СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-17004/2020(3)-АК

Дело № А71-11936/2019

16 февраля 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 февраля 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего судьи Гладких Е.О., 

судей Макарова Т.В., Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии, в том числе посредством веб-конференции (онлайн-заседания):

конкурсного управляющего ФИО2 

представителя ФИО3 ФИО4 по доверенности от 05.11.2020,

представителя ПАО «Т Плюс» ФИО5 по доверенности от 20.01.2020,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики 

от 25 октября 2021 года

о результатах рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

вынесенное в рамках дела № А71-11936/2019

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «Оазис-ЛТД» (далее – ООО ПКФ «Оазис-ЛТД», должник) (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

установил:

16.07.2019 в Арбитражный суд Удмуртской Республики обратилось публичное акционерное общество «Т Плюс» (далее – ПАО «Т Плюс») (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице филиала «Удмуртский» с заявлением о признании ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» несостоятельным (банкротом), которое принято к производству суда определением от 19.07.2019, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.10.2019 (резолютивная часть определения объявлена 03.10.2019) указанное заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, являющийся членом Ассоциации саморегулируемая организация «Объединение арбитражных управляющих «Лидер».

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» 12.10.2019 № 187. 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.03.2020 (резолютивная часть решения объявлена 05.03.2020) ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

23.03.2020 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – ФИО6 и ФИО7 (с учетом измененных требований, принятых в порядке статьи 49 АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 07.10.2021 (резолютивная часть определения объявлена 25.10.2021) привлечен к субсидиарной ответственности ФИО7 в лице его наследника ФИО3 в пределах наследственной массы. Производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении заявления в части привлечения к субсидиарной ответственности  ФИО6 отказано. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 в лице его наследника ФИО3 в пределах наследственной массы отменить. Апеллянт считает, что сам по себе возможный факт непередачи документации должника конкурсному управляющему не мог повлиять на проведение процедур по формированию конкурсной массы. С точки зрения заявителя апелляционной жалобы, для установления состава должников достаточно запросить сведения о собственниках помещений, расположенных в здании из Управления Росреестра по Удмуртской Республике. Более того, указанные документы уже имелись в материалах дел А71-22941/2018, А71-22939/2018 и А50-24078/2018. Все имущество должника было передано ФИО7 ФИО8 после его назначения директором должника, что подтверждается не только фактом реализации указанного имущества на торгах в ходе конкурсного производства, но и скрытым от суда ФИО6 акта приёма-передачи автомобиля Daewoo Nexia. Наличие иных активов должника материалами дела не подтверждается. Более того, представитель конкурсного управляющего в ходе рассмотрения настоящего спора неоднократно подтверждал, что все иное имущество, кроме дебиторской задолженности, передано конкурсному управляющему и реализовывается с торгов. Ввиду изложенного, как считает ФИО3, конкурсным управляющим не доказана невозможность формирования конкурсной массы и/или проведения процедур, применяемых в банкротстве ввиду непередачи документации должника. В материалах указанных дел также имелись и иные документы, необходимые для взыскания спорной дебиторской задолженности, в том числе первичные (документы должника, которые являлись предметом спора по истребованию документов у ФИО7). 

Апеллянт также полагает, что в связи со смертью ФИО7 его обязанности по передаче документации должника прекратились и не могут быть предъявлены к кому либо, в том числе к наследнику. Неустановленность факта непередачи документации должника до его смерти исключает возможность доказывания такого факта после его смерти. При этом ФИО3 как наследник бывшего руководителя должника никаким образом не был связан с хозяйственной деятельностью должника, не имел доступа к информации и/или документации по деятельности должника и объективно лишен возможности доказывать обстоятельства по передаче либо непередачи документации должника вновь назначенным руководителям.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что при указанных обстоятельствах, основания для привлечения ФИО3 как наследника ФИО7 к субсидиарной ответственности отсутствуют. 

Конкурсный управляющий и кредитор ПАО «Т Плюс» представили отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрение апелляционной жалобы начато судом апелляционной инстанции в составе председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Даниловой И.П., Саликовой Л.В.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022 судебное заседание судом апелляционной инстанции было отложено на 09.02.2022. 

Конкурсному управляющему должника предложено судом в срок не позднее 04 февраля 2022 года представить суду апелляционной инстанции письменные пояснения (с документальным подтверждением) относительно того, какую деятельность осуществлял должник, причин объективного банкротства должника; непередача каких конкретно документов и активов затруднила конкурсному управляющему осуществить формирование конкурсной массы; предоставить копию отчета о деятельности конкурсного управляющего должника по состоянию на последнюю отчетную дату, реестра требований кредиторов должника, анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, а также письменный анализ работы с дебиторской задолженностью должника, подробным образом пояснив, какие меры предприняты для выявления дебиторской задолженности, какая информация получена (с приложением копий документов), какая дебиторская задолженность выявлена (раскрыть состав, размер задолженности и основания возникновения, дебиторов), какая задолженность погашена, какие меры приняты для взыскания непогашенной дебиторской задолженности и т.д. 

02 февраля 2022 года от конкурсного управляющего должника поступили дополнения к отзыву на апелляционную жалобу с приложенными к нему анализом финансового состояния должника анализа работы с дебиторской задолженностью, отчетом об использовании денежных средств должника и иных документов во исполнение определения Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022, которые приобщены к материалам дела. 

08 февраля 2022 года от ФИО3 поступили дополнения к жалобе, содержащие в себе фактически возражения на доводы конкурсного управляющего, приведенные в дополнении к отзыву. Дополнения приобщены к материалам дела. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 произведена замена судьи Даниловой И.П. на судью Макарова Т.В., сформирован состав суда для рассмотрения апелляционной жалобы ФИО3 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25 октября 2021 года по делу № А71-11936/2019: председательствующий судья Гладких Е.О., судьи Макаров Т.В., Саликова Л.В. 

В судебном заседании 09.02.2022 представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Конкурсный управляющий и представитель кредитора по доводам апелляционной жалобы возразили. Просят оставить обжалуемое определение без изменения. 

Остальные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, представителей для участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции не направили.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» зарегистрировано в качестве юридического лица с 31.12.2002, о чем внесена соответствующая запись в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

С 15.11.2013 руководителем и учредителем должника являлась ФИО9, с 16.04.2019 учредителем становится ООО «МС Плюс».

С 17.08.2016 по 11.07.2019 руководителем должника являлся ФИО7 (далее – ФИО7), а с 12.07.2019 по дату введения в отношении должника процедуры конкурсного производства - ФИО6 (далее – ФИО6)

Определением от 03.10.2019 (в полном объеме изготовлено 07.10.2019) в отношении ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2

Решением от 05.03.2020 ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

23 марта 2021 года конкурсный управляющий обратился в суд с требованием об обязании ФИО7 передать документацию, имущество должника.

Определением суда от 14.08.2020 (в полном объеме изготовлено 19.08.2020) на ФИО7 возложена обязанность передать конкурсному управляющему документацию, имущество должника.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 определение от 14.08.2021 по настоящему делу отменено, производство по заявлению в отношении ФИО7 прекращено ввиду того, что на момент вынесения судебного акта ФИО7 умер, в удовлетворении заявления к ФИО6 отказано.

Ссылаясь на то, что неисполнение бывшими руководителями должника обязанности по передаче документации должника привело к невозможности выявления дебиторской задолженности должника, иных активов должника, выявлению подлежащих оспариванию сделок, и как следствие, невозможности погашения требований кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО6 и ФИО7 в лице его наследника ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (с учетом уточнения требований – том 2 л.д. 97-99).

Признавая требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 обоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что  заявление об обязании передать документацию подано конкурсным управляющим должника 23.03.2020, то есть более чем за 3 месяца до смерти ФИО7, определениями суда от 06.04.2020, 23.06.2020 судебное заседание откладывалось, ФИО7 предлагалось представить пояснения на заявление, пояснения на доводы ФИО6 о непередаче последнему документации, однако каких-либо пояснений от ФИО7 не поступило. Более того, требование о передаче документации было также заявлено ФИО6 в исковом порядке (дело № А71-20566/2019), в рамках которого каких-либо пояснений от ФИО7 также не поступало; доказательств невозможности ФИО7 передать документацию, либо представить на протяжении сроков рассмотрения названных споров (в период с января по июнь 2020, с учетом даты смерти - 16.07.2020) пояснения, обеспечить явку представителя для представления своих интересов, суду не представлено. При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции признал, что отсутствие на текущий момент у наследника ФИО7 - ФИО3 объективной возможности представить в полном объеме какие-либо доказательства, не может являться основанием для освобождения ФИО7 от субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов в результате уклонения об исполнения возложенной статьей 126 Закона о банкротстве обязанности. Суд первой инстанции также сделал вывод, что факт передачи документации от бывшего бухгалтера ФИО11 бывшему руководителю ФИО7 подтвержден актом приема - передачи от 31.12.2018 № 1/050/2018 (т. 3 л.д. 37), в ходе настоящего судебного заседания ФИО11 поддержала ранее заявленные доводы о том, что документация передавалась непосредственно ФИО7, фактически документация передавалась в июле 2019 года, в составе книг покупок-продаж передавалась подтверждающая первичная документация. Представленный акт в установленном порядке не оспорен, датирован 31.12.2018, целесообразность принятия документации ФИО7 в июле, то есть уже после назначения на должность ФИО6, не раскрыта. При этом, как указал суд первой инстанции, независимо от даты подписания акта приема-передачи документации, ФИО7 должен был осознавать последствия совершаемых им действий. Доказательств того, что впоследствии документация была передана ФИО6, в материалы дело не представлено. При этом суд первой инстанции отклонил доводы ФИО3, что конкурсным управляющим не исчерпаны возможные для взыскания дебиторской задолженности меры, в частности, не запрошены книги покупок-продаж, из которых можно установить взаимоотношения должника с контрагентами, сославшись на то, что невозможно достоверно предполагать, что в отсутствие первичной документации требования конкурсного управляющего будут удовлетворены.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласиться не может и усматривает основания для отмены принятого по спору судебного акта в части привлечения ФИО7 в лице его наследника ФИО3 к субсидиарной ответственности с принятием по делу нового судебного акта в связи со следующим. 

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пунктом 1 статьи 50 Закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» закреплено, что общество обязано хранить следующие документы: договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения; протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества; документ, подтверждающий государственную регистрацию общества; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества; положения о филиалах и представительствах общества; документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества; протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества, коллегиального исполнительного органа общества и ревизионной комиссии общества; списки аффилированных лиц общества; заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля; иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, который обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета (статья 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").

В пункте 24 постановления № 53 разъяснено, что арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Руководителем должника согласно определению, приведенному в статье 2 Закона о банкротстве, является единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с Федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Из материалов дела следует, что ФИО7 и ФИО6 в различные периоды времени являлись руководителями должника, соответственно являлись по отношению к должнику контролирующими лицами (статья 2 Закона о банкротстве) и могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по долгам общества. 

ФИО7 умер 16.07.2020. Согласно ответу нотариуса (т. 2 л.д. 4), наследником ФИО7, принявшим наследство, является ФИО3 (далее – ФИО3), который определением от 02.03.2021 привлечен к участию в рассмотрении спора в качестве соответчика.

Требование о привлечении бывших руководителей должника ФИО6 и ФИО7 в лице его наследника ФИО3 основано на том, что ими не исполнена обязанность по передаче документации должника, в результате чего стало невозможным погашение требований кредиторов. Как указано конкурсным управляющим, непередача руководителями должника документации не позволила в полном объеме выявить активы должника, провести анализ всех сделок на наличие оснований для их оспаривания, установить весь объем дебиторской задолженности, что в свою очередь не позволяет удовлетворить требования кредиторов должника.

При рассмотрении данного спора помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и при наличии документации это могло бы пополнить конкурсную массу, привело к невозможности погашения требований кредиторов.

В этой связи, привлекая контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, заявителю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением), и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае доказательства существенных затруднений в проведении процедуры конкурсного производства в материалы дела не представлены. Конкурсным кредитором не представлено суду достаточных доказательств наличия документации/имущества должника в фактическом владении как умершего ФИО7, так и в распоряжении ФИО6, а также того, что они препятствовали конкурсному управляющему в получении таковых (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств того, что бывшими руководителями должника были совершены действия, направленные на уклонение от исполнения предусмотренной обязанности по передаче документов, которые не позволили сформировать либо затруднили формирование конкурсной массы, в материалы дела не представлено. 

Как следует из обжалуемого судебного акта, привлекая ответчика к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции исходил из доказанности того факта, что первичная документация, подтверждающая дебиторскую задолженность должника, передана бывшим бухгалтером ФИО11 бывшему руководителю ФИО7 по акту приема-передачи от 31.12.2018 № 1/050/2018, следовательно, учитывая отсутствие последующей передачи документов, должна находиться у ФИО7 

Между тем, как следует из акта приема-передачи от 31.12.2018 № 1/050/2018 (т. 3 л.д. 37), первичная документация по дебиторской задолженности должника ФИО7 по акту не передавалась, в числе документов, переданных главным бухгалтером, в акте не указана. Более того, перечень документов, переданных бывшим бухгалтером ФИО11 бывшему руководителю ФИО7, не позволяет сделать вывод, что первичная документация передана в комплекте с одним из документов, перечисленных в акте, в том числе в составе книг покупок и продаж. По мнению суда апелляционной инстанции, главный бухгалтер общества в силу пп. 3 п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве несет повышенную ответственность за последствия своих действий в отношении общества и в связи с этим, передавая документы организации, не могла не осознавать последствия своих действий и важность максимально точной конкретизации перечня передаваемых документов. В связи с этим суд апелляционной инстанции считает, что к пояснениям ФИО11, пояснившей в судебном заседании суда первой инстанции, что в составе книг покупок и продаж ею была передана ФИО7 вся первичная документация, следует относиться критически. Данное критическое отношение вызвано также и тем, что второй непосредственный участник событий, указанных в акте приема-передачи от 31.12.2018 – ФИО7, умер и только в силу этого связанная с ним сторона процесса не может ни подтвердить, ни опровергнуть пояснения ФИО11

Иных оснований считать доказанным факт передачи ФИО7 первичной документации не имеется. 

Кроме того, в рассматриваемом деле позиция конкурсного управляющего по требованиям о привлечении ФИО7 в лице его наследника ФИО3 к субсидиарной ответственности сводится к тому, что в бухгалтерском балансе должника за 2018 год отражена дебиторская задолженность в размере 4,7 млн.рублей, а поскольку документация должника конкурсному управляющему не передана, постольку он не смог установить состав и размер дебиторской задолженности, а также взыскать ее. О наличии других активов и невозможности их выявить и включить в конкурсную массу конкурсным управляющим не заявлено.

Опровергая вышеприведенные в тексте настоящего постановления презумпции, ФИО3 ссылался на то, что сам по себе возможный факт непередачи документации должника конкурсному управляющему не мог повлиять на проведение процедур по формированию конкурсной массы.

Как следует из материалов настоящего обособленного спора, основным и единственным видом деятельности должника было оказание услуг по обслуживанию здания, расположенного по адресу: 

<

...>.

Общим собранием собственников нежилых помещений по адресу: 

<

...>, оформленным протоколом № 1 от 10.02.1999, принято решение назначить в качестве управляющей общим имуществом ООО ПКФ «Оазис-ЛТД», наделив данную организацию полномочиями заключать договоры энергоснабжения имущества, общего имущества, договоры оказания коммунальных услуг в отношении имущества, общего имущества, осуществлять содержание и эксплуатацию общего имущества собственников. 

Соответственно расходы, понесенные должником по содержанию и обслуживанию общего имущества здания, несут собственники помещений в Здании соразмерно со своей долей в общем имуществе здания (ст. 1, 6, 209, 210, 249 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вышеуказанные выводы отражены в решении Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу №А71-22941/2018.

Следовательно, для взыскания должником расходов на управление и содержание общего имущества здания, как верно указывает заявитель апелляционной жалобы, необходимо установление и подтверждение следующих обстоятельств:

- назначение в качестве управляющей имуществом, общим имуществом организации ООО ПКФ «Оазис-ЛТД». Данный факт установлен протоколом № 1 от 10.02.1999 общего собрания собственников нежилых помещений по адресу: 

<

...>, отражено в решении Арбитражного суда Удмуртской Республики по делу №А71-22941/2018;

- наличие и состав понесенных расходов на управление и содержание общего имущества здания. Данные обстоятельства могли быть получены конкурсным управляющим посредством анализа книг покупок за необходимый период времени (2015-2018 год) и данных расчетного счета, в котором все соответствующие расходные операции отражены и подтверждают факт несения таких расходов;

- перечень лиц, обязанных нести расходы на управление и содержание общего имущества здания - перечень собственников помещений в здании. Данные сведения могли быть получены из управления Росреестра по Удмуртской Республике.

Как следует из материалов дела, практически все вышеуказанные сведения имелись в распоряжении конкурсного управляющего (решение по делу №А71-22941/2018, книги покупок и продаж должника, выписки по расчетному счету, сведения о должниках по списку дебиторской задолженности от 04.06.2019).

При этом конкурсным управляющим должника не представлено доказательств того, что вышеуказанных сведений недостаточно для предъявления требований от имени должника к собственникам нежилых помещений в здании о взыскании расходов, понесенных должником в связи с управлением и содержанием общего имущества здания.

Запрос первичных документов (счета-фактуры, акты выполненных работ и оказанных услуг и пр.) от контрагентов должника, отраженных в книгах покупок должника, которым должник оплачивал товары, работы и услуги в связи с содержанием здания, конкурсным управляющим не проводился. Запрос аналогичных первичных документов, отраженных в книгах продаж должника для целей упрощения взыскания дебиторской задолженности, конкурсным управляющим также не производился.

ФИО11, бывшим главным бухгалтером должника, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были даны пояснения, согласно которым абсолютно все хозяйственные операции должника отражались в книгах покупок и книгах продаж, соответствующие сведения отражали в своих книгах покупок/продаж контрагенты должника, и налоговым органом несоответствий по данным фактам выявлено не было. 

Данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела также не опровергались.

Из представленных конкурсным управляющим в ответ на предложение суда апелляционной инстанции документов по работе с дебиторской задолженностью усматривается, что им частично осуществлялись мероприятия по взысканию неосновательного обогащения с контрагентов, которым перечислялись денежные средства по расчетному счету должника.

Так, из представленного конкурсным управляющим анализа работы с дебиторской задолженность должника следует, что задолженность ГУ РО ФСС по УР согласно ответу на запрос отсутствует. Между тем, как следует из пояснений ФИО12, задолженность погашена в ходе рассмотрения дела о банкротстве в указанной в списке сумме.

Относительно задолженности ЗАО «НМС» на 01.01.2009 управляющий ссылается на то, что истек срок исковой давности, который согласно ст. 196 ГК РФ составляет 3 года, кроме того ЗАО «НМС» с 2012 г. находится в процедуре банкротства. Между тем, сведений о совершении действий по получению первичных документов и взысканию дебиторской задолженности конкурсным управляющим не представлено.

Относительно задолженности ИП ФИО13 управляющий ссылается на то, что согласно определению арбитражного суда Пермского края от 15.01.2019 по делу №А50-24078/18 был принят отказ ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» от требований к ИП ФИО13 Между тем, как следует из материалов дела, отказ от требований к данному ответчику был сделан в связи с тем, что ФИО13 являлась ненадлежащим ответчиком, надлежащим ответчиком является ИП ФИО14 Сведений о совершении действий по взысканию дебиторской задолженности с ИП ФИО14 конкурсным управляющим не представлено.

Относительно задолженности ИП ФИО15 управляющий пояснил, что задолженность перед ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» согласно ответу данного предпринимателя отсутствует. Между тем, сведений о совершении действий по получению первичных документов и взысканию дебиторской задолженности конкурсным управляющим не представлено.

Также управляющий пояснил, что согласно ответу ООО «МС Плюс» на запрос конкурсного управляющего, информация о задолженность перед ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» отсутствует. Между тем, сведений о совершении действий по получению первичных документов и взысканию дебиторской задолженности конкурсным управляющим не представлено.

Относительно задолженности ООО «Алекс Компани» управляющий указал, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.12.2019 по делу №А71-22941/18 ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» было отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании долга с ООО «Алекс Компани», а согласно ответу ООО «Алекс Компани» задолженность перед ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» отсутствует. 

Относительно задолженности ФИО14 конкурсный управляющий пояснил, что им был сделан запрос в МВД по Удмуртской Республике о предоставлении сведений об адресе регистрации физического лица. В ответ на запрос МВД по УР предоставило адресную справку, согласно которой ФИО14 в Удмуртской Республике зарегистрированным не значится. Таким образом, у конкурсного управляющего отсутствует возможность установить наличие либо отсутствие дебиторской задолженности по названному контрагенту. Между тем, как правильно указано представителем ФИО3, отсутствие адреса регистрации не препятствует предъявлению иска и последующему установлению адреса регистрации указанного лица. Более того, в материалах дела № А50-24078/18 имеются документы с реквизитами указанного лица. 

Конкурсный управляющий также указал, что 17.07.2020 подано 12 исковых заявлений в Арбитражный суд Удмуртской Республики и Арбитражный суд города Москвы о взыскании неосновательного обогащения к контрагентам должника. Из них в удовлетворении требований было отказано по 6 контрагентам, по 5 искам был заявлен отказ от исковых требований в связи с представлением документов, подтверждающих отсутствие задолженности, по 1 иску было принято решение об удовлетворении заявленных требований, выдан исполнительный лист. 

Доводы конкурсного управляющего о маловероятности того, что контрагенты должника, имеющие перед ним задолженность, представят первичную документацию для целей взыскания с них дебиторской задолженности, являются субъективным мнением управляющего, на объективных данных не основаны, в связи с чем не могут быть признаны судом апелляционной инстанции обоснованными.

Доводы об истечении сроков исковой давности также не могут быть признаны состоятельными, поскольку последствия пропуска срока исковой давности применяются только по заявлению противной стороны, которое с определенной долей вероятности ответчиком может быть не сделано, кроме того на момент введения конкурсного производства сроки исковой давности за 2016-2018 год не истекли.

Анализируя всю указанную информацию и оценивая все представленные в материалы обособленного спора доказательства в соответствии с  требованиями статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает недоказанными те обстоятельства, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и при наличии документации это могло бы пополнить конкурсную массу, привело к невозможности погашения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что само по себе указание конкурсного управляющего на неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче документации не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае не представлено достаточного и конкретного обоснования возникших в связи с бездействием ФИО7 затруднений при проведении процедуры банкротства, а также доказательств наличия причинно-следственной связи между вменяемыми ФИО7 действиями и наступившими последствиями в виде непогашения требований кредиторов.

В деле отсутствуют бесспорные доказательства, которые бы подтверждали тот факт, что бездействие ФИО7 в виде непередачи документации являлось существенным настолько, что стало причиной невозможности осуществления расчетов с кредиторами или данные действия привели к банкротству должника.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО7 в лице его наследника ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО ПКФ «Оазис-ЛТД» по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьей 61.11 Закона о банкротстве.

В связи с этим суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение суда первой инстанции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 в лице его наследника ФИО3 подлежит отмене в связи с несоответствием выводов, изложенных в определении, обстоятельствам дела на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ. 

Судебный акт в части отсутствия оснований для удовлетворения требований к ФИО16 с учетом выводов, изложенных в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 по делу № А60-11936/2019, изменению или отмене не подлежит.

При подаче апелляционных жалоб на обжалуемое определение уплата государственной пошлины налоговым законодательством не предусмотрена.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25 октября 2021 года по делу № А71-11936/2019 отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7. 

В удовлетворении заявления заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 отказать. 

В остальной части определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 25 октября 2021 года по делу № А71-11936/2019 оставить без изменения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Е.О. Гладких

 

Судьи

 

 

Т.В. Макаров

 

Л.В. Саликова