АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4394/22 

Екатеринбург

18 августа 2022 г.

 

Дело № А50-35406/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 11 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Суспициной Л.А.,

судей Татариновой И.А., Полуяктова А.С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Красовской М.А., рассмотрелв судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Диджитал Порт» (далее – общество «Диджитал Порт», ответчик, заявитель жалобы) на решение Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2022 по делу № А50-35406/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле № А50-35406/2019, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено судом округа путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании приняли участие:

представитель общества «Диджитал Порт» - ФИО1 (доверенность от 15.01.2022 № 1);

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель ФИО2) лично (паспорт),её представитель ФИО3 (доверенность от 03.11.2020).

Иные лица, участвующие в деле, не направили своих представителейв судебное заседание суда округа. В силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка надлежащим образом извещенных лиц не препятствует рассмотрению кассационной жалобы.

От предпринимателя ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Инвест-аудит» (далее – общество «Инвест-аудит») поступили в суд отзывы на кассационную жалобу, которые приобщенык материалам дела на основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Общество с ограниченной ответственностью «Лофт Порт» (далее – общество «Лофт Порт», истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском о взыскании с общества «Диджитал Порт» убытков в сумме1 366 462 руб. 64 коп.

Исковые требования изложены с учетом принятого судом уточненияих размера в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2022иск общества «Лофт Порт» удовлетворен частично: в его пользу с общества «Диджитал Порт» взысканы денежные средства в сумме1 281 371 руб. 04 коп.; распределены судебные расходы.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 24.05.2022 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Арбитражным судом Пермского края произведена замена истцапо делу – общества «Лофт Порт» его правопреемником – предпринимателем ФИО2, о чем внесено определение от 21.06.2022.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами по делу, общество «Диджитал Порт» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой (с учетом уточнений), в которой просит решение, постановление суда первой, апелляционной инстанций отменитьпо основаниям, установленным в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и принять по делу новый судебный акт.

Как считает заявитель жалобы, выводы судов о фактических обстоятельствах настоящего дела не соответствуют представленным доказательствам, основаны на ненадлежащей их оценке, поэтому не могут быть положены в основу решения по существу спора.

Так, заявитель оспаривает как ошибочное суждение судов о том, что соглашение о расторжении договора аренды от 04.07.2017 с 31.03.2019 и акт возврата спорного помещения от 31.03.2019 из аренды были подписаны сторонами одновременно, настаивая на том, что в действительности указанное соглашение было подписано сторонами ранее – 14.02.2019, а актк соглашению – 31.03.2019. То обстоятельство, что в арендуемом помещении истцом было организовано хранение продуктов питания и иных товарно-материальных ценностей (ТМЦ), при этом доступ в данное помещение емув спорный период с 16.03.2019 по 20.03.2019 был ограничен, заявитель полагает не подтвержденным материалами дела. Указывает, что переписка сторон по срокам действия договора происходила за пределами спорного периода, ответ на претензию истца был составлен ответчиком 01.04.2019. Обращает внимание на то, что оборудование, инвентарь и иные ТМЦ, находившиеся в спорном помещении принадлежат не истцу, а ответчику, что подтверждается актом о передаче из аренды, подписанным без замечанийсо стороны истца, а также пояснениями ФИО2 в ходе судебного разбирательства по иному делу № А50-375552/2019, определениемот 15.05.2019 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

Представленные истцом и принятые судами в качестве допустимых доказательств наличия в спорном помещении продуктов питания и иных ТМЦ документы, в частности: приказ 18.03.2019 № 1 о создании комиссиипо списанию ТМЦ, акт от 20.03.2019 № 1 о списании товаров, приказот 20.03.2019 № 2 о списании ТМЦ, – заявитель жалобы, напротив, считает недопустимыми доказательствами, поскольку из указанных документов невозможно установить адрес проведения инвентаризации и место нахождения ТМЦ, доказательств утраты товаров в спорный период с 16.03.2019 по 20.03.2019 не имеется, учитывая, что акты об инвентаризации за предыдущие периоды в материалах дела отсутствуют. Из анализа заключения АНО «Палата судебных экспертиз» заявитель не усматривает ссылок на документы, свидетельствующие о соблюдении порядка проведения инвентаризации ТМЦ, в этой связи делает вывод о том, что стоимость ТМЦ списана на счет 94 «Недостачи и потери от порчи ценностей» с нарушением установленного в бухгалтерском учете порядка проведения инвентаризации и оформления ее результатов. Дополнительно отмечает, что если предположить, что инвентаризация осуществляласьвсе-таки в спорном помещении, то из указанных документов следует наличие у истца возможности доступа в помещение в спорный период. О наличии такого доступа свидетельствуют также пояснения свидетелей ФИО4 и ФИО5 Ссылку судов на результаты судебного разбирательствапо делу № А50-14002/2019 заявитель полагает несостоятельной, учитывая различный состав участников споров.

Заявитель жалобы отдельно указывает на наличие у истца иных коммерческих проектов в спорный период, на несостоятельность утверждения судов о том, что истец осуществлял свою хозяйственную деятельность под брендом «GASTROPORT».

Учитывая вышеизложенное, выводы судов о наличии на стороне истца каких-либо убытков в виде упущенной выгоды в связи с противоправным поведением ответчика, по мнению заявителя жалобы, нельзя признать обоснованными в принципе.

Заявитель приводит также доводы о несогласии с результатами проведенных по делу судебных экспертиз с указанием в числе прочего на то, что в ходе экспертиз не был произведен полноценный анализ поступлений денежных средств на расчетный счет истца, не разделены расходы и доходы истца пропорционально арендуемой у ответчика площади и иным арендуемым площадям по договорам, заключенным в 2018 - 2019 годах,не учтено, что деятельность истца после 16.03.2019 не была прекращена. Отмечает, что при наличии у суда вопросов к методу, используемому для проведения дополнительной экспертизы, суд должен был назначить повторную дополнительную судебную экспертизу, чего сделано не было.

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель ФИО2 просит оставить решение, постановление судов первой, апелляционной инстанций без изменения, считая их законными и обоснованными,а приведенные в жалобе доводы несостоятельными.

Общество с ограниченной ответственностью «Инвест-аудит» поддерживает доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе. Изучив материалы дела, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Диджитал Порт» (арендодатель) и обществом «Лофт Порт» (арендатор) был заключен договор аренды от 04.07.2017, по условиям которого арендодатель передал арендатору нежилое помещение общей площадью 169,9 кв. м по адресу: 

<

...>, антресольный этаж, а арендатор обязался вносить арендную плату. Целевое использование помещения определено для организации общественного питания, деятельности баров и ресторанов.

Срок договора установлен с 04.07.2017 по 31.08.2018 (пункт 4.1 договора).

Дополнительным соглашением к договору стороны изменили срок его действия, увеличив его до 31.08.2019.

Сторонами 14.02.2019 подписано соглашение о расторжении указанного договора аренды с 31.03.2019. Одновременно был подписан акт приема-передачи (из аренды) от 31.03.2019.

Согласно пояснениям истца – общества «Лофт Порт», полагая, что договор аренды расторгнут с 31.03.2019, оно продолжало осуществлять хозяйственную деятельность в качестве предприятия общественного питания в арендуемом помещении, в котором находилось его имущество, в том числе оборудование и продукты питания для их последующей реализации.В подтверждение данного обстоятельства в дело представлены приказот 18.03.2019 № 1 о создании комиссии по списанию ТМЦ, акт от 20.03.2019 № 1 о списании товаров, приказ от 20.03.2019 № 2 о списании ТМЦ.

Между тем, как утверждает истец, ответчик – общество «Диджитал Порт» ограничило истцу доступ в арендуемое помещение уже 16.03.2019, при этом в помещении оставалось оборудование, инвентарь, другие вещии ценности, принадлежащие обществу «Лофт Порт», опись этого имущества, составлена не была, помещение передано новому арендатору вместес этим имуществом.

Обстоятельства, свидетельствующие об ограничении истцу (арендатору) доступа в здание, в котором находится арендуемое помещение, подтверждаются вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пермского края от 24.07.2019 по делу № А50-14002/2019, в том числе протоколом судебного заседания от 24.07.2019, в котором зафиксированы показания свидетелей, подтвердивших смену замков и закрытие доступа в помещение ресторана (под закрытием ресторана «Гастропорт» подразумевается закрытие доступа во все здание, в котором располагались помещения, обслуживающие посетителей, в том числе помещения, арендуемые обществом «Лофт Порт»), определением об отказев возбуждении дела об административном правонарушении от 15.05.2019, снимком от 16.03.2019 (время 12-15 часов) с камеры видеонаблюдения, установленной внутри здания ресторана, объявлением от 16.03.2019в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Ресторан Гастропорт»о техническом закрытии ресторана до 25.03.2019.

Общество «Лофт Порт», посчитав, что указанные действия арендодателя, которые сделали невозможным использование объекта аренды, а также самовольное удержание арендодателем чужого имущества, являются незаконными, письмом от 18.03.2019 потребовало обеспечить доступв арендуемое помещение для возможности его освобождения, возвратить имущество и иные ТМЦ, принадлежащие обществу «Лофт Порт», оставшиеся в арендуемом помещении, а также считать договор арендыот 04.07.2017 расторгнутым с 16.03.2019. К письму был приложен список оставшихся в помещении ТМЦ.

В свою очередь, общество «Диджитал Порт» в письме от 01.04.2019 исх. № 33, направленном истцу, сообщило о том, что никаких препятствиив пользовании арендуемым помещением не имелось, указало на отсутствие оснований для изменения даты расторжения договора с 31.03.2019на 16.03.2019.

Общество «Лофт Порт» в письме от 04.04.2019 повторно потребовало прекратить незаконные действия по удержанию имущества, составить акт приема-передачи помещения по состоянию на 16.03.2019 и передать имущество, кроме того, указало, что в случае невыполнения данного требования оставляет за собой право обратиться в правоохранительные органы за защитой нарушенных прав.

Общество «Лофт Порт» в порядке досудебного спора обратилоськ ответчику с претензией от 31.07.2019 о возмещении реального ущербав виде утери товара на общую сумму 133 110 руб. 87 коп., а также упущенной выгоды за период с 16.03.2019 по 31.03.2019 в сумме1 431 600 руб.

В соответствии с экспертным заключением общества с ограниченной ответственностью Аудиторская компания «Контакт-аудит» от 23.09.2019 размер упущенной выгоды общества «Лофт Порт» составляет1 372 464 руб. 80 коп.

В адрес общества «Диджитал Порт» 30.09.2019 направлена дополнительная претензия о возмещении убытков в общей сумме1 505 575 руб. 67 коп., включая стоимость утраченного товара на сумму 133 110 руб. 87 коп.

Размер требований при подаче иска определен обществом «Лофт Порт» с учетом произведенного зачета суммы арендной платы –209 949 руб. 87 коп., в связи с чем цена иска составила 1 295 625 руб. 80 коп.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции размер требований уточнен истцом с учетом проведенной экспертизы до суммы1 366 462 руб. 64 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующимив деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить при разрешении спора; устанавливает праваи обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Части 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязывают арбитражный суд оценить доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, основываясь на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, в том числе на предмет их относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, который должен содержать мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, при этом в мотивировочной части должны быть обозначены доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих  требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, процессуальный закон обязывает арбитражный суд оценить представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отразить в судебном акте мотивы, по которым он пришел к своим выводам, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, со ссылкой на законы и иные нормативные правовые акты, исходя из принципов равноправия сторон и состязательности процесса.

Разрешая спор, суды верно указали на возникновение спорных правоотношений между сторонами из договора от 04.07.2017, который по своей правовой природе является договором аренды недвижимого имущества (помещения в здании), соответственно, регулируемых положениями главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации об аренде.

Возмещение убытков представляет собой универсальный способ защиты гражданских прав, который применяется для восстановления прав кредитора, нарушенных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации),а также в случае причинения внедоговорного вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договоромне предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убыткамив названной статье понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании пунктов 2, 4, 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытковв полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Общим основанием для применения гражданско-правовой ответственности, установленным статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, является правонарушение – противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений. При этом, для возложенияна причинителя вреда имущественной ответственности необходимо установление совокупности следующих условий: наличие ущерба, доказанность его размера, установление противоправности поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями (бездействием) причинителя вредаи возникшим ущербом.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 стать 1064 названного Кодекса). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Правовые подходы в отношении споров по требованиям о взыскании убытков определены в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) и постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума № 7).

В соответствии с разъяснениями пункта 5 Постановления Пленума№ 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В пункте 14 Постановления Пленума № 25 разъяснено, по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует приниматьво внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). При рассмотрении дело возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В пункте 3 Постановления Пленума № 7 также разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным ответчиком нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.201№ 18-КГ15-237, от 29.01.2015 № 302-ЭС14-735).

По смыслу приведенных норм права и правовых позиций Пленума Верховного Суда Российской Федерации для взыскания упущенной выгоды, в первую очередь, следует установить реальную возможность получения истцом заявленной к возмещению упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в частности по представлению доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 41 названного Кодекса).

Как выявлено судами при рассмотрении спора, истец указывална несение им убытков в связи с неправомерными действиями общества «Диджитал Порт», выразившимися в закрытии доступа в арендуемое помещение по действующему договору аренды от 04.07.2017, удержании оборудования, офисных принадлежностей, документов, что повлекло прекращение хозяйственной деятельности истца с 16.03.2017, тогда как имелась договоренность о прекращении договорных отношенийс 31.03.2019. 

Ответчик, в свою очередь, наличие препятствий в пользовании арендуемым помещением в спорный период с 16.03.2019 по 31.03.2019 опровергал, представив в качестве доказательства наличия доступав помещение, арендуемое истцом, экспертное заключение от 20.02.2020№ Эз-1/20/02 «Обеспечение доступа для нежилых помещений, расположенных на антресольном этаже в административном здании (лит. Щ) с кадастровым номером 59:01:4410182:86 по адресу: Пермский край,г. Пермь, Дзержинский района, Решетниковский спуск».

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание результаты судебного разбирательства по ранее рассмотренному делу№ А50-14002/2019, в ходе которого были зафиксированы показания свидетелей (работников кафе), подтвердивших смену замков и закрытие доступа в помещение ресторана (при этом под закрытием ресторана «Гастропорт» подразумевается закрытие доступа во все здание, в котором располагались помещения, обслуживающие посетителей, в том числе помещения, арендуемые обществом «Лофт Порт»), определение об отказев возбуждении дела об административном правонарушении от 15.05.2019, снимок от 16.03.2019 (время 12-15 часов) с камеры видеонаблюдения, установленной внутри здания ресторана, объявление от 16.03.2019в социальной сети «ВКонтакте» на странице «Ресторан Гастропорт»о техническом закрытии ресторана до 25.03.2019, суды пришлик обоснованному выводу о наличии у истца ограничений доступав арендованные помещения после 15.03.2019, влекущих невозможность осуществления предпринимательской деятельности в период с 16.03.2019 по 31.03.2019.

Между тем, как установлено судами при исследовании фактических обстоятельств настоящего дела, между сторонами имелось договоренностьо прекращении арендных отношений из договора от 04.07.2017с 31.032019.

Вопреки доводам жалобы, оснований для иной оценки указанных доказательств суд округа не усматривает.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции с целью определения экономически обоснованной суммы убытков была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту АНО «Палата судебных экспертиз» ФИО6

По результатам судебной экспертизы в дело представлено экспертное  заключение от 10.09.2020 № 13/2020, из которого следует, что экономически обоснованная величина размера недополученной прибыли общества «Лофт Порт» за период с 16.03.2019 по 31.03.2019 в связи с расторжением договора аренды от 04.07.2017 с учетом финансовых результатов за 2018 год, полученных в обычных условиях, составила 1 233 955 руб. 97 коп.; экономически обоснованная величина размера реального ущерба общества «Лофт Порт» в виде утери товара в связи с расторжением договора арендыот 04.07.2017 на основании имеющихся первичных учетных документов составляет 132 506 руб. 67 коп.

Оценив заключение эксперта АНО «Палата судебных экспертиз», установив, что процедура назначения и проведения экспертизы соблюдена, заключение эксперта соответствует предъявляемым законом требованиям, является ясным и полным, противоречивых выводов заключение не содержит (статья 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды не усмотрели оснований для признания данного экспертного заключения ненадлежащим доказательством, в связи с чем приняли в качестве допустимого доказательства по делу на основании статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом возражений ответчика судом назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручено экспертам общества«Инвест-аудит» ФИО7, ФИО8

По результатам дополнительной судебной экспертизы в дело представлено экспертное заключение от 21.06.2021, согласно которому экономически обоснованная величина размера недополученной прибыли общества «Лофт Порт» за период с 16.03.2019 по 31.03.2019 в связис расторжением договора аренды от 04.07.2017 с учетом финансовых результатов за 2018-2019 годы составляет 139 781 руб. 18 коп.; экономически обоснованная величина размера реального ущерба общества «Лофт Порт»в виде утери товара в связи с расторжением договора аренды от 04.07.2017на основании имеющихся всех учетных документов составляет132 440 руб. 87 коп.

Оценив заключение экспертов общества «Инвест-аудит», установив, что экспертами расчет недополученной прибыли произведен пропорционально площади занимаемого спорного арендуемого помещения (74,6 кв. м) и только в части бизнеса, соответствующей исключительно той части полезной площади, открытой для посетителей ресторана, которая была непосредственно заблокирована ответчиком, игнорируя то обстоятельство, что бизнес в целом уже был принципиально невозможен в силу вышеуказанных обстоятельств, судами правомерно не приняты выводы дополнительной экспертизы по размеру недополученной прибыли.

Судами выявлено, что экспертами общества «Инвест-аудит» не учтены ограничения, установленные исследуемым договором от 09.04.2018№ 100-18DP, а именно: временные ограничения проводимых «шумных» мероприятий – свадеб и т.д. «со звуком» (четверг, пятница только с 19 час. вечера и позднее; остальные рабочие дни – не допускается); количество иных (деловых, «спокойных», нешумных) масштабных мероприятий, которые возможно было бы проводить в любой день недели, ограничено и не более 10 в год, причем данные мероприятия могли быть связаны только с деловой повесткой (в пункте 3.1.1 меморандума приведены конкретные форматы таких мероприятий: «Лукойл», Microsoft developer tour и т.п.); работу обеденного зала ресторана в ежедневном режиме с 11 час. до 00 час.(до 02 час. в субботу), без каких-либо ограничений, который принимал основное число клиентов, что подтверждается материалами дела и ответчиком не опровергнуто.

Проанализировав методику проведенного экспертами общества«Инвест-аудит» исследования и принятые им за основу исходные данныеи допущения, суды обоснованно указали, что, применив при расчете доходов (выручки) усредненный, пропорциональный подход применительно ко всей площади занимаемых в 2018 году помещений (74,6 + 209,9 + 133,3 кв. м), эксперты нарушили методические подходы, изложенные в методике определения размера ущерба (убытков), причиненного нарушениями хозяйственных договоров, что привело к неверному ответу на первый вопрос.

Доводы заявителя жалобы со ссылкой на полученную истцом выручку от проведения мероприятий за период с 01.01.2018 по 31.03.2019, правомерно отклонены судами как не соответствующие материалам дела. Как верно отметил суд апелляционной инстанции, договор аренды от 09.04.2018№ 100-18DP, который начал действовать 01.05.2018 и прекратил свое действие 31.12.2018, не повлиял значительно на получение истцом выручки от арендуемых помещений, на что указывал истец в суде первой инстанции и отметил в отзыве на жалобу. Экспертом ФИО6 была учтена предоставленная истцом информация о выручке от проведенных крупных корпоративных мероприятий на площадях, занимаемых по договору аренды от 09.04.2018 № 100-ДР, даны подробные пояснения на вопросы ответчика относительно проведенных расчетов, в том числе по методике с привязкой к предмету спора, по фактору сезонности, по использованию иных помещений, арендованных по другому договору, во взаимосвязи со спорным договором, по учету прочих расходов, а также расходов по 20 счету.

Иного ответчиком с приведением убедительных аргументов не было доказано.

Ссылка заявителя жалобы на то, при наличии у суда вопросов к методу, используемому для проведения дополнительной экспертизы, суд должен был назначить повторную дополнительную судебную экспертизу, судом округа не принимаются в качестве основания для отмены состоявшихся по делу судебных актов.

В соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза.

Назначение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда. В данном случае суды не усмотрели оснований для проведения по делу повторной дополнительной экспертизы. Суды сочли, что заключение экспертизы АНО «Палата судебных экспертиз» является полным и ясным, экспертом даны необходимые разъяснения, у суда отсутствовали основания для иного толкования его выводов. Несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной дополнительной экспертизы.

Таким образом, признав наличие у истца убытков вследствие действий ответчика по преждевременному ограничению доступа в занимаемыепо договору аренды от 04.07.2017 помещения, суды определилик возмещению денежную сумму 1 281 371 руб. 04 коп., из которых132 506 руб. 67 коп. – реальный ущерб (стоимость утраченного товара),1 148 864 руб. 37 коп. – упущенная выгода (неполученные доходы).

Размер подлежащих возмещению убытков в рассматриваемом случае суды определили с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности, учитывая, что согласно сложившейся судебной практике в удовлетворении требования о возмещении убытков нельзя отказать только на том основании, что размер убытковне может быть установлен с разумной степенью достоверности.

В рассматриваемом случае ответчик своей вины в причинении повреждений имуществу истца не опроверг, иного размера причиненных убытков, нежели определено судом, не доказал.

Доводы кассационной жалобы по существу спора отклоняются судом округа в полном объеме, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами первой, апелляционной инстанций норм материального и норм процессуального права и сводятся лишь к несогласию с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела и конкретных доказательств, на основании которых они установлены, соответственно,о судебной ошибке не свидетельствуют.

Суды с достаточной полнотой установили имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применили к ним нормы права, содержащиеся в обжалуемых судебных актах выводы подробно мотивированы, основаны на исследованных судами доказательствахв пределах предоставленных им процессуальных полномочий, и переоценке судом округа не подлежат (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса).

Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену обжалуемых решения, постановления (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2022 по делу№ А50-35406/2019 и постановление Семнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Диджитал Порт» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Л.А. Суспицина 

 

Судьи                                                                          И.А. Татаринова 

 

                                                                                     А.С. Полуяктов