АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 декабря 2022 года

Дело №

А56-12293/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судьей Боровой А.А., Казарян К.Г.

при участии от ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 06.11.2020), 

рассмотрев 15.12.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 - финансового управляющего ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.06.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2022 по делу № А56-12293/2020/сд.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2020 принято к производству заявление о признании ФИО4, ИНН 

<

***>, несостоятельным (банкротом).

Определением от 22.09.2020 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением от 29.12.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просила признать недействительными договор займа № 7-10/10-02 (далее – Договор займа) и договор залога недвижимого имущества № 7-10/10-02 (далее – Договор залога) от 10.10.2017, а также соглашение от 10.10.2017 (далее – Соглашение). 

Определением суда первой инстанции от 03.06.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2022, в удовлетворении заявления отказано. 

В кассационной жалобе ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить указанные определение и постановление, а дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, суды не дали надлежащей оценки доводам заявителя о фактической аффилированности участников оспариваемых сделок, отклонили заявленное финансовым управляющим ходатайство об истребовании дополнительных доказательств; не проверили сделанное финансовым управляющим заявление о фальсификации доказательств по совокупности имеющихся в деле материалов, в том числе заключения специалиста, в котором поставлена под сомнение подпись от имени должника в расписке о получении денежных средств. 

Суды, полагает податель жалобы, не учли, что в результате совершения оспариваемых сделок из владения должника выбыл его наиболее ликвидный актив; при этом ФИО5 (займодавец) не подтвердил наличие у него финансовой возможности предоставить заем должнику. 

Финансовый управляющий считает, что для оценки обстоятельств совершения оспариваемых сделок необходимо принимать во внимание наличие взаимосвязи между обществом с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «НЕБАНК» (ИНН 

<

***>) и ООО «Деньги? Здесь!» (ИНН 

<

***>), а также обстоятельства, установленные приговором Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 20.04.2018 по делу № 1-4/2018 в отношении ФИО6, который стал учредителем и руководителем ООО «Деньги? Здесь!». 

На кассационную жалобу представлены письменные возражения ФИО5, ФИО1, по мнению которых доводы подателя жалобы не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также обстоятельствам, установленным ранее принятыми в отношении участников спорных правоотношений судебными актами. 

В судебном заседании представитель ФИО1 против удовлетворения жалобы возражала.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не стало препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО1 заявил в деле о банкротстве требование к должнику в размере 73 136 721 руб. 45 коп. (задолженность по возврату займа) как обеспеченное залогом имущества должника – квартиры по адресу: Санкт-Петербург, Невский проспект, дом 137, литера А, квартира 8 (далее – Квартира).

В основание заявленного требования кредитор сослался на Договор займа, которым должнику предоставлен заем в размере 7 984 592 руб. на срок до 15.10.2017 с уплатой за пользование займом 10% и Договор залога.

Первоначальный займодавец по Договору займа ФИО5 уступил принадлежавшее ему право требования в пользу ФИО7 по договору уступки от 02.02.2018, а та в свою очередь  уступила право требования по договору уступки от 10.07.2018 ФИО1 

Соглашение заключено о выборе подсудности споров между заемщиком и займодавцем – арбитражного учреждения «Арбитрум». 

Оценив условия указанных Договоров и Соглашения, суд первой инстанции установил, что за уступаемые права ФИО1 выплатил ФИО8 9 200 000 руб. в момент подписания договора об уступке права.

Предмет залога оценен сторонами в 20 000 000 руб., его кадастровая стоимость составила 36 458 403 руб. 02 коп. Обременение зарегистрировано 17.10.2017 за номером 78:310001499:3672-78/042/2017-5.

Полагая, что заключение оспариваемых сделок было направлены на вывод из конкурсной массы активов должника, а именно Квартиры, что сделки совершены между заинтересованными лицами при отсутствии равноценного встречного предоставления и с целью причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий обратилась с заявлением о признании их недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 10, 168, 170, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

ФИО1, ФИО5, ФИО8 привлечены к участию в обособленном споре в качестве ответчиков. 

По утверждению финансового управляющего, ФИО5 не обосновал наличие у него финансовой возможности предоставить заем в спорной сумме, в частности не доказал, что полученные от реализации принадлежащего ему имущества денежные суммы пошли именно на выплату займа.

В обоснование заинтересованности участников спорных правоотношений финансовый управляющий указывает, что их интересы при регистрации сделки представляли одни и те же представители: от ФИО4 действовала ФИО9 и ФИО8, те же лица выступали от имени ФИО5 Интересы ФИО8 и ФИО1 в судах общей юрисдикции представляли ФИО10 и ФИО11  ФИО10 представляет интересы ФИО5 и в деле о банкротстве.

Финансовый управляющий полагала, что ФИО4 не нуждался в получении заемных денежных средств, поскольку на момент заключения договора получил денежные средства от акционерного общества «ВТМ», кроме того, уже являлся собственником двух квартир, считала экономически нецелесообразным приобретение последующими кредиторами прав требований к ФИО4 с учетом того, что кредит не погашался.

Должник заявил о фальсификации Договора займа, Договора залога, Соглашения,  а также расписки от его имени от 10.10.2017 в получении займа в размере 7 984 592 руб. от ФИО5 (далее – Расписка), отрицал подписание указанных документов и просил назначить проведение почерковедческой экспертизы для проверки заявления о фальсификации.

В материалы дела представлена копия заключения эксперта от 17.07.2020, выполненного специалистом Экспертно-криминалистического отдела УМВД России по Центральному району в рамках уголовного дела № 11901400013001483 в отношении Расписки, в котором эксперт сделал вывод о том, что краткие рукописные тексты (расшифровки имени, отчества и фамилии ФИО4) выполнены не им, а подпись от имени должника - вероятно не им, а иным лицом, с подражанием подписи ФИО4 

Одновременно представлено заключение эксперта Экспертно-криминалистического центра по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 28.12.2020 № 7/Э/852-20 (выполнено также в рамках указанного выше уголовного дела), в котором эксперт пришел к выводу о том, что названные рукописные тексты в Расписке, а также в  Договоре залога и в Договоре займа, подписи от имени ФИО4 на указанных документах выполнены им самим.

В постановлении о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) от 14.07.2021 по делу № 11901400013001483 отражено, что ФИО4 подписал с ФИО5, находясь по адресу: 

<

...>, лит. А, оф. 407, Договор займа, Договор залога, и получил от займодавца 7 984 592 руб., кроме того, было подписано Соглашение о подсудности спора из договоров третейскому суду.

В постановлении отражено, что задолженность по Договору займа взыскана решением согласованного сторонами третейского суда от 20.06.2018, обращено взыскание на предмет залога. 

Определением Смольнинского районного суда от 25.09.2018, с учетом произведенной процессуальной замены ФИО8 на ФИО1, последнему выдан исполнительный лист на исполнение решения третейского суда о взыскании задолженности и обращении взыскания на предмет залога. 

По иску ФИО4, поданному в Петродворцовый районный суд Санкт-Петербурга, об отмене решения третейского суда вынесен 28.01.2019 по делу № 2-258/2019 судебный акт об отказе в иске.

Названное выше уголовное дело было возбуждено после этого по заявлению ФИО4 о привлечении к уголовной ответственности руководителей и представителей ООО «НЕБАНК», расположенного по адресу: 

<

...>, лит. А, оф. 407, в связи с совершением в отношении его покушения на хищение принадлежащих должнику денежных средств и Квартиры.

Проверкой по заявлению выявлено, что ФИО4 неоднократно обращался в ООО «НЕБАНК» за предоставлением займов и подписание Договора займа не отрицает.

В ходе проверки следственными органами были получены показания ФИО5, который подтвердил, что предоставил ФИО4 заем по просьбе своего знакомого ФИО6, а необходимые денежные средства представляли собой часть вырученных ФИО5 20 000 000 руб. от продажи принадлежащего ему земельного участка.

В ходе следственных мероприятий был сделан вывод об умышленном искажении ФИО4 своего почерка в документах, представленных в качестве сравнительных образцов для проведения первоначальной экспертизы в рамках уголовного дела, что повлекло не соответствующий действительности вывод эксперта об отсутствии общих признаков в тексте и подписи от имени ФИО4, в исследуемых документах и образцах почерка должника. 

Таким образом, по итогам проверки по заявлению ФИО4 сделан вывод о том, что его обращение в правоохранительные органы было направлено на уклонение от исполнения принятых на себя обязательств.

В ходе судебного разбирательства по иску ФИО4 к ФИО1 о признании Договора займа незаключенным, как следует из представленной в материалы дела копии протокола предварительного судебного заседания Выборгского районного суда Санкт-Петербурга по гражданскому делу № 2-830/20 от 25.02.2020, ФИО4 подтвердил принадлежность ему подписей в Договоре займа и Договоре залога, а подписание Расписки и Соглашения отрицал.

Возражая относительно представленных ответчиками доказательств, финансовый управляющий сослалась на заключение специалиста от 05.04.2022 № 7 ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» о необоснованности выводов главного эксперта отделения оперативных исследований 7 отдела ЭКЦ ГУ МВД РФ по Санкт-Петербургу.

Между тем суд первой инстанции при проверке заявления о фальсификации доказательств не усмотрел оснований для назначения почерковедческой экспертизы, посчитав, что представленные в материалы дела доказательства являются достаточными для такой проверки, и пришел к выводу о том, что фальсификация спорных доказательств не подтверждена. 

По существу обособленного спора суд посчитал неподтвержденным наличие  юридического состава для признания оспариваемых сделок недействительными как по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по общим правилам статей 168, 170, 179 ГК РФ, поскольку факт передачи должнику денежных средств по Договору займа подтвержден совокупностью представленных в материалы дела доказательств.

Суд согласился с тем, что материалами дела подтверждено и наличие у первоначального займодавца денежных средств в размере, предусмотренном Договором займа, в том числе с учетом того обстоятельства, что займы предоставлялись должнику неоднократно, спорные сделки реально исполнены сторонами в соответствии с их условиями. 

Предоставление в залог имущества, превышающего по стоимости сумму предоставленного финансирования, суд расценил как стимулирующую к надлежащему исполнению должником принятых на себя обязательств, посчитав, что сама по себе нуждаемость в денежных средствах не позволяет признать сделку займа кабальной.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением этого же Закона.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Договор займа, Договор залога и Соглашение совершены в пределах предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве периода подозрительности. 

В пунктах 5, 6 и 7 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что оспариваемые сделки совершены в соответствии с буквальным содержанием их условий: должником получены заемные денежные средства, в обеспечение возврата им предоставлено в залог имущество. 

Заключение Договора залога в данном случае обусловлено экономической выгодой должника, которая заключается в получении займа. 

Доказательств, что при заключении Договора займа стороны заведомо предполагали, что денежные средства не будут должником возвращены, не имеется. При таких обстоятельствах не может быть сделан вывод о том, что заключение Договора залога, даже с учетом превышения стоимости Квартиры полученной суммы займа, было направлено на отчуждение указанного имущества. При надлежащем исполнении должником принятых на себя заемных обязательств оснований для утраты должником прав собственности в отношении Квартиры не имелось.

Кроме того, вырученные от реализации залога денежные средства в сумме, превышающей размер задолженности, подлежали бы возврату должнику, то есть, по условиям спорных сделок, даже при обращении взыскания на предмет залога имущественная масса должника не была бы уменьшена на сумму, превышающую размер обязательств по возврату полученного им ранее финансирования, по оплате использования денежных средств и гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательств из договора займа.

Доводы ФИО4, отрицавшего подписание Договора займа, Договора залога и Расписки опровергнуты судами при рассмотрении дела исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, которым дана надлежащая оценка в порядке статьи 71 АПК РФ. Рецензия на заключения экспертов, полученные при рассмотрении уголовного дела, не может опровергать изложенных в заключениях выводов, поскольку подобная проверка обоснованности совершения процессуальных действий в уголовном деле процессуальным законодательством не предусмотрена, а источником сведений о фактических обстоятельствах, подлежащих доказыванию в обособленном споре, рецензия не является.

Доводы конкурсного управляющего фактически направлены на переоценку доказательств, исследованных в соответствии с положениями АПК РФ, а переоценка выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции, обозначенные в статье 286 АПК РФ.  При условии подтверждения получения должником денежных средств не только Распиской, но и иными доказательствами по делу у судов не имелось оснований ставить под сомнение наличие у ФИО5 финансовой возможности выдать заем.

Убыточность оспариваемых сделок, злоупотребление правом при их совершении, наличие пороков волеизъявления сторон сделок в результате рассмотрения обособленного спора не подтверждены.

При таких обстоятельствах следует признать правильным вывод судов о том, что оснований для признания оспариваемых сделок недействительными применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, равно как и по общим основаниям Гражданского кодекса Российской Федерации, которые заявлены финансовым управляющим, не имеется. 

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства в совокупности, руководствуясь вышеназванными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, а также учитывая конкретные обстоятельства дела, суды первой и апелляционной инстанций правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований финансового управляющего.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 282, 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.06.2022 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2022 по делу № А56-12293/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО4 - ФИО3 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

А.А. Боровая

К.Г. Казарян