ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-4747/2020

город Ростов-на-Дону

19 ноября 2020 года

15АП-17311/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 ноября 2020 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Малыхиной М.Н.,

судей Галова В.В.,  Попова А.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

в отсутствие представителей сторон,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на решение Арбитражного суда Краснодарского краяот 10 сентября 2020 года  по делу № А32-4747/2020 

по иску ФИО3

к ФИО4

при участии третьего лица: общества с ограниченной ответственностью «Импульс+»

о взыскании,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском  к ФИО4 о взыскании 18 235 281,47 руб., в том числе 11 642 000 руб. неосновательного обогащения и 6 655 717,67 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Исковые требования мотивированы тем, что 06.09.2016 судебными актами судов общей юрисдикции установлен факт прекращения обязательства истца перед ответчиком по возврату займа зачетом обязательства общества «Импульс+» по выплате истцу действительной стоимости доли в размере 15 196 400 руб., при рассмотрении этого дела был проведена судебная экспертиза, определившая действительную стоимость доли как 26 839 000 руб., в связи с чем поскольку разница не была выплачена ни ответчиком, ни обществом истцу, а ответчик в настоящее время владеет 100% долей уставного капитала в обществе, истец полагает, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в размере 11 642 000 руб. (26 839 000 - 15 196 400). Несвоевременный возврат денежных средств дает истцу право на взыскание процентов за период с 08.11.2012 по 27.08.2019 в сумме 6 655 717,67 руб., начисленных на основании статей 1107 и 395 ГК РФ.

Решением суда от 10.09.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд указал, что обязанность по выплате действительной стоимости доли – это обязанность общества, а не ответчика, также отметил, что вопреки ссылке истца, апелляционное определение от 06.09.2012 не содержит вывода о действительной стоимости доли истца на момент выхода, поскольку определялась рыночная, а не действительная стоимость, в связи с чем истец не доказал превышение действительной стоимости доли над зачтенной в счет погашения займа суммой. Суд учел, что в заявлении о выходе из общества истец указал, что дарит долю обществу, суд общей юрисдикции установил соответствующее согласование сторонами условия выхода истца в счет погашения долга. Суд также учел заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, рассчитал таковой с 10.02.2013, то есть с даты наступления обязанности общества по выплате действительной стоимости доли истцу как вышедшему участнику, и, констатировав пропуск срока исковой давности, суд отказал в иске.

С принятым судебным актом не согласился истец, обжаловал его в порядке, определенном главой 34 АПК РФ, просил решение суда первой инстанции отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судами общей юрисдикции установлено, что дарения доли не было, ФИО4 является надлежащим ответчиком по делу как единственный участник общества и выгодоприобретатель, стоимость переданной в счет возврата суммы займа превышала сумму долга перед ответчиком, в связи с чем истец доказал наличие неосновательного обогащения на стороне ответчика. Также судом необоснованно отказано в отложении судебного разбирательства по ходатайству ответчика ввиду распространения заболеваемости COVID-19.

В отзыве ответчик указал на несостоятельность доводов жалобы.

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили, будучи извещенными о процессе, от истца поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное болезнью представителя.

Согласно части 4 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Из указанного следует, что отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

При оценке содержания понятия уважительности причин суд апелляционной инстанции принимает во внимание абзац 5 пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", в соответствии с которым не могут, как правило, рассматриваться в качестве уважительных причин нахождение представителя заявителя в командировке (отпуске), кадровые перестановки, отсутствие в штате организации юриста, смена руководителя (его нахождение в длительной командировке, отпуске), а также иные внутренние организационные проблемы юридического лица.

Таким образом, невозможность участия в судебном заседании ответчика не является препятствием к реализации его процессуальных прав. В случае невозможности обеспечения явки представителя, истец мог поручить ведение дела иному представителю с надлежащим образом оформленными полномочиями, равно как представлять свои интересы самостоятельно.

Кроме  того, согласно информации с официального сайта Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда с 21.05.2020 в суде имеется возможность участия в судебном заседании посредство вэб - конференции (онлайн-заседание), следовательно, представитель мог участвовать в судебном заседании удаленно.

Вместе с тем, такой процессуальной возможностью истец не воспользовался, что является его риском по смыслу статьи 9 АПК РФ.

К тому же, доводы заявителя жалобы подробно изложены в ней. В ходатайстве апеллянт не указал, о каких новых обстоятельствах, ранее не заявлявшихся им суду первой инстанции и не изложенных в апелляционной жалобе, он намерен заявить суду апелляционной инстанции в рамках, дозволяемых процессуальным законодательством, и дать соответствующие пояснения, или какие новые доказательства он намерен представить, учитывая, что процессуальным законом в любом случае установлена обязанность по раскрытию таких доказательств до начала судебного заседания.

В связи с тем, что материалы дела позволяют рассмотреть доводы апелляционной жалобы без дополнительных пояснений сторон, апелляционный суд не усматривает необходимости явки апеллянта в судебное заседание.

В связи с изложенным, а также в связи с тем, что Арбитражным процессуальным кодексом установлены ограниченные сроки рассмотрения апелляционной жалобы (ст. 267 АПК РФ) и, соответственно, отложение ее рассмотрения приведет к необоснованному затягиванию спора, в удовлетворении ходатайства истца об отложении судебного заседания надлежит отказать.

Таким образом, по состоянию на дату судебного разбирательства, препятствий для рассмотрения дела по существу судом не установлено, в связи с чем оснований для отложения судебного разбирательства не имеется.

Апелляционная жалоба рассматривалась в порядке статьи 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как указал истец, 12.07.2012 г. ответчик ФИО4 выдал заем истцу в размере 15 196 400 рублей рублей, о чем заемщик выдал ему расписку от 12.07.2012 с обязательством вернуть деньги до 01.12.2012.

В установленный срок ФИО3 заем ответчику не вернул.

По иску ФИО4 к ФИО3 «о взыскании суммы долга» вынесено решение Прикубанского районного суда г. Краснодара от 30.07.2014 по делу N 33-2177/2016, которым в удовлетворении исковых требований ФИО4 было отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 09.10.2014 решение Прикубанского районного суда гор. Краснодара от 30.07.2014 по делу N 33-2177/2016 отменено, вынесено решение об удовлетворении заявленных ФИО4 требований.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 1 декабря 2015 года апелляционное определение от 09.10.2014 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 06.09.2016 года решение Прикубанского районного суда гор. Краснодара от 30.07.2014 по делу № 33-2177/2016 об отказе в удовлетворении исковых требований оставлено без изменения.

Указанным решением, вступившим в законную силу, установлено, что в связи с невозможностью возврата заемных денежных средств стороны договорились о том, что ФИО3 в счет своей задолженности выходит из состава участников ООО "Импульс+" (на указанный момент участниками данного общества с равными долями по 50% уставного капитала являлись ФИО3 и ФИО4), не требуя денежных средств за переданную долю.

08.11.2012 г. ФИО3 написал заявление и вышел из состава участников ООО "Импульс+".

Суд пришел к выводу, что расчет по договору займа был произведен путем передачи обществу доли ФИО3

В апелляционном определении Судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 06.09.2016 указано также, что при рассмотрении дела в апелляционном порядке была назначена судебная экспертиза для установления действительной стоимости доли ФИО3. Согласно заключению эксперта рыночная стоимость 100% долей в уставном капитале ООО «Импульс+» на момент выхода ФИО3 из состава участников общества 09.11.2012 составляет 53 678 000 руб., Стоимость 1/2 доли в уставном капитале общества на момент выхода ФИО3 из состава участников общества 09.11.2012 составляет 26 839 000 руб.

На основании указанного истец полагает, что разница между действительной стоимостью принадлежавшей ему доли (26 839 000 ) и размером долга по договору займа (15 196 400 руб.) составляет неосновательное обогащение ответчика, поскольку обществу истцу такую разницу не выплачивало, а 100% долей в настоящее время принадлежит ответчику.

Данное обстоятельство послужило основанием для обращения истца в суд с иском.

Суд первой инстанции верно квалифицировал спорные правоотношения сторон, определил предмет доказывания по делу и применимые нормы материального права.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Нормы о кондикции носят универсальный характер, призваны обеспечить реализацию основных начал гражданского права, эквивалентно-возмездное начало гражданского правоотношения. Обязательство из неосновательного обогащения, относится к числу охранительных обязательств. Его содержание образуют требование о возврате неосновательного обогащения (кондикция (condictio) или притязанием из неосновательного обогащения, и корреспондирующая этому требованию обязанность возвратить неосновательное обогащение.

Таким образом, истец, обращаясь с настоящим иском должен доказать, что ответчик приобрел имущество истца без установленных сделкой или законом оснований. 

В силу положений статей 9,65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Истец полагает, что неосновательное обогащение на стороне ответчика возникло в связи с тем, что в настоящее время ответчик является держателем 100% долей уставного капитала общества, общество же при выходе из него истца не выплатило истцу в счет действительной стоимости доли разницу между суммой займа, погашение которой было согласовано путем выхода истца из общества, и действительной стоимостью принадлежавшей истцу доли.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности участников общества определяются в соответствии с разделом 4 параграфа 2 главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), а также уставом общества.

Как установлено статьей 2 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственно общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Согласно пункту 1 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 26 закона об обществах с ограниченной ответственностью участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

В подпункте 2 пункта 7 статьи 23 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации при выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества или выдано в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке и в сроки, которые предусмотрены Законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

Порядок определения действительной стоимости доли, подлежащей выплате участнику общества, подавшему заявление о выходе из состава участников общества, установлен пунктом 6.1 статьи 23 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью".

В силу названной нормы права общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из состава участников общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно.

Таким образом, суд правомерно указал, что обязательство по выплате действительной стоимости доли – это обязательство между вышедшим участником и обществом, что законом установлены определенные сроки исполнения данного обязательства.

В силу закона участники общества не отвечают по его обязательствам, в том числе по неисполненному обществом обязательству по выплате действительной стоимости доли, в силу чего последующее получение ответчиком 100% долей уставного капитала  общества в результате перераспределения (либо перераспределения и последующих сделок) не может создавать основание для прямого кондикционного иска вышедшего участника к оставшемуся.

Данная позиция не только императивно установлена нормами Закона об ООО, но и нашла свое отражение в судебной практике, в частности в Определении Верховного Суда РФ от 28 августа 2014 г. N 305-ЭС14-574.

Вместе с тем, даже если предположить возможность квалификации действий сторон как совершения притворной сделки, прикрывающей заключение соглашения об отступном (что невозможно в силу наличия вступивших в законную силу актов судов общей юрисдикции), то на правомерность вывода суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком, это не повлияет.

Как указано выше, суд первой инстанции отказал в иске, констатировав пропуск истцом срока исковой давности и рассчитав таковой с даты, когда по закону № 14-ФЗ наступил срок для выплаты вышедшему участнику действительной стоимости доли.

Согласно статье 195 ГК РФ судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

В соответствии с указанной нормой исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункты 1 и 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало (статья 191 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Приведенные нормы права свидетельствуют о том, что при решении вопроса о сроке исковой давности учету подлежит как фактическая («знал»), так и должная («должен был знать») информированность истца о нарушении принадлежащего ему права.

Согласно положениям абзаца 2 пункта 6.1 статьи 23 Закона об ООО общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности. Соответственно общество должно было выплатить действительную стоимость доли ФИО3 (если принять его довод о том, что он не отказывался от ее получения) 9 февраля 2013 года.

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что если истец, как он указывает в иске, был заинтересован в расчете действительной стоимости своей доли, то именно с указанной даты он должен был обратиться к ООО "Импульс+" с требованием о таком расчете или о ее выплате, в том числе и в судебном порядке.

Соответственно, срок давности по требованию о выплате ему суммы, соответствующей части действительной стоимости его доли в ООО "Импульс+", которую он полагает невыплаченной и заявляет ко взысканию с ответчика, начал течь с 10 февраля 2013 года. На момент подачи иска (27.08.2019) указанный срок с очевидностью истек.

Если же исходит из того, что воля сторон была направлена на передачу доли в счет отступного, то срок давности также надлежит исчислять с даты совершения сторонами тех действий, которые породили для истца соответствующий результат в виде утраты доли, а это соответственно ноябрь 2012 года, то есть иск в любом случае подан за пределами срока исковой давности.

Тот факт, что на момент согласования условий погашения займа с ответчиком и на момент выхода из общества истец не озаботился установлением действительной стоимости принадлежавшей ему доли и узнал о таковом только после проведения судебной экспертизы в 2016 году, течение срока исковой давности не меняет.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным и достаточным основанием к отказу в иске, не требующим дополнительной проверки иных доводов сторон.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», применительно к норме абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса разъяснено, что, установив пропуск стороной по делу срока исковой давности, при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

При этом, исходя из конституционно-правового смысла положений статей 195 - 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, изложенного в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 03 октября 2006 года № 439-О, от 21 декабря 2006 года № 576-О, от 20 ноября 2008 года № 823-О-О, от 28 мая 2009 года № 595-О-О, 28 мая 2009 года № 600-О-О, от 25 февраля 2010 года № 266-О-О, установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.

Таким образом, отказ в иске в связи с пропуском срока исковой давности, о применении которой заявил ответчик, правомерен.

Требование об уплате процентов является дополнительным и не может быть удовлетворено при отсутствии оснований для взыскания основной суммы кондикционного требования.

Ссылка апеллянта на процессуальное нарушение суда, выразившееся  в необоснованном отказе в отложении судебного разбирательства по ходатайству ответчика ввиду распространения заболеваемости COVID-19, отклоняется апелляционным судом.

Как было указано ранее, согласно части 4 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Из указанного следует, что отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда.

В случае невозможности обеспечения явки представителя, ответчик мог поручить ведение дела иному представителю с надлежащим образом оформленными полномочиями, равно как и истец лично мог представлять свои интересы. 

Кроме того, согласно информации с официального сайта АС Краснодарского края с 08.05.2020 в суде имеется возможность участия в судебном заседании посредство вэб - конференции (онлайн-заседание), следовательно, представитель, равно как и сам истец мог участвовать в судебном заседании посредством организации  вэб - конференции.

При таких обстоятельствах, отказ в иске правомерен, доводы жалобы правомерность выводов суд первой инстанции не опровергают, основаны на неверном понимании норм материального и процессуального права.

На основании вышеуказанного, суд апелляционной инстанции полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. Суд первой инстанции правильно определил спорные правоотношения сторон и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела. Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя жалобы и взыскания с последнего в доход федерального бюджета 3 000 руб., учитывая ранее предоставленную отсрочку.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства об отложении судебного разбирательства отказать.

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 10.09.2020 по делу № А32-4747/2020 оставить без изменения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты изготовления полного текста постановления.

Председательствующий М.Н. Малыхина

СудьиВ.В. Галов

А.А. Попов