﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-60623/2020

Дело № А57-5716/2019

г. Казань

10 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 июля 2020 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Герасимовой Е.П., Самсонова В.А., 

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью ВТБ Факторинг – Афанасьева Е.В., доверенность от 19.07.2019 № 1887,

общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» – Воронцова А.В., доверенность от 25.05.2020, 

публичное акционерное общество «Балтийский Инвестиционный Банк» – Бухарин Д.А., доверенность от 02.08.2019, 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, 

 рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу   кассационной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро»

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020

по делу № А57-5716/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» (ОГРН 1037728005028, ИНН 7728278043) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты», г. Саратов (ИНН 6453074690, ОГРН 1036405324493),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» (далее –  ООО «ГК «Русагро») с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Солнечные продукты» (далее –  ООО «ТД «Солнечные продукты», должник) несостоятельным (банкротом), согласно которому просило:

1. Признать требование ООО «ГК «Русагро» в размере 608 052 000 руб., обоснованным.

2. Признать ООО «ТД «Солнечные продукты» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника и открыть в отношении него процедуру (банкротства) - конкурсное производство.

3. Включить требование ООО «ГК «Русагро» в размере 608 052 000 руб., состоящее из 600 000 000 руб. - Кредита и 8 052 000 руб. - процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ТД «Солнечные продукты».

4. Конкурсным управляющим ООО «ТД «Солнечные продукты» утвердить арбитражного управляющего Тулькина Андрея Николаевича из числа членов Саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет».

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 заявление ООО «ГК «Русагро» о признании должника – ООО «ТД «Солнечные продукты» несостоятельным (банкротом) удовлетворено. Признан ликвидируемый должник – ООО «ТД «Солнечные продукты» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре, применяемой в деле о банкротстве, и открыто конкурсное производство сроком на пять месяцев, до 25.12.2019. 

Признаны обоснованными требования кредитора – ООО «ГК «Русагро» в сумме основного долга 608 052 000 руб., в том числе 600 000 000 руб. - задолженность по кредиту, 8 052 000 руб. - проценты за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018, и включены в реестр требований кредиторов должника для удовлетворения в третью очередь. 

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 конкурсным управляющим должника - ООО «Торговый дом «Солнечные продукты» утвержден Тулькин А.Н., член Саморегулируемой организации «Ассоциация арбитражных управляющих «Паритет».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано 03.08.2019 в газете «Коммерсантъ» № 137(6617).

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 отменено решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 в части признания обоснованными и включении в реестр требований кредиторов ООО «ТД «Солнечные продукты» требований ООО «ГК «Русагро» в размере 608 052 000 руб., состоящих из 600 000 000 руб. кредита и 8 052 000 руб. процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018.

В указанной части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ООО «ГК «Русагро» о включении в реестр требований кредиторов ООО «ТД «Солнечные продукты» требований в размере 608 052 000 руб., состоящих из 600 000 000 руб. кредита и 8 052 000 руб. и процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018.

В остальной части решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 оставлено без изменения.

ООО «ГК «Русагро» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда от 23.10.2020, решение суда первой инстанции от 31.07.2019 оставить в силе. 

ООО «ГК «Русагро» считает, что апелляционным судом не было учтено следующее:

1) права требования к юридическим лицам ГК «Солнечные продукты», включая требования к должнику, были приобретены у АО «Россельхозбанка» в целях извлечения прибыли за счет разницы в процентных ставках между кредитными договорами и договором цессии, а также с учетом обеспеченности прав требования залогом имущества должника. Финансирование цессии произведено за счет собственных средств;

2) юридическая аффилированность не доказана, опционное соглашение на приобретение прав корпоративного контроля над должником от 05.10.2018 реализовано не было;

3) доказательства фактической аффилированности, в том числе влияния ГК «Русагро» на принятие членами ГК «Солнечные продукты», включая должника, решений о ликвидации, а также на последующие хозяйственные решения (о направлении финансовых потоков, заключение договоров на переработку давальческого сырья, аренды, займов) отсутствуют, заключение договоров аренды и перевод сотрудников в структуры ГК «Русагро» обусловлен заботой о сохранности предмета залога и условиями аренды;

4) доводы о проведении контролируемого ГК «Русагро», в лице ООО «ГК «Русагро», банкротства должника, об аналогичности действий конкурсных управляющих участников ГК «Солнечные продукты», идентичности исходящих от них процессуальных позиций и документов, а также идентичности действий самого ООО «ГК «Русагро» в процедурах банкротства участников ГК «Солнечные продукты», основаны на предположениях.

5) Правовая природа долга, возникшего из кредитных договоров, не может измениться вследствие смены кредитора и, следовательно, не может быть переквалифицирована в корпоративный долг. Размер требований, приобретенных у АО «Россельхозбанк», значительно превосходит суммарные требования всех иных кредиторов, что исключает доводы о намеренном использовании упрощенной процедуры для исключения рисков первого собрания в наблюдении и смены арбитражного управляющего.

Судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы ООО «ГК «Русагро»  было проведено в режиме онлайн.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что постановление апелляционного суда подлежит отмене, а решение суда первой инстанции оставлению в силе  по следующим основаниям.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что 10.08.2017 между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и ООО «Торговый дом «Солнечные продукты» был заключен Договор № 175200/0232 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности на следующих условиях:

- лимит единовременной задолженности - 600 000 000 руб.;

- процентная ставка (плата за пользование кредитом) - 8,03% годовых (в редакции Дополнительного соглашения от 27.04.2018 № 7 к Договору);

- окончательный срок возврата Кредита – 27.12.2027 (в редакции Дополнительного соглашения от 27.04.2018 № 7 к Договору);

- порядок уплаты начисленных процентов - не позднее последнего рабочего дня календарного месяца, в котором оканчивается процентный период, за который уплачиваются проценты, а за последний процентный период - в дату окончания начисления процентов.

31.10.2018 между Банком и должником было заключено Дополнительное соглашение от 31.10.2018 № 175200/0232DS9 к Договору, по условиям которого стороны пришли к соглашению о том, что проценты за пользование Кредитом, начисленные и не уплаченные за период с 01.10.2018 по 31.10.2018 в сумме 4 092 000 руб., уплачиваются не позднее 30.11.2018.

Факт предоставления Банком должнику денежных средств по кредитному договору в указанном размере подтверждается имеющимися в материалах дела платежными документами (банковскими ордерами) и должником не оспаривается.

29.11.2018 между Банком и ООО «Группа Компаний «Русагро» (Заявитель, Кредитор) был заключен договор № 18/52/7 уступки прав (требований) (Договора уступки), по условиям которого права (требования) по Договору в дату заключения Договора уступки перешли в полном объеме к Заявителю, в том числе и права (требования) по Договору поручительства.

07.12.2018 Кредитором должнику было вручено требование о досрочном возврате суммы Кредита.

По указанному Договору у должника образовалась задолженность перед Кредитором не исполненная более трех месяцев в размере 608 052 000 руб.,  состоящая из 600 000 000 руб. - кредита и 8 052 000 руб. - процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018, срок исполнения которой наступил в части кредита 10.12.2018, а в части процентов за пользование кредитом 30.11.2018.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «ГК «Русагро» с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Судом установлено, что в соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц, должник – ООО Торговый дом «Солнечные продукты», зарегистрировано в качестве юридического лица 26.12.2003, за основным государственным регистрационным номером (ОГРН) 1036405324493, общество состоит на налоговом учете в Межрайонная ИФНС России по Ленинскому району г.Саратова; основным видом деятельности Общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Солнечные продукты» является производство маргариновой продукции. 

Суд установил, что ООО Торговый дом «Солнечные продукты» в связи с невозможностью дальнейшего осуществления деятельности общества находится в стадии ликвидации. 14.02.2019 участниками должника принято решение о ликвидации юридического лица, ликвидатором назначен Ковалев Андрей Андреевич, о чем 21.02.2019 внесена запись в Единый государственный реестр. 

Суд принял во внимание, что в ходе ликвидации согласно данным бухгалтерской отчетности установлено наличие у должника активов по бухгалтерскому балансу на 31.12.2018 - 4 854 854 тыс. руб., из них основные средства – 14 672 тыс. руб., нематериальные активы – 3 562 тыс. руб., запасы – 909 104 тыс. руб., денежные средства и эквиваленты – 18 125 тыс. руб, финансовые вложения – 93 353 тыс. руб., дебиторская задолженность – 2 875 191 тыс. руб.; размер обязательств должника составляет 7 495 288 тыс. руб., в том числе долгосрочные заемные обязательства – 1 540 378 тыс. руб., краткосрочные заемные обязательства – 1 271 820 тыс. руб., кредиторская задолженность – 4 683 090 тыс. руб. 

Кроме того судом установлено, что должник, как поручитель по кредитным обязательствам иных юридических лиц имеет задолженность перед ООО «Группа Компаний «Русагро» в общей сумме 31 670 188 852, 67 руб. 

Таким образом судом установлено, что общая сумма обязательств должника составляет 39 165 477 тыс. руб. и значительно превышает стоимость имущества должника (4 854 854 тыс. руб.). 

В материалы дела ликвидатором должника представлены заключение ликвидатора, расшифровки дебиторской и кредиторской задолженности должника, документы, подтверждающие наличие задолженности. 

Отсутствие у должника, в отношении которого принято решение о ликвидации, достаточного имущества и денежных средств для удовлетворения требований кредиторов признано судом подтвержденным бухгалтерской отчетностью по состоянию на 31.12.2018, заключением ликвидатора, документами, подтверждающими размер активов должника и непогашенных обязательств.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 3 и 224 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее ? Закон о банкротстве), проверив расчет задолженности, суд первой инстанции признал требования ООО «ГК «Русагро» о признании ликвидируемого должника несостоятельным (банкротом) обоснованными, требования ООО «ГК «Русагро» подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника с очередностью погашения в составе третьей очереди в заявленном размере.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника требований ООО «ГК «Русагро» не согласился, пришел к выводу о том, что указанные требования не подлежат включению в реестр, исходил при этом из следующего.

Как установлено судом апелляционной инстанции должник входит в состав холдинга «Солнечные продукты».

Согласно сайту http://www.solpro.ru/, в состав холдинга «Солнечные продукты» входят: общество с ограниченной ответственностью «Волжский терминал», ИНН: 6453097136; акционерное общество «Жировой комбинат», ИНН: 6453110490; акционерное общество «Новосибирский жировой комбинат», ИНН: 5406013930; акционерное общество «Аткарский МЭЗ», ИНН: 6438905974; открытое акционерное общество МЖК «Армавирский», ИНН: 2302016730; акционерное общество «Элеваторхолдинг», ИНН: 6452080919; акционерное общество «Агротранс», ИНН 6453120297; акционерное общество «Холдинг «Солнечные продукты», ИНН 7722851204; акционерное общество «Солнечные продукты – Масло», ИНН 6453140261; ООО «ТД «Солнечные Продукты», ИНН 6453074690; ООО «Солнечные продукты», ИНН 6453098683.

Все компании холдинга «Солнечные продукты» управляются через несколько лиц, а именно ООО «Ж.К.», ООО «М.Э.З.», ООО «Э.Х.».

Единственным участником ООО «Ж.К.» и ООО «М.Э.З.» является Частная компания с ограниченной ответственностью КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД (QUARTLINK HOLDING LIMITED).

С учетом этого суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что компания КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД является конечным участником должника и других компаний холдинга «Солнечные продукты».

Суд апелляционной инстанции также установил, что согласно выписке из реестра Кипра, в период с 31.07.2018 до 03.10.2019 единственным акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED являлась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD.

Согласно выписке из реестра Кипра, 03.10.2018 (в период объявления Группой «Русагро» о приобретении права на покупку контрольного пакета акций) акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED стала компания WORTHWELL LIMITED, которая приобрела 1020 из 1200 акций, что составило 85% акций (1020/1200=0,85). Владельцем 180 акций (15%) осталась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD.

05.10.2018 года Группа «Русагро» на своем сайте (https://www.rusagrogroup.ru/) объявила о приобретении ROS AGRO PLC права на покупку контрольного пакета акций компании Quartlink Holding Limited, владеющей холдингом «Солнечные продукты».

В холдинг входят следующие активы: три масложировых комбината (г. Москва, г. Саратов, г. Новосибирск), которые производят 500 тыс. тонн готовой продукции в год; три маслоэкстракционных завода (г. Аткарск, г. Армавир, г. Балаково) общей мощностью 4700 тонн маслосемян в сутки.

Компания РОС АГРО владеет контрольным пакетом акции АО «Группа Русагро» – единственного участника заявителя по делу, ООО «Группа компаний «Русагро».

Согласно выпискам из реестра Кипра, акционером WORTHWELL LIMITED является Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited, а единственным участником компании Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited является компания Fiduciana Trust (Cyprus) Limited.

Согласно сайту http://www.fiduciana.net/our-firm компания Fiduciana Trust (Cyprus) Limited является трастовой компанией, оказывает бухгалтерские и юридические услуги.

Судом апелляционной инстанции установлено, что 03.10.2018, т.е. за 2 дня до объявления 05.10.2018  Группой «Русагро» о приобретении права на покупку 85% акций QUARTLINK HOLDING LIMITED, 85% акций данного общества приобрела компания WORTHWELL LIMITED, единственным акционером которой является Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited; акционерами RusAgro PLC являются Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited, Fiduciana Trustees (Cyprus) Limited, Fiduciana Directors Limited, Fiduciana Management Limited, единственным участником которых является Fiduciana Trust (Cyprus) Limited; директор Fiduciana Trust (Cyprus) Limited и Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited Анна Хоменко также является директором RusAgro PLC, т.е. подчинена акционерам RusAgro PLC.

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что единственный владелец акций WORTHWELL LIMITED компания Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited подконтрольна Группе «Русагро» и входит в одну группу лиц с компаниями RusAgro PLC, АО «Группа Русагро», ООО «ГК «Русагро».

Со ссылкой на правоприменительную практику, выработанную Верховным Судом Российской Федерации (определения от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(4), от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063(5)) суд апелляционной инстанции отметил, что вне зависимости от действительного наличия и достоверного установления наличия между ООО «ГК «Русагро» и должником аффилированности юридической, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами.

Оценив представленные сторонами документы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств, очевидно подтверждающих юридическую и фактическую аффилированность должника, как участника ГК «Солнечные продукты», и ООО «ГК «Русагро», как участника ГК «РУСАГРО».

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия ООО «ГК «Русагро» были направлены на осуществление контролируемого банкротства в интересах ООО «ГК «Русагро» и в ущерб иным независимым кредиторам признав обоснованными доводы ПАО «Балтинвестбанк», ссылавшегося на следующие обстоятельства: об отсутствии в период с октября по ноябрь 2018 года платежей в счет погашения процентов по кредитному договору от 10.08.2017 № 175200/0232 от открытии кредитной линии на общую сумму 8 052 000 руб.; о  создании просрочки в уплате процентов за пользование кредитом в размере 8 052 000 руб. которая позволила ООО «ГК «Русагро» потребовать досрочного возврата 600 000 000 руб. основного долга и инициировать банкротство должника; инициация всеми юридическими лицами, входящими в группу компаний "Солнечные продукты", процедуры добровольной ликвидации; подача аналогичных по своим основаниям заявлений о признании должника несостоятельным (банкротом), где заявителем и мажоритарным кредитором является ООО «ГК «Русагро»; заявления руководства ГК «Русагро», содержащихся в расшифровках конференц-коллов.

 Суд апелляционной инстанции согласился с доводом заявителя апелляционной жалобы о том, что приобретение ООО «ГК «Русагро» прав требования у АО «Россельхозбанка» фактически представляло собой реструктуризацию долга ГК «Солнечные продукты» перед конкретным кредитором с трансформацией внешнего долга во внутрикорпоративный, а также с предположением о том, что финансирование оплаты ООО «ГК «Русагро» меновой стоимости осуществлялось, в том числе, за счет средств участников ГК «Солнечные продукты».

При этом доводы ООО «ГК «Русагро» о том, что перечисления участниками ГК "Солнечные продукты" в пользу ГК «Русагро» фактически производились за счет средств, получаемых от самих участников ГК «Русагро», а именно: от арендной платы за пользование имуществом, платы за услуги по переработки давальческого сырья, судом апелляционной инстанции были отклонены со ссылкой на высказывания генерального директора ООО «ГК «Русагро» в ходе телефонной конференции по финансовым результатам "РОС АГРО ПЛС" за третий квартал и 9 месяцев 2018 года о намерении приобрести долги группы компания «Солнечные продукты» и провести реструктуризацию этих компаний, профинансировав эту сделку за счет долга.

С учетом этого суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что приобретение ООО «ГК «Русагро» соответствующих прав требования у АО «Россельхозбанка» носило характер реструктуризации долга перед конкретным, крупнейшим кредитором для трансформации долга из внешнего в подконтрольный (внутрикорпоративный) для дальнейшего проведения контролируемой ГК «РУСАГРО» процедуры ликвидации и банкротства должника, получения необходимых активов и освобождения от иной задолженности, что в совокупности расценивается как действия во вред независимым кредиторам.

Признав отсутствие какого-либо значения для ООО «ГК «Русагро» первой вводимой процедуры банкротства (наблюдения, конкурсное производство) с точки зрения конкуренции за большинство голосов в реестре и влияния на решения собрания кредиторов, исходя из общего размера приобретенных у АО «Россельхозбанк» требований к ГК «Солнечные продукты» (свыше 34 млрд руб.), суд апелляционной инстанции, тем не менее, пришел к выводу, что с точки зрения преследуемой ГК «РУСАГРО»  цели скорейшей продажи имущества должника, получения интересующих активов и завершения процедур банкротства с признанием требований иных кредиторов погашенными, упрощенная процедура банкротства ликвидируемого должника, безусловно, является приоритетной.

С учетом вышеуказанных обстоятельств и выводов о злоупотреблении ООО «ГК «Русагро» своим правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) суд апелляционной инстанции отменил решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 в части признания обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника требований ООО «ГК «Русагро» в размере 608 052 000 руб. и принял по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ООО «ГК «Русагро» о включении в реестр кредиторов должника.

Суд кассационной инстанции считает обоснованным вывод суда апелляционной инстанции о приобретении ООО «ГК «Русагро» в октябре 2018 года фактического контроля над должником, входящим в ГК «Солнечные продукты».

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2)).

Доводы ООО «ГК «Русагро» об отсутствии признаков аффилированности между ним и должником подлежат отклонению, поскольку исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, судом апелляционной инстанции установлены обстоятельства, свидетельствующие об имеющей место аффилированности фактического характера.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для включения требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов должника, так как, признав действия ООО «ГК «Русагро» совершенными со злоупотреблением правом и имеющими цель причинения вреда имущественным интересам иных кредиторов должника, суд апелляционной инстанции не учел следующее.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица сама по себе является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования.

Для констатации злоупотреблений при заключении договора уступки прав требования, влекущей отказ во включении требования в реестр, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения контролирующего должника лица от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника. К их числу, например, могут быть отнесены участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, и т.п.

Отличием данных спорных правоотношений является то, что приобретение статуса контролирующего по отношению к должнику лица и статус мажоритарного кредитора состоялось практически одновременно: права требования к должнику у мажоритарного кредитора (АО «Россельхозбанк») выкуплены непосредственно после приобретения контроля ГК «РУСАГРО» над группой компаний «Солнечные продукты», в которую входит должник.

При этом установленные судами обстоятельства свидетельствуют о том, что обязательства должника, предприятий, входящих в группу компаний «Солнечные продукты» перед АО «Россельхозбанк», составляющих сумму свыше 34 млрд. руб. являются реальными кредитными обязательствами и образовались в период, когда ООО «ГК «Русагро» ни юридическим, ни фактическим контролем как над должником, так и над всей ГК «Солнечные продукты» не обладало; ООО «ГК «Русагро» участия в формировании долгового бремени, а также в распределении кредитных денежных средств и их использовании внутри ГК «Солнечные продукты», не принимало.

Следовательно, ООО «ГК «Русагро» не может быть признано лицом, под контролем которого находился единоличный исполнительный орган должника и иные лица, ответственные за деятельность должника в период формирования кредиторской задолженности и распределения активов.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что дополнительное соглашение от 31.10.2018 № 175200/0232DS9 к договору, по условиям которого стороны пришли к соглашению о том, что проценты за пользование кредитом, начисленные и не уплаченные за период с 01.10.2018 по 31.10.2018 в сумме 4 092 000 руб., уплачиваются не позднее 30.11.2018, было заключено 31.10.2018 непосредственно между АО «Россельхозбанк» и заемщиком, то есть до приобретения ООО «ГК «Русагро» прав требования к должнику по договору № 18/52/7 уступки прав (требований) от 29.11.2018.

При таких обстоятельствах, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции о том, что действия по приобретению прав требования к должнику у мажоритарного кредитора (АО «Россельхозбанк») непосредственно после приобретения контроля ГК «РУСАГРО» над группой компаний «Солнечные продукты», свидетельствуют о злоупотреблении правом и имели цель причинения вреда имущественным интересам иных кредиторов должника, так как при переходе прав требования от АО «Россельхозбанк» к ООО «ГК «Русагро» изменился только субъектный состав правоотношений, а объем реально существующих обязательств должника не изменился (не увеличился), как не изменилось и соотношение активов и пассивов должника, соответственно оснований для вывода о создании со стороны ООО «ГК «Русагро» искусственной, либо фиктивной подконтрольной задолженности, не имеется.

Суд кассационной инстанции считает, что не имеется оснований и для вывода об имевшей место, по мнению суда апелляционной инстанции, реструктуризации долга фактически неплатежеспособного должника, так как такие действия (выкуп прав требований к должнику аффилированным лицом), имеют, как правило, цель завуалировать кризисную ситуацию должника с целью продолжения деятельности предприятия, обладающего признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, блокировать инициирование со стороны кредиторов процедуры банкротства, тогда как в настоящем споре, напротив, установлены обстоятельства, свидетельствующие о публичных заявлениях ООО «ГК «Русагро» о неустойчивом финансовом положении предприятий, входящих в группу, а также ввиду последовавших действий ООО «ГК «Русагро» по инициированию процедуры несостоятельности (банкротства) должника и предприятий, входящих в группу.

В этой связи суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что вывод суда о допущении злоупотребления правом ввиду инициирования ООО «ГК «Русагро» процедуры банкротства должника является необоснованным, поскольку, как установлено судом первой инстанции, кредиторская задолженность должника значительно превышала размер активов должника, должник отвечал как общим признакам банкротства, так и признакам банкротства ликвидируемого должника.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что положения Закона о банкротстве не содержат указания на наличие у мажоритарного кредитора, одновременно являющегося участником должника, обязанности воздержаться от заявления требования о введении в отношении должника процедуры банкротства при наличии к тому объективных оснований.

Напротив, абзац 3 пункта 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве обязывает лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, а статья 61.12 Закона о банкротстве устанавливается субсидиарную ответственность за неисполнение этой обязанности.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что судебные акты в части признания должника банкротом с применением положений о ликвидируемом должнике и открытии в отношении него конкурсного производства, лицами, участвующими в деле о банкротстве, в том числе кредиторами, возражающими против включения требований ООО «ГК «Русагро» в реестр с указанием на действия по инициированию процедуры банкротства должника, не обжалуются, а доводы кредиторов о наличии у должника возможности продолжать производственную деятельность и исполнять обязательства перед кредиторами, в том числе по кредитным обязательствам группы, не соответствуют установленным судом первой инстанции обстоятельствам, носят предположительный характер.

Заявления руководителя ООО «ГК «Русагро» о намерении приобретения некоторых активов должника, подлежащих реализации в ходе конкурсного производства само по себе не может быть расценено в качестве обстоятельств, свидетельствующих о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов и допущении злоупотребления правом, так как, заявляя о намерении приобрести такие активы, руководитель заявлял о намерении приобрести их по рыночной стоимости.

Реализация же имущества должника в процедуре банкротства производится в соответствии с требованиями Закона о банкротстве, которые содержат достаточно механизмов контроля со стороны как кредиторов должника, в том числе и миноритарных, так и суда.

Из соотношения размера принятых ввиду приобретения ООО «ГК «Русагро» у АО «Россельхозбанк» права требования к должнику на себя обязательств перед АО «Россельхозбанк» по оплате права требования и размера, предоставленных должником и предприятиями займов ООО «ГК «Русагро» в период после установления контроля над группой и до возбуждения производства по делу о банкротстве, следует необоснованность суждения (предположения) об оплате ООО «ГК «Русагро» прав требования на средства, поступающие от предприятий, входящих в группу.

Предположение о том, что целью  ООО «ГК «Русагро» являлась оплата его обязательств перед АО «Россельхозбанк» за уступку прав требования к должнику посредством денежных средств, источником которых является должник и предприятия входящие в группу, противоречит установленным обстоятельствам, а именно действиям ООО «ГК «Русагро», направленным на  возбуждение производства по делу о банкротстве подконтрольных лиц, поскольку в период осуществления в отношении должника процедуры конкурсного производства расходование денежных средств должника, как от производственной деятельности, так и от реализации имущества должника производится исключительно в соответствии с требованиями Закона о банкротстве (установленной очередности) и находится под контролем кредиторов должника, в том числе и миноритарных.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации.

По смыслу норм пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Принимаемый по существу спора судебный акт не может основываться на предположениях, вероятностных выводах, а обстоятельства дела должны быть установлены на основании исследования и оценки имеющихся в материалах дела доказательств.

Поскольку обстоятельств, свидетельствующих о наличии и реализации ООО «ГК «Русагро» умысла на недобросовестное осуществление прав с целью причинения вреда независимым кредиторам, наличие которых могло бы явиться основанием для отказа в удовлетворении требования ООО «ГК «Русагро» о включении требования в реестр, судом апелляционной инстанции установлено не было, положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применены судом апелляционной инстанции ошибочно, без достаточных на то оснований.

Суд кассационной инстанции отмечает, что напротив, отказ во включении требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов, которое основано на реальных кредитных обязательствах должника, возникших в период до приобретения контроля ООО «ГК «Русагро» над группой, в которую входит должник, приведет к безосновательному освобождению должника от обязательств по возврату полученных кредитных средств.

Из содержания пункта 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор) следует, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

В пункте 10 Обзора приведены случаи, при которых очередность требования контролирующего лица не подлежит понижению, общим основанием при которых, прежде всего, являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что действиями такого лица не были нарушены права и законные интересы миноритарных кредиторов и контролирующее должника лицо при этом не отклоняется от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Учитывая, что в данном случае отсутствуют основания для вывода о недобросовестности ООО «ГК «Русагро» ввиду того, что его действия не были направлены на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, компенсации его негативного воздействия на деятельность должника либо уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования.

Отказ во включении в реестр или субординация требований обусловлены, прежде всего, недопущением включения в третью очередь реестра и удовлетворения наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу), либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу) при установлении обстоятельств, свидетельствующих о мнимости обязательства, при финансировании в условиях кризиса и предоставлении денег из имущественной сферы группы компаний, предоставлении компенсационного финансирования, уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, обстоятельств, свидетельствующих о наличии договора о покрытии.

Поскольку ни одно из указанных обстоятельств не было установлено судами в отношении действий ООО «ГК «Русагро», напротив, установлены обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении им стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, оснований для отказа во включении в реестр, понижения очередности требований ООО «ГК «Русагро» к должнику применительно к правовым позициям, нашедшим отражение в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, в том числе в пункте 6, на которые ссылаются в возражениях на кассационную жалобу кредиторы, не имеется.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены решения суда первой инстанции в соответствующей части, в связи с чем постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 подлежит отмене, а решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 оставлению в силе.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2020 по делу № А57-5716/2019 отменить.

Решение Арбитражного суда Саратовской области от 31.07.2019 по делу № А57-5716/2019 оставить в силе. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий судья                                            А.Г. Иванова

 

Судьи                                                                                    Е.П. Герасимова

 

                                                                                              В.А. Самсонов