ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16829/2024

Дело № А41-96618/22

23 сентября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  19 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 сентября 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

ФИО2 – лично, предъявлен паспорт,

от иных лиц: не явились, извещены, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ОСТАРА» ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2024 года по делу № А41-96618/22 о признании ООО «ОСТАРА» несостоятельным (банкротом), 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 22.03.2023 в отношении ООО «ОСТАРА» (ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим имуществом должника суд утвердил ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 12.10.2023 в отношении ООО «ОСТАРА» введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим суд утвердил ФИО3. 

Конкурсный управляющий 20.12.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора поручительства от 10.08.2020, заключенного должником с ФИО4, и применении последствий его недействительности в виде взыскания в конкурную массу денежных средств в размере 9 059 740,48 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2024 года в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2024 гола отменить.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

Ходатайство ФИО4 об отложении судебного заседания рассмотрено апелляционной коллегией и отклонено, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 158 АПК РФ.

В судебном заседании кредитор  ФИО2  поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 10.08.2020 между ФИО4 (займодавцем) и ФИО5 заключен договор займа (сумма займа – 8 000 000 рублей, срок – до 10.08.2021, процентная ставка – 15% годовых), исполнение обязательств по которому было обеспечено поручительством ООО «МаркетВЭД» (новое наименование – ООО «ОСТАРА»). 

ФИО5 на момент заключения данных сделок являлся единственным участником и руководителем ООО «ОСТАРА». 

В связи с неисполнением обязательств по возврату займа основным и акцессорным должниками, решением Хорошевского районного суда города Москвы от 22.11.2021 по делу №2-9351/2021 с ООО «ОСТАРА» в пользу ФИО4 взыскана задолженность в общем размере 9 374 940 рублей, из которых: 8 000 000 рублей (основной долг), 1 295 200 рублей (проценты по займу), 24 800 рублей (пени), 54 940 рублей (судебные издержки). Выдан исполнительный лист. 

Впоследствии в рамках исполнительного производства с расчетного счета должника судебным приставом-исполнителем произведены списания денежных средств в общем размере 9 059 740,48 рублей: 16.05.2022 на сумму 6 971 573,78 рублей и 31.05.2022 на сумму 2 088 166,70 рублей. 

Обращаясь в суд с заявлением о признании недействительным договора поручительства от 10.08.2020, заключенного ООО «ОСТАРА» с ФИО4, и применении последствий его недействительности в виде взыскания с ответчика в конкурную массу денежных средств в размере списанных в его пользу в рамках исполнительного производства 9 059 740,48 рублей, конкурсный управляющий ссылается на мнимый характер сделки, а также на ее совершение в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  (заявление о банкротстве принято к производству суда 08.12.2022) и ее направленность на причинение вреда кредиторам должника.

В силу статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение 3-х лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В пунктах 5 - 7 постановления пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате ее совершения причинен такой вред; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума N 63).

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения данных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса). Совершая притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в деле о банкротстве возражений о притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (пункт 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правовая природа договора поручительства не предполагает извлечение поручителем прибыли, а такой договор обеспечивает исполнение основным должником своих обязательств и является обычным способом обеспечения обязательств по кредитным договорам. При предоставлении финансирования независимым кредитором предполагается, что главная цель поручительства, выданного входящим в группу компаний с заемщиком лицом, заключается в создании дополнительных гарантий реального гашения долговых обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2018 N 304-ЭС17-21427), и, согласно сложившейся судебной практике, наличие корпоративных (иных связей) между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Конкурсным управляющим в данном случае предпринята попытка преодоления вступившего в законную силу судебного акта – решения суда общей юрисдикции от 22.11.2021, которым заемная сделка оценена в качестве реальной, обязательства поручителя существующими – долг взыскан с акцессорного должника. Данные действия противоречат положениям статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

Ссылка управляющего на мнимый характер договора поручительства обоснованно отклонена судом, поскольку судебная практика допускает заключение безвозмездных сделок и признает их совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности, если такие сделки совершены с участием компаний, входящих в одну группу. 

В рассматриваемом случае, дача поручительства ООО «ОСТАРА» по обязательствам единственного участника и руководителя ФИО5 обусловлена подобным участием. 

При этом, сам по себе факт создания юридического лица непосредственно перед заключением заемной и акцессорной сделок не имеет правового значения. 

Вопреки доводам управляющего, обстоятельство отказа ФИО4 от иска к основному должнику ФИО5 также обусловлен вхождением последнего и ООО «ОСТАРА» в одну группу лиц, а также экономической целесообразностью взыскания столь значительной суммы в 2021 году именно с действующего юридического лица, а не с гражданина (в заявлении управляющий ссылается на ведение должником в указанный период активной хозяйственной деятельности). 

Наличие в действиях ФИО4 признаков злоупотребления правом не подтверждено надлежащими доказательствами, равно как и не подтверждено совершение ООО «ОСТАРА» в более чем полуторалетней ретроспективе до инициирования процедуры банкротства оспариваемой сделки с заинтересованным лицом. 

Судом обоснованно отклонены доводы о вхождении ФИО4 в одну группу лиц с ООО «ОСТАРА» и ФИО5 (то есть, фактической аффилированности ответчика и должника), поскольку носят характер ничем не подтвержденных предположений. 

Ссылка управляющего на то, что займодавцем принято поручительство юридического лица с уставным капиталом в размере 100 000 рублей, несостоятельна, поскольку подобные хозяйственные операции нормами действующего законодательства не запрещены и являются типичными для гражданского оборота. 

Согласно судебной практике в подобной ситуации осуществляется оценка имущественного положения именно группы лиц (основного и акцессорных должников), равно как и совокупные риски дефолта таковых. 

Доводы управляющего об указании в договоре поручительства реквизитов расчетного счета «МаркетВЭД» (новое наименование – ООО «ОСТАРА»), открытого днем позднее – 11.08.2020, в качестве основания мнимости взаимоотношений сторон, обоснованно отклонена судом, поскольку ходатайство о фальсификации, о проведении экспертного исследования давности подписей сторон сделки, управляющим заявлено не было.

Кроме того, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со  статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

С учетом разъяснений ВАС РФ, изложенных в пунктах 5 - 7 Постановления № 63, в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

1. Спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

2. Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

3. В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

4. Другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

Таким образом, одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки является причинение вреда кредиторам должника. В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ) факт причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.

Как следует из материалов дела, единственным кредитором ООО «ОСТАРА» является ФИО2 (вследствие погашения последним задолженности перед уполномоченным органом в размере 3 500 рублей).

Задолженность ООО «ОСТАРА» перед ФИО2 в общем размере 46 119 453 рублей возникла в связи с неисполнением обязательств по договору поставки от 10.06.2021 №Т-М-2021/06-10/1, заключенному между ООО «ТРАНСМЕТАЛЛ» и ООО «ОСТАРА», что следует из решения Арбитражного суда Московской области от 21.03.2022 по делу №А41-82965/21, которое в настоящее время ревизуется апелляционным судом по апелляционной жалобе ФИО5 (апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в суде первой инстанции).

Таким образом, договор поручительства от 10.08.2020, заключенный в обеспечение обязательств перед ФИО4 по договору займа от 10.08.2020, в любом случае не мог быть направлен на причинение вреда единственному кредитору, обязательства перед которым возникли позднее (в 2021 году).

Иных кредиторов, перед которыми Общество имело неисполненные обязательства в рассматриваемый период не было.

 При таких обстоятельствах, суд исходил из того, что отсутствие у должника признаков неплатежеспособности исключает применение презумпции о наличии у спорной сделки цели причинения вреда кредиторам, в связи с чем наличие данной цели подлежит доказыванию на общих основаниях.

Требования о недействительности платежей, совершенных 16.05.2022 и 31.05.2022 в рамках исполнительного производства на основании решения Хорошевского районного суда города Москвы от 22.11.2021 по делу №2-9351/2021 конкурсный управляющий не заявлял. Данные платежи выходят за шестимесячный период предпочтительности, предусмотренный статьей 61.3 Закона о банкротстве. 

Принимая во внимание изложенное, суд обоснованно исходил из отсутствия оснований для удовлетворения заявления о признании оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание, что конкурсный управляющий, ссылаясь на недействительность сделок по признаку злоупотребления правом, не указал, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Все обстоятельства, на которые указывает заявитель, составляют совокупность условий для признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств направленности воли сторон на вывод активов должника, и, соответственно, на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника в материалы дела не представлено.

Злоупотребления правом в действиях сторон при заключении и исполнении договора судом не установлено.

Таким образом, оснований для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел

С учетом изложенного, оснований для отмены вынесенного судебного акта  удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционная коллегия считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Расходы по оплате госпошлины подлежат распределению в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 04 июля 2024 года по делу №А41-96618/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «ОСТАРА» в доход федерального бюджета 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи

 

А.В. Терешин

 

Н.В. Шальнева