ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, 

<

...> http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: 

<

***>) телефон 

<

***> / 44-73-10 

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-1518/2024

г. Владимир

07 ноября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2025 года. 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Полушкиной К.В., судей Волгиной О.А., Евсеевой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 23.05.2025 по делу № А79-1518/2024,  

принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 в отношении имущества ФИО4 о признании недействительной сделкой соглашения об отступном от 04.03.2020, заключенного между должником и ФИО2, применении последствий недействительности сделки,  

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,  

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее – ФИО4, должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о признании недействительным соглашения об отступном от 04.03.2020 и применении последствий его недействительности обратился финансовый управляющий ФИО3 (далее – финансовый управляющий).  

Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии определением от 23.05.2025 заявление финансового управляющего удовлетворил, признал недействительной сделкой соглашение об отступном от 04.03.2020, заключенное между ФИО4 и ФИО2, применил последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО2 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 7 027 720 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить  

обжалуемое определение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований.  

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на не передачу ему недвижимого имущества, указанного в соглашении об отступном от 04.03.2020, неполучение денежных средств от последующей продажи спорного имущества.  

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 25.08.2025 апелляционная жалоба принята к производству.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В день судебного заседания 28.10.2025 в 07 час. 42 мин. по московскому времени ФИО2 направил ходатайство об участии в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, а при отсутствии таковой, – об отложении судебного заседания.  

Ходатайства заявителя жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отклонены. Судебная коллегия принимает во внимание, что настоящий обособленный спор рассматривался судом первой инстанции длительное время, в семи судебных заседаниях (11.12.2024, 16.01.2025, 10.02.2025, 11.03.2025, 20.03.2025, 24.04.2025, 13.05.2025), одно из которых проведено с участием представителя ответчика. В ходатайстве об отложении судебного заседания не приведено конкретных мотивов необходимости присутствия ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции. Из содержания ходатайства об отложении судебного заседания не следует, что заявитель намеревался представить какие-либо дополнительные доказательства, которые не смог представить в суд первой инстанции, или дать новые пояснения, имеющие значение для дела. Ходатайство об отложении судебного заседания мотивировано исключительно желанием ответчика принять непосредственное участие в судебном разбирательстве.  

Что касается ходатайства заявителя об участии в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи, то оно, будучи поданным незаблаговременно (непосредственно перед судебным заседанием), рассмотрению не подлежит. Вместе с тем, суд отмечает, что в ходатайстве не указан арбитражный суд, при содействии которого заявитель намеревался участвовать в судебном заседании. Если рассматривать заявленное ходатайство как ходатайство об участии в судебном заседании посредством веб-конференции, то оно заявлено при несоблюдении порядка его подачи (посредством заполнения соответствующей электронной формы в информационной системе «Мой Арбитр»), что не позволяет технически одобрить участие в онлайн-заседании посредством административного интерфейса «Мой арбитр».  

Оснований полагать нарушенным процессуальное право апеллянта на представление собственного мнения относительно обстоятельств дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия не усматривает, поскольку это право ФИО2 могло быть реализовано в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции.  

Материалы дела располагают достаточным объемом доказательств, позволяющим рассмотреть спор по существу в отсутствие ФИО2, при этом отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию судебного разбирательства по делу.  

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, решением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 26.12.2016 по делу № А79-4342/2016 СПСК «Молочный двор-Канаш» (далее – Кооператив) признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства.  

Определением арбитражного суда от 20.11.2020 по делу № А79-4342/2016, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2021 и постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27.09.2021, ФИО4 и ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам СПСК «Молочный двор-Канаш» в размере 104 245 693,39 руб. Судами установлено, что ФИО4 являлся председателем Кооператива. В период с декабря 2015 года по декабрь 2017 года ФИО4 и его супруга ФИО5 осуществили вывод активов Кооператива путем безвозмездного отчуждения от его имени в свою пользу транспортных средств. ФИО4 не осуществлял мероприятия по взысканию дебиторской задолженности с лиц, аффилированных с должником. Изучив решение МИФНС № 4 по Чувашской Республике от 30.06.2016 № 08-11/022 о привлечении Кооператива к налоговой ответственности, суды заключили, что в результате имитации реальной хозяйственной деятельности Кооператива был занижен объем налоговых обязательств, что привело к привлечению должника к налоговой ответственности в виде штрафа в размере 677 856 руб. и доначислению ему налога на прибыль в размере 1 261 740 руб., налога на добавленную стоимость в размере 81 441 597 руб. и пеней в размере 20 563 827 руб.  

Определением арбитражного суда от 08.06.2021 по делу № А79-4342/2016 произведена замена взыскателя – СПСК «Молочный двор-Канаш» по определению Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 20.11.2020 в части требования к ФИО4 и ФИО5 в пользу Федеральной налоговой службы в лице УФНС России по Чувашской Республике в размере 97 539 550,47 руб.  

Канашским РОСП УФССП России по Чувашской Республике 04.08.2021 в отношении ФИО4 и ФИО5 возбуждены исполнительные производства № 65614/21/21011-ИП, № 65615/21/21011-ИП, которые в последующем объединены в сводное. Постановлениями Канашского РОСП УФССП России по Чувашской Республике от 25.12.2023 исполнительные производства  

 № 65614/21/21011-ИП, № 65615/21/21011-ИП окончены в связи с невозможностью установить местонахождение должников, их имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих им денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях. Исполнительные листы возвращены взыскателю - Управлению Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике.  

Определением Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 05.03.2024 по заявлению Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4.  

Определением арбитражного суда от 05.06.2024 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Этим же судебным актом признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника требование уполномоченного органа по обязательным платежам и денежным обязательствам за 2012-2024 гг. в размере 99 184 927,22 руб. (основной долг – 92 340 600,19 руб., пени – 18 924,14 руб., штраф – 6 825 402,89 руб.).  

Решением арбитражного суда от 21.10.2024 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3  

В ходе проведения процедуры банкротства должника финансовым управляющим установлено следующее.  

03.03.2015 между ФИО2 (займодавцем) и ФИО4 (заемщиком) заключен договор займа с залоговым обеспечением на сумму 3 500 000 руб. на срок до 10.12.2016. В залог предоставлены транспортные средства DAF FT XF105/460, 2011 года выпуска и VOLKSWAGEN 7HC TRANSPORTER, 2013 года выпуска.  

04.04.2015 между ФИО2 (займодавцем) и ФИО4 (заемщиком) заключен договор займа с залоговым обеспечением на сумму 4 500 000 руб. на срок до 10.09.2016. В залог предоставлено транспортное средство DAF FT XF105/460, 2014 года выпуска.  

Решением Канашского районного суда Чувашской Республики от 31.07.2018 по делу № 2-857/2018 с ФИО4 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договору займа от 03.03.2015 в размере 2 638 345,69 руб., по договору займа от 04.04.2015 в размере 4 101 895,73 руб. Обращение взыскания на предмет залога (транспортные средства) не производилось.  

Впоследствии, 04.03.2020 между ФИО4 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) заключено соглашение об отступном, согласно условиям которого, стороны договорились о прекращении обязательств продавца перед покупателем, возникших по решению Канашского районного суда Чувашской Республики от 31.07.2018 по делу № 2-857/2018, путем передачи ФИО2 в счет добровольного исполнения обязательств продавца перед покупателем, принадлежащего ФИО4 следующего недвижимого имущества:  

здания конторы, 1-этажный, общая площадь 41,6 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 21:13:0000001351;  

здания основного цеха, 1-этажный, общая площадь 461,30 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 21:13:000000:1357;  

земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения производственной базы, общая площадь 7124 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 21:13:090101:5.  

Согласно пункту 2.1 соглашения, стоимость отступного недвижимого имущества составляет 7 027 720 руб.  

В тот же день между сторонами подписан передаточный акт. 

Государственная регистрация соглашения об отступном осуществлена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике 06.08.2021.  

Позднее, на основании договора купли-продажи от 10.09.2021 спорное имущество было продано ответчиком индивидуальному предпринимателю ФИО6 за 8 000 000 руб.  

По сведениям ФИО6, спорные объекты переданы в долгосрочную аренду ООО «Трансмол» (ОГРН 

<

***>).  

Ссылаясь на заключение соглашения об отступном с аффилированным лицом, после вступления в законную силу судебного акта о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольной организации, фактически «задним числом», со злоупотреблением сторонами правом, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании указанного соглашения недействительной сделкой и применении последствии его недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника стоимости спорного недвижимого имущества в размере 7 027 720 руб. По указанию управляющего, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, поскольку последние не смогли получить удовлетворение своих требований за счет принадлежащего должнику недвижимого имущества. В качестве правового основания для оспаривания сделки заявитель сослался на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

К участию в обособленном споре на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ООО «Трансмол».  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из наличия оснований для признания сделки недействительной.  

Повторно изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, возражения на апелляционную жалобу, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда первой инстанции.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о  

несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.  

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.  

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).  

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении № 63, приведенный перечень сделок, подлежащих оспариванию по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, не является исчерпывающим.  

В статье 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены основания для признания недействительными подозрительных сделок должника. При этом в зависимости от того, когда была совершена подозрительная сделка (в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления; не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании должника банкротом) законодатель устанавливает различный круг обстоятельств, подлежащих доказыванию.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от  

цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В силу пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. По правилам обозначенной нормы права недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Таким образом, проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в Постановлении № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о неравноценности встречного предоставления по сделке; совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.  

Обязательным условием недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.  

Согласно пункту 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности переходит к приобретателю по договору с момента передачи вещи, если иное не установлено договором или законом.  

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу пункта 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721, от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843, при определении даты совершения сделки, которая подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности во внимание принимается дата такой регистрации.  

Поскольку по оспариваемому соглашению отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, следует учитывать, что применительно к правоотношениям, формирующимся в рамках дела о несостоятельности, целью оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.  

Из материалов дела следует, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 05.03.2024, оспариваемая сделка совершена 06.08.2021 (дата государственной регистрации соглашения), то есть в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, финансовый управляющий указывал, что оспариваемое соглашение об отступном было заключено сторонами с целью недопущения обращения взыскания на имущество должника.  

Судом первой инстанции установлено, что по состоянию на 06.08.2021 вступило в законную силу определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 20.11.2020 по делу № А79-4342/2016, которым ФИО4 и его супруга ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам СПСК «Молочный двор-Канаш» в размере 104 245 693,39 руб.  

ФИО4 и ФИО2 являются заинтересованными по отношению друг к другу лицами. Так, стороны входят в одну группу лиц, занимающихся (занимавшихся) одним видом деятельности. ФИО2 является индивидуальным предпринимателем (ОГРНИП 

<

***>), основным видом деятельности которого является торговля оптовая молочными продуктами, яйцами и пищевыми маслами и жирами, дополнительным, в том числе, – производство молока (кроме сырого) и молочной продукции. Основным видом деятельности СПСК «Молочный двор-Канаш», председателем которого являлся ФИО4, являлось производство молочной продукции, дополнительными, в том числе, – производство молока (кроме сырого) и молочной продукции, торговля оптовая молочными продуктами, торговля розничная молочными продуктами и яйцами в специализированных магазинах. Кроме того, ФИО4 и ФИО2, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, совместно являлись учредителями СПК «Добрый молочник» (ОГРН 

<

***>).  

Судом первой инстанции также установлено, что представитель ответчика в настоящем процессе – ФИО7, действовавший на основании доверенности от 30.03.2020 (сроком на пять лет), также являлся представителем ФИО2 и ФИО4 при рассмотрении гражданского дела в Канашском городском суде Чувашской Республики № 2-637/2017 (по иску бывшей супруги должника ФИО5). ФИО7 представлял интересы ФИО4 в споре о привлечении последнего к субсидиарной ответственности по долгам СПСК «Молочный двор-Канаш». ФИО7 являлся представителем ФИО8 (родного брата ответчика) в споре о признании недействительными договора купли-продажи промышленного оборудования от 02.11.2015 и соглашения о зачете от 02.11.2015 по делу № А79-4342/2016. В настоящем споре ФИО7 представлял интересы и ФИО2 и ФИО6 (по доверенности от 21.05.2020). Кроме прочего, согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, ФИО7 является руководителем ООО «Трансмол».  

При рассмотрении сделок с заинтересованным лицом подлежит применению принцип повышенного стандарта доказывания обстоятельств совершения оспариваемой сделки. Само по себе заключение сделки с заинтересованными лицами не свидетельствует о недействительности сделки, а влечет за собой иное распределение бремени доказывания, в силу чего стороны такой сделки должны опровергнуть любые разумные сомнения в их добросовестности при заключении и  

исполнении данной сделки, раскрыть разумные экономические мотивы для ее заключения.  

Применение к аффилированным и заинтересованным лицам повышенного стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет высокую вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.  

В настоящем деле, в силу презумпций осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника, в своей совокупности действия заинтересованных лиц являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у последних имелась цель причинения вреда кредиторам должника в результате совершения спорной сделки.  

Из материалов обособленного спора следует, что в качестве отступного по соглашению от 04.03.2020 должником в пользу ответчика передано недвижимое имущество (здание конторы, здание нежилого цеха, земельный участок) в счет обязательств по договорам займа от 03.03.2015 (на сумму 3 500 000 руб.), 04.04.2015 (на сумму 4 500 000 руб.).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) в собственность деньги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

Договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

В связи с чем, заимодавец обязан подтвердить не только свою возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в договоре.  

В ходе рассмотрения настоящего спора суд первой инстанции предлагал ответчику представить оригиналы расписок от 03.03.2015, от 04.04.2015, доказательства наличия денежных средств для представления займа должнику, доказательства возбуждения исполнительного производства по решению Канашского районного суда Чувашской Республики от 31.07.2018 № 2-857/18, пояснить причину не заключения мирового соглашения в рамках исполнительного производства, а должнику – представить доказательства расходования заемных денежных средств. Указанное требование суда осталось без удовлетворения, в материалы обособленного спора не представлены доказательства финансовой возможности ответчика предоставить заем должнику в столь крупном размере, а также не представлены доказательства расходования должником полученных денежных средств.  

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Доказательства распоряжения должником спорными заемными денежными средствами также отсутствуют, конкретные обстоятельства заемных правоотношений сторонами не раскрыты, как не раскрыт и экономический смысл сделки. Суду представляется неразумным поведение гражданина, выдавшего заем в столь крупной сумме физическому лицу, и не предпринимавшего попыток взыскания на протяжении двух лет с момента выдачи займа.  

При таких обстоятельствах оснований считать, что заем в указанной выше сумме был действительно предоставлен должнику, в связи с чем у ответчика имелось право требовать его возврата и принять исполнение от должника путем соглашения об отступном, у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Согласно условиям договоров займа, в целях обеспечения надлежащего исполнения обязательств по возврату суммы займа, должник предоставил в залог транспортные средства DAF FT XF105/460, VOLKSWAGEN 7HC TRANSPORTER, DAF FT XF105/460. Вместе с тем, договоры займа денежных средств с залоговым обеспечением не зарегистрированы в установленном порядке в реестре залогового имущества, что следует из сведений, содержащихся на официальном сайте Федеральной нотариальной палаты (https://www.reestr-zalogov.ru/search). Соответствующие сведения о залоге в названный реестр не внесены.  

Решением Канашского районного суда Чувашской Республики от 31.07.2018 обращение взыскания на залоговое имущество не производилось. Спорным соглашением ответчику передано совсем иное ликвидное имущество должника. Судебная коллегия, вместе с тем, учитывает, что пункт 2.4 договоров займа содержит запрет заемщику распоряжаться имуществом, служащим обеспечением договоров займа, без согласия займодавца, в том числе, совершать регистрационные действия по отчуждению, передаче и т.п. имущества в пользу третьих лиц.  

Вопреки позиции ответчика, в настоящем случае решение Канашского районного суда Чувашской Республики от 31.07.2018 по делу № 2-857/2018 не является судебным актом, содержащим обстоятельства, подтверждающие реальность правоотношений должника и ответчика в рамках вышеуказанных договоров займа, обладающие свойством преюдициальности в смысле статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Судом общей юрисдикции не исследовалась реальность заемных отношений (источник возникновения денежных средств у заимодавца, реальность их передачи должнику, последующее расходование должником денежных средств и пр.).  

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2019 № 304-ЭС18-25925, решение суда общей юрисдикции может не иметь преюдициального значения, если при рассмотрении дела суд общей юрисдикции не оценивал реальность взаимоотношений между заимодавцем и заемщиком, а исходил лишь из наличия расписки о передаче денежных средств должнику.  

На основании изложенного следует признать, что материалами дела не доказана реальность заемных отношений, положенных в обоснование заключения в последующем соглашения об отступном.  

Безвозмездная передача имущества должника ответчику в целях недопущения обращения на него взыскания в период состоявшегося судебного акта о привлечении ФИО4 к ответственности в размере 104 245 693,39 руб. свидетельствует  

о том, что имущественным правам кредиторов должника, в частности, уполномоченному органу, причинен вред.  

Спустя непродолжительный период времени (1 месяц) после приобретения спорного недвижимого имущества ответчик заключил договор купли-продажи с иным лицом (ФИО6), что указывает на отсутствие у ответчика намерения владеть и пользоваться спорным имуществом.  

Договор купли-продажи от 10.09.2021 исполнен и оплачен покупателем ФИО6 в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, свидетельствующими о перечислении покупателем денежных средств на банковский счет ответчика. Презумпция добросовестности третьего лица не опровергнута.  

Доводы ответчика о неполучении денежных средств от ФИО6, подлежат отклонению с учетом имеющихся доказательств оплаты договора от 10.09.2021, однако, вместе с тем, могут свидетельствовать о выполнении ответчиком воли должника на отчуждение спорного недвижимого имущества независимому покупателю с целью избежания обращения на него взыскания по обязательствам должника.  

Оценив в совокупности приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание поведение участников оспариваемого соглашения, очевидно отклоняющееся от добросовестного поведения участников гражданских взаимоотношений, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что целью заключения соглашения об отступном было именно недопущение обращения взыскания на недвижимое имущество, лишение кредиторов ФИО4 права на удовлетворение требований за счет этого имущества, что является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

На основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве судом первой инстанции применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ответчика в пользу должника рыночной стоимости недвижимого имущества в размере 7 027 720 руб., определенной сторонами в оспоренном соглашении от 04.03.2020. По договору от 10.09.2021, заключенному между ответчиком и ФИО6, стоимость спорного имущества определена в размере 8 000 000 руб. Судебная экспертиза по определению рыночной стоимости недвижимого имущества в рамках настоящего дела не проводилась. Учитывая, что последствия по сделке суд применил фактически в пользу заявителя жалобы, и положение апеллянта - ответчика не может быть ухудшено судом апелляционной инстанции относительно того, чего он достиг при рассмотрении дела в суде первой инстанции (пункт 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 12.10.2022), при этом иными участниками обособленного спора и дела о банкротстве апелляционные жалобы не подавались, определение суда первой инстанции в указанной части отмене или изменению не подлежит.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции правильно установил обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела; доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне  

исследованы и оценены; выводы суда сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.  

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебного акта, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.  

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии от 23.05.2025 по делу № А79-1518/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Чувашской Республики - Чувашии.  

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.  

Председательствующий судья К.В. Полушкина 

Судьи О.А. Волгина 

 Н.В. Евсеева