АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

25 февраля 2022 года

Дело № А33-28240/2021

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 17.02.2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 25.02.2022 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Фортуна» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к публичному акционерному обществу страховая компания «Росгосстрах» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании денежных средств,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1;

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Фортуна» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к публичному акционерному обществу страховая компания «Росгосстрах» (далее – ответчик) о взыскании денежных средств размере 802 634 руб., из которых: 350 500 руб. – страховое возмещение, 400 000 руб. – неустойка за период с 17.05.2021 по 21.10.2021, 52 134 руб. – расходы, понесенные истцом перед обращением в суд.

Определением от 10.11.2021 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Определением от 10.01.2022 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 17.02.2022 с объявлением перерыва в течение дня. До перерыва в заседании приняли участие представители обеих сторон, после перерыва дело рассмотрено в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора не установлены.

В заседании судом было удовлетворено ходатайство истца об изменении размера исковых требований, в соответствии с которым истец просил взыскать неустойку за период с 08.06.2021 по 21.10.2021 в размере 400 000 руб. с продолжением её начисления с 22.10.2021 на сумму подлежащего выплате страхового возмещения (350 500 руб.) по день фактического исполнения обязательства. Дело рассмотрено с учетом произведенных истцом распорядительных действий по определению размера исковых требований.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

12.05.2021 произошло дорожно-транспортное происшествие по адресу: 

<

...> в районе дома № 282, с участием автомобилей КАМАЗ с регистрационным знаком 

<

***> под управлением ФИО1 (собственник – ООО «УСК Сибиряк») Toyota Verossa с регистрационным знаком 

<

***> под управлением ФИО3 (потерпевший, он же собственник автомобиля по договору купли-продажи от 27.04.2021).

Виновником ДТП являлся ФИО1, допустившие нарушение Правил дорожного движения. Согласно письменным объяснениям ФИО1 из административного материала он признал вину в произошедшем ДТП. Его автогражданская ответственность была застрахована в ООО СК «Согласие» (полис РРР № 5053969741), а ответственность ФИО3 была застрахована у ответчика (полис ХХХ № 0170393340).

13.05.2021 между потерпевшим и истцом заключен договор цессии, по которому истцу уступлены права, возникшие у него в связи с наступившим страховым случаем и застрахованной автогражданской ответственностью водителя, виновного в ДТП от 12.05.2021. Истец полностью заменил потерпевшего в правоотношениях с ответчиком по договору автострахования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. По условиям договора цессии уступленные права перешли к цессионарию в момент его подписания.

17.05.2021 потерпевший обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении. К заявлению были приложены договор цессии и уведомление об уступке прав. В тот же день страховщик организовал проведение осмотра поврежденного автомобиля.

Ответчик направил в адрес истца и потерпевшего письмо от 07.06.2021, в котором указывал на необходимость представления потерпевшим оригинала или надлежащим образом заверенной копии уведомления об уступке прав либо явиться потерпевшему в офис компании для личного оформления уведомления. Также ответчик указывал на необходимость представления информации по форме анкеты, приложенной к письму, в целях идентификации клиента в соответствии со ссылкой на Федеральный закон от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма". Из указанного письма также следует, что потерпевший предоставил ответчику договор цессии.

16.06.2021 истец в лице своего руководства предоставил ответчику оригиналы договора цессии и уведомления об уступке прав, что было оформлено заявлением на бланке страховщика с отметкой о принятии.

Письмом от 22.06.2021 ответчик уведомил истца о том, что разрешение вопроса о выплате страхового возмещения приостановлено в связи с непредставлением сведений, указанных в ранее направлявшемся письме от 07.06.2021.

В последующем 25.06.2021 истец в лице своего руководства предоставил ответчику запрашиваемые сведения, что было оформлено заявлением на бланке страховщика с отметкой о принятии.

Ответчик письмом от 30.06.2021 уведомил истца и потерпевшего об отсутствии основания для страхового возмещения в связи с непредставлением потерпевшим оригинала уведомления об уступке прав. Из указанного письма следует, что истец передал ответчику договор цессии в подтверждение перехода уступленных прав.

Истец обратился к индивидуальному предпринимателю за проведением независимой экспертизы, были подготовлены заключения № 202106/16 от 10.06.2021, № 202106/16/01 от 10.06.2021. Согласно указанным документам стоимость ремонта автомобиля потерпевшего с учетом износа составила 296 100 руб., без учета износа – 521 500 руб. Среднерыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составила 436 400 руб., а стоимость годных остатков – 85 900 руб.

08.07.2021 истец направил ответчику претензию (получена ответчиком 10.07.2021 согласно сведениям на сайте АО «Почта России», зарегистрирована 12.07.2021), в которой требовал выплаты страхового возмещения в размере 350 550 руб., неустойки в размере 126 180 руб., финансовых  санкций, возмещения почтовых расходов, расходов за составление претензии в размере 5 000 руб., расходов на подготовку экспертных заключений в размере 22 000 руб.

Ответчик письмом от 19.07.2021 уведомил истца об отсутствии оснований для страхового возмещения в связи с непредставлением потерпевшим оригинала уведомления об уступке прав или его копии.

05.08.2021 истец направил ответчику дополнительную претензию (получена ответчиком 08.08.2021 согласно сведениям на сайте АО «Почта России»), в которой истец требовал возместить расходы за составление дубликата экспертного заключения в размере 5 000 руб., почтовые расходы, расходы за рассмотрение обращения к финансовому уполномоченному в размере 15 000 руб. с суммой оплаченной комиссии, выплатить финансовые санкции.

06.08.2021 истец подготовил обращение к финансовому уполномоченному, в котором просил взыскать со страховщика страховое возмещение в размере 350 500 руб., неустойку в размере 231 000 руб., досудебные расходы в размере 37 134 руб., из которых: расходы по экспертизе – 22 000 руб., стоимость дубликата экспертных заключений – 5 000 руб., подготовка претензии – 5 000 руб., почтовые расходы – 134 руб., подготовка обращения к финансовому уполномоченному – 5 000 руб. Решением финансового уполномоченного от 13.09.2021 № У-21-115867/8020-004 рассмотрение обращения прекращено ввиду того, что потерпевший на момент обращения к страховщику с заявлением о страховом возмещении не имел право требовать выплаты страхового возмещения, а заявитель (истец) до направления обращения к финансовому уполномоченному предварительно не обратился к страховщику.

Основываясь на переходе уступленных прав и неудовлетворении требований по результатам рассмотрения обращения финансового уполномоченного, истец обратился в суд с заявленным иском.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Спорные правоотношения регулируются Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО). 

Согласно пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования. Заявление о страховом возмещении в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков (пункт 2 статьи 12 Закона об ОСАГО). Если транспортные средства повреждены в результате их взаимодействия (столкновения) и гражданская ответственность их владельцев застрахована в обязательном порядке, страховое возмещение осуществляется на основании пункта 1 статьи 14.1 Закона об ОСАГО страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность потерпевшего (прямое возмещение ущерба).

Материалами дела подтверждается, что в результате ДТП автомобилю потерпевшего были причинены механические повреждения по вине второго участника ДТП. Автогражданская ответственность причинителя вреда была застрахована на момент ДТП в соответствии с вышеуказанным законом. Автогражданская ответственность потерпевшего на момент ДТП была застрахована у ответчика, в связи с чем потерпевший вправе был обратиться к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения. 

Потерпевший заключил договор цессии в отношении прав, возникших у него в связи с наступившим страховым случаем, уступив права новому кредитору – истцу по настоящему делу. То есть в разные периоды времени в возникшем правоотношении по выплате страхового возмещения на стороне кредитора выступали разные лица – сначала потерпевший, затем после заключения договора цессии – истец. В таком случае имеет значение, действительно ли истец в результате заключения договора цессии стал кредитором в спорном правоотношении. Требования истца являются обоснованными в случае, если будет доказано, что ответчик свои обязательства по выплате страхового возмещения не исполнил перед истцом как надлежащим кредитором.

В пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" указано, что предъявление выгодоприобретателем страховщику требования о выплате страхового возмещения не исключает уступку права на получение страхового возмещения. В пункте 69 этого же Постановления Пленума отмечается, что договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 ГК РФ). В пункте 70 Постановления Пленума отмечается, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В пункте 21 Постановления Пленума от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъясняется, что по смыслу статьи 385 ГК РФ уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора.

Принимая во внимание указанные разъяснения, судом отмечается, что представленный договор цессии соответствует указанным требованиям. В договоре указаны сведения о ДТП, автомобиле потерпевшего, о виновнике ДТП, страховом полисе потерпевшего. Указанная информация исчерпывающе указывает на то, по какому страховому случаю и какие права были уступлены. В результате заключения договора цессии предшествующий кредитор полностью уступал принадлежавшие ему права и полностью выбыл из правоотношения, возникшего по факту наступления страхового случая. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 382 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу. Согласно пункту 1 статьи 385 ГК РФ должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора. В пункте 20 Постановления Пленума от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" отмечается, что, если уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абзацу второму пункта 1 статьи 385 ГК РФ вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора. При непредставлении такого подтверждения в течение разумного срока должник вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору.

Как разъяснено в пункте 22 того же Постановления Пленума исполнение, совершенное должником первоначальному кредитору до момента получения уведомления об уступке, считается предоставленным надлежащему лицу. В этом случае новый кредитор вправе требовать от первоначального кредитора передачи всего полученного от должника в счет уступленного требования и возмещения убытков в соответствии с условиями заключенного между ними договора (статьи 15, 309, 389.1, 393 ГК РФ). Если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, исполнение обязательства перед первоначальным кредитором освобождает его от исполнения обязательства перед новым кредитором. Если денежные средства неосновательно получены прежним кредитором, новый кредитор вправе обратиться с соответствующим иском к нему (Пункт 10 Информационного письмо Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении"; Постановление Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 13253/11 по делу № А40-30646/10-42-270; Постановление Президиума ВАС РФ от 30.11.1995 № 6717/95).

Из указанных положений законодательства и разъяснений по его применению следует, что распределение рисков в ситуации неопределенности в вопросе установления надлежащего кредитора зависит как от факта осведомленности должника о состоявшемся переходе прав, так и от его последующего поведения в случае возникновения у него сомнений относительно состоявшегося перехода прав.

Согласно пункт 1 статьи 312 ГК РФ, если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования.

В пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору не вправе не исполнять обязательство данному лицу. Кодекс не предусматривает обязательность предоставления должнику в качестве доказательства перемены кредитора соглашения, на основании которого цедент принял обязательство передать право (требование) цессионарию. Достаточным доказательством перехода права требования к новому кредитору является уведомление должника цедентом о состоявшейся уступке права (требования) либо предоставление должнику акта, которым оформляется исполнение обязательства по передаче права (требования), содержащегося в соглашении об уступке права (требования).

Если первоначальный кредитор оспаривает факт перехода права, то в отсутствие уведомления от цедента либо акта по передаче права (требования) по договору об уступке права (требования) уведомление должника цессионарием не является доказательством состоявшейся уступки права требования и риск возможных последствий исполнения обязательства ненадлежащему лицу должен нести должник (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2019 N 5-КГ19-39; Постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 14548/11 по делу N А40-33999/10-47-296). 

Из представленного договора цессии следует, что момент перехода уступаемых прав по договору совпадает с моментом заключения договора цессии. В связи с чем, подписание договора цедентом и цессионарием свидетельствует и об одновременном его исполнении в части передачи уступаемых прав. Представление договора цессии должнику в данном случае является подтверждением возникновения между цедентом и цессионарием отношений по договору цессии и подтверждением его исполнения в части передачи уступаемых прав. После заключения договора цессии потерпевший обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении, к которому был приложен договор цессии и уведомление о состоявшемся переходе прав к истцу (согласно принятому заявлению с отметками о приложенных документах). Также и истец представил ответчику договор цессии с уведомлением о переходе прав. При этом потерпевший как первоначальный кредитор не оспаривал заключение договора цессии, свои возражения по этому поводу не представил ответчику. В такой ситуации у страховщика не было неопределенности относительно того, кто является надлежащим кредитором. Объективных причин для сомнений по факту перехода уступаемых прав у ответчика не было вне зависимости от того факта, что после договора цессии к страховщику обратился потерпевший. Требование страховщика о предоставлении первоначальным кредитором уведомления о переходе прав являлось абсурдным, поскольку достаточным доказательством перехода прав являлся сам договор цессии. При этом сам потерпевший в своем обращении к страховщику поставил его в известность относительно перехода прав, приложив к заявлению договор цессии. Кроме того, на дату рассмотрения спора обязательство по выплате страхового возмещения не исполнено ни перед истцом, ни перед потерпевшим.

Требование ответчика о необходимости представления сведений в соответствии с Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма" являлось необоснованным. Право на получение страхового возмещения обусловливается фактом наступления страхового случая, а не представлением требуемых ответчиком сведений. Обязательство по выплате страхового возмещения возникло у ответчика в силу имеющегося договора страхования в рамках конкретного страхового случая, а отношения по осуществлению страхового возмещения, в том числе в части перечня представляемых страховщику документов, урегулирован Законом об ОСАГО. Поэтому соблюдение требований вышеуказанного Закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ не могло стать препятствием для получения истцом страхового возмещения.

В рамках рассматриваемого спора ответчик основывал свою позицию на решении финансового уполномоченного, который прекратил рассмотрение обращения истца на основании пункта 2 части 1 статьи 19, пункта 1 части 1 статьи 27 Федерального закона от 04.06.2018 N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг". Как следует из решения финансового уполномоченного потерпевший на момент обращения к страховщику с заявлением о страховом возмещении не имел право требовать выплаты страхового возмещения, а заявитель (истец) до направления обращения к финансовому уполномоченному предварительно не обратился к страховщику.

Между тем выводы финансового уполномоченного являются противоречивыми. Из материалов настоящего дела и решения финансового уполномоченного следует, что в июле 2021 г. истец предъявлял требование к ответчику о выплате страхового возмещения. То есть до обращения к финансовому уполномоченному истец выразил свое волеизъявление, позиция истца не могла быть не ясной для ответчика. Тот факт, что указанное заявление было направлено ответчику как претензия, не меняет существа сложившихся отношений.

После обращения потерпевшего с заявлением о страховом возмещении в течение июня-июля 2021 г. истец неоднократно обменивались письмами с ответчиком по вопросу об осуществлении страхового возмещения в его пользу. В адрес истца неоднократно поступали необоснованные отказы со стороны страховщика, требовавшего предоставления уведомления об уступке прав от потерпевшего. Финансовый уполномоченный при рассмотрении обращения истца самостоятельно мог дать оценку обстоятельствам перехода прав от потерпевшего к истцу и оценить поведение страховщика в сложившейся ситуации. Однако вместо этого финансовый уполномоченный по формальному основанию прекратил рассмотрение обращения только лишь по причине того, что истец не оформил аналогичное заявление, как это сделал потерпевший. Из сложившихся отношений между истцом и страховщиком на момент рассмотрения обращения уже было предельно ясно, что рассмотрение вопроса о выплате страхового возмещения затянулся и страховщик не намерен в добровольном порядке исполнять свои обязательства. Необходимость обращения к финансовому уполномоченному была вызвана поведением ответчика, основанного на формальном требовании представления потерпевшим уведомления о переходе прав при имеющихся безусловных доказательствах такого перехода и выходе поведения страховщика за пределы разумного поведения – требование ответчика в сложившейся по отношению к истцу являлось избыточным. Вместо такой модели поведения страховщику следовало по существу рассмотреть вопрос о страховом возмещении. Страховщику доподлинно была понятна позиция истца и преследуемый им интерес. В связи с чем формальное прекращение рассмотрения обращения финансовым уполномоченным только создало дополнительные предпосылки для развития разногласий между истцом и ответчиком.

При этом суд исходит из того, что у потерпевшего изначально возникло право требовать страховое возмещение в денежном выражении, поскольку истцом доказано, что в результате ДТП размер ущерба подлежал определению, исходя их полной гибели автомобиля. Указанное право перешло истцу по договору цессии.

В пункте 18 статьи 12 Закона об ОСАГО определено, что в случае полной гибели имущества потерпевшего размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утв. Положением Центрального банка РФ от 19 сентября 2014 года N 432-П, определен порядок расчета стоимости транспортного средства до повреждения. Согласно пункту 6.1 Единой методики при принятии решения об экономической целесообразности восстановительного ремонта, о гибели и величине стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия необходимо принимать величину стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия равной средней стоимости аналога на указанную дату по данным имеющихся информационно-справочных материалов, содержащих сведения о средней стоимости транспортного средства, прямая адресная ссылка на которые должна присутствовать в экспертном заключении. Сравнению подлежат стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), подлежащих замене, и средняя стоимость аналога транспортного средства. Проведение восстановительного ремонта признается нецелесообразным, если предполагаемые затраты на него равны или превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (стоимость аналога).

Экспертными заключениями истца подтверждается полная гибель транспортного средства потерпевшего, поскольку стоимость восстановительного ремонта без учета износа (521 500 руб.) превышает доаварийную стоимость автомобиля (436 400 руб.).  Исходя из доаварийной стоимости автомобиля и стоимости годных остатков истец верно определил размер страхового возмещения, подлежащего выплате в денежном выражении. Размер страхового возмещения составляет 350 500 руб. (436 400 – 85 900).

Исходя из положений статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации", с учетом разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 1 и абзаце 2 пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2005 N 92 "О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком" существует презумпция достоверности отчета оценщика, согласно которой экспертное заключение признается достоверным и правильным, если в установленном законом или судебном порядке не установлено иное.

Представленные экспертные заключения являются относимым, допустимым доказательством по делу. Доказательства, позволяющие усомниться в компетентности и квалификации эксперта, составившего заключения, в обоснованности содержащихся в заключениях выводов, ответчик не представил. Ответчик не привел аргументированных возражений, свидетельствующих о неправильности применения экспертом методик и вычислений по поставленным на разрешение вопросам. Основания для критической оценки заключений отсутствуют. В исследовательской части экспертных заключений последовательно и подробно отражается ход исследования. Исследовательская часть позволяет проверить достоверность и объективность проведенного исследования.

В пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъясняется, что размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Страховая выплата осуществляется в течение в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней. Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, т.е. с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных Правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно. 

Страховщик как обязанное лицо в правоотношениях, возникших из договора страхования, в силу статьи 309 ГК РФ должен предпринимать все меры для надлежащего исполнения обязательств по выплате страхового возмещения. Рассматривая заявление выгодоприобретателя о страховом возмещении, страховщик определяет, имеются ли основания для осуществления страхового возмещения или отказа в осуществления страхового возмещения, а также размер страхового возмещения. Разрешить указанные вопросы ответчик должен был надлежащим образом, не нарушая прав истца, предотвратив возникновение спора и обращения истца в суд. Риски наступления гражданско-правовой ответственности при исполнении обязательств по выплате страхового возмещения лежат на страховщике, поскольку они обусловлены его поведением. При надлежащем исполнении страховщиком своих обязательств основания для гражданско-правовой ответственности не возникли бы. 

Обязательство по уплате неустойки возникает (увеличивается) ежедневно в течение периода просрочки исполнения обязательства применительно к каждому дню просрочки. Также размер неустойки обусловливается объемом неисполненного (просроченного) обязательства, являющегося основанием для начисления неустойки. Объём права требовать неустойку предопределяется несколькими факторами: срок обязательства должен наступить и обязательство в каждый из календарных дней начисления неустойки должно находиться в состоянии просрочки исполнения; основой для начисления неустойки является денежный размер нарушенного обязательства – чем больше размер задолженности, тем больше размер неустойки; обязательство по уплате неустойки считается возникшим не с момента просрочки исполнения основного обязательства, а с истечением периода, за который начисляется неустойка.

Учитывая изложенное, ежедневно по мере истечения каждого календарного дня, вошедшего в заявленный истцом период (с 08.06.2021 по 21.10.2021 включительно) у ответчика возникало (увеличивалось) денежное обязательство по выплате неустойки, исходя из фактически существовавшей в каждый из указанных дней задолженности по выплате страхового возмещения (350 500 руб.).

Истец произвел расчет неустойки за период с 08.06.2021 по 21.10.2021, согласно расчету размер неустойки составил 476 680 руб. Указанный расчет является верным, за заявленный период истец вправе начислять неустойку. Истец снизил размер взыскиваемой неустойки до 400 000 руб., что соответствует пункту 6 статьи 16 Закона об ОСАГО. Заявленный размер неустойки соответствует объёму права истца, истец не просил удовлетворить данное требование в размере большем, чем он имеет на это право.

Между тем ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса РФ, ссылаясь на чрезмерный размер взыскиваемой неустойки.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации"). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления Пленума ВС РФ N 7). В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Оценив сложившиеся между сторонами взаимоотношения по возникшему страховому случаю, обстоятельства исполнения обязательств страховщика, суд пришел к выводу о том, что размер неустойки явно несоразмерен последствиям нарушения обязательства и имеются основания для её снижения по правилам статьи 333 ГК РФ.

Из материалов дела не усматривается, что ненадлежащее исполнение страховщиком обязательств в течение заявленного периода вызвало какие-либо негативные последствия для истца как цессионария. Его требования основаны на формальных основаниях, что не может не учитываться при определении справедливого, соразмерного объема ответственности страховщика. Размер обеспечиваемого неустойкой обязательства не должен быть сопоставим с размером неустойки. Между тем в данном случае заявленная неустойка даже превышает сумму обеспечиваемого обязательства. 

Истец не является участником ДТП, объективно заявленные требования не связаны с восстановлением истцом нарушенного права, вызванного причинением ущерба в результате ДТП. Истец каких-либо реальных затрат не несет в связи с ненадлежащим исполнением страховщиком своих обязательств. Истец приобрел у потерпевшего право (требования) с целью получения выгоды от такой сделки в виде разницы от стоимости приобретенного права и тех денежных сумм, которые истец имеет возможность взыскать со страховщика, основываясь на положениях Закона об ОСАГО. Истец является профессиональным участником отношений. Скупка у потерпевших прав-требований к страховщикам по договору цессии, с последующим возбуждением судебных разбирательств по взысканию денежных средств является предметом деятельности истца при юридическом сопровождении со стороны общества с ограниченной ответственностью «КЛГРУП», индивидуального предпринимателя ФИО4, а также содействии индивидуального предпринимателя ФИО5 при проведении независимой экспертизы самостоятельно либо в качестве эксперта ООО «Точная Оценка». Об этом свидетельствуют сведения о рассматриваемых в Арбитражном суде Красноярского края аналогичных дел с участием истца против различных страховых компаний (например, А33-11374/2021, А33-11376/2021, А33-23303/2021, А33-23527/2021, А33-25036/2021, А33-25814/2021, А33-26208/2021, А33-26736/2021, А33-28240/2021, А33-28896/2021, А33-29495/2021, А33-30063/2021, А33-30411/2021, А33-33115/2021, А33-33258/2021). Указанный список дел является малой частью из всего списка рассматриваемых с участием истца дел. Картотека арбитражных дел свидетельствует о том, что однотипные споры с участием общества с ограниченной ответственностью «Фортуна» в качестве истца по искам о взыскании со страховых компаний страхового возмещения, неустойки, различных расходов, приобрели массовый характер.

Взыскание неустойки в заявленном размере приведет к обогащению истца за счет должника. В связи с изложенным, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", суд полагает допустимым снизить размер неустойки до 17 000 руб. 

Между тем указанный размер неустойки определен в соответствии со статьей 333 ГК РФ за период с 08.06.2021 по 21.10.2021. Поскольку истец просил взыскать неустойку по дату фактического исполнения обязательств, а на дату рассмотрения спора доказательства их исполнения ответчиком не представлены, то неустойка, предусмотренная пунктом 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, продолжает начисляться в том же порядке. 

При этом следует учитывать, законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может быть ограниченна (пункт 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств"). Например, пункт 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО ограничивает размер неустойки (пени), суммы финансовой санкции, которые подлежат выплате потерпевшему - физическому лицу, до 400 000 руб. с учетом пункта «б» статьи 7 указанного закона.

Указанное ограничение распространяется и на истца ввиду того, что приобретенные им права возникли из правоотношения, в котором изначально кредитором было физическое лицо. Неустойка в таком случае при её взыскании по дату фактического исполнения обязательств не может начисляться в бесконечно-неопределенном размере. С учетом размера неустойки, взыскиваемой по настоящему решению, её максимальный размер при продолжающемся начислении в совокупности ограничивается суммой 400 000 руб. В рассматриваемом случае истец определил размер взыскиваемой неустойки в её максимальной сумме. По этой причине в последующие периоды с 22.10.2021 неустойка не подлежит начислению.

В состав судебных расходов включены следующие издержки: составление экспертных заключений (22 000 руб.), изготовление дубликата экспертных заключений (5 000 руб.), подготовка претензии (5 000 руб.), подготовка обращения к финансовому уполномоченному (5 000 руб.), почтовые расходы в связи с направлением претензии и дополнений к ней в адрес ответчика (134 руб.), оплата за рассмотрение обращения финансовым уполномоченным (15 000 руб.). Понесенные расходы подтверждаются представленными истцом платежными поручениями №№ 63 от 07.07.2021, 64 от 07.07.2021, 51 от 06.08.2021, 65 от 07.07.2021, 50 от 06.08.2021, договором оказания юридических услуг от 07.07.2021 (заключен с индивидуальным предпринимателем ФИО4), договоры на проведение работ по оценке № 16-06/21 от 17.05.2021, № 16-06/21/1 от 17.05.2021 (заключены истцом с индивидуальным предпринимателем ФИО5).

Оценивая расходы по составлению дубликата экспертных заключений на предмет их вынужденной необходимости, оправданности, целесообразности и взаимосвязи с настоящим спором, суд пришел к выводу о необоснованности их предъявления. Объективно целесообразность и необходимость несения таких расходов отсутствовала у истца. Действующее законодательство не устанавливает правило, в соответствии с которым истец вынужден был бы перед обращением к финансовому уполномоченному или в суд представить специально изготовленный экспертом дубликат экспертного заключения. Доказательства наличия таких препятствия не представлены. Кроме того, истец не представил доказательство несения указанных расходов.

В остальной части расходы истца являются обоснованными, поскольку они носят вынужденный характер, были обусловлены неправомерным поведением ответчика, вынудившего истца обратиться в суд. Исходя из принципа разумности, суд считает необходимым расходы за составление претензии и обращения к финансовому уполномоченному снизить до 600 руб. (по 300 руб. за каждый документ). 

Следует учитывать, что действующее правовое регулирование не предъявляет каких-либо требований к форме и содержанию составления претензии в соответствии со статьей 16.1 Закона об ОСАГО. Также законодатель не устанавливает каких-либо негативных последствий при несоблюдении такого рода требований. Содержание претензии не сопровождается каким-либо сложным правовым анализом, отягощенным изучением и выяснением объемного количества документов, обстоятельств и судебной практики, что свойственно при составлении процессуальных документов, отражающих позиции сторон по делу в судебных спорах при обеспечении состязательности судебного разбирательства. Суть составления претензии сводится к выражению волеизъявления правообладателя относительно реализации принадлежащих ему прав, обращенного к должнику в обязательственных правоотношениях. Для этого в целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора в претензии достаточно указать на сведения, позволяющие идентифицировать клиента, его страховой случай и имеющиеся требования.

В статье 17 Федерального закона от 04.06.2018 N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг" установлены требования к содержанию обращения. Однако из пункта 1 указанной статьи следует, что указываемые в обращении сведения имеют осведомительный (информирующий) характер для финансового уполномоченного. Как и при составлении претензии, обращение по своему содержанию не предполагает сложного правового анализа, выяснения объемного количества документов, обстоятельств и судебной практики. Главное, что для реализации своей компетенции из содержания обращения финансовый уполномоченный получает сведения о том, в чем состоит суть возникших разногласий между потерпевшим и страховщиком, претензиях потерпевшего, предшествовавших обращению предпринятых попытках урегулирования спора. Указанные документы по большей части имеют осведомительный характер, исчерпываются констатацией намерений потерпевшего по реализации своих прав с предъявлением корреспондирующих им требований.

В связи с чем стоимость понесенных расходов при составлении претензии и обращения к финансовому уполномоченному является завышенной, предъявление к возмещению расходов, стоимость которых определялась по соглашениям, участником которых ответчик не являлся, требует в целях обеспечения баланса интересов их соразмерного уменьшения, поскольку риски завышения стоимости оказываемых услуг во взаимоотношениях между клиентом (потерпевшим) и исполнителем, оказывающим юридические услуги, не связаны собственно с неправомерным поведением ответчика.

Также судом отмечается, что расходы по оплате рассмотрения обращения финансовым уполномоченным в размере 15 000 руб. являются обоснованными.

Согласно части 6 статьи 16 Федерального закона от 04.06.2018 N 123-ФЗ "Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг" принятие и рассмотрение обращений финансовым уполномоченным осуществляются бесплатно, за исключением обращений, поданных лицами, которым уступлено право требования потребителя финансовых услуг к финансовой организации. В последнем случае рассмотрение обращения финансовым уполномоченным осуществляется за плату в размере, установленном Советом службы финансового уполномоченного. Решением Совета службы финансового уполномоченного от 12.04.2019 (протокол N 4) установлен размер платы за рассмотрение финансовым уполномоченным обращений третьих лиц, которым уступлено право требования потребителя финансовых услуг к финансовой организации, в сумме 15 000 руб. за каждое обращение. Указанным законом не предусмотрена возможность возврата платы за обращение к финансовому уполномоченному.

В настоящем случае истцом по спору выступает коммерческая организация, к которой перешло право от потребителя финансовых услуг (физического лица, не осуществляющего предпринимательскую деятельность). Поскольку требования истца не были удовлетворены в добровольном порядке, истец был вынужден обратиться к финансовому уполномоченному за разрешением разногласий, а в последующем и в суд, где правомерность его требований подтвердилась, понесенные расходы имеют вынужденный характер. С возражениями ответчика в указанной части нельзя согласиться, введение законодателем платности рассмотрения обращений финансовым уполномоченным в отношении требований цессионариев, приобретенных от физических лиц, не являющимися предпринимателя, не имеет значение, поскольку именно неправомерное поведение ответчика послужило поводом для обращения истца к финансовому уполномоченному. Заключение договора цессии и переход прав сами по себе не возлагают на ответчика дополнительные расходы истца. В случае надлежащего исполнения обязательств на этапе предъявления претензий у истца отсутствовали бы основания для обращения к финансовому уполномоченному и необходимость нести в связи с этим расходы. Поэтому возложение на ответчика расходов истца, связанных с обращением к финансовому уполномоченному, находится в сфере рисков неправомерного поведения самого страховщика.

В качестве доказательства чрезмерности судебных расходов ответчиком представлена выписка из заключения о среднерыночной стоимости услуг по оформлению экспертного заключения независимой технической экспертизы по ОСАГО на 01.01.2021, подготовленного АНО «Союзэкспертиза» ТПП РФ. Согласно данной выписке стоимость экспертизы варьируется от 4 595 руб. до 6 113 руб., средняя стоимость определена в размере 5 354 руб.

Судом отмечается, что выводы из данного документа о стоимости сделан по состоянию на 01.01.2021, тогда как ДТП произошло и была организована независимая экспертиза в более поздние периоды не ранее 12.05.2021. Также стоит отметить, что представленное заключение не представляет собой полноценное исследование по определению среднерыночной стоимости юридических услуг, не обладает достаточной информативностью и не снабжено соответствующими материалами, позволяющими достоверно проверить как обоснованность сделанного в заключении вывода, так и методологию и путь исследования, в результате применения которых был получен вывод, изложенный в заключении. 

Иные доказательства чрезмерности судебных расходов в материалы дела не представлены. Возражения относительно чрезмерности судебных расходов носят абстрагированный характер, без ссылки на конкретные обстоятельства и доказательства, на основании которых суд мог бы оценить заявленные расходы на предмет их чрезмерности, исключая вероятностные, умозрительные выводы.

При обращении в суд истец оплатил государственную пошлину в размере 19 053 руб. согласно платежному поручению № 222 от 25.10.2021. На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом результата рассмотрения спора указанные расходы подлежат возмещению за счет ответчика в размере 18 010 руб. Излишне оплаченная пошлина в размере 1 043 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ). 

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества страховая компания "Росгосстрах" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Фортуна" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  350 500 руб. страхового возмещения, 17 000 руб. неустойки за период с 18.06.2021 по 21.10.2021, 37 734 руб. судебных расходов, а также 18 010 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Возвратить  обществу с ограниченной ответственностью "Фортуна" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  из федерального бюджета на основании настоящего решения          1 043 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 25.10.2021 № 222.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова