ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-30690/2021

22 июня 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 июня 2024 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В.,

судей Серебровой А.Ю., Морозовой Н.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Вороной Б.И.,  

 

при участии:

от конкурсного управляющего – представителя ФИО1 (доверенность от 02.03.2024), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-11878/2024) на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2024 по обособленному спору №А56-30690/2021/сд.1 (судья Овчинникова Н.Ю.), принятое по заявлению конкурсного управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Электропрофиль»,

ответчик: ФИО2, 

 

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) обратилось ООО «Транс-Груп Санкт-Петербург» с заявлением о признании ООО «Электропрофиль» (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 23.05.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением арбитражного суда от 23.08.2021 (резолютивная часть определения объявлена 17.08.2021) в отношении ООО «Электропрофиль» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением арбитражного суда от 06.07.2022 (резолютивная часть решения объявлена 05.07.2022) ООО «Электропрофиль» признано несостоятельным (банкротом), в его отношении открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В арбитражный суд обратился конкурсный управляющий с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 30.04.2019 №51/19 по отчуждению автомобиля Volkswagen 7HK Transporter (VIN: 

<

***>) в пользу ФИО2 (далее – ответчик) и применении последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 денежных средств в размере 525 000 рублей. 

Определением от 11.03.2024 арбитражный суд удовлетворил требования конкурсного управляющего в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определении от 11.03.2024 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

В обоснование жалобы ее податель ссылается на то, что целью приобретения автомобиля являлся его ремонт и восстановление для перепродажи, поскольку ФИО2 является единственным участником и директором ООО «Авто100П». На дату заключения договора имущество находилось в ненадлежащем состоянии. Однако стоимость ремонта транспортного средства оказалась дороже, чем предполагал ответчик, его перепродажа не принесла бы планируемого дохода, в связи с чем имущество реализовано 20.10.2019. ФИО2 заявляет о том, что не был знаком с доказательствами, предъявленными конкурсным управляющим в процессе рассмотрения дела (скриншоты с сайта Авито). Названные документы не были направлены по адресу его электронной почты; конкурсный управляющий неправомерно ссылался на соответствующие объявления с сайта продаж. Податель жалобы настаивает на том, что купил автомобиль с пробегом в 400 000 км, а не 278 000 км, как указано судом первой инстанции со ссылкой на АИУС ГИБДД, или как отражено в объявлении с сайта Авито. Податель жалобы опровергает достоверность представленной конкурсным управляющим оценки имущества, полагая сравнительных подход стоимости транспортных средств недостоверным. Конкурсным управляющим подобраны ненадлежащие аналоги. По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно отклонил письменные объяснения ФИО4, механика ООО «Электропрофиль», который подтвердил ненадлежащее техническое состояние предмета продажи. Отсутствие в сведениях ГИБДД, содержащихся в открытом доступе в результате запроса к АИУС ГИБДД записи о дорожно-транспортном происшествии по автомобилю не подтверждает отсутствие автомобиля в ДТП. Ответчик обращает внимание на то, что ему не требовалось обращаться на станцию техобслуживания автомобилей для проведения ремонта и оценки, поскольку он выполняет такие работы самостоятельно через принадлежащее ему юридическое лицо - ООО «Авто100П».  Апеллянт настаивает на достоверности представленного им отчета об оценке №30, подготовленного с учетом объяснений ФИО4. Суд первой инстанции необоснованно не учел, что последующий договор купли-продажи автомобиля у ответчика не сохранился.

В дополнение к апелляционной жалобе 23.04.2024 ФИО2 направил в суд ходатайство о приобщении к материалам дела сведений о техническом осмотре автомобиля от 10.01.2018 в пункте техосмотра ООО «Устюг Авто». Ответчик указывает, что о наличии такого доказательства ему стало известно после вынесения обжалуемого судебного акта.

До начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу ФИО2 заявил ходатайство о проведении заседания без его участия.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возражал против отмены судебного акта, просил оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Ответчик в судебное заседание не явился, его ходатайство о приобщении дополнительных доказательств, приложенных к апелляционной жалобе, рассмотрено с учетом приведенных в нем доводов.

В пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» отмечено, что поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

При этом немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 АПК РФ, может в силу части 3 статьи 288 АПК РФ являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

В данном случае апелляционный суд не усмотрел оснований для приобщения к материалам дела сведений о техническом осмотре транспортного средства от 10.01.2018, поскольку ответчик не был лишен возможности получения такого документа на стадии рассмотрения спора в суде первой инстанции. 

ФИО2 не сообщил о том, каким образом только после вынесения обжалуемого определения ему стало известно о прохождении техосмотра в 2018 году, по какой причине он не мог получить такие сведения ранее, что этому воспрепятствовало. При этом разногласия по поводу пробега автомобиля имелись у сторон спора с начала его рассмотрения.

При таких обстоятельствах дополнительные доказательства учету и исследованию апелляционным судом не подлежат.

Законность и обоснованность определения проверена в апелляционном порядке с применением части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов спора, 30.04.2019 между ООО «Электропрофиль» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства №51/19, по условиям которого должник продал ФИО2 автомобиль марки «Volkswagen 7HK Transporter» (VIN: 

<

***>, 2008 г.в., г.р.з У 495 АЕ 35) по цене 20 000 рублей.

Ссылаясь на неравноценный характер сделки и заключение договора в период неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании его недействительным на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отчуждение технически исправного транспортного средства (в отсутствие доказательств обратного) по договору купли-продажи за 20 000 рублей (занижение стоимости автомобиля в 32,7 раз), по мнению конкурсного управляющего, причиняет вред кредиторам должника. Сделка направлена на вывод активов должника.

Согласно позиции ответчика автомобиль приобретен в ненадлежащем состоянии и 20.10.2019 перепродан в связи с отсутствием целесообразности восстановления. 

Возражая против доводов конкурсного управляющего, ответчик настаивал на том, что имущество было повреждено в ДТП. ФИО2 сослался на письменные пояснения ФИО4, личность которого была установлена нотариусом. ФИО4 пояснил нотариусу, что спорный автомобиль находился на момент продажи в неудовлетворительном состоянии, не на ходу; указанные обстоятельства ему известны, поскольку он работал в ООО «Электропрофиль» в должности механика; также сообщил, что автомобиль был в аварии, предполагает, что была разбита передняя часть другим автомобилем.

Ответчик также представил отчет об оценке от 16.02.2024 №30 ООО «Промышленная экспертиза», произведенной в г. Великий Устюг, согласно которому рыночная стоимость спорного автомобиля на 30.04.2019 составила 21 000 рублей.

Доказывая факт занижения стоимости предмета договора, конкурсный управляющий указал на проведение им сравнительного анализа предложений о реализации аналогичных транспортных средств с публичного сайта объявлений. Рыночная цена спорного имущества, по мнению управляющего, составляла 525 000 рублей.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснения в пунктах 5, 9  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), суд первой инстанции пришел к выводу о недействительности договора купли-продажи от 30.04.2019, ввиду отсутствия доказательств уплаты выкупной цены за автомобиль, рыночная стоимость которого значительно выше той, что поименована в договоре. Факт неисправности автомобиля не установлен.

Доводы подателя жалобы не создают оснований для отмены судебного акта.

Совершенная должником-банкротом сделка, имевшая целью причинение вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), отсутствие хотя бы одного из которых является основанием к отказу в признании сделки недействительной по указанному основанию.

Договор заключен 30.04.2019, то есть в трехлетний период подозрительности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При проверке сделки на предмет подозрительности установлению подлежит факт причинения вреда (пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 №310-ЭС22-7258).

Сделка совершена безвозмездно, поскольку доказательства проведения расчетов по ней даже на 20 000 рублей в материалах дела отсутствуют. Обратного ФИО2 не доказано.

Апелляционный суд также соглашается с тем, что надлежащих доказательств неудовлетворительного технического состояния транспортного средства подателем апелляционной жалобы не представлено. Акт приема-передачи автомобиля и договор свидетельствуют об обратном.

Предъявленный протокол допроса механика ООО «Электропрофиль» ФИО4 доводов конкурсного управляющего не опровергает. Как верно указано судом первой инстанции, объяснения данные нотариусу, по смыслу действующего законодательства не являются показаниями свидетеля как таковыми, добытыми в рамках рассмотрения конкретного гражданского или уголовного дела; в обязанности нотариуса входит лишь установление личности лица, дающего соответствующие объяснения. 

Как полагает апелляционный суд нотариус в данном случае не может в полной мере подменять собой суд и проводить опрос свидетеля так, как это предусмотрено нормами арбитражно-процессуального законодательства. Конкурсный управляющий в отличие от ФИО2 не присутствовал при получении соответствующих объяснений, несмотря на то, что в протоколе содержится ссылка на его надлежащее извещение. Нотариус не выяснял характер взаимоотношений ФИО2 и свидетеля, обстоятельства их знакомства. Конкурсный управляющий не мог, равно как и суд, сформулировать свои вопросы к свидетелю с учетом предмета доказывания по спору. Действия нотариуса совершены на основании статей 102 и 103 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате по просьбе и согласно заявлению ФИО2 Подобный протокол допроса является для настоящего дела письменным доказательством, которое подлежит оценке в совокупности с иными доказательствами по делу. 

Если автомобиль имел столь существенные повреждения, то представляется разумным и последовательным отражение технического состояния предмета продажи в акте приема-передачи. 

Суд первой инстанции обоснованно обратил внимание на непредставление ответчиком договора от 20.10.2019, опосредующего перепродажу имущества, негодного к ремонту или требующего несоизмеримых затрат на восстановление. Апелляционная коллегия критически относится к тому обстоятельству, что ответчик, позиционирующий себя профессионалом в сфере купли-продажи бывших в эксплуатации транспортных средств и извлекающим из такой деятельности прибыль, не сохранил договор об отчуждении имущества последующему приобретателю.

Отклоняя отчет об оценке от 16.02.2024 №30 как допустимое доказательство, суд первой инстанции верно учел, что оценщик не проводил осмотр транспортного средства, руководствовался описанием, предоставленным техником ФИО4 и ответчиком.

Апеллянт настаивает на том, что отсутствие в сведениях ГИБДД, содержащихся в открытом доступе в результате запроса к АИУС ГИБДД записи о дорожно-транспортном происшествии по автомобилю, не опровергает участие автомобиля в ДТП. В данной системе регистрируются только происшествия, зафиксированные при участии сотрудников полиции и поставленные на соответствующий федеральный учет в АИУС ГИБДД. Апелляционный суд полагает, что снижение стоимости автомобиля до 20 000 рублей при рыночной цене аналогов в 32,7 раза выше должно свидетельствовать о значительных повреждениях, с большой степенью вероятности полученных в серьезном ДТП, поскольку такая цена практически сопоставима с утилизационной стоимостью годных остатков.  

Вопреки доводам ответчика, автомобиль все же был восстановлен, поскольку продолжает активно использоваться по настоящее время, что видно из данных АИУС ГИБДД. Также в АИУС ГИБДД имеются сведения о получении на спорный автомобиль диагностической карты/прохождении техосмотра 19.09.2023, что предполагает надлежащее техническое состояние автомобиля, готового к эксплуатации в дорожных условиях. Суд первой инстанции обоснованно учел, что показания одометра при проведении данного техосмотра составили 278 000 км. пробега, что в том числе не согласуется с объяснениями ФИО4, данными нотариусу, о пробеге спорного транспортного средства около 400 000 км. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии достоверных доказательств наличия у транспортного средства недостатков, обусловивших снижение его рыночной стоимости в 32,7 раз до 20 000 рублей. 

Выбытие из конкурсной массы должника дорогостоящего актива в отсутствие равноценного встречного эквивалента должно быть квалифицировано как причинение вреда.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления №63). 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 №305-ЭС21-21196(2) изложена правовая позиция, согласно которой при разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В данном случае с учетом недоказанности продажи технически неисправного автомобиля согласование сторонами договора цены автомобиля в размере 20 000 рублей, при рыночной цене аналогичного имущества не менее 525 000 рублей, свидетельствует о ее явном и очевидном занижении.  

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и разумными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 №308-ЭС16-11018). 

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что продавец избавляется от имущества по заниженной (бросовой) цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

   Совокупность установленных обстоятельств спора и приведенных конкурсным управляющим доводов убедительным образом свидетельствует в пользу того, что отчуждение имущества осуществлено по заниженной цене и направлено на вывод актива из конкурсной массы.  

   Многократное занижение стоимости предмета договора, которое ответчик не мог не осознавать, верно квалифицированно судом первой инстанции как недобросовестность и осведомленность о наличии у сделки цели причинения вреда кредиторам.

   Подтверждение рыночной стоимости транспортного средства посредством проведения сравнительного анализа предложений на популярных и общедоступных сайтах продаж (например, Авито) является допустимым. Доводы подателя жалобы не создают оснований усомниться в достоверности проведенной конкурсным управляющим оценки, поскольку техническая неисправность транспортного средства не доказана.

На момент совершения сделки должник уже имел неисполненные обязательства перед кредиторами, в том числе ООО «Электропромсервис», Федеральной налоговой службой в лице Управления Федеральной налоговой службы по Ленинградской области; задолженность перед ними включена в реестр требований кредиторов.

В данном случае обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что выбытие имущества из конкурсной массы должника по оспариваемому договору не обеспечивалось равноценным встречным предоставлением, в результате причинило вред кредиторам, что не могло не осознаваться обеими сторонами сделки, вывод суда первой  инстанции о совершении убыточной сделки, и, как следствие, причинение вреда кредиторам, соответствует фактическим обстоятельствам дела.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с наличием оснований для признания оспариваемого договора недействительным по пункту  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку автомобиль у ответчика по сделке отсутствует, то суд первой инстанции пришел к верному выводу о взыскании с ФИО2, его рыночной стоимости.

Доводы жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, выводов суда не опровергают, по существу сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2024 по обособленному спору №А56-30690/2021/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Н.А. Морозова 

А.Ю. Сереброва