АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5309/2020

г. Петропавловск-Камчатский

22 марта 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 17 марта 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 22 марта 2021 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Даль-Технология» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице участника ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью «Под’емстройсервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: временный управляющий ФИО3, ФИО4

о признании недействительными договоров аренды от 01.09.2016 №№ 01/09-16, 01/09/03-16, 01/09/04-16, 01/09/01-16, 01/09/02-16 и применении последствий недействительности указанных сделок,

при участии:

от ФИО2: ФИО5 – представитель по доверенности от 15.02.2021 (сроком на три года), диплом 107724 1940941, выдан 06.07.2016 (рег. номер Ю-00151-169)

от ООО «Даль-Технология»: ФИО5 – представитель по доверенности от 15.03.2021 (сроком до 31.12.2021), диплом 107724 1940941, выдан 06.07.2016 (рег. номер Ю-00151-169),

от ответчика: ФИО6 – представитель по доверенности от 04.03.2019 (сроком на 3 года), диплом от 19.06.2012, рег. номер 38706,

от третьих лиц: не явились,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Даль-Технология» (далее – истец, ООО «Даль-Технология»; адрес: 684000, 

<

...>. оф. 1) в лице участника ФИО2 (далее – ФИО2; адрес:  683001, г. Петропавловск-Камчатский), владеющего 75% доли в уставном капитале общества, обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением о признании недействительными договоров аренды от 01.09.2016 №№ 01/09-16, 01/09/03-16, 01/09/04-16, 01/09/01-16, 01/09/02-16, заключенных между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «Под’емстройсервис» (далее – ответчик, ООО «Под’емстройсервис»; адрес: 683023, 

<

...>), и применении последствий недействительности указанных сделок.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 10, 166, 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы мнимостью оспариваемых сделок.

Определениями от 19.01.2021 и от 15.02.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен временный управляющий ООО «Даль-Технология» ФИО3 (далее – ФИО3, адрес: 684000, Камчатский край, г. Елизово) и второй участник ООО «Даль-Технология» ФИО4 (далее – ФИО4; адрес: 684000, Камчатский край, г. Елизово). 

В связи с необходимостью извещения о месте и времени рассмотрения дела привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица второго участника ООО «Даль-Технология» ФИО4, предварительное судебное заседание, начатое 15.02.2020, отложено в порядке статьи 158 АПК РФ на 17.03.2021.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения, а также о возможности перехода к рассмотрению дела по существу в судебном заседании, извещены надлежащим образом по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе путем публикации судебного акта на сайте суда в сети Интернет, в связи с чем предварительное и судебное заседание проводились в их отсутствие на основании статей 136, 156 АПК РФ.

В предварительном судебном заседании представитель ответчика пояснил, что с учетом привлечения ФИО4 к участию в деле в качестве третьего лица, изложенное в пункте 3 просительной части отзыва от 12.02.2021 заявление о фальсификации подписи ФИО4 в получении искового заявления ответчиком не поддерживается. При этом представитель ответчика поддержал изложенное в этом же отзыве ходатайство об истребовании документов в акционерном обществе «Тепло Земли» (далее – АО «Тепло Земли») и в Управлении Федерального казначейства по Камчатскому краю.

Протокольным определением от 17.03.2021 в удовлетворении ходатайства ответчика об истребовании доказательств отказано в связи с его несоответствием требованиям статьи 66 АПК РФ, в том числе по причине отсутствия доказательств самостоятельного обращения за получением необходимых документов к указанным лицам и получения отказа в их предоставлении.

Также протокольным определением от 17.03.2021 на основании статей 9, 65, 66, 67, 68 АПК РФ отказано в удовлетворении ходатайства истца об истребовании доказательств у ответчика, в том числе с учетом фактических обстоятельств спора, заявленного основания иска, пояснений ответчика, а также представленных истцом документов, в том числе письменных пояснений ответчика по делу № А24-7132/2019 относительно истребуемых доказательств. Кроме того, по смыслу статей 9, 65, 66 АПК РФ обязанность ответчика по предоставлению доказательств, на которых он основывает свои возражения (в частности, доказательств наличия техники), вытекает из смысла статьи 65 АПК РФ, и в рамках статьи 66 АПК РФ такие доказательства истребованию не подлежат, поскольку это противоречит состязательному характеру судопроизводства и фактически влечет нарушение принципов состязательности и равноправия, предоставляя необоснованные преимущества одному участнику спора перед другим. Стороны, пользуясь равными процессуальными правами и наделенные равными процессуальными обязанностями, в силу статьи 65 АПК РФ должны доказывать свои доводы и возражения, на которые они ссылаются, имеют право опровергать доводы другой стороны и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими соответствующих процессуальных действий.

Рассмотрев ходатайство истца о привлечении АО «Тепло Земли» к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, суд отказал в его удовлетворении, ввиду отсутствия на то предусмотренных статьей 51 АПК РФ оснований, о чем вынесено протокольное определение от 17.03.2021. С учетом характера и обстоятельств спора, заявленных предмета и основания исковых требований, риска принятия решения о правах и (или) обязанностях АО «Тепло Земли» (что является обязательным условием для применения статьи 51 АПК РФ) в рассматриваемом случае не усматривается. 

Доводы истца об обратном со ссылкой на оплату договоров аренды за счет средств АО «Тепло Земли» судом отклоняется. Согласно пояснениям сторон и содержанию решения по делу № А24-7132/2019, у истца имелись самостоятельные отношения с АО «Тепло Земли» по договору подряда, с целью исполнения которого истец заключил оспариваемые договоры аренды с ответчиком, и оплата по оспариваемым договорам осуществлялась истцом за счет средств, перечисляемых АО «Тепло Земли» во исполнение договора подряда. Иными словами АО «Тепло Земли» имело денежные обязательства перед истцом в рамках договора подряда, а истец перед ответчиком в рамках договоров аренды, и оплата по договорам аренды производилась за счет поступающих от АО «Тепло Земли» денежных средств. Какие-либо обязательственные отношения между ответчиком и АО «Тепло Земли», урегулированные оспариваемыми договорами, отсутствовали; во взаимоотношения сторон по договорам аренды со статусом «плательщика» либо в ином качестве АО «Тепло Земли» не вступало (соответствующее трехстороннее соглашение отсутствует). Примененная сторонами схема платежей, вопреки ошибочному мнению истца, не наделяет АО «Тепло Земли» статусом участника оспариваемых договоров и правоотношений сторон.

В качестве обоснования необходимости привлечения указанного лица к участию в деле истец в дополнении к иску также обращает внимание, что только АО «Тепло Земли» может внести ясность, работала ли в рамках заключенного с истцом договора подряда техника, указанная в оспариваемых договорах аренды, в связи с чем истец просит привлечь данную организацию для установления фактических обстоятельств дела. Однако нахождение у АО «Тепло Земли» документов и сведений, которые, по мнению сторон, подтверждают их доводы и возражения, не является основанием для вовлечения лица в судебное разбирательство и не лишает стороны самостоятельно обратиться к такому лицу за получением необходимых им доказательств.

Также представитель истца заявил ходатайство о вызове в судебное заседание в качестве свидетеля главного бухгалтера ООО «Под’емстройсервис» ФИО7, поскольку она может дать пояснения относительно наличия у ответчика техники, указанной в оспариваемых договорах аренды, а также относительно обстоятельств оформления бухгалтерских документов, связанных с исполнением оспариваемых договоров.

На основании статей 67, 68 АПК РФ в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля отказано, о чем вынесено протокольное определение от 17.03.2021, поскольку обстоятельства, на которые указывает истец, не могут подтверждаться свидетельскими показаниями. 

По ходатайству представителя истца к материалам дела приобщены дополнительные доказательства, на которые истец ссылается в обоснование иска.

На основании части 4 статьи 137 АПК РФ суд завершил предварительное судебное заседание и перешел к рассмотрению спора по существу, о чем вынесено протокольное определение от 17.03.2021.

В судебном заседании стороны поддержали свои правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него.

Представитель истца настаивал на мнимости заключенных с ответчиком договоров аренды, указывая на недоказанность ответчиком фактического наличия техники, являющейся объектом аренды в оспариваемых договоров. На вопрос суда представитель истца, имеющий доверенность как от общества, так и от обратившегося в его интересах участника, пояснил, что ООО «Даль-Технология» имело намерение принять технику в аренду и использовать ее, произвело платежи по договору по просьбе ответчика с целью подготовки техники к аренде. Однако ответчик заключил договоры без намерения их исполнения ввиду отсутствия у него спецтехники, указанной в договорах, что, по мнению истца, следует из недоказанности ответчиком обратного. 

Представитель ответчика против удовлетворения иска возражал, поддержав, в том числе, доводы, изложенные в отзыве от 12.02.2021, содержащем заявление о пропуске истцом срока исковой давности. Обращает внимание на то, что вопреки своим доводам, истец, утверждающий о фактическом неисполнении оспариваемых договоров, не обратился к ответчику с требованием о возврате перечисленных по ним денежных средств. Считает доводы истца о мнимости договоров необоснованными. Указывает, что техника у ответчика украдена, а доводам истца, которые также были заявлены в рамках дела № А24-7132/2019, уже дана правовая оценка.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, а также установлено вступившими в силу судебными актами по делу № А24-7132/2019, между ООО «Под’емстройсервис» (арендодатель) и ООО «Даль-Технология» (арендатор) заключены договоры аренды от 01.09.2016 № 01/09-16, 01/09/03-16, 01/09/04-16, 01/09/01-16, 01/09/02-16, по условиям которых арендодатель передает во временное владение и пользование арендатору принадлежащую ему на праве собственности спецтехнику: экскаватор Kobelko SK-115 (1ед.); грузовой бортовой НЕФАЗ-66062 (1 ед.); автокран грузоподъемность 25 тн (1 ед.); бульдозер Коматцу Д-155А (1ед.); бульдозер Коматцу Д-65РХ15 (1ед.).

Во всех договорах определен срок аренды с 01.09.2016 по 31.08.2017, а размер арендной платы согласно пунктам 3.1 договоров составил: по договорам № 01/09-16, № 01/09/03-16 и № 01/09/04-16 – по 250 000 руб. в месяц; по договорам  № 01/09/01-16 и № 01/09/02-16 – по 300 000 руб. в месяц.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, с 21.12.2016 ФИО2 включен в состав участников ООО «Даль-Технология», а размер его доли в уставном капитале общества согласно записи о регистрации от 24.04.2018 составляет 75%.

Обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО2 указывает, что из общедоступного сервиса Картотека арбитражных дел ему стало известно о наличии судебного решения по делу № А24-7132/2019, ознакомившись с которым он узнал, что являвшаяся предметом рассмотрения задолженность истца перед ответчиком возникла на основании вышеперечисленных договоров спецтехники. При изучении материалов дела № А24-7132/2019, ФИО2 стало известно об ответе Гостехнадзора, из которого следовало, что в собственности ООО «Под’емстройсервис» не имеется техники, которая указана в договорах аренды. На запрос суда в рамках дела № А24-7132/2019, как и на запросы участника общества, сведений о передаваемой в аренду технике ответчик не предоставил. Ни в договорах, ни в актах к ним техника не идентифицирована. При этом вопрос о недействительности сделок судами трех инстанций в рамках дела № А24-7132/2019 не рассматривался. Поскольку принятое по данному делу решение послужило основанием для возбуждения в отношении истца дела о несостоятельности (банкротстве), а наличие задолженности перед ответчиком опровергается отсутствием доказательств фактического наличия у ответчика подлежащей передаче в аренду техники, истец обратился в суд с рассматриваемым иском о признании договоров аренды недействительными.

 В качестве основания для признания сделок недействительными истец ссылается на положения статьи 170 ГК РФ, настаивая, что оспариваемые договоры являются мнимыми, поскольку заключены ответчиком для создания видимости обоснованности перечисления денежных средств без реального исполнения. Утверждает, что ранее о данных обстоятельствах ему как участнику не было известно, поскольку при проверке документов в 2018 году он предполагал, что техника фактически использовалась, однако после ознакомления с материалами дела № А24-7132/2019 ФИО2 пришел к иным выводам. 

Абзацем 6 пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участнику корпорации (участнику, члену, акционеру и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 53, пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, а истцом по делу выступает корпорация.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

В пункте 8 постановления Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, однако следует учитывать, что стороны такой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления № 25).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Таким образом, исходя из смысла статьи 170 ГК РФ и разъяснений по ее применению, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

По смыслу статей 606, 614 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование, а арендатор – своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату) с момента получения имущества в аренду по акту приема-передачи и до возврата имущества также по акту приема-передачи. По договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению и эксплуатации (пункт 1 статьи 642 ГК РФ).

В силу статей 606, 611, 614, 642 ГК РФ обязанность арендодателя по отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в пользование, а обязанность арендатора – во внесении платежей за пользование этим имуществом.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Камчатского края от 07.07.2020 по делу № А24-7132/2019, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.09.2020 и постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 22.12.2020, по результатам изучения и оценки представленных в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи (подписанных договоров аренды, актов приема-передачи, актов оказанных услуг, частичной оплаты задолженности арендатором), установлено, что во исполнение договоров аренды ООО «Под’емстройсервис» передало, а ООО «Даль-Технология» приняло транспортные средства, однако плату за их использование внесло не в полном объеме, на основании чего удовлетворены требования ООО «Под’емстройсервис» о взыскании с ООО «Даль-Технология» долга по арендной плате.

В тексте решения суда первой инстанции по делу № А24-7132/2019 приведено содержание отзыва ООО «Даль-Технология», из которого следует, что оспаривая наличие долга по оспариваемым договорам аренды, ООО «Даль-Технология» ссылалось на полное исполнение обязательств по этим договорам, на оплату выставленных арендодателем счетов, на прекращение взаимоотношений сторон в порядке части 3 статьи 425 ГК РФ в связи с прекращением сроков действия договоров и осуществлением взаиморасчетов, по итогам чего составлен акт сверки по состоянию на 31.12.2017. Помимо этого ответчик в отзывах по делу № А24-7132/2019 ссылался на неисправность арендованной техники в период с сентября 2016 года по январь 2017 года, указывая, что по данной причине он в спорный период техникой не пользовался.

При рассмотрении дела суды пришли к выводу о необоснованности доводов ООО «Даль-Технология», которые опровергнуты материалами дела. Относительно довода о том, что в спорный период арендатор не пользовался техникой ввиду ее неисправности, суды отметили, что неиспользование арендованного имущества не влияет на обязанность арендатора вносить арендные платежи до возврата данного имущества; для рассмотрения исковых требований о взыскании задолженности по арендной плате не требуется установление того обстоятельства, пользовался ли арендатор фактически переданным в аренду имуществом после его получения от арендодателя, ввиду наличия возможностей такого пользования у фактического владельца.

При этом судом апелляционной инстанции отклонен довод ООО «Даль-Технология» об отсутствии техники в собственности ООО «Под'емСтройСервис» как не имеющий значения для рассмотрения спора по существу, поскольку регистрация техники в Гостехнадзоре носит учетный характер и не опровергает наличие или отсутствие права собственности на вещь.

Также в производстве Арбитражного суда Камчатского края находилось дело № А24-3098/2019, производство по которому прекращено определением от 16.07.2019. Предметом рассмотрения в рамках данного дела также являлось требование ООО «Под`ёмСтройСервис» о взыскании с ООО «Даль-Технология» долга оспариваемым по договорам аренды от 01.09.2016. 

Согласно тексту определения суда от 16.07.2019 по делу № А24-3098/2019 в ходе судебного разбирательства по делу ООО «Даль-Технология» представило отзыв на исковое заявление с приложением дополнительных документов (платежных поручений об оплате долга), согласно которому в удовлетворении требований истца просит отказать, поскольку обязательства по спорным договорам исполнены ответчиком в полном объеме еще в 2017 году. 

После того, как истец, признав, что положенные в основание иска акты ответчиком оплачены, заявил ходатайство об изменении основания иска, представив иные (неоплаченные) акты, а суд в удовлетворении данного ходатайства отказал на основании части 5 статьи 159 АПК РФ и статьи 10 ГК РФ, ООО «Под`ёмСтройСервис» заявило об отказе от иска в полном объеме.

При рассмотрении настоящего дела представитель истца, имеющий доверенность как от общества, так и от обратившегося в его интересах участника, пояснил, что ООО «Даль-Технология» имело намерение принять технику в аренду и рассчитывало использовать ее, а также произвело платежи по оспариваемым договорам по просьбе ответчика с целью подготовки техники к аренде, однако ответчик заключил договоры без намерения их исполнения ввиду отсутствия у него спецтехники, указанной в договорах, что, по мнению истца, следует из недоказанности ответчиком обратного. 

Таким образом, из вступивших в силу судебных актов по перечисленным делам и установленных в рамках настоящего дела обстоятельств следует, что ООО «Даль-Технология» как участник оспариваемых сделок с момента их заключения полагался на действительность заключаемых договоров аренды и имел цель их исполнения, рассчитывая на использование принимаемой в аренду техники. Данные обстоятельства подтверждаются, в том числе, непосредственно самим ФИО2, обратившимся в суд в интересах общества, участником которого он является.

Вместе с тем, как отмечено ранее, квалифицирующим признаком мнимой сделки является цель ее заключения, и при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания), то есть при совершении действий в виде мнимой сделки отсутствует главный признак сделки – ее направленность на создание, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Субъекты, совершившие ее, не желают и не имеют в виду наступления последствий, свойственных ее содержанию. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Однако в рассматриваемом случае, оспаривая договоры аренды по признаку их мнимости на основании статьи 170 ГК РФ, процессуальный истец и представляющий его участник общества, в то же время, указывают на отсутствие порока воли со стороны ООО «Даль-Технология» как участника сделки, поскольку его действия как арендатора были направлены на принятие имущества в аренду, а следовательно, на возникновение гражданских правоотношений из договоров аренды спецтехники. 

При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия основного квалифицирующего признака мнимости сделки в виде порока воли обеих сторон при ее заключении, суд не усматривает признаков мнимости оспариваемых договоров и оснований для признания их недействительными по заявленному истцом основанию – пункту 1 статьи 170 ГК РФ.

Фактически приводимые истцом в рамках настоящего дела доводы о недоказанности ответчиком фактического наличия у него техники, являющейся предметом оспариваемых договоров, идентичны доводам ООО «Даль-Технология» в рамках дела № А24-7132/2019. При этом суд обращает внимание, что истец в своих доводах и пояснениях не исключает вероятности наличия у ответчика этой техники, а лишь обращает внимание на отсутствие правоустанавливающих документов, что позволяет истцу подвергать сомнению факт наличия у ответчика такого имущества. Путем обращения с иском об оспаривании договоров аренды, истец принял попытки повторного собирания доказательств по вопросу исполнения оспариваемых сделок, настаивая на необходимости истребования у ответчика правоустанавливающих документов на технику (при этом обладая информацией, что аналогичное ходатайство ранее удовлетворено при рассмотрении дела № А24-7132/2019) и на привлечении к рассмотрению дела своего контрагента АО «Тепло Земли», на территории которого предполагалось использование техники, с целью установления фактических обстоятельств, хотя, являясь участником общества с декабря 2016 года и принимая участие в обсуждении итогов работы общества по окончании финансового года, ФИО2 имел возможность и ранее инициировать соответствующую проверку и поручить руководителю общества, который одновременно является вторым участником общества, запросить у контрагента по договору подряда необходимые документы. 

Таким образом, доводы и действия истца по своей сути направлены на оспаривание надлежащего исполнения ответчиком как арендодателем своих обязательств по оспариваемым договорам аренды в части фактической передачи техники в аренду истцу, что с учетом выводов судов трех инстанций в рамках дела № А24-7132/2019 фактически направлено на преодоление вступивших в законную силу судебных актов по данному делу. 

Кроме того, в ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. 

Таким образом, для решения вопроса о соблюдении установленного срока исковой давности определяющее значение имеет дата, когда лицо, обращающееся с иском и не являющееся стороной договора, узнало или должно было узнать о ее исполнении.

Договором аренды предусматриваются обязательства обеих сторон такого договора, а следовательно, его исполнение считается начатым со дня, когда хотя бы одна из сторон договора совершила действия, направленные на его исполнение.

В рассматриваемом случае исполнение договоров аренды началось с даты исполнения обязательств арендодателем, определившей начало фактического пользования имуществом, то есть с даты передачи имущества в аренду по актам приема-передачи в сентябре 2016 года. Данные обстоятельства установлены вступившими в силу судебными актами по делу № А24-7132/2019. 

Также в рамках указанного дела установлено, что сторонами подписаны акты выполненных работ, услуг от 31.03.2017 № ПСС-17-10 на сумму 6 075 000 руб. за период с сентября 2016 года по январь 2017 года и от 31.08.2017 № ПСС-17-50 на сумму 1 350 000 руб. за август 2017, что также свидетельствует о начале пользования арендованным имуществом именно в сентябре 2016 года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 67 ГК РФ, пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) участник общества вправе принимать участие в управлении делами общества, получать информацию по всем вопросам, касающимся деятельности общества, знакомиться с бухгалтерской и иной документацией в порядке, установленном учредительными документами организации.

В определенный момент времени участник может не располагать информацией о деятельности и сделках Общества, однако возможность узнать об этом он имеет посредством реализации права на получение информации о деятельности общества (ознакомление с бухгалтерской и иной документацией), а также права на участие в управлении делами Общества (требование о созыве внеочередного общего собрания участников и другое).

В силу такого участия осуществляется корпоративный контроль в обществе, в том числе, в части получения участником общества любой информации о деятельности общества. Такая информация могла быть получена истцом по итогам финансового года, не позднее установленного законом и уставом общества срока проведения годового общего собрания.

Таким образом, применительно к участникам корпорации презюмируется, что участник должен был узнать о совершении сделки и о ее исполнении не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка.

В соответствии со статьей 34 Закона № 14-ФЗ очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Таким образом, ФИО2, являясь участником общества с 21.12.2016 и действуя разумно, добросовестно и проявляя должную заинтересованность в деятельности общества, мог и должен был узнать о заключении и исполнении оспариваемых договоров, заключенных 01.09.2016, не позднее 30.04.2017.

Более того, их пояснений ФИО2 не усматривается его неосведомленность о заключении оспариваемых договоров и об их исполнении. Напротив, в уточненном исковом заявлении, направленном в суд 14.01.2021, ФИО2 указывает, что знал о совершении оспариваемых договоров, но с учетом внесенных по договорам оплат предполагал, что они исполняются сторонами надлежащим образом и техника фактически передана в пользование ООО «Даль-Технология». При этом ФИО2 указывает, что о факте «исполнения платежных поручений» ему стало известно в конце 2017 года, и именно с этими событиями связывает начало течения срока исковой давности.

Суд находит данные доводы ошибочными и основанными на неверном толковании норм материального права, поскольку для определения даты начала срока исковой давности значение имеет начало исполнение сделки, а не дата внесения платежей по договору, который уже начал исполняться другой стороной ранее. Учитывая, что оплаты по договору внесены только в сентябре 2017 года, само собой разумеется, что никто из участников правоотношений не мог узнать об этих оплатах ранее момента их совершения, то есть ранее 12-15 сентября 2017 года. Однако данные обстоятельства правового значения не имеют, поскольку началом исполнения договоров аренды является момент, определяющий начало фактического пользования имуществом – сентябрь 2016 года. 

При этом истец не указывает, в каком именно месяце 2017 года ему стало известно об осуществлении платежей по платежным поручениям за 12-15 сентября 2017 года, однако обращает внимание, что на тот момент он не знал, что оплаты по платежным поручениям осуществлены для исполнения фиктивных сделок, что также свидетельствует о том, что истец знал о совершении договоров, а также об их исполнении, однако ранее в суд не обращался, поскольку считал, что обязательства по договору исполняются надлежащим образом всеми его участниками.

Таким образом, поскольку исполнение договоров началось в сентябре 2016 года, что также следует из судебных актов по делу № А24-7132/2019, ФИО2 мог и должен был узнать о начале их исполнения не позднее 30.04.2017, а в суд обратился лишь в ноябре 2020 года, суд признает доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности обоснованными, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в иске. 

Таким образом, по результатам исследования и оценки представленных документов и доводов сторон, суд приходит к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае признаков мнимости оспариваемых сделок и пропуске истцом срока исковой давности, в связи с чем отказывает в удовлетворении исковых требований.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья                                                                                       О.А. Душенкина