АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-16498/2020

г. Краснодар

16 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Посаженникова М.В., судей Андреевой Е.В. и Соловьева Е.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Поповской А.И., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», конкурсного управляющего ФИО1 (паспорт), а также видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ставропольского края, от Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю – ФИО2, ФИО3 (доверенности от 15.01.2024), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 19.07.2023), в отсутствие в судебном заседании иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе посредством размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Элизар» ФИО1 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.06.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024 по делу № А63-16498/2020 (Ф08-2248/2024), установил следующее. 

ФНС России в лице ИФНС России по г. Пятигорску Ставропольского края обратилась в суд с заявлением о признании акционерного общества «Элизар» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 22.09.2021 акционерное общество «Элизар» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства.

Определением суда от 14.12.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО1

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО6, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также о приостановлении производства по вопросу о взыскании с указанных лиц денежных средств до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 21.06.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 29.01.2024, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности отказано. В отдельное производство выделено рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО8 по обязательствам должника.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций отменить, направить дело на новое рассмотрение. 

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, в период с 18.06.2015 по 26.06.2017 контролирующим должника лицом являлся ФИО4 в качестве руководителя должника, а также с 29.05.2017 в качестве акционера (доля участия 29,26%). 

Арбитражный управляющий, установив наличие задолженности организации по налоговым платежам, а также факты продажи недвижимого имущества должника, полагая, что указанные обстоятельства связаны с деятельностью ФИО4, обратился в арбитражный суд с требованием о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ) (далее – Закон о банкротстве) если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, в том числе: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Как разъяснено пунктом 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Пунктом 16 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 26 Постановления Пленума № 53 разъяснено, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали фактические обстоятельства дела и представленные лицами, участвующими в деле, доказательства. 

Судами установлено, что в период с 18.06.2015 по 26.06.2017 контролирующим должника лицом являлся ФИО4 в качестве руководителя должника, а также с 29.05.2017 в качестве акционера (доля участия 29,26%). 

Как следует из материалов дела, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включена основная задолженность на общую сумму 30 804 647,04 рублей, из них задолженность перед налоговым органом в размере 29 284 704,12 рублей.

Доказательств того, что указанная задолженность доначислена налоговым органом в связи действиями ФИО4, судебным инстанциям не предоставлено. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители налогового органа дополнительно пояснили о том, что указанная задолженность начислена за иные налоговые периоды. 

Как разъяснено в пункте 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.05.2024, при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности презумпция, предусмотренная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, может быть применена только в случае, если доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога составили более 50% размера требований кредиторов должника, включенных в реестр.

В данном случае в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства о том, что в результате действий ФИО4 доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения (пункт 26 Постановления Пленума № 53).

Доводы арбитражного управляющего относительно доначисления иных налоговых платежей на основании решения ИФНС России по г. Пятигорску от 22.09.2020 № 14-21-1/7 на сумму 36 736 009,60 рублей подлежат отклонению, поскольку доказательства включения указанной суммы или ее части в реестр требований кредиторов отсутствуют. 

Относительно обстоятельств продажи недвижимого имущества АО «Элизар» судебными инстанциями установлено, что указанная недвижимость реализовывалась на основании решений коллегиального органа управления должника.

Применительно к данным обстоятельствам ответчиком дополнительно пояснено, что реализация имущества производилась по ценам, соответствие которых рыночным определялось согласно соответствующим экспертным заключениям.  

Указанные обстоятельства и доводы ответчика надлежащим образом не опровергнуты арбитражным управляющим.  

При таких обстоятельствах судебные инстанции не установили безусловных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В данном случае судебные инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии достаточных правовых оснований для удовлетворения заявленных требований. 

Доводы управляющего относительно обстоятельств осуществления ответчиком обязанностей директора должника исследованы судебными инстанциями, им дана надлежащая правовая оценка. 

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, что в силу статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену или изменение судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 21.06.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024 по делу № А63-16498/2020  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

 

 

Председательствующий                                                                            М.В. Посаженников

Судьи                                                                                                           Е.В. Андреева

                                                                                                                      Е.Г. Соловьев