﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-296/21 

Екатеринбург

12 марта 2021 г.

Дело № А76-6266/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме  12 марта 2021 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Ященок Т.П.,

судей Гавриленко О.Л., Жаворонкова Д.В.,

при ведении протокола помощником судьи Анкудиновой И.А., рассмотрел в судебном заседании с использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Челябинской области кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Профит Центр Плюс» (далее – ООО «ПЦП», налогоплательщик, заявитель) на решение Арбитражного суда Челябинской области от 28.07.2020 по делу №  А76-6266/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседании в Арбитражном суде Челябинской области приняли участие представители:

ООО «ПЦП» – Дранишникова Е.П. (доверенность от 01.02.2021, диплом о высшем юридическом образовании), Белешова А.В. (доверенность от 19.02.2020, диплом о высшем юридическом образовании);

Инспекции Федеральной налоговой службы по Калининскому району г. Челябинска (далее – инспекция, налоговый орган) – Истомин С.Ю. (доверенность от 29.12.2020, служебное удостоверение, диплом о высшем юридическом образовании), Мартынова Г.Ю. (доверенность от 01.07.2019, служебное удостоверение).

ООО «ПЦП» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 01.11.2019 № 14. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.07.2020 в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ООО «ПЦП» просит названные судебные акты отменить, принять новое решение об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и ненадлежащую оценку фактических обстоятельств дела.

Заявитель жалобы считает  ошибочным вывод судов о том, что с момента ликвидации кредитора у налогоплательщика прекращается обязательство                       по оплате, в связи с чем факт ликвидации относится к иным основаниям,                          по которым сумма кредиторской задолженности подлежит включению в состав внереализационных доходов того налогового периода, когда кредитор был исключен из Единого государственного реестра юридических лиц, поскольку взаимосвязанные положения пункта 18 статьи 250 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), пункта 8 статьи 63, пункта 5.2 статьи 64, статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) устанавливают, что сама по себе ликвидация кредитора не может служить основанием для списания кредиторской задолженности, поскольку участники (учредители) ликвидированного кредитора (иные заинтересованные лица) имеют право на получение его имущества. Считает, что указанная позиция подтверждается практикой арбитражных судов.

Ссылаясь на пункт 41 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6, где рассматривая вопросы применения статьи 419 ГК РФ, указано на право участников ликвидированного юридического лица, равно как и его кредиторов на применение процедуры распределения обязательственного требования после ликвидации кредитора, к которым, в частности, относятся, требования по оплате переданных товаров, налогоплательщик полагает,                           что в рассматриваемом случает это требование общества с ограниченной ответственностью «Профит» (далее – ООО «Профит») к ООО «ПЦП», вытекающее из оплаты переданных товаров.

ООО «ПЦП» в кассационной жалобе приводит довод о том,                                        что положения пункта 18 статьи 250 НК РФ в трактовке принятых судебных актов не отвечают принципу определенности налогообложения и ясности налогового закона. Налоговые обязательства, будучи прямым следствием деятельности в экономической сфере, неразрывно с нею связаны. С учетом этого нормы налогового законодательства – исходя как из публичных интересов государства, так и из частных интересов физических и юридических лиц как субъектов гражданских правоотношений – должны быть гармонизированы с носящими диспозитивный характер нормами гражданского законодательства (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2003 № 12-П, определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.04.2006 № 98-0 и от 13.06.2006 № 319-0).

Вывод суда о том, что деятельность ООО «Профит» носит «технический» характер не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку за время осуществления Черемных В.М. финансово-хозяйственной деятельности на посту руководителя и ликвидатора ООО «Профит» взаимоотношения между ООО «ПЦП» и ООО «Профит» продолжались, так как ООО «Профит» неоднократно осуществлялись поставки в адрес ООО «ПЦП» по договору от 25.06.2013 № 28 (товарные накладные от 13.07.2015 № 601, от 17.07.2015 № 629, от 03.08.2015 № 721, от 27.08.2015 № 820, от 11.09.2015 № 880, от 30.09.2015 № 981 на общую сумму более 6 млн. руб.). В свою очередь ООО «ПЦП» производил авансовые платежи в адрес ООО «Профит» (например, в период с 23.06.2015  по 31.11.2015 ООО «ПЦП» осуществил оплату путем проведения безналичных расчетов (на расчетный счет) в адрес ООО «Профит» на общую сумму более 11,7 млн. руб.). Указывает на то,                       что налоговым органом реальность деятельности ООО «Профит», в том числе под руководством ликвидатора Черемных В.М., под сомнение не ставится,                           о чем свидетельствует принятие к вычету по НДС счетов-фактур, подписанных Черемных В.М. Отмечает, что в ходе рассмотрения дела инспекция согласилась с доводами налогоплательщика о том, что ООО «Профит» (в том числе                        в период руководства Чермных В.М.) является реально действующей организацией. Указывает, что претензий к иной деятельности ООО «Профит» (кроме проведения зачета) у налогового органа нет.

В жалобе заявитель выражает несогласие с выводом судов о формальном документообороте с ООО «Профит» в рамках договора от 29.02.2016 об отчуждении исключительного права. В обоснование данного довода указывает на реальность сделки по передаче патента, которая подтверждается такими фактами и доказательствами, как то, что переговоры о передаче патента в счет имеющейся задолженности сторонами велись задолго до ликвидации предыдущим руководителем ООО «Профит» Решетовым Р.С.; патент предоставлен ООО «ПЦП» его учредителем именно в целях расчета с ООО «Профит» (право на патент перешло от учредителя ООО «ПЦП» 01.02.2016, после чего 29.02.2016 заключен договор об отчуждении указанного права между ООО «ПЦП» и ООО «Профит»); в ликвидационном балансе ООО «Профит» отсутствует информация о наличии дебиторской задолженности; патент выбыл с баланса ООО «ПЦП» и факт утраты ООО «ПЦП» права на патент зарегистрирован в установленном законом порядке. Считает неправомерным указание судов на отсутствие в материалах дела доказательств использования ООО «ПЦП» патента в предпринимательской деятельности как на обстоятельство, подтверждающее формальность сделки, поскольку именно этот факт является доказательством реальности сделки, так как Решетов Р.С. подтвердил, что он, как руководитель ООО «Профит», вел переговоры с ООО «ПЦП» по образовавшейся задолженности, им были рассмотрены различные активы налогоплательщика и его учредителя и был выбран патент на изобретение. Регистрация прав на патент от учредителя к ООО «ПЦП» потребовала временных затрат, после чего патент был реализован ООО «Профит».

Как отмечает ООО «ПЦП», выводы суда о том, что действия по государственной регистрации совершены самим налогоплательщиком, не может являться основанием для вывода о формальности сделки, поскольку в соответствии с заключенным договором об отчуждении исключительного права обязанность по совершению регистрационных действий лежала на покупателе. При этом в ходе проведения ООО «ПЦП» обязательной аудиторской проверки за 2016 год аудиторы указали на отсутствие регистрации перехода права на патент и, как следствие, наличие рисков предъявления требований к ООО «ПЦП» о неосновательном обогащении со стороны кредиторов ООО «Профит». В связи с чем, налогоплательщиком принято решение об оплате патентных пошлин и направления документов на регистрацию перехода права.

В отзыве на кассационную жалобу инспекция указывает, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными, доводы заявителя жалобы несостоятельными, просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

 Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в пределах доводов кассационной жалобы. 

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка ООО «ПЦП», в ходе которой установлено,                                         что налогоплательщиком, в нарушение пункта 18 статьи 250 НК РФ,                                  не включена для целей налогообложения налога на прибыль организаций                              в состав внереализационных доходов за 2016 год сумма кредиторской задолженности в размере 91 994 814 руб. 86 коп. по правоотношениям с ООО «Профит», в связи с ликвидацией кредитора, что повлекло за собой неполную уплату налога на прибыль организаций за 2016 в сумме 18 398 963 руб.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки инспекцией вынесено решение от 01.11.2019 № 14 о привлечении ООО «ПЦП» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщику предложено уплатить налог на прибыль организаций за 2016 года в сумме 18 398 963 руб., пени в размере 6 080 567 руб. 69 коп., штраф по пункту 1 статьи 122 НК РФ в размере 1 839 251 руб. 82 коп.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области от 09.01.2020 № 1607/000021 оспариваемое решение инспекции утверждено. 

Полагая, что решение налогового органа от 01.11.2019 № 14 нарушает права и охраняемые законом интересы в сфере предпринимательской деятельности, ООО «ПЦП» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным. 

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из правомерности вывода инспекции о включении в налоговую базу внереализационных доходов налогоплательщика на основании пункта 18 статьи 250 НК РФ в связи с ликвидацией кредитора налогоплательщика, а также создании формального документооборота с ООО «Профит» в рамках договора от 29.02.2016 об отчуждении исключительного права, заключенного с целью создания условий для погашения образовавшейся задолженности по договорам комиссии от 28.11.2014 № 17 и поставки от 25.06.2013 № 28 перед ликвидированным кредитором.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился, признал их законными и обоснованными.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их изменения или отмены. 

В силу части 1 статьи 198, статей 200, 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанными ненормативными правовыми актами, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Статьей 247 НК РФ предусмотрено, что объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком.

Прибылью в целях главы 25 НК РФ для российских организаций являются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

К доходам в целях указанной главы относятся, согласно пункту 1 статьи 248 НК РФ, доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав, а также внереализационные доходы.

Согласно пункту 18 статьи 250 НК РФ к внереализационным доходам налогоплательщика отнесены доходы в виде сумм кредиторской задолженности (обязательств перед кредиторами), списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных подпунктом 21 пункта 1 статьи 251 НК РФ. 

Статьями 415-419 ГК РФ предусмотрены иные, помимо истечения срока исковой давности, основания для списания кредиторской задолженности, в частности, к ним относятся прощение долга, прекращение обязательства невозможностью исполнения, прекращение обязательства на основании акта государственного органа, прекращение обязательства смертью кредитора (если исполнение предназначено лично для кредитора либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью кредитора), прекращение обязательства ликвидацией кредитора – юридического лица (если право требования данный кредитор никому не переуступал).

 В силу статьи 419 ГК РФ обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.). 

Пунктом 9 статьи 63 ГК РФ предусмотрено, что ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо – прекратившим свое существование после внесения об этом записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). 

Таким образом, как верно заключили суды, с момента ликвидации кредитора у налогоплательщика прекращается обязательство по оплате, в связи с чем факт ликвидации относится к иным основаниям, по которым сумма кредиторской задолженности подлежит включению в состав внереализационных доходов того налогового периода, когда кредитор был исключен из Единого государственного реестра юридических лиц. 

Судами из материалов дела установлено, что между ООО «ПЦП» (поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью «СТМ-Сервис» (далее – ООО «СТМ-Сервис»; покупатель) заключен договор поставки                                     от 28.11.2013 № 283/13-32, согласно которому поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить запасные части к железнодорожному подвижному составу. Наименование, стоимость, количество, транспортные расходы, срок поставки указывается в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. Спецификация составляется на каждую партию подлежащего поставке товара. Согласно спецификации от 21.10.2014 № 21 ООО «ПЦП» обязуется поставить, а ООО «СТМ-Сервис» обязуется принять товар (дизель-генератор K6S310DR/TD802), в количестве 3 шт. (производства Чехии) на общую сумму 59 578 200 руб., в том числе НДС – 9 088 200руб. После подписания спецификации от 21.10.2014 № 21 покупатель выполнил условия по предоплате в размере 30 % от общей суммы обязательств перед поставщиком. Полный расчет с ООО «ПЦП» за отгруженный товар произведен после получения ТМЦ.

Из обстоятельств, полученных налоговым органом при анализе бухгалтерского и налогового учета ООО «ПЦП», судами установлено,                                что счета-фактуры от 04.12.2014 № 201 на сумму 19 859 400 руб. (в том числе НДС – 3 029 400 руб.), от 04.12.2014 № 200 на сумму 39 718 800 руб. (в том числе НДС – 6 058 800 руб.) не отражены на счетах реализации                                           в бухгалтерском и налоговом учете, а именно: на счетах 90 «Продажи», 91 «Прочие доходы», а отражены по дебету счета 76.5 (аналитический учет                               по контрагенту ООО «Профит») и кредиту 62.1 в 4 квартале 2014 года                              в размере 59 578 200 руб.

Судами установлено также, что между ООО «ПЦП» (комиссионер) и ООО «Профит» (комитент) заключен договор комиссии от 28.11.2014 № 17, по условиям которого комитент поручает, а комиссионер принимает на себя обязательства реализовать от своего имени и за свой счет товар покупателю. Приложением № 1 к договору комиссии  является спецификация от 28.11.2014 № 1, на основании которой стороны согласовали наименование, цену, условия поставки и оплаты товара – дизель-генераторов K6S310DR/TD802, производство Чехия, в количестве 3 штук на общую сумму 59 578 200 руб. Пунктом 1.1 договора комиссии определено, что между сторонами составлен акт приема-передачи от 04.12.2014 и товар, указанный в спецификации, передан комитентом комиссионеру на сумму 59 578 200 руб. 

Как установлено судами, ООО «ПЦП» произведена отгрузка дизель-генераторов в адрес ООО «СТМ-Сервис» в декабре 2014 года (товарные накладные от 04.12.2014 № 201, от 04.12.2014 № 200 на сумму 59 578 200 руб.); перечисление денежных средств в адрес ООО «Профит» по указанному договору ООО «ПЦП» не производилось; ООО «СТМ-Сервис» полностью погашена задолженность перед ООО «ПЦП» за дизель-генераторы. 

Судами установлено также, что в бухгалтерском (налоговом) учете ООО «ПЦП» не отражена операция по получению комиссионного вознаграждения комитенту за оказанные услуги в размере 29 789 руб. 10 коп., (бухгалтером налогоплательщика Коваленко М.Б. объяснено большим объемом работы и технической ошибкой).

Как следует из обстоятельств дела, между ООО «Профит» (поставщик)                            и ООО «ПЦП» (покупатель) заключен договор поставки от 25.06.2013 № 28, согласно которому поставщик обязуется поставить, а покупатель принять                             и оплатить материалы для цеха и иную продукцию (ТМЦ), в порядке и на условиях, определенных этим договором. 

Судами установлено, что задолженность ООО «ПЦП» перед ООО «Профит» по состоянию на 31.03.2016 по договору поставки от 25.06.2013 № 28 составила 32 416 614 руб. 86 коп. (данные бухгалтерского (налогового) учета ООО «ПЦП» (анализ счета по субконто по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками за 1 квартал 2016 года, акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.03.2016, заключенным между ООО «ПЦП» и ООО «Профит», первичные документы на приход ТМЦ (счета-фактуры, товарные накладные), документами подтверждающими оплату (платежные поручения).

Судами учтено,  что задолженность ООО «ПЦП»   по договору комиссии от 28.11.2014 № 17 в сумме 59 578 200 руб. и по договору поставки                                               от 25.06.2013 № 28 в размере 32 416 614 руб. 86 коп.  перед ООО «Профит» погашена путем  проведения взаимозачета (акт взаимозачета                              от 31.03.2016 № 27) на общую сумму 91 994 814 руб. 86 коп. и передачи в адрес ООО «Профит» исключительных прав на изобретение «Способ защиты и (или) восстановления прокорродировавшей металлической поверхности                                         и композиция покрытия, полученная данным способом...» (патент № 2379320) по договору об отчуждении исключительных прав от 29.02.2016. 

В отношении патента № 2379320 на изобретение «Способ защиты и (или) восстановления прокорродировавшей металлической поверхности и композиция покрытия, полученная данным способом...» судами из представленных в материалы дела документов установлено, что между организациями, входящими в единый холдинг «ПЦП», а именно – обществом с ограниченной ответственностью «УК «ПЦП» (далее – ООО «УК «ПЦП»; патентообладатель) и ООО «ПЦП» (приобретатель) заключен договор об отчуждении исключительных прав на изобретение от 23.11.2015. Дополнительным соглашением к данному договору от 24.11.2015 стороны договорились, что патентообладатель производит отчуждение исключительного права на патент по рыночной стоимости 92 023 000 руб. (20.11.2015 проведена оценка рыночной стоимости патента, составившая 92 023 000 руб.). Отчуждение (передача) исключительного права на изобретение является инвестиционным вкладом патентообладателя с целью увеличения чистых активов приобретателя, в связи с чем денежные средства приобретателем по данной сделке не перечислялись.  Впоследствии ООО «ПЦП» произведено отчуждение исключительного права на изобретение в адрес ООО «Профит»                   на основании договора от 29.02.2016, в соответствии с которым ООО «ПЦП» (патентообладатель) передает ООО «Профит» (приобретатель) исключительное право на патент на изобретение за 92 023 000 руб., приобретатель принимает право на данный патент и обязуется выполнить все необходимые и достаточные действия для поддержания его в силе до конца оставшегося срока действия патента, включая уплату патентных платежей. Государственная регистрация отчуждения исключительных прав на изобретение (патент № 2379320) произведена 04.12.2017 (отчуждение исключительного права по договору от 29.02.2016 № РД0238655, новый патентообладатель – ООО «Профит»). 

Судами из материалов налоговой проверки установлено, что на момент государственной регистрации в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент) перехода исключительного права на изобретение ООО «Профит» исключено из ЕГРЮЛ. Согласно сведениям ЕГРЮЛ с 24.09.2015 ООО «Профит» находилось в стадии ликвидации, 27.05.2016 в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации ООО «Профит». 

Исследовав и проанализировав приведенные обстоятельства, суды установили, что  ООО «УК «ПЦП» 20.01.2010 зарегистрировано изобретение № 2379320; в 2010-2015 годах, где патентообладателем на изобретение выступало аффилированное по отношению к ООО «ПЦП» юридическое лицо – ООО «УК «ПЦП»; между сторонами 23.11.2015 составлен акт приема-передачи патента на изобретение, включая техническую документацию и переписку на магнитных дисках и бумажных носителях, передан приобретателю; в Роспатент от ООО УК «ПЦП» 23.11.2015 поступил пакет документов для регистрации отчуждения исключительного права на изобретение (патент № 2379320); ООО «УК «ПЦП» 24.11.2015 осуществлено отчуждение исключительного права на патент с целью инвестиционного вклада и увеличения чистых активов приобретателя (ООО «ПЦП»); в  Роспатент 26.09.2017 от ООО «ПЦП» поступило заявление о государственной регистрации исключительного права на изобретение ООО «Профит» на основании договора, заключенного 29.02.2016 между ООО «ПЦП» и ООО «Профит». 

Судами установлено также, что  к заявлению ООО «ПЦП» представлены платежные поручения от 20.09.2017 № 24, 25 по уплате ООО «ПЦП» денежных средств за поддержание в силе патента на изобретение № 2379320 за годы действия с 2015 по 2017;  от 20.09.2017 № 23 за отчуждение патента; в связи                      с неуплатой денежных средств за поддержание в силе патента со стороны патентообладателя (ООО «Профит) патент прекратил свое действие досрочно 19.06.2016 и его действие восстановлено 08.11.2017 в связи с уплатой пошлин ООО «ПЦП»; 04.12.2017 произведена регистрация исключительного права                                     на патентообладателя ООО «Профит» по инициативе ООО «ПЦП», поскольку на указанную дату ООО «Профит» ликвидировано (27.05.2016). 

Оценив указанные обстоятельства и представленные в их обоснование доказательства, в соответствии со статьей 71 АПК РФ, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии деловой цели при заключении между налогоплательщиком и ООО «Профит» договора об отчуждении исключительного права, поскольку совершение указанной сделки направлено на создание формального документооборота по отчуждению патента, имевшего своей целью имитировать осуществление расчетов  между ООО «ПЦП» и ООО «Профит» при фактическом их отсутствии. 

Отклоняя доводы заявителя жалобы в данной части, направленные                             на опровержение вывода о создании формального документооборота с ООО «Профит», а также соглашаясь с тем, что у ООО «ПЦП» при заключении договора об отчуждении исключительного права от 29.02.2016 независимо от наличия государственной регистрации, у ООО «Профит» возникло обязательство по выплате вознаграждения, которое в соответствии                     со статьями 307, 309 ГК РФ должно исполняться надлежащим образом                             в соответствии с условиями самого обязательства и требованиями законодательства, а также могло быть произведено путем заключения сделки по зачету, суд  апелляционной инстанции правомерно указал, что с учетом существа рассматриваемого налогового спора, помимо формального соблюдения требований гражданского законодательства, подлежат оценке сами действия налогоплательщика в рамках правоотношений с контрагентами                            с точки зрения наличия деловой цели при заключении договора, соответствие рассматриваемых действий обычной предпринимательской деятельности, целью которой в соответствии со статьей 2 ГК РФ является, прежде всего, получение прибыли. 

Оценив такие действия ООО «ПЦП», апелляционный суд верно заключил, что о формальности заключения договора об отчуждении исключительного права от 29.02.2016 свидетельствует отсутствие действий ООО «Профит» по его исполнению, в том числе государственной регистрацией перехода исключительного права в Роспатенте, поскольку реализация правомочий, составляющих содержание исключительного права, в полном объеме возможна только при условии государственной регистрации состоявшегося перехода права. При этом судом правильно отмечено,                                    что с учетом положений пункта 6 статьи 1232 ГК РФ распоряжение таким правом, а равно совершение любых действий, определяющих порядок существования исключительного права, возможно только после государственной регистрации перехода исключительного права или одновременно с ней. 

Кроме того, как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, о формальности взаимоотношений при заключении налогоплательщиком с ООО «Профит» договора от 29.02.2016 свидетельствует также безразличное отношение контрагента к приобретенному за значительную сумму денежных средств исключительному праву, поскольку уже 19.06.2016 прекращена правовая охрана патента в связи с отсутствием уплаты пошлины, в связи с чем патент перешел в общественное достояние и мог использоваться любым лицом без чьего-либо согласия и выплаты вознаграждения; приобретение патента на изобретение ООО «Профит» спустя 5 месяцев после начала процедуры ликвидации и за 3 месяца до прекращения деятельности юридического лица; совершение налогоплательщиком действий по государственной регистрации отчуждения исключительного права на патент и восстановления его действия спустя более чем 1,5 года после заключения договора с ООО «Профит», в то время как заявитель не являлся правообладателем исключительного права, без обоснования мотивов таких действий в интересах ликвидированного лица, в том числе, восстановления правовой защиты патента, ООО «ПЦП»; отсутствие доказательств использования в предпринимательской деятельности патента на изобретение как ООО «ПЦП» в период с 23.11.2015 по 28.02.2016, так и ООО «Профит» в период с 29.02.2016 по 27.05.2016. 

Судами учтены также установленные инспекцией в ходе проведения налоговой проверки признаки, характеризующие ООО «Профит» как «техническую» организацию (отсутствие материальных, трудовых, производственных ресурсов, представление отчетности с минимальными суммами налога к уплате в бюджет, отсутствие государственной регистрации, наличие у Черемных В.М, признака «массового» учредителя, «номинального» руководителя, поскольку организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в данной организации им не выполнялись, документы в рамках хозяйственной деятельности не подписывались, информацией о деятельности руководимой им организации Черемных В.М. не обладает). 

С учетом установленных обстоятельств, доказательств, представленных                                в материалы дела,  суды верно заключили, что не может быть принят в качестве достоверного доказательства, опровергающего формальность сложившихся в рамках договора от 29.02.2016 правоотношений между ООО «ПЦП» и ООО «Профит», и подтверждающего наличие реальных расчетов между указанными лицами, ликвидационный баланс, составленный ликвидатором ООО «Профит». 

Таким образом, правильно применив указанные выше нормы права, оценив фактические обстоятельства, представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, в их совокупности и взаимосвязи в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, установив, что при заключении договора об отчуждении исключительного права на патент между ООО «ПЦП» и ООО «Профит» у сторон отсутствовали реальные намерения                           по созданию правовых последствий в виде получения ООО «Профит» исключительного права на патент и дальнейшего его использования                                   в предпринимательской деятельности, а правоотношения сторон в рамках указанного договора носили формальный характер, не преследовали цель осуществления реальной хозяйственной деятельности, а  направлены                                     на имитацию создания встречных обязательств ООО «ПЦП» к ООО «Профит» для погашения образовавшейся кредиторской задолженности перед ООО «Профит», с единственной целью –  избежания налоговых последствий, предусмотренных пунктом 18 статьи 250 НК РФ, суды пришли                                                к обоснованному выводу о формальном документообороте, повлекшем занижение ООО «ПЦП» налоговой базы по налогу на прибыль. 

При таких обстоятельствах суды правомерно отказали налогоплательщику в удовлетворении заявленного требования о признании недействительным решения инспекции от 01.11.2019 № 14 о доначислении налога на прибыль организаций за 2016 в сумме 18 398 963 руб., начислении пени в размере 6 080 567 руб. 69 коп. и взыскания штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ в сумме 1 839 251 руб. 82 коп. 

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности доказательств, имеющихся в деле, установленных по делу обстоятельств, а  также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку установленных по делу обстоятельств. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нормы материального права судами применены правильно. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 28.07.2020 по делу                       № А76-6266/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.11.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества  с ограниченной ответственностью «Профит Центр Плюс» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий	Т.П. Ященок  

 

Судьи	О.Л. Гавриленко  

 

Д.В. Жаворонков