ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №  А64-1323/2018

г. Воронеж

04 июня 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2019 года 

       В полном объеме постановление изготовлено 04 июня 2019 года

          Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                             Сурненкова А.А.,

судей                                                                                        Маховой Е.В., 

                                                                                                  ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

 

при участии:

от акционерного общества «БиоТехнологии» в лице акционера Фабелстон Файненс Лимитед: ФИО3, представитель по доверенности б/н от 05.02.2019;

от ФИО4: ФИО5, представитель по доверенности № 77 АВ 8931818 от 22.10.2018;

от общества с ограниченной ответственностью «РХК Агросервис»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

от закрытого акционерного общества «Русская холдинговая компания»: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Тамбовской области: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «БиоТехнологии» в лице акционера Фабелстон Файненс Лимитед на решение Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 по делу № А64-1323/2018 (судья Зотова С.О.) по иску акционерного общества «БиоТехнологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в лице акционера Фабелстон Файненс Лимитед, Никосия, Республика Кипр к ФИО4 о взыскании 8 461 751,61 руб., 

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «РХК Агросервис», закрытое акционерное общество «Русская холдинговая компания», Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 9 по Тамбовской области,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с иском к ФИО4 (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 8 461 751,61 руб., причиненных в результате недобросовестного осуществления ФИО4 полномочий единоличного исполнительного органа акционерного общества «БиоТехнологии».

В порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющий самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «РХК Агросервис», ЗАО «Русская холдинговая компания», МИФНС № 9 по Тамбовской области.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 отменить и принять по делу новый судебный акт.

Рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось, в т.ч. для рассмотрения сторонами вопроса о назначении и проведении судебной бухгалтерской экспертизы на предмет убыточности/безубыточности сделок.

Между тем, от АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед и ФИО4 поступили отказы от реализации права на проведение судебной экспертизы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед доводы апелляционной жалобы поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, просил обжалуемое решение оставить без изменения.

В настоящее судебное заседание арбитражного суда апелляционной инстанции ООО «РХК Агросервис», ЗАО «Русская холдинговая компания», МИФНС № 9 по Тамбовской области не обеспечили явку своих полномочных представителей.

Ввиду наличия у суда апелляционной инстанции доказательств надлежащего извещения третьего лица, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие их представителей в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, письменных пояснений, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что решение Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ЗАО «БиоТехнологии» зарегистрировано в качестве юридического лица 28.04.2007 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. На должность генерального директора ЗАО «БиоТехнологии» был избран ФИО4 Сведения о назначении ФИО4 генеральным директором ЗАО «БиоТехнологии» были внесены в ЕГРЮЛ. 

В дальнейшем ЗАО «Биотехнологии» переименовано в АО «Биотехнологии», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 16.02.2018.

Основным видом деятельности АО «Биотехнологии», как производственного предприятия, предназначенного для оказания услуг элеватора, является хранение и складирование зерна, а также услуг, с необходимостью сопутствующих процессу хранения зерна – технологических услуг по приемке, очистке, сушке, и отгрузке зерна поклажедателям (ГРН 2126827034860 от 27.07.2012).

09.01.2013 совет директоров АО «Биотехнологии» единогласно принял решение о создании ООО «РХК Агросервис» с внесением основным обществом 76% уставного капитала.

10.01.2013 ответчиком и основным обществом был подписан протокол учредительного собрания о создании дочерней организации с распределением 76% долей в уставном капитале основному обществу, 24% - ответчику.

Как следует из представленных истцом в материалы дела сведений ЕГРЮЛ в отношении дочернего общества ООО «РХК Агросервис», оно зарегистрировано в качестве юридического лица 22.02.2013.

Согласно Уставу компании ООО «РХК Агросервис», основным видом деятельности общества является оптовая торговля зерном, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных. Данное обстоятельство подтверждается также сведениями Единого государственного реестра юридических лиц (ГРН 2156827040445 от 25.05.2015).

В силу п. 1 ст.67.3 ГК РФ хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом. Аналогичные положения содержит ст. 6 Федерального закона «Об акционерных обществах».

Генеральным директором ООО «РХК Агросервис» был назначен ФИО4, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

Как указал истец, в период осуществления ФИО4 полномочий генерального директора АО «Биотехнологии», ответчик совершил ряд сделок, в результате совершения которых Обществу были причинены убытки в размере не менее 8 461 751,61 руб. согласно представленному расчету.

Так, в период с июля 2015 года по май 2017 года АО «БиоТехнологии» оказывало услуги ООО «РХК Агросервис» на основании договоров хранения №1-х/2015 от 01.06.2015 и транзитной перевалки зерна №4-Т/2016 от 30.08.2016.

Истец указал, что первоначально договор хранения заключался на общих для всех контрагентов АО «БиоТехнологии» условиях, в том числе предусматривал тарифы на услуги, соответствующие утвержденному в Обществе прейскуранту. 

Вместе с тем, 30.09.2015 ответчиком подписано дополнительное соглашение к договору хранения, в соответствии с которым тарифы были снижены в несколько раз, ниже уровня себестоимости оказания таких услуг для самого Общества.

21.04.2016 к договору хранения заключено еще одно дополнительное соглашение, которое изменило тарифы на следующие услуги:

-на хранение зерновых культур тариф увеличен с 1,70 руб. до 2,75 руб.,

- на отгрузку зерновых культур ж/д транспортом тариф увеличен до 230 руб.

Указанные тарифы, по сведениям истца, ниже прейскуранта и себестоимости.

По результатам проверки обществом документов первичного бухгалтерского учета об оказании услуг ООО «РХК Агросервис» было установлено, что общая сумма убытков, полученных обществом в результате исполнения договора хранения составила 5 527 041,62 руб., из которых: 4 272 360,53 руб. – реальный ущерб, возникший в результате оказания услуг по цене ниже их себестоимости, 1 254 681,09 руб. – неполученные доходы (упущенная выгода), на которые общество вправе рассчитывать при оказании услуг в соответствии с прейскурантом.

В период с августа 2016 года по июнь 2017 года АО «БиоТехнологии» оказывало услуги ООО «РХК Агросервис» на основании договора перевалки, п. 1.1. которого предусмотрен тот же самый состав услуг, что и п. 1.1. договора хранения (приемка, очистка, сушка, хранение и отгрузка), при этом по условиям договора перевалки ООО «РХК Агросервис» было освобождено от оплаты услуг общества по хранению с/х продукции.

По утверждению истца, фактические данные о хозяйственных операциях, осуществленных в рамках договора перевалки, свидетельствуют о том, что таковой не имеет никакого отношения к перевалке. Кроме того, тарифы на услуги, установленные указанным договором, значительно ниже в сравнении с себестоимостью и прейскурантом.

01.11.2016 к договору перевалки было заключено дополнительное соглашение, которое установило специальные тарифы на оказание услуг в отношении такого вида с/х продукции, как кукуруза, однако по факту эти тарифы отличались от ранее установленных для зерновых с/х культур дополнительным снижением тарифа на сушку с 70 руб. до 55 руб. за каждую тонну.

При этом, как указал истец, ООО «РХК Агросервис» ни разу не оплачивало услуги по сушке кукурузы, вся завезенная ООО «РХК Агросервис» на производственную площадку общества кукуруза была выкуплена самим обществом.

По расчетам истца, общая сумма убытков, полученных обществом в результате оказания услуг ООО «РХК Агросервис», составила 2 934 709,99 руб., из которых: 2 256 822,28 руб. – реальный ущерб, возникший в результате оказания услуг по цене ниже себестоимости, 677 887,71 руб. – неполученные доходы (упущенная выгода), на которые общество вправе рассчитывать при оказании услуг в соответствии с прейскурантом.

Компания Фабелстон Файненс Лимитед является владельцем 500 000 обыкновенных именных бездокументарных акций АО «БиоТехнологии», что подтверждается справкой реестродержателя.

Ссылаясь на то, что ФИО4, будучи директором общества, осуществлял недобросовестные и противоречащие интересам истца и акционера действия, повлекшие причинение им убытков, АО «БиоТехнологии» в лице своего акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед обратилось в Арбитражный суд Тамбовской области с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Пунктом 1 статьи 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

В соответствии с частью 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу части 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу статьи 71 Закона об акционерных обществах единоличный исполнительный орган общества при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами. В этом случае общество или акционер вправе обратиться в суд с иском к единоличному исполнительному органу общества о возмещении причиненных ему убытков.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии с пунктами 3, 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах при определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 71 Закона об акционерных обществах).

В пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах указано, что общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом размещенных обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к члену совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), временному единоличному исполнительному органу общества (директору, генеральному директору), члену коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и к управляющей организации (управляющему) о возмещении причиненных обществу убытков в случае, предусмотренном абзацем первым пункта 2 данной статьи.

Разъяснения по вопросам, касающимся возмещения убытков, причиненных действиями (бездействием) лиц, входящих или входивших в состав органов юридического лица, даны в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума № 62).

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 1 – 4 постановления Пленума № 62 лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Поскольку ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, поэтому убытки, причиненные им, подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, которой предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для применения ответственности в виде взыскания убытков на основании статьи 15 ГК РФ и статьи 71 Закона об акционерных обществах необходима доказанность в совокупности следующих обстоятельств: факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и причинно-следственная связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

На основании пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из пункта 3 статьи 10 ГК РФ о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе, лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания лежит на лице, утверждающем, что управомоченное лицо употребило свое право исключительно во зло другому лицу.

Таким образом, акционер общества, предъявляя требование к единоличному исполнительному органу о возмещении убытков, в соответствии со статьей 65 АПК РФ, должен доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а именно: что речь идет не просто об элементах обычного хозяйственного риска, а о виновном поведении лица. Другими словами, должен быть доказан факт причинения обществу убытков, их размер, противоправность действий директора, наличие причинной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 постановления Пленума № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Разъяснениями Пленума ВАС РФ, изложенными в абзаце 2 пункта 1 Постановления № 62, предусмотрено, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обосновывая недобросоветность действия директора ФИО4, заявитель ссылался на отсутствие одобрения спорных сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, в порядке, установленном главой XI Закона об акционерных обществах.

В соответствии с п. 1 ст. 81 Закона об акционерных обществах (в редакции, действующей в период спорных отношений) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющей организации или управляющего, члена коллегиального исполнительного органа общества или акционера общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей главы.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица:

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица;

в иных случаях, определенных уставом общества.

В соответствии со статьей 82 Закона об акционерных обществах лица, указанные в статье 81 настоящего Федерального закона, обязаны довести до сведения совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества и аудитора общества информацию: о юридических лицах, в которых они владеют самостоятельно или совместно со своим аффилированным лицом (лицами) 20 или более процентами голосующих акций (долей, паев); о юридических лицах, в органах управления которых они занимают должности; об известных им совершаемых или предполагаемых сделках, в которых они могут быть признаны заинтересованными лицами.

Согласно ч. 1 ст. 83 Закона об акционерных обществах сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена до ее совершения советом директоров (наблюдательным советом) общества или общим собранием акционеров в соответствии с настоящей статьей.

Лица, участвующие в настоящем деле, не отрицают, что спорные сделки не были одобрены советом директоров АО «Биотехнологии».

Ответчик и третье лицо ООО «РХК Агросервис» в своих возражениях ссылались на отсутствие необходимости в одобрении указанных сделок, поскольку, по их мнению, данные сделки подпадают под исключения, предусмотренные п. 2 ст. 81 Закона об акционерных обществах.

Так, согласно абз. 3 п. 2 ст. 81 Закона об акционерных обществах положения настоящей главы не применяются к сделкам, в совершении которых заинтересованы все акционеры общества.

Основания заинтересованности всех акционеров в совершении спорных сделок ответчик и третье лицо связывают с самим фактом участия АО «Биотехнологии» в уставном капитале контрагента по сделкам ООО «РХК Агросервис» с долей 76 %.

Отклоняя доводы ответчика по данному вопросу, как несостоятельные, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как было указано выше, спорные сделки заключены между АО «Биотехнологии» и ООО «РХК Агросервис». 

Генеральным директором обоих обществ является ответчик по делу ФИО4. Участниками ООО «РХК Агросервис» являются АО «Биотехнологии» (доля 76%) и ФИО4 (доля 24 %).

Конфликт интересов – это предполагаемое законом противоречие интересов одного и того же лица, являющееся следствием участия этого лица в нескольких правоотношениях, которое может повлиять на формирование его воли в ущерб правам и охраняемым законом интересам корпорации и ее участников.

Исходя из приведенного определения, к сделкам с заинтересованностью может быть отнесена любая гражданско-правовая сделка, если в формировании воли хозяйственного общества на ее совершение участвуют лица, в отношении которых установлена презумпция конфликта интересов.

Заинтересованность определенных законом лиц в совершении сделки (конфликт интересов) возникает в случаях, если перечисленные в законе лица, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации) также являются участниками другого правоотношения - стороной, выгодоприобретателем, представителем, посредником в сделке либо являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Необходимым условием для квалификации сделки как сделки с заинтересованностью, является установление наличия у лиц, указанных в абзаце 1 пункта 1 ст. 81 Закона об акционерных обществах, иной, отличной от интересов самого общества, заинтересованности в сделке, обусловленной основаниями, изложенными в абз. 2-6 пункта 1 ст. 81 Закона об акционерных обществах (в редакции, действующей в период спорных отношений).

Указанные обстоятельства позволяют признать ФИО4, как генерального директора обоих обществ, и владельца 24 % долей в уставном капитале ООО «РХК Агросервис», лицом, заинтересованным в спорных сделках.

Сделка с заинтересованностью должна совершаться с соблюдением особых процедур, предусмотренных Законом об акционерных обществах.

В то же время, п. 2 ст. 81 Закона об акционерных обществах предусмотрен ряд исключений из общего правила о необходимости одобрения сделок с заинтересованностью, к числу которых относится случай, когда в сделке заинтересованы все акционеры.

Сам факт участия АО «Биотехнологии» в уставном капитале ООО «РХК Агросервис» с долей 76 %  не предопределяет заинтересованность всех акционеров АО «Биотехнологии» в совершении оспариваемых сделок, поскольку акционеры - Фабелстон Файненс Лимитед и ЗАО «Русская холдинговая компания» не являются участниками ООО «РХК Агросервис». 

Данное обстоятельство также не предопределяет отсутствие заинтересованности ответчика по делу ФИО4, поскольку как было указано выше, ответчик является также участником ООО «РХК Агросервис» и генеральным директором обоих обществ, заключивших спорные сделки.

Иное толкование норм Закона об акционерных обществах в условиях потенциального конфликта интересов ФИО4, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа АО «Биотехнологии» и ООО «РХК Агросервис» и владеющего 24 % долями в уставном капитале ООО «РХК Агросервис», позволяло бы нивелировать необходимость одобрения и соответствующего контроля условий таких сделок со стороны основного общества, основываясь только на факте участия АО «Биотехнологии» в ООО «РХК Агросервис», без учета должностного положения и корпоративных прав ФИО4, что не соответствует целям законодательного регулирования в сфере предотвращения конфликтов интересов в корпоративном праве.

Данная позиция подтверждается сложившейся практикой применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью.

Ссылку ответчика на постановление ФАС Московского округа от 05.08.2011 № КА-А40/7851-11 по делу № А40-146025/10-147-977 суд признал несостоятельной, как основанной на иных фактических обстоятельствах спора.

При указанных обстоятельствах суд признал доказанным совершение ответчиком оспариваемых сделок в условиях наличия конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица, и при отсутствии требующегося в силу законодательства одобрения соответствующих органов юридического лица.

Как указал истец, в нарушение ст. 47 Закона об акционерных обществах ФИО4 не выносил на утверждение годовых общих собраний акционеров годовых отчетов Общества.

Как было указано выше, согласно пп. 2 п. 2 Постановления Пленума № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки.

Противоправность действий (бездействия) директора в данном случае состоит в умышленном сокрытии информации о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлении участниками юридического лица заведомо недостоверной информации.

Согласно п. 1 ст. 47 Закона об акционерных обществах годовое общее собрание акционеров проводится в сроки, устанавливаемые уставом общества, но не ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания отчетного года. На годовом общем собрании акционеров должны решаться вопросы об избрании совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии общества, если в соответствии с уставом общества наличие ревизионной комиссии является обязательным, утверждении аудитора общества, вопросы, предусмотренные подпунктами 11 и 11.1 пункта 1 статьи 48 настоящего Федерального закона, а также могут решаться иные вопросы, отнесенные к компетенции общего собрания акционеров.

В свою очередь в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 48 Закона об акционерных обществах к компетенции общего собрания акционеров относятся утверждение годового отчета, годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Согласно пп. 11 п. 12.1 Устава АО «Биотехнологии» утверждение годовых отчетов общества также отнесено к компетенции общего собрания акционеров.

Пунктом 3 ст. 52 Закона об акционерных обществах к информации (материалам), подлежащей предоставлению лицам, имеющим право на участие в общем собрании акционеров, при подготовке к проведению общего собрания акционеров общества, отнесен, в том числе, годовой отчет общества.

Как следует из объяснений сторон, участвующих в деле, и подтверждается имеющимися в деле копиями протоколов общих собраний акционеров, в исковой период годовые отчеты в обществе не утверждались. Доказательства обратного в дело не представлено.

Судом принято во внимание также, что сам факт наличия конфликта интересов в связи с принадлежностью ФИО4 24 % долей в уставном капитале дочерней компании ООО «РХК Агросервис» и совмещением должностей генерального директора в обоих обществах был изначально известен, что подтверждается Протоколом № 1-СД/2013 от 09.01.2013 заседания совета директоров ЗАО «БиоТехнологии» об участии ЗАО «БиоТехнологии» при создании ООО «РХК Агросервис», Протоколом внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «БиоТехнологии» № 03-ОС/2013 от 24.12.2013, соглашением сторон № 001-2013 от 25.12.2013 и Протоколом учредительного собрания ООО «РХК Агросервис» № 1 от 10.01.2013.

Кроме того, как указали ответчик и третье лицо, бухгалтером АО «Биотехнологии» ФИО6 еженедельно направлялись по электронной почте в адрес акционеров данные по приемке, отгрузке по элеватору и данные по платежам, содержание и анализ которых позволяет установить цену услуг, оказываемых ООО «РХК Агросервис».

В подтверждение данного обстоятельства в материалы дела представлен Протокол осмотра нотариусом доказательств – информации в сети Интернет от 12.09.2018, удостоверенный нотариусом города Воронежа ФИО7, которым зафиксировано направление от имени ФИО6 адресатам: ФИО8, ФИО9, ФИО10, табличных данных по приемке, отгрузке, остаткам по 04.12.2016, по фактическим платежам по 02.12.2016 и плановым по 09.12.2016. Распечатанные вложения файлов «Форма 3-1 по 04.02.2016» (информация за период с 22.07.2016 по 04.12.2016), «Реестры платежей 2016г. с 05.12.2016-09.12.2016» (информация за период с 01.08.2016 по 09.12.2016), содержат перечень контрагентов, в т.ч. ООО «РХК Агросервис», объемы поступления и внутреннего перемещения зерновых культур на элеваторе, стоимость услуг элеватора, подлежащих оплате.

Как следует из имеющихся в деле документов, адресат ФИО10 является уполномоченным представителем заявителя по делу - акционера Фабелстон Файненс Лимитед, что подтверждается выпиской из государственного реестра аккредитованных филиалов, представительств иностранных юридических лиц по состоянию на 09.09.2018, согласно которой ФИО10 является руководителем аккредитованного в РФ представительства заявителя.

Участвующий в деле представитель заявителя получение руководителем аккредитованного в РФ представительства Фабелстон Файненс Лимитед ФИО10 указанных документов по электронной почте от бухгалтера АО «Биотехнологии» не опроверг.

В письменном заявлении о фальсификации доказательств заявитель также указывает факты получения ФИО10 писем по электронной почте от главного бухгалтера АО «Биотехнологии».

Факт получения от бухгалтерии АО «Биотехнологии» в течение 2015-2016 гг. по электронной почте отчетов о наличии и движении зерна на зерновом складе вместе с реестрами всех запланированных и поступивших платежей подтверждает второй акционер общества ЗАО «Русская холдинговая компания» в письменных пояснениях по делу, поступивших в суд 04.09.2018.

Совокупность вышеуказанных обстоятельств не позволяет, сделать вывод об умышленном сокрытии ФИО4 информации о спорных сделках.

Кроме того, по мнению суда об отсутствии умысла в сокрытии информации о спорных сделках свидетельствует, в том числе, и тот факт, что по запросу заявителя-акционера спорные договоры и документы по их исполнению были предоставлены обществом в порядке ст. 91 Закона об акционерных обществах.

Также судом отмечено, что указанные сделки истцом не оспорены, не признаны недействительными в судебном порядке, реальность их исполнения заявителем также не оспаривается.

При этом нарушение директором порядка одобрения сделок не предопределяет автоматически их убыточность и невыгодность для общества.

В обоснование наличия убытков у общества, истец указал в исковом заявлении, что в соответствии со ст. 50 ГК РФ АО «Биотехнологии» является коммерческой организацией и основной целью его деятельностью является извлечение прибыли, что также закреплено в п. 1.1 Устава.

Вместе с тем, по мнению истца, хозяйственные операции АО «Биотехнологии» по оказанию ООО «РХК Агросервис» услуг по спорным договорам совершались вопреки установленной законодателями и акционерами цели деятельности АО «Биотехнологии», по цене, ниже себестоимости и прейскуранта, а именно на условиях, которые не обеспечивали получение истцом дохода от оказания услуг и причиняли убытки АО «Биотехнологии».

Материалами дела подтверждается и сторонами не отрицается, что условия о цене услуг в спорных договорах (в редакции дополнительных соглашений), не соответствуют представленным в материалы дела Прейскурантам цен на элеваторные услуги на 2015-2016 и на 2016-2017 зерновой год, Калькуляции отпускной цены элеваторных услуг, производившейся на 2015-2016 и 2016-2017 зерновой год.

В то же время, как было указано выше, ООО «РХК Агросервис» является дочерней компанией по отношению к АО «Биотехнологии».

Целью создания и взаимодействия основного и дочернего общества является не получение прибыли от непосредственных операций между такими обществами, а совместное осуществление такими участниками производственно-хозяйственной деятельности, включая распределение имущества и финансовых средств.

Одним из способов финансирования во взаимоотношениях материнской и дочерней компании может являться внутреннее ценообразование, то есть установление цены на товары, работы, услуги для дочерней компании способом и в размере, отличными от тех, которые были бы использованы в операциях, совершенных на нормальных рыночных условиях с иными контрагентами.

Судом отмечено, что сделки между материнским и дочерним обществом, как правило, производится на условиях, отличающихся от рыночных. При заключении и исполнении таких договоров либо полностью отсутствует, либо сведено к минимуму свойственное обычному коммерческому обороту согласование условий путем проведения переговоров, а также стремление к получению максимальной прибыли от конкретной сделки.

При совершении таких сделок материнская и дочерняя компания вправе были учитывать взаимные интересы обеих сторон.

Экономическая направленность сделок между материнской и дочерней компанией в данном случае неравнозначна экономической эффективности.

Финансирование в какой бы то ни было форме материнской компанией в пользу дочерней носит, фактически, инвестиционный характер.

Как указано в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 04.12.2012 № 8989/12, экономические отношения между основным и дочерним обществами могут предполагать не только вложения основного общества в имущество дочернего на стадии его учреждения, но и на любой стадии его деятельности, при этом отсутствие прямого встречного предоставления является особенностью взаимоотношений основного и дочернего обществ, представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий субъект.

Принцип свободы договора (ст. 421 ГК РФ) расширяет возможности оптимизации деятельности взаимосвязанных юридических лиц. Учитывая подконтрольность дочернего общества основному и общие цели их экономической деятельности, между ними допустимы не только сделки с ценовыми преференциями, но и сделки без прямого встречного предоставления.

Оказание услуг дочернему обществу по сниженным ценам само по себе не означает убыточности этих сделок для основного общества, так как компенсируется, в том числе, встречным увеличением стоимости доли участия основного общества в уставном капитале дочернего и предусмотренной законом возможностью распределения прибыли дочернего общества.

Так, согласно информации, предоставленной ООО «РХК Агросервис» по итогам 2016 года чистые активы дочернего общества составили 17 524 000 руб., а действительная стоимость доли основного общества увеличилась с 2 000 000 руб. (2015 год) до 13 318 240 руб. (17 524 000 х 76%) при номинальной стоимости в 760 000 руб., т.е. стоимость участия основного общества в уставном капитале дочернего общества увеличились за 3 года с момента создания в 17,5 раз. Приращение действительной стоимости доли общества в денежном выражении (11,3 млн. руб.) за 2016 год больше, чем размер требуемых заявителем убытков. Увеличение размера чистых активов дочернего общества по итогам 2016 г. подтверждается годовой бухгалтерской отчетностью дочернего общества, представленной в материалы дела. Данный расчет действительной стоимости доли не оспорен лицами, участвующими в деле.

Довод истца о том, что по состоянию на 09.11.2017 членам Совета директоров Общества было предложено проголосовать за отчуждение доли АО «Биотехнологии» в уставном капитале ООО «РХК Агросервис» по ее номинальной стоимости в размере 760 000 руб., в подтверждение чему в материалы дела представлено уведомление о созыве Совета директоров АО «Биотехнологии» от 09.11.2017, не опровергает указанный выше расчет действительной стоимости доли основного общества по состоянию на конец 2016 года, т.е. в преобладающий период исполнения спорных сделок.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО «РХК Агросервис» по состоянию на 31.12.2016 нераспределенная прибыль дочерней компании составила 16 524 тыс. руб.

То обстоятельство, что за все время участия истца в капитале ООО «РХК Агросервис» последнее ни разу не выплачивало дохода своим участникам, также не является подтверждением убыточности сделок, поскольку вопрос распределения прибыли относится к исключительной компетенции общего собрания общества. Доказательств того, что АО «Биотехнологии» принимало решение об обращении в ООО «РХК Агросервис» за распределением прибыли по результатам финансового года в материалы дела не представлено. Доказательства того, что ФИО4 каким-либо образом препятствовал распределению прибыли в пользу истца в материалы дела также не представлены.

В соответствии с правовой позицией заявителя по делу спорные сделки с ООО «РХК Агросервис» являются сделками на невыгодных условиях, определение которым содержится в абз. 7 п. 2 постановления Пленума от 30.07.2013 № 62.

Согласно абз. 7 п. 2 постановления Пленума от 30.07.2013 № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Сторонами не отрицается, что ООО «РХК Агросервис» является единственной дочерней компанией АО «Биотехнологии». В связи с этим объективно отсутствует возможность сравнения цены и (или) иных условий аналогичных сделок, совершаемых АО «Биотехнологии» в сравнимых обстоятельствах, т.е. с другими дочерними обществами.

Ценовое сопоставление же спорных сделок со сделками с иными контрагентами, не связанными с АО «Биотехнологии» зависимыми корпоративными отношениями, недопустимо в силу изначально разной направленности таких сделок и не соответствует разъяснениям абз. 7 п.2 постановления Пленума от 30.07.2013 № 62.

В связи с этим, представленные истцом в материалы настоящего дела копии договоров хранения с иными контрагентами на иных условиях, не являются прямым доказательством невыгодности и убыточности аналогичных сделок с дочерней компанией.

Также судом отмечено, что представленные в материалы дела Прейскуранты цен на элеваторные услуги на 2015-2016 зерновой год и на 2016-2017 зерновой год, утвержденные генеральным директором АО «Биотехнологии» 21.05.2015 и 01.07.2016, соответственно, на которых истец основывает свои требования, содержат оговорку о том, что заявленные цены на услуги являются базовыми для дальнейших переговоров и контрактации, финальные цены зависят от объемов, схемы работы и комплекса предоставляемых услуг.

Кроме того, по сообщению самого истца в практике АО «Биотехнологии» в 2015-2016 годах имелись и другие сделки с ценой услуг ниже прейскуранта и ниже уровня себестоимости, а также сделки с ценой услуг на уровне спорных договоров (приложения к письменным пояснениям истца от 04.07.2018).

По мнению суда, в связи с вышеизложенной спецификой хозяйственных операций между основным и дочерним обществом, недопустимо оценивать конкретные сделки на предмет их убыточности в отрыве от всего комплекса фактически сложившегося взаимодействия материнской и дочерней организаций.

Как было указано выше, основным видом деятельности АО «Биотехнологии», как производственного предприятия, предназначенного для оказания услуг элеватора, является хранение и складирование зерна, а также услуг, с необходимостью сопутствующих процессу хранения зерна – технологических услуг по приемке, очистке, сушке, и отгрузке зерна поклажедателям (ГРН 2126827034860 от 27.07.2012).

Реализация основного вида деятельности АО «Биотехнологии» была обусловлена строительством и эксплуатацией зернового склада вместимостью 240 000 т. в р.п. Дмитриевка Никифоровского района Тамбовской области, что подтверждается бизнес-планом проекта, утвержденным обществом 22.09.2010 (далее - инвестиционный проект). Целью проекта было оказание услуг по хранению зерна и продажа зерна сторонним потребителям.

Как было указано выше, основным видом деятельности дочерней компании ООО «РХК Агросервис» является оптовая торговля зерном, семенами и кормами для сельскохозяйственных животных (ГРН 2156827040445 от 25.05.2015).

Развитие торговой деятельности общества было предусмотрено не только бизнес-планом, но и ставилось перед ответчиком в качестве одной из задач при назначении ФИО4 на должность генерального директора общества, что подтверждается представленным в материалы дела соглашением сторон № 001-2013 от 25.12.2013.

Таким образом, реализация инвестиционного проекта планировалась и фактически осуществлялась посредством взаимодействия материнской компании - АО «Биотехнологии», осуществляющей услуги по хранению, и дочерней компании - ООО «РХК Агросервис», осуществляющей торгово-закупочную деятельность.

Согласно содержанию Инвестиционного проекта, его финансирование предполагалось за счет кредитных средств в размере 900 млн.руб. и собственных средств основного общества.

Для финансирования проекта основное общество по договору № 

<

***> об открытии кредитной линии от 14.12.2010 с АО «Россельхозбанк» (далее - Кредитный договор) привлекло кредит в размере 900 млн.руб. под 13,5% годовых на срок до 25.08.2017.

Пунктом 6.15 Кредитного договора основное общество было ограничено в привлечении дополнительных кредитных и заемных средств. При этом банк имел право досрочно потребовать возврата кредита с начисленными процентами, если заемщик привлекает дополнительные заемные либо кредитные средства без согласия банка, если заемщик нарушает график возврата кредита и процентов, если финансовое состояние заемщика ухудшается, заемщик не выполняет обязательства перед работниками, контрагентами, если заемщик не достигает финансовых показателей Инвестиционного проекта.

Учитывая ограничение основного общества условиями кредитного договора в привлечении дополнительных кредитных/заемных средств для финансирования закупочной деятельности, использование третьего лица в роли закупочной организации позволяет привлечь заемные средства на это лицо.

Дочернее общество привлекалось для развития торговой деятельности основного общества - как закупочная организация, взаимодействующая с сельхозпроизводителями. Оно привлекало на свое имя кредитные средства, приобретало за счет кредитных средств зерно у сельхозпроизводителей/взаимосвязанных с ними лиц, и перепродавало зерно основному обществу, которое, в свою очередь, поставляло зерно экспортерам и конечным потребителям.

Данная схема торговой деятельности позволяла основному обществу перенести бремя обслуживания привлеченных для торговой деятельности кредитов/займов, а также риски неисполнения обязательств в отношениях с сельхозпроизводителями, включая судебные риски и расходы, на дочернюю компанию.

Так, привлечение дочерним обществом в 2015 – 2016 гг. более 282 млн. руб. кредитных средств подтверждается годовой бухгалтерской отчетностью дочернего общества за 2015-2016 г. В материалы дела представлен кредитный договор № КС 068/16 от 05.08.2016 на сумму 100 000 000 руб., заключенный ООО «РХК Агросервис» с КБ «Альба-Альянс», размер оплаченных дочерней компанией процентов по которому согласно справке КБ «Альба Альянс» № 1325 от 26.09.2018 составляет 12 129 830,46 руб.

Согласно указанной справке КБ «Альба Альянс» № 1325 от 26.09.2018 по восьми Кредитным соглашения общий размер уплаченных ООО «РХК Агросервис» процентов составляет 26 048 243,95 руб.

Таким образом, хранение зерна на складе и элеваторные услуги по спорным договорам являлись не самостоятельными хозяйственными операциями, направленными на непосредственное получение прибыли, а были одним из звеньев в цепи торговых операций между основным и дочерним обществами и были взаимосвязаны с торговыми сделками сторон.

Кроме того, действуя как директор ООО «РХК Агросервис», ФИО4 заключал с основным обществом ряд договоров купли-продажи с предоставлением материнской компании отсрочки поставки предоплаченного товара без уплаты каких-либо процентов за пользование денежными средствами. Для этого ООО «РХК Агросервис» использовало, в том числе, кредитные средства, фактически за свой счет пополняя оборотные средства АО «Биотехнологии».

Как следует из общедоступной базы электронных документов «Картотека арбитражных дел», в Арбитражном суде Тамбовской области рассматривались исковые требования ООО «РХК Агросервис» о взыскании с АО «БиоТехнологии» задолженности по договорам купли-продажи сельскохозяйственной продукции (дела №№ А64-2435/2018, А64-2441/2018, А64-2443/2018, А64-2445/2018, А64-2447/2018, А64-2448/2018, А64-2449/2018, А64-2451/2018). Основанием для обращения ООО «РХК Агросервис» в арбитражный суд с указанными исками послужило неисполнение АО «БиоТехнологии» обязательств по поставке сельскохозяйственной продукции в соответствии со Спецификациями к договорам купли-продажи сельскохозяйственной продукции №37-КП/2016 от 01.09.2016, №36-КП/2016 от 26.08.2016, № 31-кп/2016 от 22.07.2016, №51-КП/2016 от 28.10.2016, № 55-КП/2016 от 09.11.2016, №10-КП/2016 от 27.12.2016, №21-КП/2016 от 20.04.2016, № 30-кп/2016 от 11.07.2016.

Так, по договору купли-продажи № 21-кп/2016 от 20.04.2016 ООО «РХК Агросервис» 22.04.2017 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 9 550 000 руб. (платежное поручение №131 от 22.04.2017) при согласованном сроке поставки товара до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 30-кп/2016 от 11.07.2016 ООО «РХК Агросервис» 11.07.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 2 400 003 руб. (платежное поручение № 261 от 11.07.2016) при согласованном сроке поставки товара до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 31-кп/2016 от 22.07.2016 ООО «РХК Агросервис» 22.07.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 1200 060 руб. (платежное поручение № 266 от 22.07.2016) при согласованном сроке поставки до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 36-кп/2016 от 26.08.2016 ООО «РХК Агросервис» 26.08.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 8 498 000 руб. (платежное поручение № 313 от 26.08.2016) при согласованном сроке поставки до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 37-кп/2016 от 01.09.2016 ООО «РХК Агросервис» 02.09.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 20 000 050 руб. (платежное поручение № 317 от 02.09.2016) при согласованном сроке поставки до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 51-кп/2016 от 28.10.2016 ООО «РХК Агросервис» 28.10.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 6 000 000 руб. (платежное поручение № 499 от 28.10.2016) при согласованном сроке поставки до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 55-КП/2016 от 09.11.2016 ООО «РХК Агросервис» 09.11.2016 перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в размере 11 000 003 руб. (платежное поручение № 543 от 09.11.2016) при согласованном сроке поставки до 22.09.2017.

По договору купли-продажи № 10-кп/2016 от 27.12.2016 ООО «РХК Агросервис» платежными поручениями № 1 от 12.01.2017 на сумму 39 млн.руб., № 3 от 13.01.2017 на сумму 11 млн.руб., № 146 от 02.03.2017 на сумму 8 млн.руб., № 236 от 30.03.2017 на сумму 10,3 млн.руб., № 482 от 02.06.2017 на сумму 1,2 млн.руб., № 551 от 22.06.2017 на сумму 0,7 млн.руб., № 569 от 28.06.2017 на сумму 3 млн.руб., № 615 от 06.07.2017 на сумму 0,72 млн.руб. перечислило АО «БиоТехнологии» предоплату в общем размере 73 920 000 руб. при согласованном сроке поставки до 07.07.2017.

Между тем, АО «БиоТехнологии» свои обязательства по поставке товара в установленные указанными договорами сроки не исполнило.

Обязательство АО «БиоТехнологии» по возврату уплаченных за товар денежных средств по договору № 21-кп/2016 от 20.04.2016 было частично прекращено на сумму 417 241,86 руб. соглашением сторон о зачете встречных однородных требований по правилам ст. 410 ГК РФ на основании Акта взаимозачета №13 от 30.06.2017. В связи с этим задолженность АО «БиоТехнологии» перед ООО «РХК АгроСервис» по указанному договору составила 9 132 758 руб.

Обязательство АО «БиоТехнологии» по возврату уплаченных за товар денежных средств по договору № 30-кп/2016 от 11.07.2016 частично было исполнено на сумму 321 351,19 руб. Размер задолженности Общества по возврату уплаченных за товар денежных средств составил 2 078 651,81 руб.

Свои обязательства по поставке товара в рамках договора купли-продажи № 10-кп/2016 от 27.12.2016 общество исполнило частично, поставив ООО «РХК Агросервис» сельскохозяйственную продукцию на сумму 60 756 830,50 руб.

Общий размер задолженности АО «БиоТехнологии» перед ООО «РХК АгроСервис» по указанным выше договорам в части возврата предоплаты за товар, не переданный продавцом, составил 71 072 691 руб.

Вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Тамбовской области по делам №№ А64-2451/2018, А64-2449/2018, А64-2448/2018, А64-2447/2018, А64-2445/2018, А64-2443/2018, А64-2441/2018, А64-2435/2018 исковые требования ООО «РХК АгроСервис» были удовлетворены в полном объеме.

Полагая, что условия о предоставлении АО «БиоТехнологии» отсрочек по поставке товара в рамках вышеуказанных договоров были включены в договоры значительно позже, не ранее второй половины 2017 года, истец в ходе рассмотрения дела заявил ходатайство в порядке ст. 161 АПК РФ о фальсификации доказательств, а именно: копий спецификаций к договорам купли-продажи сельскохозяйственной продукции № 21-кп/2016 от 20.04.2016, № 30-кп/2016 от 11.07.2016, № 31-кп/2016 от 22.07.2016, № 36-кп/2016 от 26.08.2016, № 37-кп/2016 от 01.09.2016.

В статье 161 АПК РФ определен порядок рассмотрения судом заявления о фальсификации доказательств.

Результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания (ч. 2 ст. 161 АПК РФ).

Из протокола судебного заседания, состоявшегося 06.09.2018, следует, что истец заявил о фальсификации доказательств; суд предупредил стороны об уголовно-правовых последствиях заявления о фальсификации доказательств.

В пункте 2 ст. 161 АПК РФ закреплено право лица, представившего доказательство, дать согласие на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу.

После разъяснения судом уголовно-правовых последствий заявления о фальсификации ответчик дал согласие на исключение спорных документов из числа доказательств по делу.

Поскольку ответчиком выражено согласие на исключение доказательств, о фальсификации которых заявлено истцом, протокольным определением от 06.09.2018 спорные доказательства (спецификации к договорам купли-продажи сельскохозяйственной продукции № 21-кп/2016 от 20.04.2016, № 30-кп/2016 от 11.07.2016, № 31-кп/2016 от 22.07.2016, № 36-кп/2016 от 26.08.2016, № 37-кп/2016 от 01.09.2016) исключены судом из числа доказательств по делу.

Вместе с тем, факт исключения из числа доказательств по делу в связи с заявлением о фальсификации спецификаций к договорам купли-продажи сельскохозяйственной продукции № 21-кп/2016 от 20.04.2016, № 30-кп/2016 от 11.07.2016, № 31-кп/2016 от 22.07.2016, № 36-кп/2016 от 26.08.2016, № 37-кп/2016 от 01.09.2016, содержащих сроки исполнения обязательств по поставке зерна, не опровергает фактическое предоставление дочерним обществом денежных средств материнской компании в качестве предоплаты на длительный период (по ряду указанных договоров на период более одного года).

Фактически при закупке зерна у основного общества на условиях 100% предоплаты дочернее общество за свой счет предоставляло ему бесплатные коммерческие кредиты для пополнения оборотных средств и льготные условия поставки.

По расчетам, представленным ответчиком в отзыве от 29.08.2018, общий размер полученной основным обществом выгоды от бесплатного использования полученной от дочернего общества предоплаты, рассчитанной за период с даты получения предоплаты по день предъявления иска по настоящему делу, составляет не менее 10 523 328 руб., из расчета минимальной платы за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ с применением ставки в диапазоне от 7,5% до 10,5% годовых. Данный информационный расчет истцом не опровергнут.

При этом ООО «РХК Агросервис» в свою очередь привлекало в 2016 г. для финансирования торговой деятельности, в том числе, с АО «Биотехнологии», кредитные средства у КБ «Альба Альянс» (ООО) в среднем под 17,5% годовых.

Таким образом, по мнению суда, денежная сумма, обозначенная истцом (8 461751,61 рублей) как убыток от разницы в применяемых тарифах, в любом случае фактически покрывается длительным беспроцентным пользованием денежными средствами своей дочерней компании ООО «РХК Агросервис», предоставленными в качестве аванса.

Если ООО «РХК Агросервис» со своей стороны, как дочерняя структура, получало более выгодные условия по спорным договорам хранения, то основное общество со своей стороны получало возможность осуществлять торгово-закупочную деятельность в условиях отсутствия на то собственных или дополнительных кредитных ресурсов, используя по своему усмотрению полученные от ООО «РХК Агросервис» авансы по договорам купли-продажи, в том числе на погашение задолженности по договору № 

<

***> об открытии кредитной линии от 14.12.2010.

Таким образом, спорные договоры были частью взаимосвязанных сделок основного и дочернего обществ, объединенных общей хозяйственной целью развития торговой деятельности основного общества, увеличения размера его выручки, исполнения обязательств и достижение показателей, установленных Инвестиционным проектом и Кредитным договором. В результате взаимосвязанных сделок предполагалось получение основным обществом прибыли, что и было достигнуто по результатам 2017 г.

Кроме того, основное общество получало от дочернего общества займы для пополнения оборотных средств также на условиях, лучше рыночных.

Так, по договору займа № 10/14 от 11.12.2014 основным обществом получен заем в сумме 15 млн.руб. сначала под 2% годовых, затем ставка была увеличена до 12% годовых, в то время как средневзвешенные процентные ставки на момент выдачи займа по сопоставимым кредитам составляли более 18% годовых.

По договору займа № 10/15 от 30.03.2015 основным обществом получен заем в сумме 5,45 млн.руб. под 12% годовых, в то время как средневзвешенные процентные ставки на момент выдачи займа по сопоставимым кредитам составляли более 18% годовых.

Таким образом, процентные ставки по займам были в 1,5 раза меньше рыночных условий привлечения денежных средств.

Приведенные выше условия займов, размер выплаченных процентов и уровни средневзвешенных процентных ставок по сопоставимым кредитам на момент выдачи займов подтверждаются письменными объяснениями дочернего общества от 14.08.2018. Копии указанных договоров приобщены к материалам настоящего дела.

Довод заявителя о том, что основное общество получало также заёмные средства на еще более выгодных условиях, в подтверждение чему в материалы дела представлена копия договора займа от 20.08.2014, заключенного ЗАО «Биотехнологии» с компанией Ринсберг Файнэнс Лимитед, не опровергает выгодность условий займов, выданных дочерним обществом.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагается получение выгоды юридическим лицом (п.2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Истец обосновывает убыточность сделок с ООО «РХК Агросервис» также тем обстоятельством, что в рассматриваемый в настоящем деле период (2015-2016 гг.) АО «Биотехнологии» по результатам своей деятельности получало только убыток (- 62 873 975,14 руб. и - 67 289 404,77 руб. соответственно). Впервые Общество получило прибыль лишь по итогам 2017 года (+10 535 131,12 руб.) в результате существенного ограничения полномочий ответчика по произвольному определению ценовых условий для отдельных контрагентов и совершению сделок, не относящихся к основному виду деятельности общества – хранению и складированию зерна. Стороны подтверждают, что начиная с 2017 года хозяйственных операций между основным обществом АО «Биотехнологии» и дочерним обществом ООО «РХК Агросервис» не осуществляется. Данное обстоятельство подтверждается представленной в материалы дела справкой АО «Биотехнологии» исх. № 01-18/40 от 26.04.2018.

По мнению суда, наличие убытка по итогам 2015 и 2016 финансовых годов не находится в прямой причинно-следственной связи с заключением ФИО4 оспариваемых договоров с ООО «РХК Агросервис» по следующим основаниям.

Так, по сообщению самого истца, примерная доля оборота в 2015-2016 гг., приходящаяся на сделки с ООО «РХК Агросервис», варьируется от 0,04 % до 9,67 % в зависимости от вида оказываемых услуг (сушка, очистка, хранение, отгрузка) от общего объема услуг за год (письменные пояснения истца от 14.06.2018).

Сумма убытков, предъявленная к взысканию в рамках настоящего дела составляет 8 461 751,61 руб., и представляет собой разницу между фактическими ценами на оказанные в пользу ООО «РХК Агросервис» услуги и ценой на те же услуги, определенной исходя из утвержденного Обществом прейскуранта, за период исполнения оспариваемых сделок – 2015-2016 гг.

Анализ динамики итогового результата деятельности АО «Биотехнологии» в 2015-2017 годах показывает, что одно только прекращение с 2017 года оказания в пользу ООО «РХК Агросервис» услуг по хранению по «заниженным ценам» не могло явиться единственной причиной получения прибыли в 2017 году, поскольку цена настоящего иска (8 461 751,61 руб.) не сопоставима с итоговым финансовым результатом 2017 года, позволившим обществу покрыть убыток в размере 67 289 404,77 руб. и обеспечить прибыль по итогам 2017 года в размере 10 535 131,12 руб.

Также судом принято во внимание последовательное в данном периоде снижение кредитного бремени АО «Биотехнологии» по кредитному договору № 

<

***> об открытии кредитной линии от 14.12.2010, заключенному с АО «Россельхозбанк».

Кроме того, обосновывая причинение генеральным директором убытков обществу, истец ссылался также на запрет занижения цены в сделках между истцом и ООО «РХК Агросервис», установленный ст. 40 НК РФ, нарушение которого влечет доначисление обществу налогов и начисление пеней, рассчитанных исходя из результатов таких сделок по рыночной цене.

По мнению суда, данный довод носит вероятностный характер. Факт доначисления налогов и пеней по спорным сделкам материалами дела не подтверждается.

Судом принята во внимание позиция налогового органа, изложенная в отзыве на исковое заявление от 10.09.2018 исх. № 05-12/14707. Так, согласно позиции МИФНС № 9 по Тамбовской области, материалы дела не содержат совокупности обстоятельств, свидетельствующих о получении необоснованной налоговой выгоды, одно лишь отличие примененной налогоплательщиком цены от рыночного уровня не позволяет утверждать о направленности действий АО «БиоТехнологии» на уклонение от налогообложения, следовательно, у налогового органа отсутствуют основания для определения прав и обязанностей общества исходя из уровня дохода, который был бы получен налогоплательщиком в случае реализации услуг на обычных (рыночных) условиях.

Как указал налоговый орган, в рассматриваемом случае отклонение цен по спорным сделкам с взаимозависимым контрагентом по сравнению с ценами на аналогичные услуги по сделкам АО «БиоТехнологии» с другими контрагентами многократным не является.

Обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НК РФ (уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни), и (или) факта несоблюдения АО «Биотехнологии» условий, предусмотренных п. 2 ст. 54.1 НК РФ, налоговым органом не установлено.

Данный довод истцом надлежащими доказательствами не опровергнут.

Кроме того, истцом не доказан факт получения ФИО4 личной финансовой выгоды от заключенных сделок.

Сторонам в ходе рассмотрения дела предлагалось проведение финансово-экономической экспертизы для определения размера причиненного ущерба.

Однако от проведения судебной экспертизы стороны отказались.

Согласно статье 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Следовательно, стороны самостоятельно несут риск наступления неблагоприятных последствий, вызванных несовершением процессуальных действий.

Из статьи 71 АПК РФ следует, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии со статьёй 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Проанализировав имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии в материалах настоящего дела надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о факте причинения ФИО4 убытков обществу на заявленную сумму, в связи с чем отказал в удовлетворении иска по причине недоказанности в данном случае наличия совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины отнесены на истца.

Ссылки в апелляционной жалобе на произвольное определение судом первой инстанции целей предпринимательской деятельности общества и оценке экономической целесообразности противоправного поведения ответчика исходя из таких целей, отклоняются судебной коллегией как основанные на неверном толковании норм права без учета фактических обстоятельств дела с учётом выводов, содержащихся в настоящем постановлении.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом неверно распределено бремя доказывания в части опровержения презумпций, отклоняются как основанные на неверном понимании норм права и сделанные без учёта конкретных обстоятельств дела.

Судебная коллегия при разрешении спора исходит из того, что директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

Ответчиком по делу представлены доказательства поступления от контрагента денежных средств, которые находились в распоряжении общества, тем самым, обеспечили оборот денежных средств, обеспечивающих финансово-хозяйственную деятельность общества, а также позволили осуществить экономию денежных средств, привлеченных без выплаты процентов по займу.

При этом ссылка истца на то, что деятельность общества, осуществляемая в бытность его руководителем ответчика, выходила за пределы предусмотренной цели создания общества, отклоняется судебной коллегией, так как при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).

Данные положения изложены в п.2 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Из совокупности взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью – извлечение прибыли, не следует, что обществу причинены убытки. Напротив, в результате сбережения денежных средств, поступивших от контрагента, общество получило прибыль.

Суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал участникам процесса рассмотреть вопрос о назначении и проведении судебной бухгалтерской экспертизы на предмет убыточности/безубыточности сделок.

Между тем, от АО «БиоТехнологии» в лице акционера компании Фабелстон Файненс Лимитед и ФИО4 поступили отказы от реализации права на проведение судебной экспертизы.

В соответствии со ст.ст. 9, 65 АПК РФ лица, не воспользовавшиеся своими процессуальными правами, несут риск наступления соответствующих правовых последствий.

При таких обстоятельствах дела, а также принимая во внимание то, что и суд области также предлагал рассмотреть сторонам вопрос о судебной экспертизе, судебная коллегия приходит к выводу о недоказанности факта причинения убытков как таковых с учетом положений п.2 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Более того, необходимо исходить из воли руководителя при заключении сделок, в связи с тем, что пункт 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 предлагает руководствоваться тем, что в результате заключения сделок предполагалось получение выгоды юридическим лицом в итоге совершения совокупности сделок.

Судебная коллегия полагает необходимым указать, что предоставление услуг на сравнимых условиях осуществлялось не только в рамках сделки с ООО «РХК Агросервис», но и иными контрагентами (не менее 5), что не обусловлено заинтересованностью ответчика. Доказательств обратного не представлено.

При такого рода обстоятельствах осуществления ответчиком своих обязанностях руководителя общества он освобождается от ответственности, поскольку невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица. Из материалов дела следует, что в оспариваемый период времени общество имело отрицательные финансовые показатели, отсутствие достаточных денежных средств для осуществления полноценной хозяйственной деятельности. Привлечение дополнительных денежных средств позволило обществу осуществлять свою деятельность в спорный период.

При этом довод истца о том, что в дальнейшем у общества появилась прибыль по результатам его деятельности в следующих периодах, отклоняется как невлекущий безусловную возможность взыскать убытки с прежнего руководителя.   

Судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Ссылки истца на то, что непонятна правовая природа поступивших денежных средств в связи с пороком в оформлении документов, а также существует риск взыскания в дальнейшем каких-то денежных средств с общества, отклоняются как основанные на предположениях.

Доводы апелляционной жалобы о том, что факт осведомленности истца о совершенной сделке не доказан надлежащим образом ответчиком по делу, а также то, что сама по себе осведомленность не означает одобрение сделки, отклоняются как невлекущие отмену оспариваемого судебного акта в связи с основаниями, изложенными в настоящем постановлении.

С учетом вышеизложенных установленных по делу обстоятельств и имеющихся в материалах дела доказательств, нельзя признать состоятельными доводы апелляционной жалобы, поскольку они не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. 

Доводы апелляционной жалобы повторяют доводы пояснений истца в обоснование заявленных требований, которые были предметом исследования судом первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку в решении арбитражного суда.

При принятии обжалуемого решения арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены решения Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 не имеется.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя – АО «БиоТехнологии» в лице акционера Фабелстон Файненс Лимитед.

Руководствуясь статьями 110, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Тамбовской области от 08.10.2018 по делу №А64-1323/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу акционерного общества «БиоТехнологии» в лице акционера Фабелстон Файненс Лимитед – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                                 А.А. Сурненков

судьи                                                                                           Е.В. Маховая 

                                                                                                     ФИО1