ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-29919/2012

город Ростов-на-Дону

22 октября 2024 года

15АП-13198/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 октября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Гамова Д.С., Димитриева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания

ФИО1,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 29.08.2023;

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности  от 13.09.2024;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.07.2024 по делу № А32-29919/2012 по заявлению конкурсного управляющего должника  о привлечении ФИО4 и ФИО6  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела  о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» (далее - должник) конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.07.2024 по делу № А32-29919/2012 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности отказано. Требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 выделено в отдельное производство, присвоен обособленному делу № А32-29919/201238/574-Б-27-СО. К участию в настоящем обособленном деле привлечен финансовый управляющий ФИО6 ФИО7.

Конкурсный управляющий должника ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый.

Определением от 08.10.2024 в составе суда произведена замена судьи Сулименко Н.В. на судью Гамова Д.С. в связи с нахождением судьи Сулименко Н.В. в отпуске.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации после замены судьи рассмотрение апелляционной жалобы начато сначала.

Суд огласил, что от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО2 через канцелярию суда поступили письменные  объяснения по делу с ходатайством о приобщении дополнительных документов, а именно: копия ответа на запрос из Управления ЗАГС Краснодарского края от 13.05.2024 № 02.1.21/1, публикации ЕФРСБ о реализации дебиторской задолженности ООО «ОК Гамма», копии инвентаризационных описей от 09.02.2015, копия отчета № 1-ГАМ об оценке рыночной стоимости права требования дебиторской задолженности должника от 18.05.2016, копия бухгалтерского баланса должника за 2013 год.

Представитель ФИО4 возражал против приобщения письменных  объяснений с дополнительными документами к материалам дела.

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить письменные объяснения к материалам дела. Суд приобщил дополнительные документы к материалам дела, как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда в обжалуемой части отменить.

Представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствие в данном судебном заседании лиц, извещенных надлежащим образом о его проведении, не препятствует суду апелляционной инстанции в осуществлении проверки судебного акта в обжалуемой части.

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части и ни одна из сторон не заявила возражений в отношении применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, пояснений, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд Краснодарского края обратилось ОАО Банк «ОТКРЫТИЕ» с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма».

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2013 (резолютивная часть определения объявлена 10.01.2013) в отношении ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» введена процедура  наблюдения. Временным управляющим суд утвердил ФИО8.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2013 (резолютивная часть решения объявлена 26.08.2013) ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура  конкурсного производства. Определением суда от 03.12.2015 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 15161960757), член НП СРО АУ «Развитие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, юридический адрес:117105, 

<

...>, стр.1-2, комната 36, № реестровой записи 0377), состоящий в членстве НП СРО АУ «Развитие».

30.03.2016 в Арбитражный суд Краснодарского края обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего генерального директора должника ФИО4 по обязательствам должника в размере 1 346 804 096,12 рублей.

06.09.22016 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам должника в размере 1 429 872 831 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.02.2024 заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО4 и ФИО6 объединены в одно производство, обособленному спору присвоен номер №А32-299/2019-38/574-Б-15-СО, 27-СО.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Рассматривая заявления ответчика - ФИО4 о применении срока давности, суд первой инстанции правомерно исходит из следующего.

Исковая давность устанавливает временные границы для судебной защиты нарушенного права лица по его иску и по общему правилу составляет три года (статьи 195, 196 ГК РФ).

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Поскольку норма, определяющая момент начала течения срока исковой давности до 30.06.2013 являлась материальной, она подлежит применению в случае подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц после вступления в законную силу новой редакции статьи 10 Закона о банкротстве.

Подтверждением тому являются разъяснения, изложенные в абзаце третьем пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»», где разъяснено, что к процессуальным нормам о порядке привлечения к субсидиарной ответственности относятся пункты 6-8 статьи 10 Закона о банкротстве и именно эти нормы подлежат применению судами после вступления в силу нового Закона независимо от даты, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Таким образом, положение о сроке исковой давности является специальным институтом материального права, соответственно его правовое регулирование осуществляется с учетом общих положений гражданского законодательства, в том числе применение закона во времени.

В ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве нормы права по порядку определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, неоднократно изменялись, и законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и давности привлечения к ответственности является обеспечение эффективности реализации публичных функций и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления этих сроков давности лежит то, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В данном случае специальными нормами Закона о банкротстве предусмотрены следующие субъективные сроки давности:

– один год, согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ;

– три года, согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона  от 28.12.2016 № 488-ФЗ;

– три года, согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Как правомерно установлено судом первой инстанции, основания привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, как указывает конкурсный  управляющий, в отношении ФИО9 возникли в 2013 году (не передача всех документов должника первоначальному конкурсному управляющему, совершение сделок), в связи с чем определялись статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона о банкротстве № 134-ФЗ.

При этом суд верно отметил что несмотря на то, что требования к ответчикам основаны на совершении убыточной для должника сделки, признанной недействительной в деле о банкротстве в 2017 году, срок исковой давности, как уже было указано, надлежит исчислять в соответствии с законодательством, действовавшем на дату совершения сделки (2015 год), а не признания ее недействительной.

По смыслу действовавшей на момент рассматриваемых правоотношений редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3).

Согласно статье 10 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не могло быть подано ранее введения процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Специальный срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 58 Постановления № 53), равный одному году, был установлен в пункте 5 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ, вступившим в силу 30.06.2013.

В абзаце пятом пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) указано, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Единый срок исковой давности равный трем годам, был установлен Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ, вступившим в силу 30.06.2017.

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: - однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); - трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Так, согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Таким образом, применяемая норма абз. 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности:

- трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом;

- однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред. ФЗ от 07.05.2013 № 100-ФЗ);

Предполагается, что в пределах объективного срока, отсчитываемого от даты признания должника банкротом, выполняются мероприятия конкурсного производства, включающие в себя, в том числе выявление сведений об основаниях для предъявления к контролирующим лицам иска о привлечении к субсидиарной ответственности (определение ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3).

Применительно к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

В этой связи по смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7), ошибочно связывать начало течения субъективного срока исковой давности только с момента открытия в отношении должника конкурсного производства.

Отдельно суд отметил, что в соответствии с положениями статьи 10 Закона о банкротстве в ред. Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ отсутствует обязанность по установлению точного размера ответственности, как то было предусмотрено в ранее действовавшей редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Ранее обязательным условием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве являлась недостаточность имущества, составляющего конкурсную массу. Поскольку у участников дела о банкротстве не имелось возможности установить обозначенную недостаточность до окончательного формирования конкурсной массы, право на обращение в арбитражный суд с соответствующим заявлением не могло возникнуть ранее окончания расчетов с кредиторами.

В постановлении от 07.06.2012 № 219/12 по делу № А21-10191/2005 Президиум ВАС РФ подтвердил, что срок исковой давности не может исчисляться ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы, поскольку размер ответственности невозможно определить с разумной достоверностью до момента реализации имущества должника.

Впоследствии статья 10 в редакции Закона № 134-ФЗ позволила обращаться с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности и без указания на размер данной ответственности. В случае невозможности ее определения суд приостанавливает производство по обособленному спору (абзац шестой пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в данной редакции).

В рассматриваемом случае, суд верно признал, что годичный срок исковой давности пропущен, поскольку определение суда о признании сделок недействительными, на которые ссылается конкурсный управляющий как на одно из оснований привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности  принято судом еще 18.04.2014 и 02.07.2014. С заявлением о привлечении ФИО9 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился  лишь 30.03.2016, то есть  спустя 2 года.

В силу положений пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве вновь назначенный управляющий является процессуальным правопреемником первоначально утвержденного конкурсного управляющего; для него все действия, совершенные в арбитражном процессе до его вступления в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (п. 3 ст. 48 АПК РФ).

При этом у суда отсутствуют основания полагать, что конкурсный управляющий ФИО10 не была своевременно осведомлена о наличии оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности, поскольку основанием для этого являлось признание сделок недействительными и передача не всех документов конкурсному управляющему.

Поскольку положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ предусмотрено, что субъективный срок исковой давности составляет один год, а конкурсный управляющий с требованиями к ФИО9 обратился только 30.03.2016, таковой следует признать пропущенным. Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований к ФИО9

Вместе с тем, в пункте 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

Таким образом, объективный срок исковой давности, составляющий три года с даты признания должника банкротом (30.08.2013) не пропущен (с заявлением конкурсный управляющий обратился 30.03.2016).

Принимая во внимание выше изложенное, судом исследованы доводы конкурсного управляющего по существу и установлено следующее.

Из заявленных управляющим доводов следует, что Польской В.С не исполнена обязанность по передаче документации должника, совершались невыгодное для должника сделки.

Согласно пункта 2 Постановления Пленума ВАС от 30.07.2013 № 62 «О  некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В частности, суд должен исследовать обстоятельства, связанные с принятием руководителем общества всех мер для исполнения обязанностей, перечисленных в пункте 1 статьи 6, пункте 3 статьи 17 Закона о бухгалтерском учете, а также выяснить, проявлялись ли при принятии данных мер требуемые степени заботливости и осмотрительности, например, каким образом обеспечивалась сохранность документации; какие меры принимались лицом для восстановления документации в случае ее гибели, если таковая имела место по не зависящим от него основаниям; явилась ли гибель документации следствием ненадлежащего ее хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). При этом руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402 «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (п.1 ст.29 Закона о бухгалтерском учете).

По совокупному смыслу норм пункта 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также пункта 1 статьи 7 и пункта 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете хранение документации должника должно обеспечиваться руководителем общества с ограниченной ответственностью.

На основании части 4 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации.

Как установлено судом первой инстанции, вопреки установленной статьей 126 Закона о банкротстве обязанности, бухгалтерская документация ответчиком управляющему не передана.

Как следует из материалов дела, руководителем должника в период с 26.02.2013 по 14.08.2023  являлась ФИО9

Определением суда от 15.02.2016 суд истребовал у бывшего руководителя ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, паспорт № 

<

...>, зарегистрированная по адресу: 

<

...>) следующую документацию ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» в подлинниках:

1. Правоустанавливающая и техническая документация на имущество: свидетельства о собственности, технические паспорта БТИ, кадастровые паспорта на объекты недвижимости и земельные участки, договоры купли-продажи и другие документы, подтверждающие переход и приобретение права собственности на имущество.

2. Документы по дебиторской задолженности (переданы только инвентаризационные описи по дебету, исполнительные листы, переписка с текущими дебиторами без первичной документации): все документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности: договоры, соглашения, платежные поручения и т.п.; направляемые ранее претензии, исковые заявления.

3. Документы по кредиторской задолженности: документы, подтверждающие наличие кредиторской задолженности.

4. Документы, содержащие сведения о составе органов управления должника: справка о структуре управления, составе учредителей, о руководителе и его заместителях, о главном бухгалтере; копии протоколов заседания органов управления; копии приказов; сведения об аффилированных лицах; решение учредителя о создании общества; копию реестра акционеров на дату подготовки ответа на настоящий запрос; перечень филиалов, представительств, территориально обособленных структурных подразделений с указанием адреса, фамилии, имени, отчества руководителя, контактного телефона.

5. Договоры: договоры оказания услуг, в том числе заключенные с коммунальными службами, с охранными предприятиями; договоры подряда; договоры купли-продажи; договоры цессии; кредитные договоры и соглашения; договоры залога; договоры аренды; договоры поручительства; прочие договоры.

6. Прочие документы, относящиеся к деятельности ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма».

На основании вступившего в законную силу определения суда от 15.02.2016 выдан исполнительный лист от 31.03.2016 серии № ФС 006986470.

На основании исполнительного листа возбуждено исполнительное производство от 01.06.2016 № 17666/16/23067-ИП.

Между тем, судом установлено, что арбитражным управляющим ФИО10, выполнявшей функции конкурсного управляющего ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» в период с 26.08.2013 по 25.02.2014 издан приказ № 1 от 27.08.2013 об обязании генерального директора ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» ФИО4 передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные ценности, а также подлинные документы должника.

Между ФИО4 и ФИО10 подписан акт приема-передачи документации № 1 от 12.12.2013, акт приема-передачи документации № 1 от 12.09.2013.

В отношении ФИО10 09.04.2014 возбуждено уголовное дело, в связи с исполнением ею обязанностей конкурсных управляющих ООО «ОК «Гамма» и ООО «ХК «Гамма», в ходе оперативно-розыскных мероприятий в помещениях ООО «ОК «Гамма» и ООО «ХК «Гамма» производились обыски и изъятия документов.

В материалы дела представлены протоколы обыска от 16.07.2014, от 09.07.2014, от 05.03.2014, согласно которым в ходе проведенных обысков у должника изъяты документы.

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 21.05.215 в отношении конкурсного управляющего должника ФИО10 в рамках угловатого дела приобщены вещественные доказательства: бухгалтерские и иные документы  ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма», анализы счетов, выписки по операциям, карточки счетов, выписки по счетам, инкассовые поручение, расходные кассовые ордера и т.д.

Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие документации должника у ФИО4 Иных доказательств в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание, что обязанность по передаче документов и сведений бывшим руководителем должника исполнена, оснований полагать, что ответчиком она неправомерно была удержана, у суда не имеется, в связи с чем, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что по данном эпизоду отсутствует причинно-следственная связь привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В качестве второго основания для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности заявителем указано на совершение руководителем должника сделок в ходе проведения процедуры наблюдения.

В части доводов о совершении руководителем должника ФИО9 действий, связанных с заключением невыгодных сделок ввиду нахождения с контролирующим должника лицом ФИО11 в родственных связях, суд обоснованно исходил из следующего.

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений - должник (его конкурсная масса) и кредиторы, то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического основания уменьшения конкурсной массы.

Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) по делу № А40-252160/2015).

Равно как и само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) по делу №А42-208852/2015).

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 16,17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что под действием (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредитора, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

К числу указанных сделок конкурсный управляющий относит следующие сделки ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма:

- по выдаче 10.09.2013  денежных средств в размере 500 000 рублей  Иордан А.С. на основании расходного кассового ордера № 1120 от 10.09.2013;

- по перечислению в период с 18.07.2013 по 09.08.2013  ЗАО фирма «Туапсестрой» на основании платежных поручений № 77 от 18.07.2013, № 687 от 26.07.2013, № 731 от 06.08.2013 и 753 от 09.08.2013 денежных средств в сумме 400 000 рублей.

В результате совершения сделок имущественным правам кредиторов причинен вред в размере 900 000,00 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.09.2014 сделка должника ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» по выдаче денежных средств в размере 500 000 рублей ФИО12 на основании  расходного кассового ордера  № 1120 от 10.09.2013 признана  недействительной.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.11.2014  сделка должника ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» по перечислению ЗАО фирма «Туапсестрой» на основании платежных поручений № 77 от 18.07.2013, № 687 от 26.07.2013, № 731 от 06.08.2013 и 753 от 09.08.2013 денежных средств в сумме 400 000 рублей признана  недействительной.

Конкурсный управляющий полагает, что вышеуказанные судебные акты подтверждают, что ФИО9 умышленно совершены действия, связанные с заключением сделок, которыми кредиторам должника причинен имущественный вред.

Между тем, судом установлено, что ФИО4 назначена на должность генерального директора ООО «Оздоровительный комплекс «Гамма» с 26.02.2013 по 26.08.2013, то есть в процедуре наблюдения.

Общий размер требований кредиторов должника согласно реестру составляет 1 346 236 960,42 рублей, то есть приведенные выше сделки составляют менее 1% от требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Сумма указанных сделок не превышает порога, установленного в отношении крупных сделок, согласно статье 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в 25 % и более от балансовой стоимости активов предприятия.

Обороты должника, согласно финансовому анализу за 2012 составили 170 млн. рублей, за 2013 г. составили 164 млн. руб. Таким образом, сумма в 900 000 руб. не могла привести к банкротству должника и тем более нанести существенный вред имущественным права кредиторов должника.

Также согласно решению Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2013 по делу №А32- 29919/2012-38/574-Б, судом установлено, что временный управляющий доработал анализ финансового состояния должника, и с учетом анализа дополнительных документов сделал заключение об отсутствии признаков преднамеренного банкротства у должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что вышеуказанными сделками не был причинен существенный вред кредиторам, более того данные сделки не довели до банкротства должника, т.е. до состояния, не позволяющего должнику удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Кроме того, суд правильно отметил, что указанные сделки совершены уже в процедуре наблюдения, то есть когда уже наступили обстоятельства приведшие должника до банкротства.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 22 установлено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

В пункте 16 Постановления № 53 Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений - должник (его конкурсная масса) и кредиторы, то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического основания уменьшения конкурсной массы.

Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210(2) по делу № А40-252160/2015).

Равно как и само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 07.10.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) по делу №А42-208852/2015).

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения – появлению признаков объективного банкротства.

Как установлено судом, признаками объективного банкротства должник стал отвечать еще в 2011 году (должник перестал исполнять обязательства по кредитному договору 

<

***> от 01.03.2011, что явилось основанием для инициирования процедуры банкротства должника на основании решения Первомайского районного суда г. Краснодара от 18.07.2012 по делу № 2-5434/2012, что установлено определением суда по настоящему делу  от 14.01.2013 о введении процедуры наблюдения).

В обоснование привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности заявитель приводил факт признания недействительными сделок должника, совершенных в 2013 году, более того, в процедуре наблюдения,  следовательно, эти сделки нельзя признать приведшими к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения – появлению признаков объективного банкротства исходя из периода их совершения и их денежного размера.

Иных доказательств, конкурсным управляющим не представлено. Само по себе наличие статуса контролирующего лица не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8) по делу № А40-208852/2015).

Таким образом, конкурсным управляющим вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представлено доказательств совокупности условий для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности за совершение вменяемыми заявителю действий, в частности: доказательств того, что именно эти действия (бездействие) находятся в прямой причинно-следственной связи с банкротством общества.

На основании изложенного, с учетом недоказанности обстоятельств заявленных конкурсным управляющим, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о том, что заявленные требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения. Оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 268 –272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.07.2024 по делу№ А32-29919/2012 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                                                    Д.В. Николаев

 

Судьи                                                                                                                   Д.С. Гамов

 

М.А. Димитриев