АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А45-19986/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Куприной Н.А.,

судей                                                    Дерхо Д.С.,

                                                             ФИО1,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гевея» на постановление от 11.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Афанасьева Е.В., Киреева О.Ю., Стасюк Т.Е.) по делу № А45-19986/2020 по иску общества с ограниченной ответственностью «Гевея» (630091, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» (630112, Новосибирская область, 

<

...>, дом 43, офис 313, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - комитет кредиторов общества с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест», общество с ограниченной ответственностью «Стройконтинент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Компания индустриальных технологий» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Стройэкспертиза» (ОГРН 

<

***>. ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Промальянс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), закрытое акционерное общество «Квантекс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), временный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» ФИО2.

В судебном заседании приняли участие представитель комитета кредиторов общества с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» - ФИО3 по доверенности от 29.09.2021.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Гевея» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» (далее – компания) о взыскании 7 031 717,40 руб. неосновательного обогащения, 268 301,43 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 03.12.2019 по 03.08.2020.

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: комитет кредиторов общества с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» (далее – комитет кредиторов), общество с ограниченной ответственностью «Стройконтинент» (далее – общество «Стройконтинент»), общество с ограниченной ответственностью «Компания индустриальных технологий» (далее – общество «КИТ»), общество с ограниченной ответственностью «Стройэкспертиза» (далее – общество «Стройэкспертиза»), общество с ограниченной ответственностью «Промальянс» (далее – общество «Промальянс»), закрытое акционерное общество «Квантекс» (далее – общество «Квантекс»), временный управляющий обществом с ограниченной ответственностью «СЭФ-инвест» ФИО2 (далее – временный управляющий).

Решением от 08.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Рыбина Н.А.) иск удовлетворен.

Постановлением от 11.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение от 08.04.2021 Арбитражного суда Новосибирской области отменено, по делу принят новый судебный акт об отказе в иске.

Не согласившись с принятым постановлением, общество обратилось с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявителем приведены следующие доводы: требования истца не основаны на агентском договоре от 02.04.2017 № 1А (далее – агентский договор), его признание недействительным в судебном порядке лишает общество возможности требовать уплаты агентского вознаграждения, но не исключает права потребовать возмещения полученного принципалом по иным договорам; обществом доказан факт неосновательного обогащения ответчика за счет истца; по договору подряда от 12.05.2017 № 12/05/2017 (далее – договор от 12.05.2017), заключенному с обществом «Стройконтинент», после признания недействительной проектной документации и истечения срока действия разрешения на строительство парковки в 2015 году выполнены работы по отсыпке котлована, претензии к качеству работ не предъявлялись, выводы апелляционного суда об отсутствии потребительской ценности результата этих работ, их выполнении с нарушением проектной документации не обоснованы, сделаны ошибочно без учета того, что строительство автостоянки нарушает действующие технические нормы и правила, угрожает жизни и здоровью неопределенного круга лиц, такие нарушения являются неустранимыми; возражая против удовлетворения иска в отсутствие материального права по настоящему делу, комитет кредиторов злоупотребляет правом; по договору от 05.09.2017 № 5-09/2017 (далее – договор поставки) обществом «Квантекс» исполнены обязательства по поставке и монтажу дизель-генераторной установки (далее – ДГУ), находящейся на балансе ответчика, в отношении качества которой компания в течение 3,5 лет претензий не предъявляла; по договору подряда от 14.09.2017 № 14/09/2017 (далее – договор от 14.09.2017) общество «КИТ», по договору подряда от 22.09.2017 № 22/09/2017 (далее – договор от 22.09.2017) общество «Промальянс» выполнили отделочные работы мест общего пользования, согласованные с директором компании, замечаний к выполненным работам не предъявлено; по договору от 20.12.2017 № 304-1712/П (далее – договор от 20.12.2017) обществом «Стройэкспертиза» проведена негосударственная экспертиза корректировки проектной документации объекта капитального строительства, что подтверждается положительным заключением экспертизы от 27.12.2017 № 77-2-1-2-0417-17 (далее – положительное заключение); апелляционный суд необоснованно сослался на решение от 03.12.2020 Дзержинского районного суда города Новосибирска по делу № 2а-1192/2020, которым положительное заключение признано незаконным, не учтено, что апелляционным определением от 30.03.2021 Новосибирского областного суда решение от 03.12.2020 Дзержинского районного суда города Новосибирска по делу № 2а-1192/2020 отменено, в рамках дела № А40-226052/2019 вступившим в законную силу решением от 14.07.2020 Арбитражного суда города Москвы установлено, что положительное заключение полностью соответствует нормам действующего законодательства; фактически общество оказало компании услуги на сумму 7 031 717,40 руб., результаты оказанных услуг приняты уполномоченными лицами ответчика, используются в настоящее время всеми дольщиками-кредиторами компании, имеют для них экономическую и потребительскую ценность, в связи с чем в отсутствие встречного предоставления являются неосновательным обогащением, поэтому судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение об удовлетворении иска общества.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие истца, ответчика, представителей обществ «Стройконтинент», «КИТ», «Стройэкспертиза», «Промальянс», «Квантекс», временного управляющего в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

В судебном заседании представитель комитета кредиторов возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, пояснений представителя комитета кредиторов, суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого постановления.

Как установлено судами, между обществом (агент) и компанией (принципал) заключен агентский договор, по условиям которого агент обязался по поручению от своего имени и за счет средств принципала, либо от имени и за счет средств принципала осуществлять юридические и иные действия по: организации завершения строительства незавершенного строительством объекта (далее – работы, услуги): первой очереди 2-ого пускового комплекса (1 – 3 блок-секции) многоэтажного жилого дома с помещениями общественного назначения, подземной автопарковкой и трансформаторной подстанции, расположенного по адресу: 

<

...> в Дзержинском районе (далее – МКД, объект); поиску юридических и физических лиц для привлечения к выполнению работ, дополнительного финансирования для завершения строительства объекта в рамках возможного проведения процедур банкротства застройщика (компания).

Указывая на исполнение агентского договора, общество ссылается на заключение ряда договоров, в том числе: договора от 12.05.2017 на выполнение подрядных работ по отсыпке существующего строительного котлована подземной автостоянки МКД, стоимость которых составила 1 723 034,82 руб., договора поставки ДГУ на сумму 1 248 000 руб., договора от 14.09.2017 на выполнение отделочных работ в местах общего пользования МКД, стоимость которых составила 1 415 647,96 руб., из которых принципалом принято работ на сумму 1 151 551,49 руб., договора от 22.09.2017 на выполнение отделочных работ в местах общего пользования в МКД, стоимость которых составила 2 709 131,09 руб., договора от 20.12.2017 на проведение негосударственной экспертизы корректировки проектной документации объекта капитального строительства стоимостью 200 000 руб. (далее вместе – договоры), выполнение работ по которым согласовано компанией.

Компания 04.04.2017 обратилась в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом), 07.07.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения (временным управляющим утвержден ФИО2); 30.03.2018 в отношении должника открыта процедура конкурсного производства (конкурсным управляющим утвержден ФИО4).

Общество обратилось к конкурсному управляющему компанией с запросом-претензией о включении в реестр текущих платежей суммы задолженности за фактически оказанные услуги по агентскому договору.

В ответе от 17.07.2020 конкурсный управляющий компанией указал на отсутствие оснований для выплаты задолженности.

Определением от 05.12.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-6571/2017, оставленным без изменения постановлением от 19.02.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда и постановлением от 28.05.2020 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, удовлетворено заявление конкурсного управляющего компанией о признании агентского договора недействительным (ничтожным) по основаниям, предусмотренным статьями 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Общество, полагая, что, несмотря на признание агентского договора недействительным, работы по указанным договорам подряда фактически выполнены подрядчиками, товар по договору поставки передан покупателю, оплачены обществом и приняты компанией, истец направил ответчику претензию о возмещении неосновательного обогащения, после чего обратился в арбитражный суд с иском.

Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 309, 310, 395, 1102 ГК РФ и исходили из отсутствия доказательств надлежащего исполнения обязательств компанией, подтверждения фактического выполнения работ и их принятия ответчиком, непредставления им доказательств, опровергающих доводы истца. 

При этом суд счел, что признание агентского договора недействительным лишило истца права требовать выплаты агентского вознаграждения, но не права требования возврата всего полученного по иным договорам, являющегося неосновательным обогащением ответчика за счет истца, в связи с чем пришел к выводу об удовлетворении иска.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции дополнительно руководствовался статьями 8, 10, 12, 168 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и исходил из необходимости применения повышенного стандарта доказывания всех обстоятельств исполнения сделки, преюдициально установленных обстоятельств аффилированности общества и компании, признания агентского договора недействительным в рамках дела № А45-6571/2017, несоответствия содержания этого договора сути формируемых отношений (а именно: отсутствия в нем критериев, по которым агент должен искать контрагента для завершения строительства объекта, и которые были бы приемлемы для должника, а также указаний на качественные и количественные характеристики строительства и отделочных работ, работ по благоустройству территории, проектную документацию), допущенного обществом злоупотребления правом, имеющего целью искусственное формирование кредиторской задолженности компании перед обществом, которая в период возбуждения дела о банкротстве ответчика подлежит отнесению к текущим платежам, препятствует субординации и нарушает права добросовестных кредиторов, отсутствия разумной хозяйственной цели заключения агентского договора при возможности вступления в подобные отношения самой компании без дополнительной оплаты услуг агента, недоказанности факта выполнения спорных работ, отсутствия их потребительской ценности для ответчика, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии неосновательного обогащения ответчика за счет истца и отказал в иске.

Апелляционный суд отметил, что общество как аффилированное лицо, зная о неплатежеспособности компании, вступало в расходные обязательства, понимая, что возврат за счет ее активов в рамках обычной хозяйственной деятельности не может быть произведен, что является косвенным свидетельством умысла на ухудшение положения кредиторов, обязательства перед которыми возникли ранее, чем перед обществом.

В рамках дела № А45-6571/2017 установлено наличие противоправной цели заключения агентского договора, не связанной с потребностью должника в услугах по завершению строительства, а состоящей в причинении вреда имущественным интересам кредиторов – участников строительства за счет необоснованного увеличения текущих расходов должника, что наряду с прочими обстоятельствами указывает на допущенное истцом злоупотребление правом.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов и возражений относительно жалобы, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»), суд округа находит выводы суда апелляционной инстанции соответствующими фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц.

Так, согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства по смыслу статей 9, 65 АПК РФ возлагается на должника и реализуется им с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

В случаях, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны (что характерно, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом), цели справедливого, состязательного процесса достигаются перераспределением судом между сторонами обязанности по доказыванию значимых для дела обстоятельств.

В результате такого перераспределения слабая сторона представляет в обоснование требований и возражений минимально достаточные для подтверждения своей позиции доказательства, принимаемые судом при отсутствии их опровержения другой стороной спора, которая, в свою очередь, реализует бремя доказывания по повышенному стандарту, что предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств требований и возражений. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой,по сравнению с обычным спором. Изучению подлежит сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе оспариваемого притязания, в связи с чем должен быть проведен анализ всей производственной цепочки, реальности, экономической целесообразности сделок, а также их фактической исполнимости, исходя из количества и физических свойств товара, характера услуг, реального наличия денежных средств и пр. (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»; пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016; определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2016 № 305-ЭС16-12960 и др.).

Если же кредитор и должник фактически или юридически аффилированы, то к требованию кредитора применим еще более строгий стандарт доказывания, а именно, кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга (высокий стандарт доказывания «достоверность за пределами разумных сомнений»).

Тесная экономическая связь позволяет аффилированному кредитору и должнику настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что независимые кредиторы в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Такая проверка должна быть еще строже, чем при использовании стандарта «ясные и убедительные доказательства», то есть суд для удовлетворения требований не только должен провести анализ, свойственный предыдущему стандарту, убедившись в реальности хозяйственных операций, но и углубиться в правовую природу отношений сторон, изучив их характер, причины возникновения, экономический смысл, поведение сторон в предшествующий период и сопоставить установленное с их доводами.

Степень совпадения обстоятельств, выясненных судом в результате подобного скрупулезного анализа, с обстоятельствами, положенными утверждающим лицом (аффилированным кредитором) в основание притязаний, для вывода об их обоснованности должна быть крайне высока, а само совпадение отчетливо.

Сказанное следует из многочисленной судебной практики Верховного Суда Российской Федерации (определения от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784, от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 11.10.2017 № 304-ЭС15-193723(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) и пр.).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимной связи, установив факт аффилированности общества и компании, приняв во внимание признание агентского договора вступившим в законную силу судебным актом по делу № А45-6571/2017 недействительной сделкой по иску конкурсного управляющего компанией, констатировав недобросовестность поведения общества, выразившуюся в документальном оформлении хозяйственных связей с аффилированным лицом, непосредственно перед обращением компании в суд с заявлением о признании ее банкротом, для цели искусственного формирования текущей задолженности и противопоставления ее добросовестным кредиторам, в отсутствие разумного объяснения тому, что препятствовало реализации подобного проекта в предшествующий период (в условиях многолетней просрочки в сроках ввода объекта в эксплуатацию), отметив недоказанность факта выполнения спорных работ в заявленных объеме и стоимости, заведомое отсутствие их потребительской ценности для компании, в том числе в условиях несоответствия проекту строительства, суд апелляционной инстанции пришел к мотивированному выводу об отсутствии неосновательного обогащения компании за счет общества, в связи с чем отказал в удовлетворении иска.

Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

Оснований не согласиться с выводами суда апелляционной инстанции у суда округа не имеется, поскольку им установлены все существенные обстоятельства дела, правильно применены правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм процессуального права.

Учитывая приведенную выше конструкцию кондикционного иска, в ходе производства по настоящему делу общество должно было доказать (по стандарту «за пределами разумных сомнений») факт реального пополнения имущественной сферы компании за счет общества, то есть не только обстоятельства документального оформления тех или иных хозяйственных связей, но и фактической их реализации (в конкретном, несомненно подтвержденном объеме), приведшей к приобретению или сбережению ответчиком определенных материальных благ (результатов работ, денежных средств, иного имущества) именно за счет истца.

Такое приобретение должно иметь состоявшийся итог, конкретный имущественный эквивалент, реальную потребительскую ценность. При этом подлежащее судебной защите обязательство из неосновательного обогащения не может носить искусственно срежиссированный характер и полагать своей единственной целью достижение аффилированными лицами заранее согласованного положительного результата в ущерб интересам конкурсных кредиторов.

Презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, установленная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, к спорной ситуации неприменима, поскольку перевернута вступившими в законную силу судебными актами по делу № А45-6571/2017, которыми зафиксировано недобросовестное поведение общества и компании при оформлении отношений в рамках агентского договора.

Совокупность указанных фактических обстоятельств, составляющих основу кондиционного иска (факт выполнения работ, их потребительская ценность для ответчика), обществом в ходе производства по настоящему делу не доказана, разумные сомнения в добросовестности поведения не опровергнуты. Доводы заявителя кассационной жалобы об обратном сопряжены с обращенным суду округа требованием об иной оценке доказательств и установлении обстоятельств, отличных от установленных судами первой и апелляционной инстанций. Между тем, как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 № 274-О, положения статей 286 – 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 11.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-19986/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                    Н.А. Куприна

 

Судьи                                                                                 Д.С. Дерхо

 

                                                                                            ФИО1