АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

12 сентября 2023 года

Дело №

А56-42917/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Чернышевой А.А., Яковца А.В.,

при участии от конкурсного управляющего ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 14.04.2023; ФИО3 (по паспорту); от ФИО3 – представителя ФИО4 по доверенности от 08.04.2023,

рассмотрев 05.09.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2023 по делу № А56-42917/2021, 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.05.2021 принято к производству заявление о признании общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «КФ Бисквитовъ», адрес: 192236, Санкт-Петербург, Софийская ул., д. 6, корп. 2, лит. А, пом. 214, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением от 11.10.2021 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1. 

Решением от 04.02.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 

Конкурсный управляющий ФИО1 13.04.2022 обратилась в суд с заявлением, в котором, с учетом уточнения требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просила признать недействительными платежи Общества в пользу ФИО3 в размере 13 010 085 руб. и просила применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника оспариваемой суммы. 

Определением от 27.12.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2023 определение от 27.12.2022 отменено, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить постановление от 12.06.2023 и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. 

Податель жалобы настаивает на том, что отсутствуют основания для признания оспариваемых перечислений недействительными по правилам пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), поскольку на момент совершения сделок должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества и операции совершены во исполнение договоров, реальный характер которых не опровергнут. 

Как отмечает ФИО3, производственная схема, осуществляемая с участием Общества и ФИО3, эффективно работала до 2020 года, объем денежных средств, поступавших на счет Общества, значительно превышал суммы, которые должник перечислял ФИО3, активы должника увеличивались до 2020 года, до тех пор, когда оборудование, на котором производилась продукция, было похищено.      

В отзывах конкурсный управляющий и ООО «Оил Партнерс» просили оставить без изменения обжалуемый судебный акт. 

Определением от 29.08.2023 в рассмотрении кассационной жалобы объявлен перерыв до 05.09.2023.

После перерыва в суд представлены письменные пояснения ФИО3 по доводам кассационной жалобы, относительно экономического обоснования выплаты заработной платы в пользу сотрудников Общества с использованием расчетного счета ответчика.  

Ответчик пояснил, что в силу недостаточной загруженности линии, нанимал персонал, который на ней работал временно. 

В судебном заседании ФИО3 и его представитель поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представитель конкурсного управляющего против удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили.

Законность судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, по результатам анализа операций по расчетному счету Общества, конкурсный управляющий выявил совершение регулярных перечислений денежных средств на счет индивидуального предпринимателя ФИО3 со ссылкой на оплату по договору, за период с 15.08.2019 по 12.08.2020 перечислено 13 010 085 руб.  

ФИО3 являлся руководителем должника и его главным бухгалтером.

Платежи оспорены конкурсным управляющим по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве со ссылкой на отсутствие документов, подтверждающих правовые основания внесения денежных средств. 

В материалы дела представлена подписанная ФИО3 как генеральным директором Общества справка о полном возврате денежных средств по договорам займа от 17.06.2020 № 17/06 и от 14.04.2020 № 14/04, в размере 38 550 руб. и 243 800 руб., соответственно, с уплатой процентов за пользование займами 3456 руб. 89 коп. и 21 862 руб. 28 коп.

Возражая относительно заявленных конкурсным управляющим требований, ответчик сослался на то, что полученные денежные средства израсходованы на организацию производственной линии по производству Обществом сахарного печенья, а именно, на привлечение работников для работы на ней по причине отсутствия у Общества необходимого штата и на техническое обслуживание производственного оборудования. Как пояснил ФИО3, Общество закупало сырье и осуществляло реализацию продукции.

В подтверждение своих доводов ответчик представил пояснительную записку по работе производственной линии по изготовлению печенья; договор возмездного оказания услуг от 08.08.2019 № ХС/08 (далее – договор), подписанный ответчиком, с одной стороны, как руководителем Общества, а с другой стороны – как индивидуальным предпринимателем.

По условиям договора, ФИО3 принял на себя обязанности по организации производства, фасовке (упаковыванию) продукции в промышленную упаковку, глазированию продукции, перемолке продукции (возвратных отходов) в крошку. В пункте 1.1 договора указано, что продукция изготавливается  (упаковывается) на арендованных Обществом площадях по адресу: Санкт-Петербург, Лифляндская ул., д. 3В силами и мощностями исполнителя или привлеченных им третьих лиц.

Стоимость работ по договору определена в его пункте 2.1 в размере         10 руб. за 1 кг произведенной/упакованной продукции;  5 руб. за 1 кг измельченной продукции в крошку, 5 руб. за 1 кг глазированной продукции в соответствии с заданием на производство.  Минимальный платеж за услуги составил 30 000 руб., вне зависимости от фактического объема производства. 

ФИО3 от имени сторон договора подписаны ежемесячные акты сдачи-приемки работ к нему, в которых отражено количество произведенного товара и приведен расчет стоимости услуг.

В подтверждение реальности производственной деятельности, в суд первой инстанции представлены копии первого листа Технических условий на изготовление печенья сахарного ТУ 10.72.12-001-15455580-2017, утвержденные ФИО3 как генеральным директором ООО «Лифляндия», соглашения между ООО «Лифляндия» и Обществом об использовании товарных знаков от 01.03.2019, зарегистрированных в установленном порядке; заявления от физических лиц  о факте их работы группе компаний, контролируемых ФИО3, на производственной линии по изготовлению печенья; договор аренды оборудования для упаковки от 05.08.2019 № 001 между                      ООО «Лифляндия» (арендодатель) и ФИО3 как индивидуальным предпринимателем (арендатор); решения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.12.2021 по делу № А56-79205/2021 об обращении взыскания на производственное оборудование                          ООО «Лифляндия». 

Согласно пояснениям ответчика, примененная им схема организации производства позволяла экономить на отчислениях в бюджет и внебюджетные фонды с заработной платы, подлежащей выплате работникам, занятым в производстве.

В доказательство перечисления платежей физическим лицам в материалы дела представлена копия выписки ПАО «Сбербанк» по операциям по банковской карте ФИО3; акты сдачи-приемки выполненных работ, подписанные им с физическими лицами, с указанием выплаченной за работы суммы и подтверждении в ее получении работником, расписки физических лиц о получении от ФИО3 денежных средств в счет оплаты по договору подряда. Кроме того, к материалам дела приобщены копии договоров подряда с физическими лицами о привлечении их ФИО3 как индивидуальным предпринимателем к выполнению работ по организации документационного, складского учета, по управлению производственном процессом, по подготовке сырья для производства, по укладке и фасовке готовой продукции (печенья).

Также представлены договоры и иные документы в подтверждение аренды Обществом производственных платежей, приобретения ООО «Лифляндия», непосредственно ФИО3  производственного оборудования

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, установил, что по договору Общество перечислило ответчику 12 724 785 руб., тогда как, согласно актам сдачи-приемки работ №№ 1-18, ФИО3 как индивидуальный предприниматель оказал Обществу услуги на сумму 22 662 085 руб. 20 коп., и это обстоятельство подтверждено представленными в материалы дела доказательствами осуществления ответчиком фактической деятельности по оказанию услуг, предусмотренных Договором.

Исходя из изложенного, суд не принял доводы конкурсного управляющего о безвозмездности получения ответчиком денежных средств, отметив, что сама по себе аффилированность сторон сделки о ее недействительности не свидетельствует.

Суд отклонил доводы конкурсного управляющего об организации схемы деятельности должника и ответчика с созданием на стороне Общества центра убытков как не подтвержденные документально.

Таким образом, суд не усмотрел ни специальных, ни общих оснований для вывода о недействительности оспариваемых платежей и на этом основании отказал в удовлетворении заявления.

Апелляционный суд посчитал, что ФИО3 умышленно уклонялся от организации погашения Обществом обязательств перед поставщиками сырья для производства товара, а также аренды помещения, в котором осуществлялась производственная деятельность.

Суд пришел к выводу о том, что, получая денежные средства от должника по договору, ФИО3, тем самым, становился «центром прибыли», получая экономическую выгоду от производственной деятельности должника преимущественно по отношению к его кредиторам.

Апелляционный суд отметил, что спорные платежи перечислялись не в срок, согласованный договором, а хаотично, без ссылки на акты сдачи-приемки услуг.

Суд апелляционной инстанции указал на то, что до 08.08.2019 Общество не привлекало ФИО3 к осуществлению им предпринимательской деятельности, на момент осуществления расчетов у Общества имелись признаки неплатежеспособности, и происходило наращивание кредиторской задолженности.

Апелляционный суд согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что ответчик создал незаконную схему организации бизнеса, в соответствии с которой все риски убытков и расходы были отнесены на Общество, а получение прибыли осуществлялось ФИО3, и квалифицировал такого рода действия как злоупотребление правом.

На этом основании апелляционный суд отменил определение от 27.12.2022 и удовлетворил заявление конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и доводы сторон, приходит к следующим выводам. 

Спорные платежи совершены в большей части, в трехлетний период до возбуждения в отношении Общества дела о банкротстве, часть платежей имела место за год до указанной даты.

Таким образом, часть спорных сделок могла быть оспорена по основаниям пункта 1, а все сделки – по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу приведенных положений, квалифицирующим признаком недействительности сделок является их убыточность.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление  № 63), разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе, сопоставив размер полученной ответчиком в результате совершения спорных платежей от Общества суммы с размером произведенных им затрат в целях организации производственной деятельности Общества, суд первой инстанции установил, что затраты ФИО3 для целей производства превысили сумму выведенных с расчетного Общества денежных средств.

Апелляционный суд достоверность указанного расчета не опроверг и иных обстоятельств не установил. Выводы, изложенные в обжалуемом постановлении, о присвоении ответчиком выручки от реализации продукции, произведенной Обществом, сделаны без ссылки на конкретные доказательства, в материалах обособленного спора документов, из которых следовали бы указанные апелляционным судом обстоятельства, не содержится.

При таких обстоятельствах, выводы апелляционного суда о том, что в результате использования указанной ответчиком схемы организации производственной деятельности, на стороне Общества имел место центр убытков, при условии получения ФИО3 прибыли без осуществления затрат на обеспечение производства, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

По смыслу правовой позиции, отраженной в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, аффилированность участников хозяйственных правоотношений, сама по себе, не исключает их реальности, а влечет лишь применение к аффилированным лицам повышенного стандарта доказывания при опровержении мнимости совершенных ими сделок.

В данном случае, ФИО3 представлены в материалы дела доказательства реальности организации указанной им производственной схемы, в рамках которой ответчик расходовал полученные от Общества денежные средства на цели организации производства продукции, которое являлось основным видом деятельности Общества, направленным на получение последним прибыли. Недостоверности приведенных ответчиком обстоятельств апелляционный суд не установил. 

При таких обстоятельствах, у апелляционного суда не имелось основания не согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что в отношении спорных платежей Обществом было получено соразмерное встречное предоставление в виде экономии на расходах на производство, что исключает вывод об их убыточности и в том случае, если эти платежи фактически произведены не на условиях Договора. 

Имеющиеся в материалах дела сведения о возврате сумм займа, перечисление которых тоже входило в предмет спора, судами недостоверными также не признаны.

Отсутствие признака убыточности исключает признание сделок недействительным по основаниям пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даже при том условии, если в момент совершения платежей у Общества уже возникли признаки неплатежеспособности. Мотив на причинение вреда кредиторам организации может быть реализован только при условии безвозмездного изъятия ее имущества. 

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями  10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с этим, квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной  по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Соответствующая правовая позиция отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668(4) по делу № А40-86229/2018.

Приведенные конкурсным управляющим основания для оспаривания сделок за пределы диспозиции положений пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не выходят.

Вопреки выводам суда первой инстанции, из материалов обособленного спора не следует мотива ФИО3 причинить вред Обществу в результате организации его производственной деятельности на условиях указанной ФИО3 схемы. Ответчик представил в суд первой инстанции доводы в качестве экономического обоснования избранной им схемы деятельности, которые также не были опровергнуты ни конкурсным управляющим, ни апелляционным судом.

Суд кассационной инстанции также считает необходимым отметить следующее. Как видно из содержания судебных актов о включении требований кредиторов в реестр и из представленных кредиторами расчетов долга, обслуживание кредита, предоставленного АО «Альфа-Банк» прекращено должником с 25.08.2020, задолженность перед ООО «Мармори» возникла после 01.04.20250, а перед ООО «Ойл Партнерс» - с 15.09.2020. 

В период совершения оспариваемых платежей, у Общества имелась непогашенная задолженность перед ООО «Сибагросервис» в размере      175 000 руб. и перед ООО «ГофроТОРГ» в размере 492 875 руб. 20 коп. основного долга. То есть, общая сумма долговых обязательств должника, включенных впоследствии в реестр, не превышала 700 000 руб., что, с учетов масштабов его деятельности и приведенных ФИО3 причин объективного банкротства, не свидетельствует о наличии у Общества в рассматриваемый период признаков неплатежеспособности.   

Кроме того, как установлено судом первой инстанции, совершенные ФИО3 выплаты были в том числе направлены на уплату заработной платы сотрудникам, и на иные производственные цели и в случае несовершения таких платежей, производственно-хозяйственная деятельность Общества не представлялась возможной. 

По мнению суда округа, доводы ФИО3 о том, что избрание им такой модели ведения бизнеса связано не с перенесением на себя центра прибыли и причинением вреда кредиторам, а с оптимизацией налоговой нагрузки в рамках действующего законодательства, не опровергнуты конкурсным управляющим.  

Учитывая изложенное, суд кассационной инстанции полагает необходимым согласиться с выводами суда первой инстанции.  Постановление от 12.06.2023 следует отменить, а определение от 27.12.2022 по делу оставить в силе. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2023 по делу № А56-42917/2021 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2022 по данному делу оставить в силе.

 

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

 

А.А. Чернышева

 А.В. Яковец