АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 58-43-26, факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-18933/2018

город Кемерово

21 февраля 2019 года

Резолютивная часть решения 14 февраля 2019 года.

Решение изготовлено в полном объеме 21 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Н.К. Фуртуна,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению муниципального бюджетного учреждения «Центр организации дорожного движения» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Кемерово

к публичному акционерному  обществу Страховой компании «Росгосстрах» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Люберцы, Московская область,

о взыскании 58 970,64 руб.,

при участии представителя ответчика ФИО2, доверенность от 17.10.2018, паспорт,

у с т а н о в и л:

муниципальное бюджетное учреждение «Центр организации дорожного движения» (далее также – МБУ «ЦОДД», учреждение) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к публичному акционерному обществу Страховой компании «Росгосстрах» (далее также – ПАО СК «Росгосстрах») о взыскании страхового возмещения 58 970,64 руб., расходов на уплату государственной пошлины 2 359 руб. 

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что ответчик не выплатил ему страховое возмещение.

Истец ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

Представитель ответчика иск не признала по основаниям, изложенным в отзыве.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования частично обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

Светофорный объект перекресток ул. Терешковой - ул. Сосновый бульвар передан в оперативное управление истцу на основании решения от 27.06.2014 № 1916.

30.03.2016 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее также – ДТП), в результате которого поврежден указанный светофорный объект.

Из объяснений ФИО3, следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия 30.03.2016 автомобиль, которым он управлял, выбросило на стойку светофора.

Из первоначально выданной справки о ДТП не следует, что в результате ДТП поврежден светофорный объект. Затем истцу выдана справка о ДТП 30.03.2016, из которой следует, что в результате ДТП поврежден светофорный объект.

У суда нет оснований сомневаться в том, что факт повреждения светофорного объекта в результате ДТП 30.03.2016 на пересечении ул. Терешковой и ул. Сосновый бульвар имел место, поскольку данные обстоятельства подтверждаются доказательствами, представленными в материалы дела, объяснениями водителя ГАЗ 322174, государственный регистрационный знак Е 829 СТ42, ФИО3, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении для проведения административного расследования определением от 30.03.2016.

Гражданская ответственность собственника транспортного средства ГАЗ 322174 застрахована на момент ДТП в ПАО СК «Росгосстрах» (полис ЕЕЕ 0346763730).

27.04.2016 истец обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения.

В отзыве ответчик указывает, что 16.10.2015 им произведен осмотр поврежденного имущества, в материалы дела представлены фотографии.

Ответчик отказал в выплате страхового возмещения в связи представлением светофорного объекта на осмотр в отремонтированном виде, не позволяющем достоверно определить размер убытков, подлежащих возмещению по договору обязательного страхования (ответ ПАО СК «Росгосстрах» от 25.05.2016).

В ответе от 11.05.2016 ПАО СК «Росгосстрах» указало истцу на его возможность предоставить акт осмотра поврежденного имущества, который составлен представителем независимой экспертной организацией.

В письмах от 20.10.2016, от 03.05.2018 ПАО СК «Росгосстрах» указал, что повторно изучив материалы, оснований для пересмотра ранее принятого им решения не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ) в случаях, когда законом на указанных в нем лиц возлагается обязанность страховать в качестве страхователей жизнь, здоровье или имущество других лиц либо свою гражданскую ответственность перед другими лицами за свой счет или за счет заинтересованных лиц (обязательное страхование), страхование осуществляется путем заключения договоров в соответствии с правилами настоящей главы. 

Согласно пункту 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу пункта 1 статья 935 ГК РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.

Пункт 3 статьи 936 ГК РФ предусматривает, что объекты, подлежащие обязательному страхованию, риски, от которых они должны быть застрахованы, и минимальные размеры страховых сумм определяются законом, а в случае, предусмотренном пунктом 3 статьи 935 настоящего Кодекса, законом или в установленном им порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее также – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В силу статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии со статьей 7 Закона об ОСАГО страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Факт наступления страхового случая ответчиком не оспаривается.

Размер исковых требований определен истцом на основании представленного в материалы дела заключения №028/16 от 31.03.2016 об оценке рыночной стоимости ремонтно-восстановительных работ, которые необходимо выполнить для восстановления светофорного объекта, поврежденного в результате ДТП 30.03.2016 на перекрестке ул.Терешковой и ул. Сосновый бульвар, в соответствии с которым стоимость ремонтно-восстановительных работ составила 58 970,64 руб. В составе заключения имеется акт осмотра имущества, из которого следует, что опору светофора необходимо заменить, в связи с заломом, изгибом, светофор сигнальный двухлинзовый разрушен, также требуется замена.

Ответчик не согласился с результатами независимой экспертизы.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле.

В связи с тем, что между сторонами имеется спор относительно размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного светофорного объекта, истцом в материалы дела представлено вышеуказанное заключение №028/16 от 31.03.2016, полученное стороной во внесудебном порядке, которое, в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 13 постановления № 23, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу. Такое заключение возможно суду признать документом, допускаемым в качестве доказательства.

Согласно абзацу 2 пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, и согласно положениям Кодекса экспертиза не может быть назначена по инициативе суда, то при отсутствии ходатайства о назначении экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, суд разъясняет им возможные последствия незаявления такого ходатайства.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 305-ЭС15-16158 по делу № А40-154362/2014.

В судебном заседании 22 января 2019г. суд для разрешения спора и исследования всех обстоятельств, имеющих значение для дела, разъяснил ответчику возможные последствия незаявления ходатайства о назначении экспертизы.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в случае если такое ходатайство не поступило, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Кодекса).

Из положений части 3.1 статьи 70 АПК РФ следует, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Для выяснения стоимости ремонтно-восстановительных работ светофорного объекта необходимы специальные знания, соответствующих ходатайств суду не заявлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными Правилами, если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим (абзац первый пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Под надлежащим исполнением обязанности страховщика по организации независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) следует понимать направление в названный срок уведомления с указанием даты, времени и места проведения такой экспертизы (пункт 3.11 Правил).

В соответствии с пунктом 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если потерпевшим не представлено поврежденное имущество или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату, страховщик согласовывает с потерпевшим новую дату осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков.

При повторном непредставлении потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату страховщик вправе вернуть без рассмотрения представленное потерпевшим заявление о страховом возмещении или прямом возмещении убытков вместе с документами, предусмотренными Правилами (абзац четвертый пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Данные положения Закона об ОСАГО страховщиком не соблюдены, в адрес истца направлены письма, содержащие указанную выше информацию. Заявление о страховом возмещении не возвращено потерпевшему без рассмотрения.

Из пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» следует, если характер повреждений или особенности поврежденного транспортного средства, иного имущества исключают его представление для осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта (например, имеются повреждения транспортного средства, перечисленные в Перечне неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090, и т.д.), указанные осмотр и независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) проводятся по месту нахождения поврежденного имущества (абзац третий пункта 10 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При уклонении страховщика от проведения осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения поврежденного имущества потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Если страховщиком не произведен осмотр и (или) независимая техническая экспертиза, независимая экспертиза (оценка) в связи с предоставлением потерпевшим недостоверных сведений о том, что характер повреждений исключает представление поврежденного имущества или его остатков для осмотра или независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта, то при разрешении спора заключение независимого эксперта, представленное потерпевшим в подтверждение своих требований, может быть признано судом недопустимым доказательством (статья 60 ГПК РФ, статья 68 АПК РФ и абзац 5 пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО) (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Доказательств недостоверности сведений о том, что характер повреждений исключал представление поврежденного имущества или его остатков для осмотра или независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) по месту нахождения страховщика и (или) эксперта суду ответчиком не представлено. 

Исходя из указанного, суд считает, что страховщик не выполнил обязанности, предусмотренные Законом об ОСАГО, поэтому не принимает доводы ответчика о непредставлении светофорного объекта на осмотр.

Ответчик считает необоснованным включение в стоимость восстановительного ремонта НДС со ссылкой на правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума ВАС РФ от 23.07.2013 № 2852/13 по делу № А56-4550/2012, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда. В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников. В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

При этом бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права. Следовательно, именно он должен доказать, что предъявленные ему суммы налога на добавленную стоимость не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки).

Тот факт, что налоговые вычеты предусмотрены нормами налогового, а не гражданского законодательства, не препятствует их признанию в качестве особого механизма компенсации расходов хозяйствующего субъекта.

В силу пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс) налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 указанного Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Согласно подпункту 1 пункта 2 названной статьи вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления (включая суммы налога, уплаченные или подлежащие уплате налогоплательщиком по истечении 180 календарных дней с даты выпуска товаров в соответствии с таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления при завершении действия таможенной процедуры свободной таможенной зоны на территории Особой экономической зоны в Калининградской области), переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Механизм вычетов в налоговом праве способствует соблюдению баланса частных и публичных интересов в сфере налогообложения и обеспечения экономической обоснованности принимаемых к вычету сумм налога, обеспечивая условия для движения эквивалентных по стоимости, хотя различных по направлению потоков денежных средств, одного - от налогоплательщика к поставщику в виде фактически уплаченных сумм налога, а другого - к налогоплательщику из бюджета в виде предоставленного законом налогового вычета, приводящего к уменьшению итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, либо возмещению суммы налога из бюджета (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О).

Следовательно, наличие права на вычет сумм налога исключает уменьшение имущественной сферы лица и, соответственно, применение статьи 15 Гражданского кодекса.

По смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с ее статьями 1 (часть 1), 15 (части 2 и 3) и 19 (части 1 и 2) в Российской Федерации как правовом государстве законы о налогах должны содержать четкие и понятные нормы. Именно поэтому Налоговый кодекс предусматривает, что необходимые элементы налогообложения (налоговых обязательств) должны быть сформулированы так, чтобы каждый точно знал, какие налоги, когда и в каком порядке он обязан платить (пункт 6 статьи 3), а все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах толкуются в пользу налогоплательщика. Формальная определенность налоговых норм предполагает их достаточную точность, чем обеспечивается их правильное применение и понимание (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.02.2001 N 3-П).

Правила уменьшения сумм налога или их получения из бюджета императивно установлены статьями 171, 172 Налогового кодекса, признанными формально определенными и имеющими достаточную точность, в том числе в судебных актах Конституционного Суда Российской Федерации. Единообразие судебной практики арбитражных судов Российской Федерации по применению указанных норм Налогового кодекса в части защиты прав налогоплательщиков по уменьшению суммы налога на установленные законом налоговые вычеты сформировано в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 17969/09, от 23.11.2010 N 9202/10, от 31.01.2012 N 12987/11, от 26.06.2012 N 1784/12, от 30.07.2012 N 2037/12 и др.

Перечисленные условия свидетельствуют о наличии правовой определенности по вопросу о реализации налогоплательщиком права на налоговый вычет по статье 171 Налогового кодекса.

При таких обстоятельствах лицо, имеющее право на вычет, должно знать о его наличии, обязано соблюсти все требования законодательства для его получения, и не может перелагать риск неполучения соответствующих сумм на своего контрагента, что фактически является для последнего дополнительной публично-правовой санкцией за нарушение частноправового обязательства.

Учитывая недоказанность истцом того обстоятельства, что рассчитанные в заключении суммы налога не могут быть приняты к вычету, иное толкование норм налогового и гражданского законодательства может привести к нарушению баланса прав участников рассматриваемых отношений, неосновательному обогащению налогоплательщика (истца) посредством получения сумм, уплаченных в качестве налога на добавленную стоимость, дважды - из бюджета и от ответчика, без какого-либо встречного предоставления.

В связи с изложенным доводы ответчика в указанной части являются обоснованными.

Также ответчик считает необоснованным включение накладных расходов в состав убытков.

Согласно пункту 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при причинении вреда имуществу, не относящемуся к транспортным средствам (в частности, объектам недвижимости, оборудованию АЗС и т.д.), размер страхового возмещения определяется на основании оценки, сметы и т.п.

Накладные расходы включены в смету, доказательств необоснованного их включения в смету суду не представлено, в связи с этим доводы ответчика в данной части документально не подтверждены.

В связи с этим, поскольку ответчиком не представлено доказательств в опровержение доводов истца, судом удовлетворяются требования истца в части взыскания страхового возмещения, за исключением исчисленного НДС, то есть в размере 49 975,12 руб.

Исследовав и оценив иные доводы сторон в порядке статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что они не имеют правового значения при вышеизложенных обстоятельствах и их оценке применительно к предмету спора.

В связи с изложенным, суд считает частично обоснованными требования истца о взыскании страхового возмещения.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных судом требований. 

Истец при подаче иска уплатил государственную пошлину 2 359 руб., что подтверждается платежным поручением от 04.07.2018 № 582758.

Указание в данном платежном поручении неверного кода бюджетной классификации (далее - КБК) не является основанием для вывода о том, что истец не уплатил государственную пошлину.

Так, в платежном поручении ошибочно указан КБК 18210803010011000110, в то время как правильным является КБК 18210801000011000110.

Однако данное ошибочное указание номера КБК не повлекло в данном случае неперечисление спорной суммы в бюджетную систему Российской Федерации.

На платежном поручении имеется отметка о проведении суммы 04.07.2018, а также отметка работника УФК по Кемеровской области от 05.07.2017 о верности электронного документа.

Так, согласно подпункту 4 пункта 4 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации только два вида ошибок при заполнении платежного поручения приводят к возникновению недоимки по налогу. Это неправильное указание номера счета Федерального казначейства и наименования банка получателя.

Для всех остальных ошибок, которые не привели к неперечислению налога в бюджетную систему на соответствующий счет, в том числе, и неправильное указание КБК, в пункте 7 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрен механизм исправления путем подачи заявления об уточнении платежа.

Указанный истцом КБК 18210803010011000110 относится к государственной пошлине по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, мировыми судьями (за исключением Верховного Суда Российской Федерации), что свидетельствует о зачислении уплаченной истцом государственной пошлины в федеральный бюджет.

При этом в рассматриваемом платежном поручении истца указано назначение платежа – государственная пошлина.

Таким образом, представленный истцом платежный документ подтверждает факт поступления государственной пошлины по назначению (в федеральный бюджет).

Исполнение обязанности по уплате налога не ставится в зависимость от правильности указания КБК в платежных документах. Налоговое законодательство устанавливает, что налог должен быть перечислен в бюджет, а не на соответствующий КБК. Код бюджетной классификации - это цифровое обозначение группы доходов (расходов) бюджета, конкретному виду дохода, в том числе налогу, соответствует свой КБК. Следовательно, правильное указание кода бюджетной классификации необходимо лишь для правильного распределения средств между бюджетами.

В рассматриваемом случае, государственная пошлина уплачена истцом платежным поручением с ошибочным указанием КБК, что не повлекло неперечисления спорных сумм в бюджетную систему Российской Федерации. Неправильное указание в платежном поручении КБК не является основанием для признания неисполненной обязанности по уплате налога.

На основании изложенного, в связи с удовлетворением иска в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины при подаче иска пропорционально размеру удовлетворенных судом требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 180 и 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества Страховой компании «Росгосстрах» в пользу муниципального бюджетного учреждения «Центр организации дорожного движения» страховое возмещение 49 975,12 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины 1 999,15 руб., всего 51 974,27 руб.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Судья                                                                                                              Н.К. Фуртуна