АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. 

<

***>, факс 

<

***>,  http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

г. Томск                                                                                                         Дело № А67- 3703/2024

01.07.2025

Резолютивная часть объявлена 24.06.2025

Арбитражный суд Томской области в составе судьи Бирюковой А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Циванюк Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению TV TOKYO Corporation (ТВ ТОКИО Корпорейшн) (Roppongi 3-2-1, Minato-ku, Tokyo 106-8007, JAPAN (Роппонги, 3 тёмэ, 2-1, район Минато-ку, Токио, 106-8007, Япония) (номер компании № 0104-01-018940) к обществу с ограниченной ответственностью «ФОРМАТ» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) о взыскании 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, 120 руб. стоимости приобретенного товара, 294,04 руб. почтовых расходов, а также заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***> ОГРНИП 

<

***>) о процессуальном правопреемстве,

при участии в заседании:

от заявителя ФИО1 (онлайн): ФИО2, по доверенности от 22.08.2024; диплом 107008   0024970, рег. № 467 от 05.07.2024, представлен паспорт;

от истца, ответчика: не явились (извещены).

У С Т А Н О В И Л:

TV TOKYO Corporation (ТВ ТОКИО Корпорейшн) (Roppongi 3-2-1, Minato-ku, Tokyo 106-8007, JAPAN (Роппонги, 3 тёмэ, 2-1, район Минато-ку, Токио, 106-8007, Япония) (номер компании № 0104-01-018940) (далее - ТВ ТОКИО Корпорейшн, истец) обратилось в Арбитражный суд Томской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ФОРМАТ» (далее – ООО «Формат», ответчик) о взыскании 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, 120 руб. стоимости приобретенного товара, 294,04 руб. почтовых расходов.

Исковые требования обоснованы статьями 1259, 1270, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав истца на изображение персонажей японского комикса (манги) и созданного на его основании мультипликационного сериала.

Определением от 02.05.2024 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением от 26.06.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства

02.09.2024 ИП ФИО1 обратился с заявлением о процессуальном правопреемстве в связи с заключением договора уступки прав (требований).

Определением суда от 09.09.2024 судебное заседание по рассмотрению заявления принято к совместному рассмотрению с первоначальным иском.

Истец, ответчик, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили, заявление рассматривается в отсутствие неявившихся лиц в порядке ч. 2 ст. 324 АПК РФ.

Изучив доводы и возражения сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Истец полагает, что является обладателем исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение CHIBI KAKASHI (Аффидевит, стр. 37).

В подтверждение указанного обстоятельства истец представил аффидевиты от 02.03.2023.

15.01.2024 в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: 

<

...>, осуществлена реализация товара – брелок.

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается кассовым чеком от 15.01.2024 и видеозаписью обстоятельств приобретения товара, а также самим товаром.

Ссылаясь на нарушение авторских прав на произведение изобразительного искусства, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием выплатить компенсацию.

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассмотрев спор, оценив в соответствии со ст. 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам по существу заявленных требований.

Согласно ст. 1225 ГК РФ  произведения науки, литературы и искусства и товарные знаки являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации товаров, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью).

В силу ст. 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Согласно положениям п. 1 ст. 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства, в том числе произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа выражения.

В соответствии с п. 4 ст. 1259 ГК РФ для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

Согласно п. 3 ст. 1228 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Истец по делу о защите авторских прав должен доказать право на иск – наличие у него исключительного права на произведение. При этом он может быть автором (первоначальным правообладателем) или правообладателем, получившим исключительное право на основании договора.

Субъектом первоначального авторского права на произведения литературы, науки и искусства в соответствии со ст. 1257 ГК РФ является гражданин (физическое лицо), который и приобретает весь комплекс исключительных имущественных и личных неимущественных прав.

Как следует из содержания данной статьи, действует презумпция авторства, когда лицо указано в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения, либо иным образом в соответствии с п. 1 ст. 1300 ГК РФ, согласно которому информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему.

При этом презумпция авторства действует только в отношении самого автора. Любые иные лица для доказывания своих прав должны представить доказательства перехода к ним первоначально возникших у автора имущественных авторских прав (наличие всей цепочки договоров или иных правовых оснований, обусловливающих переход таких прав от автора).

Согласно п. 2 ст. 5 Бернской Конвенции по охране литературных и художественных произведений от 09.09.1886 (ред. от 28.09.1979) объем охраны, равно как и средства защиты, предоставляемые автору для охраны его прав, помимо установленных Конвенцией положений, регулируются исключительно законодательством страны, в которой истребуется охрана.

В подтверждение наличия исключительного права на спорное изображение персонажа Компания представила нотариально заверенный аффидевит члена Совета директоров ФИО3 Хираока, составленный 02.03.2023.

Российское законодательство не содержит нормативного понятия аффидевита, однако из сложившейся судебной практики под ним понимается показание или заявление, даваемое под присягой и удостоверяемое нотариусом либо другим уполномоченным на это должностным лицом при невозможности (затруднительности) личной явки свидетеля.

Согласно аффидевиту ФИО3 Хираока, член Совета директоров Компании подтверждает, что он является сотрудником компании в соответствии с национальным законодательством, надлежащим образом уполномочен Компанией на составление настоящего аффидевита, а также то, что Компания является единственным в мире владельцем всех авторских прав, существующих в последующих любых аудиовизуальных произведениях «Наруто» (Naruto), «Наруто: Ураганные хроники» (Naruto Shippuden) и Боруто (Boruto), в различных анимационных сериалах, включая их отдельные части (такие как эпизоды, названия, персонажи, фоны, сценарии, картинки, изображения, логотипы и т.д.).

Вместе с тем в аффидевите отсутствует информация об истории и дате создания спорных изображений, а также идентифицирующая данные произведения информация, нет сведений о конкретном авторе, трудовых договорах и прочих соглашениях или иных правовых основаниях, обусловливающих переход каких-либо прав от автора, а также об условиях использования произведения.

Определениями арбитражного суда истцу неоднократно предлагалось представить доказательства наличия авторских прав; доказательства (договоры, иные соглашения и доказательства) передачи исключительного права на произведение истцу от первоначального правообладателя (автора произведения), помимо аффидевита.

Указанные определения истцом не исполнены, сведения об обстоятельствах создания произведения изобразительного искусства (возникновения авторского права у конкретного лица), об авторе не представлены.

Аффидевит, представленный истцом, является лишь документом, подтверждающим существование спорного произведения в момент оформления аффидевита, и указывает на то, что Компания считает себя обладателем исключительного права на спорные изображения.

Сам по себе представленный истцом аффидевит в отсутствие договоров (иных соглашений и доказательств) не может служить достаточным основанием для установления факта обладания исключительными правами на произведение изобразительного искусства (изображение персонажа), в защиту которого подан иск, поскольку в нем не раскрыты сведения об авторе, обстоятельствах перехода исключительного права на объект авторского права, способах и условиях его использования.

Кроме того, в исковом заявлении отсутствует ссылка на нормы применимого права Японии, регламентирующие порядок возникновения, передачи, защиты авторских и исключительных прав на территории страны происхождения компании.

Аналогичная правовая позиция относительно оценки доказательственного значения аффидевита содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2024 № 302-ЭС24-3009 по делу № А33-19084/2022.

Ссылка Компании на наличие доказательств, подтверждающих наличие у него авторских прав на аудиовизуальное произведение – аниме-сериал «Наруто», – таких как сведения о создателях сериала в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в том числе на официальном сайте сериала, в титрах произведения, свидетельства о регистрации объектов авторских прав в Бюро авторского права США, не свидетельствует о наличии оснований для признания Компании правообладателем авторских прав на спорное произведение изобразительного искусства.

В силу п. 1 ст. 1259 ГК РФ аудиовизуальные произведения и произведения живописи (изобразительного искусства) являются самостоятельными объектами исключительных прав.

При этом пунктами 1, 2 ст. 1263 ГК РФ установлено, что аудиовизуальным произведением является произведение, состоящее из зафиксированной серии связанных между собой изображений (с сопровождением или без сопровождения звуком) и предназначенное для зрительного и слухового (в случае сопровождения звуком) восприятия с помощью соответствующих технических устройств. Аудиовизуальные произведения включают кинематографические произведения, а также все произведения, выраженные средствами, аналогичными кинематографическим (теле- и видеофильмы и другие подобные произведения), независимо от способа их первоначальной или последующей фиксации.

Авторами аудиовизуального произведения являются: режиссер-постановщик; автор сценария; композитор, являющийся автором музыкального произведения (с текстом или без текста), специально созданного для этого аудиовизуального произведения; художник-постановщик анимационного (мультипликационного) фильма.

Национальным законодательством, действующим на территории страны происхождения Компании, также установлено, что как произведения изобразительного искусства, так и кинематографические произведения являются самостоятельными объектами авторских прав (подпункты iv, vii пункта 1 статьи 10 Закона Японии от 06.05.1970 № 48 «Об авторских правах»; текст Закона размещен на официальном сайте Всемирной организации интеллектуальной собственности в сети «Интернет» (www.wipo.int)).

При этом автором произведения признается лицо, создавшее произведение (подпункт ii пункта 1 статьи 2 Закона Японии от 06.05.1970 № 48 «Об авторских правах»).

Как неоднократно указано самим истцом, в том числе в пояснениях, представленных 16.01.2025 (л.д. 84-89), аудиовизуальное произведение (мультфильм) и произведения изобразительного искусства (изображения, рисунки) являются различными, самостоятельными результатами интеллектуальной деятельности, каждый из которых охраняется законом.

При этом Компания последовательно настаивала на том, что предметом заявленного им требования является взыскание компенсации за нарушение авторских прав на произведение изобразительного искусства, а не на аудиовизуальное произведение.

В этой связи представленные истцом доказательства, указывающие на то, что Компания может являться обладателем авторских прав на аудиовизуальное произведение – мультипликационный сериал «Наруто» (в том числе на персонажа данного произведения), – не свидетельствуют о наличии у Компании права на иск о взыскании компенсации за нарушение авторских прав на другой объект исключительных прав.

При этом, как установлено судом из общедоступных источников информации в информационно-коммуникационной сети «Интернет», аудиовизуальные произведения «Наруто» (Naruto), «Наруто: Ураганные хроники» (Naruto Shippuden) и «Боруто» (Boruto) основаны на манге «Наруто» (Naruto), представляющей собой японские комиксы (рассказы, состоящие из рисунков и сопровождающего их текста), выпущенные впервые в 1999 году издательством Shueisha в журнале Weekly Shonen Jump. Автором данных комиксов является Masashi Kishimoto (Масаси Кисимото).

Следовательно, произведение изобразительного искусства – изображение персонажа Naruto Uzumaki Shippuden, на нарушение авторских прав которого ссылается истец, создано до производства и выпуска аудиовизуальных произведений Компании.

Следует отметить, что в представленном истцом свидетельстве о регистрации объекта авторских прав в Бюро авторского права США Масаси Кисимото также указан в качестве одного из правообладателей в отношении мультипликационного сериала.

Таким образом, у суда имеются основания полагать, что автором изображения персонажа CHIBI KAKASHI может являться не TV TOKYO Corporation, а другое лицо, участвовавшее в создании серии комиксов, положенных в основу аудиовизуальных произведений, создателем которых себя считает Компания. В отсутствие доказательств перехода к истцу авторских прав на спорное изображение у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований.

Указание истца на содержание статьи 29 Закона Японии об авторских правах безосновательно, поскольку данная статья устанавливает правовой режим авторских прав на кинематографическое произведение, в то время как предметом исковых требований является взыскание компенсации за нарушение авторских прав на произведение изобразительного искусства.

Ссылки истца на приведенную судебную практику применительно к рассматриваемому делу не могут быть приняты во внимание, поскольку при вынесении судебных актов по перечисленным делам суды руководствовались существующими на момент рассмотрения дел подходами к оценке доказательственного значения аффидевита, а оппоненты не поднимали вопрос об исследовании возникновения авторского права и перехода исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности истцу.

Таким образом, поскольку TV TOKYO Corporation не доказано наличие авторских прав в том числе исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение CHIBI KAKASHI, исковые требования TV TOKYO Corporation к обществу с ограниченной ответственностью «ФОРМАТ» удовлетворению не подлежат.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела от индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – ИП ФИО1, заявитель) в материалы дела поступило заявление о процессуальном правопреемстве в связи с заключением договора уступки прав (требований).

Изучив доводы заявления о процессуальной замене взыскателя и дополнений к нему, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Между TV TOKYO Corporation (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) подписан договор уступки требования (цессии) № 300724/20-тв от 30.07.2024, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает все права требования (а также иные связанные требования, в том числе к третьим лицам) цедента к нарушителям/должникам исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, перечисленным в соответствующих приложениях к договору (пункт 1.1 договора).

Право требования уступается в полном объеме и включает в себя как существующие на момент подписания договора права требования, так и права требования, которые возникают после подписания договора (в том числе, но не ограничиваясь, требования возмещения: стоимость вещественных доказательств, госпошлина за рассмотрение дела в суде, стоимость по получению выписки из ЕГРИП, почтовые расходы, расходы на фиксацию нарушения и т.д.). Перечень передаваемых прав требования конкретизируется сторонами в приложениях к договору (пункт 1.2 договора).

В пункте 1.4 договора стороны установили, что под результатами интеллектуальной деятельности понимаются, в том числе, произведения изобразительного искусства – изображение CHIBI KAKASHI.

За уступаемые права цессионарий обязуется выплатить цеденту вознаграждение в размере и порядке, указанном в приложении (пункт 2.2.1 договора).

В приложении № 1 к договору содержится, в том числе, требование TV TOKYO Corporation к ООО «Формат» о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, рассматриваемое Арбитражным судом Томской области в рамках дела № А67-3703/2024.

Ссылаясь на заключение иностранным правообладателем и резидентом Российской Федерации указанного договора цессии, предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии с ч. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником.

Из приведенной нормы права следует, что основанием процессуального правопреемства является правопреемство в материальном правоотношении, при этом перечень оснований для замены стороны ее правопреемником является открытым (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.09.2020 № 302-ЭС20-9010(1,2) по делу № А58-4339/2016)

Согласно п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (п. 1 ст. 384 ГК РФ).По общему правилу, уступка по договору цессии первоначальным кредитором в обязательстве (взыскателем) права требования выплаты компенсации и возмещения присужденных судебных расходов новому кредитору влечет переход права требования к цессионарию, а значит, правопреемство в материальном правоотношении и, как следствие, замену стороны в исполнительном производстве.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае первоначальным кредитором (взыскателем) является иностранное юридическое лицо, созданное по законодательству Японии, а право требования взыскателя основано на денежном обязательстве должника, связанном с незаконным использованием им результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат иностранной компании.

На дату заключения договора цессии действовал временный порядок исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями, установленный Указом Президента Российской Федерации от 27.05.2022 № 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» (далее – Указ № 322), который принят в целях защиты национальных интересов Российской Федерации и в соответствии с Федеральными законами от 30.12.2006 № 281-ФЗ «О специальных экономических мерах и принудительных мерах», от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» и от 04.06.2018 № 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств».

Подпунктом «а» пункта 1 Указа № 322 установлен временный порядок исполнения Российской Федерацией, субъектами Российской Федерации, муниципальными образованиями, резидентами (далее – должники) денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации (далее – обязательства), исключительные права на которые принадлежат иностранным правообладателям, являющимся иностранными лицами, связанными с иностранными государствами, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия (в том числе если такие иностранные лица имеют гражданство этих государств, местом их регистрации, местом преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности или местом преимущественного извлечения ими прибыли от деятельности являются эти государства), или лицами, которые находятся под контролем указанных иностранных лиц, независимо от места их регистрации (в том числе в случае если местом их регистрации является Российская Федерация) или места преимущественного ведения ими хозяйственной деятельности.

Согласно пункту 2 Указа № 322 в целях исполнения обязательств перед правообладателями, названными в подпунктах «а» - «е» пункта 1 настоящего Указа (далее также – правообладатели), должник, извещенный об обстоятельствах, предусмотренных подпунктами «а» - «е» пункта 1 настоящего Указа, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции (далее – платежи), путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам (далее – специальный счет типа «О»). Внесению на специальный счет типа «О» также подлежат платежи, которые в нарушение срока исполнения должником обязательств перед правообладателем не были перечислены ему на день официального опубликования настоящего Указа.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р утвержден Перечень иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц. К числу таких государств Правительством Российской Федерации отнесена Япония.

Таким образом, на TV TOKYO Corporation распространяется временный порядок исполнения денежных обязательств, связанных с использованием результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, установленный Указом № 322.

Следовательно, поскольку взысканные с ООО «Формат» в пользу TV TOKYO Corporation денежные средства являются компенсацией за нарушение исключительных прав и иными платежами, связанными с защитой исключительных прав юридического лица, зарегистрированного в иностранном государстве, внесенном Правительством РФ в Перечень иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц, должник обязан произвести исполнение судебного решения в пользу взыскателя только с соблюдением порядка, установленного Указом № 322.

Данный порядок исполнения обязательств не предусматривает возможности исполнения решения путем перечисления денежных средств на счет российского правопреемника и (или) представителя иностранного правообладателя.

Из материалов дела следует, что интересы TV TOKYO Corporation и ИП ФИО1 на территории Российской Федерации представляют одни и те же лица.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что заключение TV TOKYO Corporation и ИП ФИО1 договора уступки требования (цессии) от 30.07.2024 № 300724/20-тв имело своей целью обход приведенных положений Указа № 322, установившего временный порядок исполнения резидентами Российской Федерации денежных обязательств перед некоторыми иностранными правообладателями, а также положений ч. 2.2 ст. 30 Закона об исполнительном производстве, установивших недопустимость перечисления в ходе исполнительного производства взысканных судом денежных средств на счет российского представителя иностранной организации-взыскателя.

Доводы истца и ИП ФИО1 о том, что положения Указа № 322 в рассматриваемом случае не применяются, противоречат приведенным выше положениям пункта 1 данного Указа, установившим перечень лиц, в отношении которых применяется временный порядок исполнения денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации.

Действительно, согласно подпункту «в» пункта 17 Указа № 322 его положения не применяются к правообладателям, надлежащим образом исполняющим свои обязанности по договорам, заключенным с должниками. Между тем, по смыслу регулирования, предусмотренного Указом № 322, решение об осуществлении расчетов путем открытия специального счета типа «О» принимается должником в конкретном обязательстве (пункты 4, 7 письма Минэкономразвития России от 19.07.2022 № 26614-КМ/Д01и «О разъяснениях Указа Президента Российской Федерации от 27 мая 2022 г. № 322»). Таким образом, само по себе исполнение Компанией обязательств перед рядом российских контрагентов не исключает необходимости расчетов с иными лицами, являющимися должниками в обязательствах, связанных с защитой исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, с использованием специального счета типа «О». Положениями Указа № 322 не предусмотрено право иностранных правообладателей, соответствующих подпункту «а» пункта 1 Указа, самостоятельно определять, подпадают ли они под исключение, предусмотренное пунктом 17 Указа.

Аналогичный подход к оценке доводов иностранных компаний о добросовестном осуществлении деятельности на территории Российской Федерации с соблюдением требований действующего законодательства содержится в постановлениях Суда по интеллектуальным правам от 11.11.2024 по делу № А68-5666/2020, от 02.11.2024 по делу № А40-133255/2022, от 29.10.2024 по делу № А45-8845/2024, от 15.10.2024 по делу № А01-2850/2023 и др.

Ссылка ИП ФИО1 на то, что положения Указа № 322 распространяются только на договорные отношения, связанные с правомерным использование объектов интеллектуальной собственности, и не могут быть применены к спорным отношениям, также противоречат пункту 1 Указа, согласно которому его действие касается порядка исполнения любых денежных обязательств, связанных с использованием результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации.

В соответствии с п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

Кроме того, как неоднократно указывал Конституционный суд Российской Федерации (постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, определение от 18.01.2011 № 8-О-П), суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным. Оценка доказательств, позволяющих, в частности, определить обстоятельства заключения договора, и отражение ее результатов в судебном решении является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Определением суда от 09.09.2024 заявителю предлагалось представить экономическое обоснование заключения договора уступки (цессии), а также доказательства выплаты цеденту вознаграждения. Однако соответствующие пояснения и доказательства ни ИП ФИО1, ни TV TOKYO Corporation не представлены.

Поскольку в рассматриваемом случае заключение TV TOKYO Corporation и ИП ФИО1 договора уступки требования (цессии) № 300724/20-тв от 30.07.2024 направлено на обход законодательных ограничений в части порядка исполнения обязательств перед некоторыми иностранными правообладателями, последствием такого рода злоупотребления является отсутствие у совершенной сторонами сделки распорядительного эффекта. Соответственно, совершение такого рода сделки не повлекло перемену лиц на стороне взыскателя в материальном и процессуальном правоотношениях, поскольку такая перемена противоречила бы существу упомянутых выше законодательных ограничений (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2024 № 07АП-8239/21(2) по делу № А27-10401/2021).

При изложенных обстоятельствах, заявление ИП ФИО1 о процессуальном правопреемстве удовлетворению не подлежит.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины по иску, а также иные судебные издержки относятся на истца – Компанию.

Руководствуясь  ст. ст. 110, 167-175 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***> ОГРНИП 

<

***>) о процессуальном правопреемстве отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать. А33-37707/2023

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья                                                                                                                   Бирюкова А.А.