подтверждается отсутствие заемных отношений между ФИО8 и ФИО6, в обеспечение которых был заключен спорный договор поручительства. 

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал её доводы в полном объеме.

Представитель ФИО4 и финансовый управляющий просили оставить определение от 15.06.2021 и постановление от 22.10.2021 без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, определением от 21.10.2019 к производству суда принято заявление ФИО7 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) 

Определением от 10.06.2020 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО9 

Решением от 19.04.2021 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО1

Между ФИО6 (займодавец) и ФИО8 (заемщик) 07.03.2019 было заключено соглашение о новации договора займа, согласно которому заемщик имеет задолженность перед займодавцем в размере рублевого эквивалента по официальному курсу Центрального банка РФ 7 800 000 евро, которая подтверждается: распиской № 1 от 20.20.2011, № 2 от 20.10.2011. Заемщик обязался возвратить сумму займа не позднее 31.12.2022. 

Также 07.03.2019 ФИО6 (кредитор) и ФИО2 (поручитель) заключили договор поручительства, по условиям которого поручитель обязался отвечать перед кредитором за исполнение ФИО8 в полном объеме обязательств должника, включая обязательства по уплате комиссий, штрафов и пени, по заключенному между кредитором и должником соглашению о новации договора займа от 07.03.2019.

Впоследствии, 16.01.2020 дополнительным соглашением б/н к договору поручительства был изменен пункт 2.2 Договора поручительства, определено, что сумма займа составляет 3 582 364 евро после заключения между ФИО8 и ФИО6 соглашения об отступном от 21.10.2019 и частичным прекращением обязательств ФИО8 из соглашения о новации. 

Кроме того, дополнительным соглашением от 16.01.2020 договор поручительства дополнен пунктом 3.4, согласно которому в случае признания в установленном законом порядке банкротом ФИО8 или ФИО2 как поручителя, ФИО6 имеет право требовать досрочного возврата всей суммы займа.

Ссылаясь на то, что указанный договор поручительства от 07.03.2019 и дополнительное соглашение б/№ от 16.01.2020 подлежат признанию недействительными в соответствии с положениями статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный кредитор должника - ФИО4 обратился в суд с настоящим заявлением.

Установив, что на момент заключения спорных сделок должник обладал признаками неплатежеспособности и имел неисполненные денежные обязательства на сумму более 181 млн. руб.; договор поручительства и дополнительное соглашение к нему заключены после предъявления исковых требований о взыскании задолженности и возникновения объективных признаков неплатежеспособности, с целью причинения вреда кредиторам при явном злоупотреблении правом, без какого либо экономического обоснования его заключения, в результате чего причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку была привлечена необоснованная кредиторская задолженность в условиях экономически кризисного состояния должника, суд первой инстанции признал спорные сделки недействительными.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Кассационная инстанция не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено право конкурсного кредитора обратиться с заявлением об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судами установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 21.10.2019, тогда как  спорный договор поручительства был заключен 07.03.2019, а дополнительное соглашение к нему 16.01.2020, то есть в пределах срока, установленного как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

Исходя из разъяснений абзаца шестого пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение. Сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное, а недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки не лишает стороны возможности доказывания того, что целью сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов, иными доказательствами.

В данном случае судами установлено, что 31.05.2016 между ФИО2  (заёмщик) и ФИО7 (займодавец) были заключены два договоры займа № 1Д и № 1Е на сумму более 181 000 000 руб.

Факт передачи денежных средств подтвержден расписками от 29.06.2016, удостоверенными нотариусом.

Срок возврата займа истек 29.03.2018, ФИО7 12.04.2018 и 22.10.2018 направил в адрес ФИО2 требования о возврате денежных средств по договорам займа. Претензии получены ФИО2 19.04.2018 и 15.05.2018, повторная претензия не вручена.

В связи с неисполнением должником обязанности по возврату суммы займа 18.12.2018 ФИО7 обратился в Сланцевский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением о взыскании задолженности по договорам займа. Решением указанного суда от 26.07.2019 с должника взыскана задолженность по  договорам займа в полном объеме.

Таким образом, на момент совершения оспариваемого договора поручительства и дополнительного соглашения к нему у ФИО2 имелась кредиторская задолженность, которая впоследствии включена в реестр требований кредиторов.

Установив изложенные обстоятельства, суды пришли к обоснованному выводу, что на момент заключения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

При этом, вопреки доводам жалобы, дата вынесения решения о взыскании с должника денежных средств не является датой наступления исполнения обязательств, поскольку признак неплатежеспособности возникает не с даты решения суда, а с даты, когда фактически должник прекратил исполнять свои обязательства; в данном случае ФИО2 прекратил исполнять обязательства по договорам займа с 29.03.2018.

Судами обоснованно учтено, что необходимость предоставления обеспечения исполнения займа, выданного в 2011 году, в виде поручительства в 2019 году не раскрыта.

При изложенных обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу, что действия ФИО2 по заключению договора поручительства не отвечают стандарту добросовестности, так как он, будучи осведомленным о наличии значительных просроченных обязательств перед ФИО7 из договоров займа на сумму более 181 000 000 руб., заключил договор поручительства, которым обязался отвечать по обязательствам своей супруги ФИО8 на сумму 315 802 223 руб. (по состоянию на 02.09.2020) при явной невозможности осуществления такой обязанности и подписал дополнительное соглашение, которым установил право ФИО6  требовать в случае своего банкротства досрочного возврата суммы займа.

Существенное увеличение долговой нагрузки должника вследствие заключения договора поручительства уменьшило возможность удовлетворения требований иных кредиторов, что нарушает их права и причиняет им вред. 

Делая вывод об осведомленности ФИО6 о совершении сделки с целью причинения имущественного вреда кредиторам, суды обоснованно исходили из следующего.

ФИО6 обращался в суд с заявлением о включении требования, основанного на спорном договоре поручительства, в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 08.11.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.05.2021, в удовлетворении заявления отказано.

Суды исходили из того, что в материалы дела не представлены достаточные допустимые доказательства, подтверждающие реальность заемных отношений по договору займа от 20.10.2011, использования полученных заемных средств, наличия у ФИО6 финансовой возможности предоставить заем, а также опровергающие выводы о злоупотреблении правом и мнимости договора поручительства.

Однако, несмотря на то, что задолженности у ФИО8 перед ФИО6 не имелось, денежные средства не передавались, спустя восемь лет после заключения договора займа ФИО6 заключил договор поручительства с должником.

Впоследствии, 16.01.2020 на основании соглашения об отступном был зарегистрирован переход права собственности от ФИО8 на ФИО6 в отношении четырех объектов недвижимости (двух земельных участников и двух зданий).

После отчуждения данных объектов недвижимости супругой ФИО2 в пользу ФИО6, дополнительным соглашением к договору поручительства был изменен размер задолженности (за вычетом стоимости объектов недвижимости) и установлено право ФИО6 требовать досрочного возврата займа в случае банкротства должника.

Судами установлено, что заключая все вышеперечисленные сделки ФИО6 не мог не знать о факте брачных отношений ФИО2 и ФИО8, а также о заключении между ними оспариваемого         ФИО4 брачного договора, так как именно после его заключения ФИО8 получила право на отчуждение без согласия супруга в пользу ФИО6 четырех объектов недвижимости.

Таким образом, с учетом конкретных обстоятельств настоящего обособленного спора, суды пришли к правомерному выводу о наличии всех условий, необходимых для признания спорных сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.06.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2021 по делу № А56-110415/2019/сд.3 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

Е.В. Зарочинцева

 С.Г. Колесникова